Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

ТОР / учебники / Beck_New

.pdf
Скачиваний:
7
Добавлен:
13.02.2015
Размер:
2.3 Mб
Скачать

У

Н И В Е Р С И Т Е Т С К А Я

Б

И

Б

Л

И

О

Т

Е

К

А

А

 

Л

Е

К

С

А

Н

Д

Р

А

П О Г О Р Е Л Ь С К О Г О

С

Е

Р

И

Я

С О

Ц И

О Л О

Г

И Я

П О Л И Т О Л О Г И Я

УЛЬРИХ БЕК

ВЛАСТЬ И ЕЕ ОППОНЕНТЫ

В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗМА

НОВАЯ ВСЕМИРНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭКОНОМИЯ

Перевод с немецкого А. Григорьева и В. Седельника

П Р О Г Р Е С С - Т Р А Д И Ц И Я

ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ «ТЕРРИТОРИЯ БУДУЩЕГО» МОСКВА 2007

УДК 316 ББК 65.03

Б 42

:

В. В. Анашвили, А. Л. Погорельский

:

В.Л. Глазычев, Л. Г. Ионин,

А.Ф. Филиппов, Р. З. Хестанов

Издано при финансовой поддержке фонда

им. — , Бонн

Die Herausgabe dieses Werkes wurde aus Mitteln von goethe-institut inter nationes, Bonn, gefördert

Бек У.

42 Власть и ее оппоненты в эпоху глобализма. Новая всемирно-политическая экономия/Пер. с нем. А. Б. Григорьева, В. Д. Седельника; послесловие В. Г. Федотовой, Н. Н. Федотовой. — М.: Прогресс-Традиция; Издательский дом «Территория будущего» (Серия «Университетская библиотека Александра Погорельского»), 2007. — 464 с.

Ульрих Бек (р. 1944) — ведущий немецкий социолог, профессор Мюнхенского университета, известный русскому читателю по книгам «Общество риска» и «Что такое глобализация?».

Его новая работа, «Власть и ее оппоненты в эпоху глобализма», посвящена одной из наиболее актуальных проблем современного мира — проблеме глобализации, ее сущности и последствий. По мнению автора, в исследовании феномена глобализации на смену политическому реализму, ориентирующемуся только на национальную точку зрения, приходит космополитический реализм, который подчеркивает решающую роль мировых экономических сил и акторов в сотрудничестве и противостоянии государств.

 

! 65.03

 

© Suhrkamp Verlag Frankfurt am Main 2002

 

© А. Б. Григорьев, перевод, 2007

 

© В. Д. Седельник, перевод, 2007

 

© В. Г. Федотова, послесловие, 2007

 

© Н. Н. Федотова, послесловие, 2007

isbn 5 – 89826 – 286 – 5

© Прогресс-Традиция, 2007

isbn 5 – 91129 – 033 – 2

© Территория будущего, 2007

Повод для написания этой книги: подъем правого

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

популизма в Европе. Перевод В. Седельника

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

· 7

Предисловие. Перевод В. Седельника

 

· · · ·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

12

Глава i. Введение. Новая критическая теория

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

с космополитической целью1

 

· · ·

·

· · · ·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

17

Глава ii. Критика национального взгляда

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

64

Глава iii. Меняющая правила мировая внутренняя политика:

 

 

 

 

к разграничению экономии, политики и общества

 

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

88

Глава iv. Власть и ее оппоненты в эпоху глобализма.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Стратегии капитала · · · · · ·

·

· · ·

·

· · · ·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

 

169

Глава v. Государственные стратегии между

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ренационализацией и транснационализацией

 

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

 

231

Глава vi. Стратегии движений гражданского общества

 

·

·

·

·

·

·

 

315

Глава vii. Кто выигрывает? О трансформации понятия

 

 

 

 

 

 

 

 

и форм государства и политики во Втором модерне

 

·

·

·

·

·

·

·

·

 

329

Глава viii. Маленькая надгробная речь у колыбели

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

космополитической эпохи ·

·

· · ·

·

· · · ·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

· ·

· ·

·

 

368

Литература · · · · · · · · · · · ·

·

· · ·

·

· · · ·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

·

 

405

В. Федотова, Н. Федотова. Вторая Великая трансформация:

 

 

 

 

 

 

политические и экономические основания нашего времени

 

·

·

 

433

1 Главы i–iii — перевод В. Д. Седельника, iv–viii — перевод А. Б. Григорьева.

' ( ( ) ' ) * ! : ' (+ , ' ' ' /, '

Распространение правого популизма в Европе (и других частях света) есть реакция на отсутствие какой бы то ни было перспективы перед миром, границы и основания которого пришли в движение. Неспособность господствующих властных институтов и элит воспринимать

ипродуктивно упорядочивать эту новую реальность связана с характером данных институтов, с историей их возникновения. Они появились на свет в мире, в котором ведущую роль играли полная занятость, доминирование в национальной экономике национально-государст- венной политики, функционирующие границы, строгая территориальная независимость и идентичность. Это можно продемонстрировать почти на любой из ключевых тем, волнующих людей. Кто при наличии массовой безработицы и стремительно распространяющейся сомнительной занятости провозглашает идеалы полной занятости, тот издевается над людьми. Кто в странах, где средняя численность детей сократилась до угрожающих 1,3 %, утверждает, что доходам ничто не угрожает, тот издевается над людьми. Кто во время драматического снижения поступлений от промыслового налога превозносит глобализацию, которая позволяет транснациональным концернам сталкивать лбами страны и не платить налогов, тот издевается над людьми. Кто на фоне конфликтов, в которых оказываются этнически разнородные сообщества, проповедует идеалы мультикультурной любви к чужим, тот издевается над людьми. Кто в век текущих или грозящих экологических катастроф и отравления продуктами питания заявляет, что техника и индустрия способны решать ими же порождаемые проблемы, тот издевается над людьми. Мы, европейцы, делаем вид, будто все еще существуют Германия, Франция, Италия, Нидерланды, Португалия и т. д. Но их давно уже нет, так как закрытые национальногосударственные держатели власти и отделенные друг от друга границами государства стали ирреальными самое позднее с введением евро. В нынешней Европе нет больше Германии, Франции, Италии

ит. д. в том виде, в каком они остались в головах людей и в иллюстрированных сочинениях историков, так как нет больше границ, компе-

7

@ACEFG IJK. LANOPC L QRSG@ TASINAFUVN

тентности и обособленного опытного пространства, т. е. всего того, на чем зиждился национально-государственный мир. Но если все это уже стало прошлым, если мы мыслим, действует и исследуем категориями зомби, то что тогда должно возникнуть или уже возникло?

Вот вопрос, который поднимает и на который пытается дать ответ эта книга. Возникла еще не осмысленная политика границ, переплетение отсутствующих рубежей, старых и новых границ и динамик, которые давно уже следует воспринимать не в национальных понятиях, а в рамках транснациональной мировой внутренней политики. Именно сохранение верности старым нормам безопасности — борьба с преступностью, выдворение иностранцев и тех, кто просит убежища,— вынуждает к отказу от национального монополизма силовых ведомств, полиции и пограничной службы, т. е. от священных прав суверенитета, ради того, чтобы снова обрести национальную безопасность и суверенитет.

Во взаимоотношениях между возникшими вследствие модернизации проблемами, изменяющими основы мироустройства, и затишьем в политике, двигающейся по замкнутому кругу, появилось табу, инсценированное средствами массовой информации, нарушение которого способствует непредвиденному росту правого популизма и одобрительного отношения к нему. Уже недостаточно карикатурно представлять популизм в виде балаганного силомера для установившегося политического консенсуса, надеясь при этом на его уязвимость. Чтобы понять политические потрясения, которые вызывает и использует правый популизм, следует открыть источники его силы. Они заключаются в том, что мотивы и темы заложенного в европейском модерне контр-просвещения — борьба с распадом и декадансом, возрождение старых ценностей и общностей — применяются к актуальному табу радикальной модернизации. Сбивающим с толку моментом здесь выступает принцип «не только…, но и», который по-новому перемешивает политические фронты. Так называемый правый популизм представляется теперь как «нетолькоправый, ноилевыйпопулизм». Его сила и внушающий беспокойство потенциал состоит в том, что такого рода политика соединяет, поглощает, комбинирует, синтезирует несовместимые вещи: правые цели, левые методы и инсценируемые средствами массовой информации просветительские нарушения табу, чтобы дать волю ядовитому потенциалу направленной против модерна озлобленности. Это находит отражение и в реакции общества. Демагогию популистов разоблачают, видя в ней опасность для демократии, но по крайней мере тайно приветствуют как взбадривающую шоковую терапию, в которой эта демократия нуждается. Поэтому сила популистов столь же велика, как и неумение правящих по-

8

RSLS\ \A] ^NRFON^F] QPS_ K^FTF…

литиков дать ответы на вопросы, которые ставит перед ними радикально изменившийся мир.

Как под лупой (и как в этой книге), это легко продемонстрировать на последствиях глобализации. Одни в публичных дебатах отметают «глобализацию» как не имеющее никакого смысла слово; другие, наоборот, возносят ее до уровня новой судьбы, которой должно подчиниться человечество. Незаметно для этой перепалки общественные науки перевели дискуссию в деловое русло. К настоящему времени разработано два подхода. Первый осмысливает и исследует глобализацию в духе растущей interconnectedness1 [Held и др., 1999; Beisheim

идр., 1999], т. е. в духе все увеличивающихся переплетений, взаимозависимостей, международных потоков, идентичностей и социальных связей. Второй подход делает упор на «упразднение пространства временем» [Harvey, 1990; Giddens, 1997] благодаря новым средствам коммуникации. Люди все больше хозяйствуют на интернациональной основе, работают, любят, выходят замуж и женятся, живут, путешествуют, потребляют, питаются, воспитывают в интернациональном духе детей, существуют в обобщенном, ничейном пространстве телевидения и Интернета; политические идентичности и пристрастия тоже больше не повинуются заповеди национальной моногамии лояльности. Глобализация уже мыслится здесь не как при первом подходе — растущей взаимозависимостью между продолжающими свое существование национально-государственными общественными пространствами, а как внутренняя глобализация самих этих пространств.

Подхватывая эти тезисы и одновременно делая существенный шаг вперед, данная книга поднимает и развивает идею глобализации как историческую трансформацию. Таким образом, игравшее до настоящего времени ведущую роль во взгляде на мир различение между национальным и интернациональным растворяется в пока еще нечетко очерченном силовом пространстве всемирной внутренней политики. Во всяком случае, в рамках этого различения сложилось мировоззрение Первого модерна, ключевые понятия (и теории) общества, идентичности, государства, суверенитета, легитимности, силы и господства, поэтому в данной книге ставится вопрос: каким образом можно прийти к пониманию этого мира с его всемирной динамикой — мира, в котором последствия и проблемы радикальной модернизации уничтожают опоры

илогику действия национально-государственных образований, исторически возникшие центральные различения и базисные институции? Ответ, который дается и трактуется в отдельных главах книги, звучит

1 взаимосвязанности (англ.).

9

@ACEFG IJK. LANOPC L QRSG@ TASINAFUVN

так: новая всемирная внутренняя политика, действующая здесь и сейчас за рамками различения между национальным и интернациональным, стала совершенно открытой в своих истоках силовой метаигрой, в которой границы, основополагающие правила и центральные различения заново согласуются не только на национальном и интернациональном уровне, но и на уровне мировой экономики и государства, транснационально действующих гражданских общественных движений, наднациональных организаций, национальных правительств и обществ.

Если национальное перестает быть национальным, а интернациональное интернациональным, то оказывается ложным и политический реализм, ориентирующийся только на национальную точку зрения. На его место приходит — в этом аргумент данной книги — космополитический реализм, логику силы которого предстоит раскрыть в научных понятиях. Этот реализм в той же мере выделяет решающую роль мировых экономических сил и акторов в сотрудничестве и противостоянии государств, в какой стратегии транснациональных общественных гражданских движений, включая нецивилизованные (а точнее — террористические) международные организации, используют в своих политических целях приватизированную силу против государств.

Космополитический реализм (иначе говоря: макиавеллизм) дает ответ прежде всего на два вопроса. Во-первых, как, с помощью каких стратегий мировые экономические акторы навязывают государствам свой образ действия? Во-вторых, как государства в свою очередь могут отвоевать у мировых экономических акторов государственно-по- литическую метавласть, чтобы заставить всемирно-политический капитал принять космополитический режим, включающий политическую свободу, глобальную справедливость, социальную безопасность и экологическую устойчивость? Эта новая всемирно-политическая экономия обретает актуальность и научную значимость вследствие того, что, с одной стороны, она в качестве теории власти развертывается над стратегическим пространством транснациональной экономики, а с другой стороны, одновременно подхватывает возникающий отсюда контрвопрос: каким образом можно подготовить основанную на идее государственности политику (в ее основополагающих понятиях, стратегическом силовом пространстве, интитуциональных типовых условиях) к ответу на вызовы не только мировой экономики, но и глобальных проблем, возникающих вследствие модернизации?

В пользу продвижения и, может быть, даже доминирования культуры глобальности говорит многое, наряду с прочим и то, что в напоре глобализированной модернизации мировые проблемы давно стали повседневностью. Изменение климата, разрушение окружающей среды,

10

Соседние файлы в папке учебники