Соколов_Рус_фольклор

ВИДЫ И РОДЫ ФОЛЬКЛОРА

462

В формуле «чужая семья» ступенчатый ряд имеет такой вид: свекор — свекровь — деверья — золовки. Очень часто обе фор% мулы «своя семья» и «чужая семья» путем сопоставления, или, вернее, противопоставления, в одной и той же песне дают как бы двойной ряд ступенчатого сужения, как, например, в песне:

Ах ты горе мое, горе великое, Что великое горе со кручиною. Я от батюшки мала осталася. Своей матушки не воспомню.

Как вспоил%то, вскормил родной братец, Возлелеяла меня родна сестрица.

Уж как брателко сестру любит, По вечерочкам сестру водит. На коленочки сестру садит. По головушке сестру гладит: «Не ходи%ка ты, сестра, замуж,

Ты ни в город, сестра, ни в деревню, В несогласную большую семью,

Ты ни к свекру, сестра, ни к свекровке, Ни к деверьям, сестра, ни к золовкам». Нажила%то я, девушка, все заботы:

Уж как первая забота чужа сторона,

Авторая%то забота лютый свекор, Лютый свекор%то, зла свекровка.

Уж как третья%то забота — что деверья, Что деверья%ли да золовки,

Ачетверта%то забота неудал муж.

Уж как не с кем мне думу думать, Не с кем тайное слово молвить2.

Вэтой песне налицо обе формулы: «своя» и «чужая семья», причем вторая повторяется еще раз с прибавлением харак% терных эпитетов. Песня имеет запев и концовку, обе лири% ческого характера, а в середине — ступенчатые ряды обра% зов соединены переходным местом: «братец жалеет сестру

ине советует выходить замуж». Ясно, что прием «постепен% ного сужения образов» имеет в этой песне доминирующее композиционное значение.

Вформуле «социальных отношений» перечень социальных понятий дается в нисходящем порядке. Иногда же соединяются обе формулы: «социальные отношения» и «семейные отноше% ния», организующие две части песни. Эти ступенчатые ряды оп%

2 Там же. № 571.

Лирические песни

465

Исследования

Автамонов Я.А. Символика растений в великорусских песнях // ЖМНП. Кн. XI, XII. 1902.

Костомаров Н.И. Историческое значение южнорусского народного песен% ного творчества // Костомаров Н.И. Собр. соч. Кн. 8. Т. XXI. СПб., 1905.

Веселовский А.Н. Собр. соч. Т. I. СПб., 1913.

Потебня А.А. О некоторых символах в славянской народной поэзии. Харь% ков, 1914.

Водарский В.А. Символика великорусских народных песен // Русский фи% лологический вестник. 1914. № 1, 3/4; 1915. № 1, 2; 1916. № 1/2, 3, 4.

Финагин А.В. Русская народная песня. Пг., 1923.

Соколов Б.М. Экскурсы в область поэтики русского фольклора // Художе% ственный фольклор. Вып. I. М., 1926.

ЧАСТУШКИ

Частушка — самый распространенный жанр песенной поэзии

врусском фольклоре с конца XIX в. Она вытеснила собой многое, что еще несколько десятилетий назад было так харак% терно для поэтического творчества деревни и городских окра% ин. Частушка стала настолько доминирующим устным жанром, что у многих, не искушенных в области специальных исследо% ваний по фольклору, создавалось впечатление, что, например, деревня только одни частушки и знала в предреволюционное десятилетие. А так как частушка очень ярко и быстро отклика% ется на самые разнообразные темы современности, многим ка% жется, что частушка есть целиком продукт этой современности. Нужно, однако, разобраться в вопросах: действительно ли час% тушка совершенно новый жанр и чем вызвана такая ее попу% лярность за последние 50 лет?

На истории частушки со всей яркостью обнаруживается за% кономерность художественных процессов, обусловленных из% менениями социально%экономической жизни. На этом массовом творчестве, выраженном в создании десятков и, может быть, сотен тысяч коротких песенок, с особой наглядностью выявля% ется закономерность в развитии поэзии. Массовая поэтическая продукция, взятая на протяжении нескольких десятилетий,

Частушки

467

убедительно раскрывает существующие законы социальной обусловленности искусства.

Развитие частушки представляет собой интереснейший про% цесс с весьма сложными извилинами и переплетениями, с боль% шой полнотой и разнообразием отображающий и историческую жизнь с ее социальными конфликтами и диалектикой классо% вой борьбы. Частушка в одно и то же время является ярким об% разцом поэтического примитива, уводящего в своей конструк% ции и психологической сущности чуть ли не к первобытной архаике, и в то же время есть нередко выражение новых идей и настроений в народных массах1.

Частушка, как и многие другие жанры фольклора, есть од% новременно и памятник далекого прошлого и громкий голос современности.

Как мы увидим ниже, многие из частушек нельзя твердо прикрепить к какому%нибудь определенному историческому моменту. Одна и та же частушка может существовать десяти% летия, каждый раз применяясь то к одному, то к другому явле% нию жизни и подвергаясь иногда мелким, иногда довольно крупным изменениям. Поэтому так интересно следить за изме% нением вариантов, за движением текстовых разночтений.

Фольклор вне постоянных вариаций немыслим. Варьирова% ние, как мы видели не раз, — это одна из характерных черт его творческой природы. В частушках, как и в других жанрах фольк% лора, словотворчество отнюдь не выражается созданием каждый раз совершенно новых текстов, а очень часто лишь видоизмене% нием ранее существовавшего произведения. Десятки и сотни тысяч частушек — это в значительной мере вариации тысяч.

Что же такое частушки как жанр? Их можно определить как короткие, большей частью четырехстишные рифмованные песен% ки, пользующиеся распространением в широких массах деревен% ского и городского населения. Наряду с четырехстрочными час% тушками существуют (но в значительно меньшем количестве) и шестистрочные, а также двухстрочные частушки. Особый раз% ряд частушек составляют двухстрочные «страдания».

В том виде, в каком мы их знаем в течение нескольких де% сятилетий конца XIX и начала XX в., частушки бытовали

1 Мнение Соколова о примитивности частушки может быть отнесено толь% ко к так называемой «самодеятельной», искусственной, по существу нефольк% лорной. — Примеч. ред.

ВИДЫ И РОДЫ ФОЛЬКЛОРА

468

исключительно среди русского населения, так что они могли считаться отличительной чертой русского фольклора. С нача% ла империалистической войны, а затем весьма сильно с начала Великой Октябрьской революции русские частушки стали про% никать на Украину, в Белоруссию и к другим народам СССР.

При этом сначала соблюдалось прямое заимствование русских текстов с легкой их переработкой применительно к другой на% циональной среде, часто с сохранением большинства русских слов, затем переработка усилилась, заимствованные частушки «национализировались», и, наконец, по образцу их, с сохранени% ем ритма, четырехстишного строения и принципов рифмовки, начинали создаваться свои местные, национальные частушки. Во многих национальностях заимствованный жанр встречался

сродственными традиционными жанрами национального фольк% лора; в результате такого взаимного притягивания происходила своеобразная поэтическая диффузия, и национальная частушка приобретала новый своеобразный характер, по существу, одна% ко, соответствуя тем же самым социальным процессам, которые, как мы увидим дальше, и породили в свое время популярность частушки русской. К сожалению, вследствие немногочислен% ности фольклористических научных кадров в национальных республиках вся эта сложная и чрезвычайно интересная кар% тина возникновения и развития частушечного жанра еще слиш% ком мало исследована. В области, например, фольклора ряда приволжских народов (мордвы, удмуртов, мари, чувашей) и среди среднеазиатских тюркских народов русская частушка нашла подготовленную почву в традиционных твердых формах четырехстишных бытовых (застольных, гостевых и других) песен; у немцев%колонистов русская частушка встретилась

сочень ей близкой по форме и содержанию шнадерхюпфель1. На Украине и в Белоруссии частушка стала одной из распрост% раненных форм современной устной поэзии, сблизившись с тра% диционными «коломыйками». Такому глубокому проникнове% нию частушечной формы в разные концы СССР бесспорно содействовали внешние условия жизни эпохи войны и револю% ции. Сидение в окопах, невольный досуг в лазаретах людей, собранных из самых различных углов страны, содействовали широкому обмену поэтическими богатствами и навыками. Эпо% ха Гражданской войны, спаяв массы в общем деле, еще больше усилила этот процесс поэтического взаимообмена. Поэтому не

1 Das Schnaderhüpfel (нем.) — песенка. — Примеч. ред.

Частушки

469

приходится удивляться, что одна и та же почему%либо понра% вившаяся частушка с чрезвычайной быстротой облетала пре% делы страны, применяясь повсюду к новому месту и особенно% стям быта.

Ввиду того что частушки распространились не только в мас% се деревенского, как большинство других фольклорных жан% ров, но и городского населения (пролетарского, ремесленниче% ского и мещанского), широко распространено было мнение, что частушка, в отличие от других фольклорных жанров, и возник% ла именно в городе и лишь затем перенесена в деревню. Не так давно многие «ценители» фольклора, выросшие на традициях славянофильства и народничества, склонны были считать час% тушку проявлением городского, притом разлагающего влияния на поэзию крестьянства.

Частушка для многих таких ценителей «истинно народно% го» являлась показателем падения народных поэтических вку% сов, началом распада устного художественного творчества. Но, во%первых, мы дальше увидим, насколько неправильно расце% нивать частушку как жанр упадочный и малохудожественный, а с другой стороны, как неправильно категорически утверж% дать, что частушка есть продукт города.

Частушка в своем генезисе — явление очень сложное. Теперь на основании уже многочисленных разысканий фольклористов (акад. А.И. Соболевского, проф. Д.К. Зеленина, Е.Н. Елеонской

идр.) можно считать точно установленным, что по форме своей (краткость, рифмованность) частушка — старого происхождения

ив своем истоке тесно связана с традиционным творчеством де% ревни. Действительно, исследователями были указаны некоторые записи крестьянских плясовых песенок конца XVIII и начала XIX в., очень близких по своему размеру и строению к частуш% кам. Однако степень бытовой роли таких песен была в то время

сравнительно очень мала: песенки играли лишь роль плясового припева, преимущественно с веселым, шутливым содержанием1:

1 Эти песенки из книжки «Русские песни, сочиненные в с. Спасском» (СПб., 1805), приведены В.И. Чернышевым (Сб. Отд. рус. яз. и слов. Акад. наук. Т. 75. СПб., 1904. № 36, 37).

М.К. Азадовским высказано предположение, что это стихотворные паро% дии на народные песни (Литературное обозрение. 1939. № 16).

ВИДЫ И РОДЫ ФОЛЬКЛОРА

470

Но во второй половине прошлого века, даже точнее в после% дней четверти его, частушка стала пользоваться все большей

ибольшей популярностью и в XX в., как мы видим, заняла в песенном репертуаре деревни количественно первое место, сильно оттеснив другие виды песенного творчества, особенно так называемые «долгие» и «протяжные» песни.

Основной причиной такого огромного спроса на частушку, бесспорно, явилось сильнейшее изменение социально%эконо% мического положения деревни в эпоху развития промышлен% ного капитализма. Разрушение патриархальных устоев кре% стьянского быта, взращенного феодальным натуральным хозяйством, увеличившаяся связь деревни с городами, этими промышленными и торговыми центрами, изменили и внешний облик деревни и психический уклад ее населения. Более быст% рые темпы жизни и деятельности, постоянный приток новых впечатлений, частая смена переживаний — все это, естествен% но, должно было уменьшать спрос на старые, медлительные поэтические жанры, все это должно было толкать на широкое использование в поэтической практике краткой, подвижной формы частушек, с ее сжатостью изложения и скоростью рит% ма. Частушка оказалась очень удобной формой, для того что% бы быстро и легко откликаться на все разнообразие личной

иобщественной жизни.

Следовательно, вне всякого сомнения, что между промыш% ленным городом и расцветом частушки есть большая внутрен% няя связь. Но эту связь нельзя понимать так прямолинейно и упрощенно, как готов это делать один из известных фольк% лористов А.М. Смирнов%Кутачевский. В своей статье1 он вы% сказал мысль, что частушка родилась непосредственно из рит% ма фабричных машин: «Родина частушки — фабрика; вместо широко раздольного приволья полей и лугов русский человек очутился у фабричного станка, среди ритмического стука ма% шин, мелькания челноков, лязганья ремней. Весь его психи% ческий мир оказался схваченным, поглощенным этим ритми% ческим рабочим шумом, в силу чего его звуковой строй должен подчиниться равномерному машинному темпу. Частушка по своему музыкальному складу вся насыщена фабричным рит% мом. Ее четко выраженный размер — хорей или ямб без безго%

Частушки

471

лосого пиррихия — как нельзя больше соответствует четкому ритму фабричного станка».

Не говоря уже о неточности характеристики частушечного размера, необходимо признать полную невозможность обще% го утверждения Смирнова%Кутачевского о ритме фабрики как непосредственном источнике частушки. Как мы видели, ча% стушка имеет своих предков в феодальной докапиталисти% ческой деревне. Однако было бы нелепо отрицать органи% ческую связь частушки, этого популярного жанра, с разви% тием промышленного капита% ла. Но частушечная форма могла ответить спросу на под% вижную песню, в которой лег% ко можно было откликаться на быструю смену впечатле% ний. Соответствуя тому общему экономическому перевороту, который совершался в стране, частушка как удобный поэти%

ческий жанр была использована самыми различными социаль% ными слоями города и деревни. Деревенский и городской про% летариат, крестьянин%середняк, деревенская и городская мел% кая буржуазия (мещанство) использовали частушку в своих поэтических и политических целях. Вызванная к новой жизни и новой социальной функции, частушка в изумительной пол% ноте и яркости отобразила перипетии классовой борьбы послед% них десятилетий перед революцией.

Расцветшая под могучим воздействием промышленного го% рода, частушка тем не менее не утратила своих непосредствен% ных связей со своими деревенскими истоками. В весьма зна% чительной степени, вопреки мнению Д.К. Зеленина1, она не потеряла своей связи с танцами. Генетически связанная с пля% совым припевом прежнего времени, она и в Новое время очень

ВИДЫ И РОДЫ ФОЛЬКЛОРА

472

часто исполняется в качестве плясовой песни. Например, в цент% ральных промышленных областях некоторые виды частушек сами получили название тех плясок, обязательным сопровож% дением которых они являются: «рязаночки», «цыганочки», «елецкого» и т.д. Нередко при этом танец служит толчком к ин% тереснейшим импровизациям. Очень часто бывает так, что «ря% заночка» или «цыганочка» превращается в своеобразное сорев% нование пары девиц в пляске, пении и поэтическом творчестве. Стремясь перещеголять свою партнершу, каждая из соревную% щихся девиц старается изумить публику какими%нибудь новы% ми фигурами в танце и новыми частушками. Притом девица или к месту и очень удачно припоминает слышанные ею раньше песенки, или в особом поэтическом воодушевлении тут же изоб% ретает сама новые частушки. Нередко перекличка частушка% ми превращается в своеобразный, иногда очень художествен% ный диалог, например:

Дорога подружка Катя, Ты скажи мне свой секрет:

Когда с залеткой расставалась, Сердце билось или нет?

Подружка ей отвечает:

Дорога подружка Женя, Я скажу тебе одной:

Когда с залеткой расставалась, Сердце билося волной1.

Вот еще серия:

1 Записаны на фабрике в быв. Тверской губернии // Архив Гослитмузея. 2 Соколов Ю.М. Верхне%Моложский край. Быт, язык и творчество населе%

ния // Тверской край. 1925. № 2. С. 58.

Частушки

473

Уважать я не согласна, Расхорошенькой ты мой, Пускáя тáя уважает, Кая бегат за тобой1.

Такие серии тематически связанных между собой часту% шек являются как бы переходной формой между частушкой

ипесней.

Вогромном большинстве случаев частушка поется под ак% компанемент гармошки. Однако приходится отметить, что связь между текстом частушки и мелодией менее устойчива, чем в песне. Одна и та же частушка может исполняться на раз% ный напев. Гармонист является любимцем деревенской моло% дежи. Так как от него зависит веселье, то девицы наперебой стараются его задобрить, каждая из танцующих считает своим долгом спеть о нем:

Сочиняются частушки отдельными слагателями (в деревнях, на фабриках часто встречаются специалисты%составители час% тушечных куплетов; в последнее время все чаще и чаще эти поэты записывают свои произведения в особых тетрадках), но часто частушки создаются коллективно в компаниях молоде% жи на посиделках, вечеринках, гулянии. Конечно, обычно в та% кой компании находится один%другой наиболее изобретатель% ный и находчивый человек, дающий толчок к коллективной импровизации. Очень часто используются уже как бы затвер% женные поэтические штампы, установившиеся поэтические формулы, подвергающиеся многообразным вариациям, перера% боткам и подновлениям.

Особенно часто бывает так, что начинают петь первую стро% ку какой%нибудь известной частушки и к этому «зачину» при% крепляют различные продолжения. Возьмем многократные вариации частушки с одним и тем же зачином:

1 Соколов Ю.М. Верхне%Моложский край. Быт, язык и творчество населе% ния // Тверской край. 1925. № 2. С. 58.

2 Быв. Московская губ. // Архив Гослитмузея.

3 Быв. Тверская губ. // Там же.

Тот же зачин мы находим также в любовной частушке быв% ших Саратовской, Псковской и других губерний. Но тот же за% чин встречается в плясовых и шуточных частушках:

Из приведенных примеров видно, как своеобразно применя% ется традиционный зачин к различным темам и как своеобразно используется заключенный в зачине образ: иногда связь образа% символа и всего содержания частушки совершенно явственна, иногда она затуманена, иногда же превращается лишь в паро% дийную игру слишком приевшимся шаблоном.

Еще чаще создание новых частушек идет по более простой линии. Традиционная частушка, получая новое применение, подвергается новой переработке. Особенно часто встречается замена личных имен, названий деревни или города, событий

ит.д. Во всех этих случаях даже легкое подновление частуш% ки вызывает в среде поющих новую реакцию, усиливая эффект песенки.

За последние десятилетия, особенно с начала империали% стической войны (а затем с большой силой после революции, о чем будет речь ниже), репертуар частушек стал пополняться большим притоком из литературы, из книг. Частушка была использована в агитационных и пропагандистских целях. Это

ивполне понятно, если только принять во внимание, как удоб% на для этих целей форма частушки. Многие поэты, назовем на первом месте Маяковского, пустили в широкую массу большое количество частушек, и часть их привилась в песенном репер% туаре настолько прочно, что в иных случаях бывает совершен% но невозможно отличить такую «искусственную» частушку от

1 Быв. Костромская губ. // Там же.

2 Быв. Рязанская губ. // Там же.

3 Быв. Рязанская губ. // Там же.

4 Быв. Курская губ. // Там же.

Частушки

475

«народной». В этом вопросе об «искусственных» и «неискусст% венных» частушках нужно разобраться. Могут ли и должны ли частушки, сочиненные писателями, журналистами и через кни% гу попавшие в народную массу, включаться в сборники часту% шек «народных»? Ответ должен быть, на мой взгляд, дан та% кой: если частушка входит в репертуар той или другой группы населения, то независимо от того, каким образом она попала

вданную среду, она должна восприниматься как факт быта дан% ной среды. Другое дело, если в каких%нибудь печатных сборни% ках, халтурных песенниках помещаются частушки, составлен% ные без достаточного умения, с нарушением поэтики данного жанра, другими словами, фальсифицированные частушки. Но такие частушки обычно и не имеют дальнейшей жизни в устах молодежи города и деревни и, таким образом, сами собой выпа% дают из репертуара. Каждая социальная среда производит ху% дожественный и идеологический отбор в притекающих к ней песнях, и этот отбор является в большей или меньшей степени показательным для ее поэтического стиля. В одной среде час% тушка привьется, в другой будет отменена начисто или подверг% нется переработке. Поэтому так интересно следить за жизнью и странствованием частушки, ее постоянными изменениями

всоответствии с дифференциацией социальной среды и пере% менами исторической жизни. Некоторые частушки распрост% ранены были по всей стране, иные имели узко местное значе% ние, не выходя за пределы одной деревни или фабрики. Одни частушки способны прожить в течение нескольких десятиле% тий, другие живут очень короткий срок: очень многие являются прямо%таки однодневками. Ловить их на лету необходимо, так как они дают как бы моментальные снимки быстро меняющей% ся жизни. Частушки — это как бы словесный кинематограф.

Содержание частушек весьма разнообразно. Наибольшее количество дореволюционных частушек было сочинено на тему личного любовного чувства. Любовь, ревность, ссора с милым, разлука (со всеми оттенками чувства, начиная от самого нежно% го, кончая яростью и жестокостью) выражены в этих коротких песенках. Огромное большинство любовных частушек — про% дукт творчества девиц, женщин, как и прежняя старая любов% ная протяжная песня. Многие созданы в порядке трогательной непосредственной импровизации, импрессионистически отобра% жая оттенки настроения:

Некоторые частушки полны интимного чувства, которое на% ходит себе выражение не при помощи сопоставления или срав% нения, а лишь указанием какой%нибудь детали во внешнем по% ведении человека:

Мотивы любви занимали главное место в частушечном ре% пертуаре дооктябрьской деревни, тем более что частушка по преимуществу была, как мы уже говорили, песней женской. Эти мотивы были характерны для частушек и конца XIX, и для XX в. Все учащавшиеся уходы деревенского населения на за% работки в город были готовыми толчками для развития в час% тушках мотивов разлуки. В годы войн, в японскую, всемирную, гражданскую, отлив населения и главным образом мужской молодежи усиливался еще больше. Мотивы разлуки в эти годы слышались в частушках все чаще и чаще. В частушках девицы выражали свое стремление повидать милых, попавших в плен. Да и независимо от войны, в повседневной жизни разлука после счастливой любви бывала в деревне обычным делом. Трогатель% ный своей искренностью тон в выражении чувства разлуки спо% собен порой делать незаметным тот или другой шаблонный, иногда даже пошловатый частушечный оборот, как, например, трафаретный запев в следующей частушке:

Шла я лесом, с интересом Не румяна — бледная. Птичка жалобно запела: «Остаешься, бедная»3.

Причиной разлуки нередко указывается измена милого, а разлучницей — близкая подружка.

1 Быв. Тверская губ. // Архив Гослитмузея.

2 Там же.

3 Там же.

Частушки

477

Среди любовных частушек выделяется очень интересная группа частушек о соперницах:

Порою девушка маскирует свое чувство ревности, прикры% вает его напускным пренебрежением:

Милый думает о том, Что я думаю о нем. А не думает того, —

Семь и восемь без него2.

Отчаяние покинутой девицы выражалось, например, в таких наивных частушках:

Так как частушка сочинялась (да и продолжает и теперь сочи% няться) в огромном большинстве случаев молодежью, то, есте% ственно, большинство и говорит о любви и о перипетиях ее до бра% ка. Частушек же, обрисовывающих семейную жизнь, значительно меньше, и притом те, которые есть, обрисовывают семейную жизнь с точки зрения той же молодежи: описывают родительскую стро% гость, надзор, попреки, наказания, уговоры, а порою отношения родителей друг с другом и т.д. Вот шутливо%добродушная песенка об отце и матери, сложенная наблюдательной дочкой:

Батька баню продает, Мамка плачет, не дает. Батька мамку поцелует, Мамка козырем пойдет4.

1 Быв. Тверская губ. // Архив Гослитмузея.

2 Там же.

3 Там же.

4 Там же.

ВИДЫ И РОДЫ ФОЛЬКЛОРА

478

Огромное большинство дореволюционных частушек пред% ставляет собой любовную лирику, а также вообще отклики на события частной, личной жизни. И тем не менее частушки, ка% сающиеся подобных частных тем, отражают рост общественно% го самосознания деревни и глубокие изменения в ее быту и куль% туре. Если сравнить любовные частушки в XIX и XX вв. со старинными протяжными лирическими песнями, мы легко убе% димся, что в пределах личного чувства произошли колоссаль% ные сдвиги, отображающие более общие сдвиги всего миросо% зерцания крестьянства. Если в протяжных старинных песнях господствовало чувство безысходности, обусловленное непре% одолимой властью семейно%бытовых традиций (власть родите% лей, власть мужа, власть деревенских толков и пересудов), то лично%интимная частушка, отмечая оттенки чувства — от са% мых нежных до самых гневных и жестоких, говорит о пробу% дившейся свободе чувства, даже о силе протеста против веко% вых устоев. Следовательно, и любовная частушка является показателем громадных общественных сдвигов в деревне, ото% бражением тех глубоких социально%экономических перемен, которыми сопровождалось в деревне развитие промышленного капитализма, а впоследствии коренного переворота, который произвела Великая Октябрьская социалистическая революция. Поэтому было бы совершенно неправильно недооценивать зна% чение любовных частушек как ярких показателей изменений в социальной жизни деревни.

Некоторые категории частушек сочинялись и мужской ча% стью деревенской молодежи. При этом отличительной особен% ностью их, в сравнении с интимной и порою трогательной ли% рикой девичьих частушек, были черты нарочитой грубости в образах и словах. Мотивы разгула, пьянства и хулиганства были довольно часты в них. Такие частушки порой являлись показателями деклассации некоторых прослоек крестьянства. В иных звучали ноты какого%то душевного надрыва, безысход% ного отчаяния, беспомощного признания в своем бессилии пе% ревоспитать себя, сдерживать себя, подчинить себя требованиям разумной общественности.

Подобные частушки воскрешают очень многие темные кар% тины дореволюционной деревни с постоянными драками, по% ножовщиной, пьяными скандалами. Они дают возможность нам отчетливее представлять себе ту глубочайшую пропасть, кото%

Частушки

479

рая образовалась между дореволюционным и советским бытом деревенской молодежи благодаря успехам культурной револю% ции, всеобщей коллективизации и работе комсомола.

Сатирические частушки не имели вначале широкого обще% ственного интереса. Это были большей частью сатирические издевки деревенских девиц над своими парнями и обратно, а также сатирические выпады молодежи одной деревни против молодежи другой. Высмеивались внешние манеры, повадки, озорство, хулиганство, пьянство, особенности одежды, говор, мелкие казусы повседневной деревенской жизни, например:

Не ходите, девки, замуж Во Осташково село.

Там пословица худая, Говорят: «Цево, цево»1.

К 1905 г. тематика общественных частушек становится се% рьезнее, глубже и шире. Мы находим в частушке отклики на забастовки и отражение крестьянских волнений:

Ряд частушек высмеивает полицию, духовенство и царя:

Частушки на непосредственно общественные темы занима% ли в дооктябрьской деревне очень незначительное место, но чем ближе к революции, тем место их в песенном репертуаре все больше и больше расширялось, а удельный вес все возрастал.

1 Быв. Тверская губ. // Архив Гослитмузея.

2 Бабкин М.К. 1905 и 1906 годы в Михайловском уезде. Рязань, 1930. С. 31. 3 Там же.

4 Запись В. Чичерова // Архив Гослитмузея.

ВИДЫ И РОДЫ ФОЛЬКЛОРА

480

Империалистическая война не могла не отразиться на те% матике частушек. Война начинала тяготить солдатскую мас% су, фронт и тыл стали только и мечтать, что о скорейшем ее окончании:

Надоела, надоела Нам германская война.

Помолитесь, девки, богу, Замирилась бы она1.

Рос ропот, пробуждалась критика царского строя и царской власти. В деревнях и даже на фронте, в окопах, несмотря на бдительность и строгость начальства, раздавались такие ноты протеста и осуждения:

Что ты, белый царь, наделал: Безо время войну сделал, Безо время, без поры Нас на бойню повели.

Что наделал, Миколаша ? Погибат Расея наша!2

Особенно решительны протесты молодых новобранцев:

Николаша, царь наш белый, Ты зачем приемку сделал, Ты зачем приемку сделал, Молодых ребят спрогневал?3

Это фамильярное обращение к царю в песнях, соединенное с иронией и пренебрежением, само по себе характеризует на% раставшее недовольство в массах. Революция была подготовле% на не только всем объективным ходом исторических событий, но и субъективным настроением масс.

Библиография

Симаков В.И. Сборник деревенских частушек. Ярославль, 1913. Сборник великорусских частушек / Под ред. Е.Н. Елеонской. М., 1914 (дана

библиография).

1 Быв. Костромская губ. 1914 г. Смирнов В. Отношение деревни к войне // Тр. Костром. науч. об%ва по изуч. местн. края. Вып. V. Кострома, 1916. С. 115.

2 Соколов Ю.М. Что такое фольклор? М., 1935. С. 50. 3 Там же.

Частушки

481

Симаков В.И. Новейшие деревенские частушки. Ярославль, 1915. Соколов Б.М., Соколов Ю.М. Сказки и песни Белозерского края. М., 1915. Туфанов А. Ритмика и метрика частушек при напевном строе // Красный

журнал для всех. 1923. № 7–8.

Соболев П.М. К вопросу о ритмико%метрической структуре частушек // Художественный фольклор. 1927. № 2–3.

Калецкий П.И. О поэтике частушки // Литературный критик. 1936. № 9.