Глава V. Порядок производства после решения о приемлемости жалобы

Статья 58

Государственные жалобы

(с поправками и изменениями,

внесенными 17 июня и 8 июля 2002 года)

1. Если Палата вынесла решение принять к производству жалобу, поданную на основании статьи 33 Конвенции, Председатель Палаты после проведения консультаций с заинтересованными государствами устанавливает сроки для представления письменных замечаний по существу дела и любых возможных дополнительных доказательств. Однако Председатель с согласия заинтересованных государств может дать распоряжение исключить письменное производство.

2. Слушание по существу дела проводится, если об этом просят одно или несколько заинтересованных государств или если Палата по собственной инициативе примет такое решение. Устное производство назначается Председателем Палаты.

Статья 59

Индивидуальные жалобы

(с поправками и изменениями,

внесенными 17 июня и 8 июля 2002 года, 7 июля 2003 года)

1. Как только жалоба, поданная на основании статьи 34 Конвенции, объявлена приемлемой, Палата или ее Председатель могут предложить сторонам представить дополнительные доказательства и письменные замечания.

2. Сторонам устанавливаются одинаковые сроки для представления замечаний, если только не принято иное решение.

3. По просьбе одной из сторон либо по собственной инициативе Палата может принять решение о проведении слушания по существу дела, если она полагает это необходимым для выполнения своих функций на основании Конвенции.

4. Председатель Палаты назначает, в соответствующих случаях, письменное и устное производство.

Статья 60

Требования о справедливой компенсации

(с поправками и изменениями, внесенными

13 Декабря 2004 года)

1. Любой заявитель, который желает, чтобы в случае признания Судом его прав нарушенными ему была присуждена справедливая компенсация на основании статьи 41 Конвенции, должен сформулировать детализированные требования по этому поводу.

2. Заявитель должен представить все свои требования в виде расчета с распределением по рубрикам вместе со всеми подтверждающими документами в срок, который был установлен Председателем Палаты для представления замечаний по существу.

3. Если заявитель не выполняет требования, изложенные в предыдущем пункте настоящей статьи, Палата может отклонить требования о справедливой компенсации полностью или частично.

4. Требования заявителя о справедливой компенсации направляются государству-ответчику для представления замечаний.

Статья 61

Процедура пилотного постановления

(введена 21 февраля 2011 года)

1. Суд может принять решение начать процедуру пилотного постановления и вынести пилотное постановление, если факты, ставшие основанием обращения в Суд, выявляют существование в государстве-ответчике структурной или системной проблемы либо иного подобного недостатка, который привел или может привести к обращению с аналогичными жалобами.

2. (a) Прежде чем принять решение начать процедуру пилотного постановления, Суд должен предложить сторонам высказать их мнения по вопросу о целесообразности рассмотрения жалобы в качестве основания для вывода о существовании в государстве-ответчике такой проблемы либо недостатка и о допустимости рассмотрения данной жалобы в соответствии с этой процедурой.

(b) Суд может принять решение начать процедуру пилотного постановления по собственной инициативе либо по просьбе одной или обеих сторон.

(c) Любая жалоба, выбранная для применения процедуры пилотного постановления, должна быть рассмотрена в приоритетном порядке в соответствии со статьей 41 Регламента.

3. Суд в своем пилотном постановлении должен указать характер структурной или системной проблемы либо иного недостатка, который он установил, и вид корректирующих мер, которые государству-ответчику необходимо принять на национальном уровне в целях исполнения постановления Суда.

4. Суд может указать в резолютивной части вынесенного им пилотного постановления, что корректирующие меры, указанные в пункте 3 данной статьи, должны быть приняты в течение определенного срока, принимая при этом во внимание характер необходимых мер и быстроту, с которой эта проблема может быть устранена на национальном уровне.

5. При вынесении пилотного постановления Суд может отложить рассмотрение вопроса о справедливой компенсации полностью или частично до принятия государством-ответчиком указанных в пилотном постановлении мер индивидуального или общего характера.

6. (a) При необходимости Суд может отложить рассмотрение всех жалоб, поданных по тому же основанию, до принятия государством-ответчиком корректирующих мер, указанных в резолютивной части пилотного постановления.

(b) Соответствующие заявители должны надлежащим образом уведомляться об отложении рассмотрения их жалоб. Они должны уведомляться, по мере необходимости, о любых происходящих движениях в их делах.

(c) Суд может в любое время рассмотреть отложенную жалобу, если этого требуют интересы надлежащего отправления правосудия.

7. Если стороны пилотного дела достигли дружественного урегулирования, их соглашение должно включать заявление государства-ответчика об осуществлении мер общего характера, указанных в пилотном постановлении, и корректирующих мер, которые государство-ответчик должно было принять в отношении других актуальных или потенциальных заявителей.

8. Если государство-ответчик не выполняет резолютивную часть пилотного постановления, Суд, если не принято иное решение, возобновляет рассмотрение жалоб, которые были отложены на основании пункта 6 данной статьи.

9. Комитет министров, Парламентская Ассамблея Совета Европы, Генеральный Секретарь Совета Европы и Комиссар по правам человека Совета Европы должны систематически уведомляться о вынесении пилотного постановления или любого иного постановления, в котором Суд выявляет существование структурной или системной проблемы в каком-либо из государств - участников Конвенции.

10. Информация о решении начать процедуру пилотного постановления, о вынесении пилотного постановления и его исполнении, а также об окончании этой процедуры должна быть опубликована на сайте Суда.

Статья 62

Дружественное урегулирование

(с поправками и изменениями, внесенными 17 июня

и 8 июля 2002 года, 13 ноября 2006 года)

1. После объявления жалобы приемлемой Секретарь, действуя на основании указаний Палаты или ее Председателя, вступает в контакт со сторонами с целью достижения дружественного урегулирования в соответствии с пунктом 1 статьи 39 Конвенции. Палата принимает все надлежащие меры для содействия сторонам в дружественном урегулировании.

2. В соответствии с пунктом 2 статьи 39 Конвенции переговоры, проведенные с целью достижения дружественного урегулирования, являются конфиденциальными и не наносят ущерба для доводов сторон в процессе судебного разбирательства. Никакие письменные или устные сообщения, а также предложения или уступки, сделанные в рамках вышеуказанных переговоров, не могут быть использованы в качестве аргументов, и недопустима ссылка на них в процессе судебного разбирательства.

3. Если Секретарь уведомляет Палату о том, что стороны согласились на дружественное урегулирование, то, удостоверившись, что вышеуказанное урегулирование достигнуто на основе соблюдения прав человека, как это признается в Конвенции и Протоколах к ней, Палата исключает жалобу из списка подлежащих рассмотрению дел в соответствии с пунктом 3 статьи 43 настоящего Регламента.

4. Пункты 2 и 3 настоящей статьи применяются с учетом соответствующих различий (mutatis mutandis) к процедуре, предусмотренной в статье 54А настоящего Регламента.

Статья 62A

Одностороннее заявление

(введена 2 апреля 2012 года)

1. (a) Если заявитель отказался от условий дружественного урегулирования, созданных в соответствии со статьей 62 настоящего Регламента, государство-ответчик может подать в Суд прошение об исключении жалобы из списка подлежащих рассмотрению дел в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции.

(b) Такое прошение должно сопровождаться заявлением, прямо подтверждающим, что в деле заявителя имело место нарушение Конвенции в отношении заявителя, вместе с обязательством обеспечить адекватное возмещение заявителю ущерба и, при необходимости, принять необходимые меры для исправления положения.

(c) Одностороннее заявление по смыслу подпункта (b) пункта 1 настоящей статьи должно быть сделано в рамках открытой и состязательной процедуры отдельно от любой процедуры дружественного урегулирования, требующей должного соблюдения конфиденциальности и упомянутой в пункте 2 статьи 39 Конвенции и пункте 2 статьи 62 настоящего Регламента.

2. В исключительных ситуациях, если это оправданно, прошение и сопровождающее его заявление могут быть поданы в Суд даже в отсутствие предварительной попытки достичь дружественного урегулирования.

Комментарий к главе V раздела II

Глава V разд. II Регламента регулирует порядок производства после решения о приемлемости жалобы. Учитывая, что порядку рассмотрения жалоб был дан подробный комментарий в предыдущей главе, в настоящей главе будут прокомментированы только положения Регламента, касающиеся справедливой компенсации, процедуры пилотного постановления и дружественного урегулирования.

1. Большой значимостью обладает ст. 60 Регламента, посвященная требованию о присуждении справедливой компенсации. Возможность заявителя получить от государства-ответчика справедливую компенсацию в связи с нарушением прав, гарантированных Конвенцией и Протоколами к ней, предусмотрена ст. 41 Конвенции <1>, устанавливающей право Суда присудить пострадавшему лицу определенную денежную сумму в качестве справедливой компенсации за ущерб, нанесенный ему в результате нарушения Конвенции.

--------------------------------

<1> До внесения изменений в Конвенцию Протоколом N 11 в ст. 50 регулировался вопрос выплаты справедливой компенсации пострадавшему лицу. Поэтому в целях изучения прецедентной практики Европейского суда относительно размера выплаты справедливой компенсации можно обратиться к практике применения ст. 50 Конвенции в ее прежней редакции.

Требование о справедливой компенсации (ст. 41 Конвенции) может быть удовлетворено только в том случае, если Европейский суд признает факт нарушения государством-ответчиком норм Конвенции и (или) Протоколов к ней (соответственно, в отсутствие признания Судом нарушений Конвенции и (или) Протоколов к ней компенсация присуждена быть не может). Это отражено в п. 8 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации": "Компенсация может быть присуждена только за ущерб, причиненный в результате установленного Судом нарушения. Компенсация не может быть присуждена за ущерб, причиненный в результате событий или ситуаций, которые не были признаны нарушениями Конвенции, или за ущерб, относящийся к части жалобы, признанной неприемлемой на более ранних этапах судебного разбирательства".

Вместе с тем следует специально подчеркнуть, что установление Европейским судом нарушения прав, гарантированных Конвенцией и (или) Протоколами к ней, не влечет автоматического (обязательного) присуждения справедливой компенсации, поскольку согласно ст. 41 Конвенции она присуждается Судом лишь "в случае необходимости", что отмечается в п. 1 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации".

Более того, в п. 2 данной практической инструкции обращается внимание на то, что Суд присуждает только такую компенсацию, которая является справедливой в обстоятельствах данного дела, т.е. в каждом конкретном случае Суд исходит из обстоятельств дела. Причем Суд в некоторых случаях вправе решить, что сама по себе констатация нарушения прав, гарантированных Конвенцией и (или) Протоколами к ней, представляет собой достаточную справедливую компенсацию и нет необходимости присуждения денежного возмещения. В том же пункте названной практической инструкции подчеркивается: "Руководствуясь принципами справедливости, Суд также может присудить компенсацию в меньшем размере, чем размер реально причиненного ущерба или понесенных судебных расходов и издержек, или вовсе отказать в присуждении компенсации. Такая ситуация может иметь место, например, в случае, если размер причиненного ущерба или судебных расходов и издержек обусловлен необоснованными действиями самого заявителя. При определении размера присуждаемой суммы компенсации Суд может также учесть положение заявителя, являющегося жертвой нарушения, и государства-ответчика, ответственного за обеспечение соблюдения публичных интересов. В конце концов Суд обычно принимает во внимание экономическую ситуацию в государстве-ответчике".

В качестве справедливой компенсации нарушения прав, предусмотренных в Конвенции и (или) Протоколах к ней, в соответствии с п. 6 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" Европейский суд может присудить выплату в пользу заявителя компенсации:

1) материального ущерба;

2) нематериального (неимущественного) ущерба;

3) судебных издержек и расходов.

Суд может присудить справедливую компенсацию в единой сумме или с указанием размера компенсации материального и нематериального ущерба.

Например, в деле "Ассанидзе против Грузии" (Assanidze v. Georgia) <1> Суд обязал государство-ответчика выплатить заявителю сумму в размере 150 тыс. евро в качестве компенсации и материального, и нематериального ущерба. Сходным образом Суд поступил по делу "Илашку и другие против Молдовы и России" (Ilascu and others v. Moldova and Russia) <2>, присудив первому заявителю 180 тыс. евро, а остальным заявителям - по 120 тыс. евро в качестве компенсации нематериального и материального ущерба. Нередко Суд присуждает справедливую компенсацию в единой сумме, когда очевидно, что компании причинен материальный и нематериальный ущерб, но установить его точный размер не представляется возможным (см., например, дело "АО "Комингерсол" против Португалии" (Comingersoll S.A. v. Portugal) <3>).

--------------------------------

<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 8 april 2004 on the merits of the application N 71503/01 Assanidze v. Georgia.

<2> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 8 july 2004 on the merits of the application N 48787/99 Ilascu and others v. Moldova and Russia.

<3> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 6 april 2000 on the merits of the application N 35382/97 Comingersoll S.A. v. Portugal.

Необходимо подчеркнуть, что справедливая компенсация не является наказанием государства-ответчика, на это прямо указывается в п. 9 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации": "Целью возмещения ущерба является компенсация заявителю имевших место неблагоприятных последствий нарушения. Компенсация не является средством наказания государства-ответчика, допустившего нарушение. Таким образом, Суд до настоящего времени считает нецелесообразным удовлетворять требования о возмещении ущерба, характеризуемые как "карательные", "штрафные" или "назидательные". В связи с этим в ответ на требования некоторых заявителей присудить справедливую компенсацию в качестве наказания за нарушение прав этого заявителя Суд неоднократно отмечал, что не видит для этого никаких оснований. Проценты, назначаемые Судом за просрочку срока, установленного для выплаты справедливой компенсации, также не преследуют цели наказания и назначаются в размере официальной учетной ставки в государстве-ответчике.

2. Как уже было сказано, присуждение справедливой компенсации согласно п. 1 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" не является обязательным следствием установления Европейским судом нарушения права, гарантированного Конвенцией. Ее присуждение требует от заявителя соблюдения ряда формальных требований, установленных Конвенцией и Регламентом (п. 4 практической инструкции).

Во-первых, на основании п. п. 1 и 2 ст. 60 Регламента обязательным условием присуждения справедливой компенсации пострадавшему лицу является прежде всего заявление им самостоятельного детализированного требования о присуждении справедливой компенсации, которое должно быть представлено в форме специального меморандума заявителя - в виде расчета с распределением по рубрикам (с приложением подтверждающих документов).

Нередко заявители включают требование о выплате справедливой компенсации в формуляр жалобы (самым "удобным" для этого признается п. 19 формуляра). Однако и включение в формуляр этого требования, и приведение расчетов с обоснованием сумм лишено практического значения. Это связано с тем, что Суд после коммуницирования жалобы государству-ответчику предлагает заявителю представить подробные и обоснованные требования (которые необходимо сопроводить соответствующими доказательствами). Если же жалоба не дойдет до этапа коммуницирования государству-ответчику (будет признана неприемлемой или исключена из списка подлежащих рассмотрению дел), то наличие в ней требования о выплате справедливой компенсации не имеет никакого смысла.

Таким образом, необходимо своевременно отвечать на предложения Секретариата Суда (после коммуницирования жалобы государству-ответчику) о предоставлении требования относительно справедливой компенсации. В том случае, если заявитель в установленный срок не выдвинет такое требование, Суд будет исходить из отсутствия у заявителя подобного требования (исключение из этого правила составляют случаи, когда были нарушены фундаментальные права заявителя, например запрет на лишение жизни (ст. 2 Конвенции) или запрет пыток и жестокого обращения (ст. 3 Конвенции) <1>).

--------------------------------

<1> См., например: Judgment of the European Court of 20 january 2005 on the merits of the application N 63378/00 Mayzit v. Russia, § 87 - 88; Judgment of the European Court of 12 april 2005 on the merits of the application N 36378/02 Shamayev and 12 others v. Georgia and Russia, § 531; Judgment of the European Court of 24 may 2007 on the merits of the application N 52058/99 Gorodnitchev v. Russia, § 140 - 143.

Так, в деле "ОАО "Росэлтранс" против России" (Roseltrans v. Russia) <1>, несмотря на то что Европейский суд признал нарушенными права компании, он не стал рассматривать вопрос о справедливой компенсации, поскольку компания не представила в установленный Судом срок требования о справедливой компенсации. Аналогичным образом Европейский суд поступал во многих других делах, когда заявители игнорировали предложения Секретариата Суда о предоставлении в соответствующий срок требований о справедливой компенсации <2>.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 21 july 2005 on the merits of the application N 60974/00 Roseltrans v. Russia, § 32.

<2> См., например: Judgment of the European Court of 18 november 2004 on the merits of the application N 69529/01 Pravednaya v. Russia, § 45 - 46; Judgment of the European Court of 5 october 2006 on the merits of the application N 29510/04 Marchenko v. Russia, § 46; Judgment of the European Court of 24 march 2005 on the merits of the application N 58254/00 Frizen v. Russia, § 39; Judgment of the European Court of 23 october 2003 on the merits of the application N 58263/00 Timofeyev v. Russia, § 51 - 52.

Следует подчеркнуть, что при предоставлении детализированного требования о справедливой компенсации допустимо включить в него просьбу об оплате юридической помощи (см. об этом комментарий к гл. XI разд. II Регламента).

Во-вторых, на основании п. п. 1 и 2 ст. 60 Регламента обязательным условием присуждения справедливой компенсации пострадавшему лицу является приложение к детализированному требованию о присуждении справедливой компенсации всех подтверждающих документов.

На данную обязанность заявителя указывается в п. 5 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации". Кроме того, на нее специально обращается внимание в п. 11 этой практической инструкции: "Именно заявителю надлежит доказать, что ущерб является последствием предполагаемого нарушения или нарушений. Заявителю необходимо представить соответствующие документы, подтверждающие, насколько это возможно, не только сам факт причинения ему ущерба, но и размер или сумму ущерба". Данная обязанность упоминается и в п. 21 практической инструкции: "Суд требует доказательств, например детализированных расчетов и счетов. Они должны быть достаточно подробными, с тем чтобы Суд мог определить, в какой степени были выполнены указанные выше требования".

В-третьих, заявлять требование о справедливой компенсации нужно не одновременно с подачей индивидуальной жалобы и не в ее тексте, а в самостоятельном порядке - путем подачи отдельного заявления в рамках обмена письменными замечаниями (меморандумами). О подаче такого заявления упоминалось при разборе этапов рассмотрения жалобы в Суде: заявить требование о присуждении справедливой компенсации заявитель вправе после коммуницирования жалобы государству-ответчику при предоставлении ответных письменных замечаний (меморандума) и ответов на вопросы Суда (см. об этом комментарий к гл. IV разд. II Регламента).

Важно отметить, что в п. 4 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" специально подчеркивается: даже если заявитель изложил требование о присуждении справедливой компенсации в формуляре жалобы (и подкрепил его необходимыми документами), он должен повторно изложить это требование после коммуницирования жалобы государству-ответчику, представив соответствующие доказательства. В противном случае требование о справедливой компенсации не будет удовлетворено Судом.

В-четвертых, надо специально подчеркнуть обязанность заявителя предъявить требование о справедливой компенсации в срок, установленный Судом для предоставления заявителем таких письменных замечаний, поскольку этот срок по общему правилу Судом не продлевается. Согласно п. 4 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" такое требование, предъявленное за пределами срока, установленного для его подачи, влечет за собой отклонение данного требования.

Постановление о присуждении справедливой компенсации обычно выносится одновременно с постановлением по существу жалобы. Однако в силу п. 1 ст. 75 Регламента не исключена возможность вынесения Судом постановления по существу с отложением вопроса относительно присуждения компенсации на более позднее время с целью выяснения позиций сторон и возможных путей устранения последствий нарушения.

Порядок рассмотрения вопроса о присуждении справедливой компенсации урегулирован в ст. 75 Регламента.

Согласно п. 1 данной статьи если Палата или Комитет установили наличие нарушения Конвенции или Протоколов к ней, при том что заявителем были представлены детализированные требования в соответствии со ст. 60 Регламента и вопрос готов к рассмотрению, то Палата или Комитет принимают соответствующее решение о присуждении заявителю справедливой компенсации. В этом случае решение о присуждении справедливой компенсации отражается в том же постановлении по существу жалобы.

В том случае, если вопрос о присуждении заявителю компенсации не готов к рассмотрению, то Палата или Комитет откладывают его разрешение (в части или полностью) и затем начинают дополнительное производство. Как правило, Суд поступает подобным образом, когда полагает, что заявителю действительно должна быть выплачена денежная компенсация, но исчисление судебных расходов пострадавшего лица и (или) причиненного ему материального либо нематериального ущерба является особенно сложным по данному конкретному делу.

В случае самостоятельного рассмотрения вопроса о присуждении справедливой компенсации Палата или Комитет заседают по возможности в том же составе судей, которые участвовали в рассмотрении данной жалобы по существу (п. 2 ст. 75 Регламента). По результатам рассмотрения вопроса о присуждении справедливой компенсации пострадавшему лицу Палата или Комитет выносят постановление, в котором указывают не только размер справедливой компенсации, но и срок ее выплаты заявителю. При этом следует отметить, что Палата или Комитет, присуждая справедливую компенсацию, могут принять решение о начислении процентов на любые присужденные решением суммы в случае невыплаты справедливой компенсации в установленный срок.

3. Конвенция не определяет условий присуждения справедливой компенсации. Практика Суда также не позволяет говорить о наличии четких критериев (стандартов) по вопросу определения размера компенсации - в каждом конкретном случае сумма справедливой компенсации, а также необходимость ее выплаты целиком зависят от усмотрения Суда. При этом Суд зачастую не считает нужным давать в своих решениях подробные пояснения по этому вопросу.

В практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" указывается, что при решении вопроса о присуждении данной компенсации Суд принимает во внимание все обстоятельства конкретного дела. Согласно п. 2 практической инструкции Суд наделен правом решить, что в отношении некоторых нарушений само их признание представляет собой достаточную справедливую компенсацию и у Суда нет необходимости присуждения денежного возмещения. Также Суд может присудить компенсацию в меньшем размере, чем размер реально причиненного ущерба или понесенных судебных расходов и издержек, или вовсе отказать в присуждении компенсации (подобная ситуация возможна, например, в случае, если размер причиненного ущерба или судебных расходов и издержек увеличился вследствие действий самого заявителя). При определении размера суммы компенсации Суд может также учесть (1) положение заявителя, являющегося жертвой нарушения, (2) экономическую ситуацию в государстве-ответчике, (3) национальные стандарты по выплате компенсации и пр.

Следует отметить, что в п. 7 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" предусматривается следующее правило: "Между причиненным ущербом и предполагаемым нарушением должна прослеживаться явная причинно-следственная связь. Суду недостаточно простых указаний заявителя на некоторую связь между предполагаемым нарушением и причиненным ущербом либо простых предположений о том, что такая связь могла бы быть". Таким образом, заявителю необходимо не только указать, но и доказать наличие связи между нарушением его прав и возникшим у него ущербом (материальным или нематериальным).

4. Часть 2 "Материальный ущерб" практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" закрепляет следующие правила: "Принцип возмещения материального ущерба состоит в том, что заявитель, насколько это возможно, должен быть возвращен в положение, в котором бы он пребывал в отсутствие нарушения, другими словами, принцип restitutio in integrum. Сюда следует отнести компенсацию как фактически причиненного ущерба (damnum emergens), так и расходов или уменьшения прибыли, которую следует ожидать в будущем (lucrum cessans)... По общему правилу Суд присуждает возмещение ущерба в полном размере в соответствии с расчетами. Однако если фактический ущерб не поддается точной оценке, Суд может сделать оценку на основании имеющихся у него в распоряжении материалов. Как указано в пункте 2 настоящей практической инструкции, Суд также может признать справедливым присуждение компенсации в размере меньшем, нежели размер причиненного материального ущерба" (п. п. 10 и 12).

С учетом сказанного размер материального ущерба, как правило, исчисляется математически. Заявителю необходимо доказать, во-первых, наличие и размер материального ущерба, а во-вторых, его причинно-следственную связь с нарушением Конвенции государством-ответчиком - заявитель не может получить компенсацию за ущерб, который не возник у него в действительности вследствие нарушения (дело "Кудла против Польши" (Kudla v. Poland) <1>, дело "Трейал против Эстонии" (Treial v. Estonia) <2>, дело "АО "Прессос Компания Навьера" и другие против Бельгии" (Pressos Compania Naviera S.A. and others v. Belgium) <3>, дело "Казарцев против России" (Kazartsev v. Russia) <4>, дело "Барбэра, Мессеге и Хабардо против Испании" (Barbera, Messegue and Jabardo v. Spain) <5>, дело "Чакичи против Турции" (Cakici v. Turkey) <6>, дело "Ильхан против Турции" (Ilhan v. Turkey) <7>, дело "Плаксин против России" (Plaksin v. Russia) <8>, дело "Левшины против России" (Levshiny v. Russia) <9>). Европейскому суду должен быть представлен обоснованный расчет всех заявленных сумм материального ущерба, подтвержденный письменными доказательствами. Причем Суд требует, чтобы это было "ясное и убедительное доказательство", "доказательство вне всяких сомнений" (см. дело "Продан против Молдовы" (Prodan v. Moldova) <10>).

--------------------------------

<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 26 october 2000 on the merits of the application N 30210/96 Kudla v. Poland, § 162 - 165.

<2> Judgment of the European Court of 2 december 2003 on the merits of the application N 48129/99 Treial v. Estonia, § 67 - 70.

<3> Judgment of the European Court of 20 november 1995 on the merits of the application N 17849/91 Pressos Compania Naviera S.A. and others v. Belgium.

<4> Judgment of the European Court of 2 november 2006 on the merits of the application N 25410/02 Kazartsev v. Russia.

<5> Judgment of the European Court of 13 june 1994 on the just satisfaction of the application N 10590/83 Barbera, Messegue and Jabardo v. Spain.

<6> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 8 july 1999 on the merits of the application N 23657/94 Cakici v. Turkey.

<7> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 27 june 2000 on the merits of the application N 22277/93 Ilhan v. Turkey.

<8> Judgment of the European Court of 29 april 2004 on the merits of the application N 14949/02 Plaksin v. Russia.

<9> Judgment of the European Court of 9 november 2004 on the merits of the application N 63527/00 Levshiny v. Russia.

<10> Judgment of the European Court of 18 may 2004 on the merits of the application N 49806/99 Prodan v. Moldova.

Таким образом, расчет суммы материального ущерба производится на основании установленных фактов и объективных экономических данных, что обычно не вызывает серьезных затруднений, поскольку применяемый Судом метод принципиально не отличается от метода, используемого национальными судами, за исключением одной особенности: на основании п. 12 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" в том случае, если размер фактически понесенного ущерба не поддается точному исчислению, Суд может присудить компенсацию в размере, соответствующем приблизительным расчетам, сделанным на основе имеющейся фактической информации.

В судебной практике Европейского суда под компенсацией материального ущерба понимается компенсация не только реального ущерба, который причинен заявителю нарушением его прав, но и упущенной выгоды, а кроме того - начисление процентов. При этом заявитель может получить справедливую компенсацию, даже если ему полагается возмещение материального ущерба на национальном уровне.

Так, в деле "Михеев против России" (Mikheyev v. Russia) <1> власти государства-ответчика заявили, что требования заявителя о справедливой компенсации не подлежат удовлетворению в Европейском суде, поскольку в национальном суде им начат гражданский процесс о возмещении ему ущерба, который на момент рассмотрения Судом вопроса о справедливой компенсации еще не завершен. Власти полагали, что требование заявителя о возмещении материального ущерба является преждевременным, так как производство в национальном суде не завершено и у заявителя имеется возможность получить компенсацию на национальном уровне. Европейский суд указал, что он вправе рассмотреть требование о выплате справедливой компенсации, даже если на национальном уровне еще продолжается такой процесс. Любая иная интерпретация ст. 41 Конвенции, по мнению Суда, сделала бы это положение неэффективным.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 26 january 2006 on the merits of the application N 77617/01 Mikheyev v. Russia, § 155.

К реальному ущербу в практике Европейского суда принято относить:

- стоимость утраченного заявителем имущества или имущественных прав;

- снижение рыночной стоимости имущества заявителя или его имущественных прав;

- сумму невыплаченной заявителю задолженности властей государства-ответчика;

- расходы заявителя на лечение и приобретение лекарств;

- иные расходы, вызванные ущербом здоровью;

- расходы в связи с подготовкой к новой профессии и т.п.

Важно отметить, что Суд возмещает так называемые будущие расходы, т.е. расходы, которые заявитель должен понести в будущем в связи с допущенным в отношении его нарушением (см., например, дело "Михеев против России" (Mikheyev v. Russia) <1>, дело "Акташ против Турции" (Aktas v. Turkey) <2>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 26 january 2006 on the merits of the application N 77617/01 Mikheyev v. Russia, § 159 - 161.

<2> Judgment of the European Court of 24 april 2003 on the merits of the application N 24351/94 Aktas v. Turkey, § 350.

В практике Европейского суда имело место возмещение упущенной выгоды как юридических, так и физических лиц: Суд взыскивал в пользу компаний и предпринимателей упущенную прибыль, а физическим лицам - утраченный доход или утраченное содержание. Под термином "упущенная выгода" понимается доход, который заявитель, очевидно, имел все основания получить, если бы государство-ответчик не допустило нарушения его прав. Под соответствующее понятие подпадает, например, утрата реальной возможности получать денежные выплаты, или извлечь прибыль, или увеличить доходы (см., в частности, дело "ОАО "Совтрансавто Холдинг" против Украины" (Sovtransavto Holding v. Ukraine) <1>, дело "Пелиссье и Сасси против Франции" ( and Sassi v. France) <2>, дело "Санди Таймс" против Соединенного Королевства" (Sunday Times v. the United Kingdom) <3>, дело "Янг, Джеймс и Уэбстер против Соединенного Королевства" (Young, James and Webster v. the United Kingdom) <4>, дело "Иатридис против Греции" (Iatridis v. Greece) <5>.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 2 october 2002 on the merits of the application N 48553/99 Sovtransavto Holding v. Ukraine, § 51.

<2> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 25 march 1999 on the merits of the application N 25444/94 and Sassi v. France.

<3> Judgment of the European Court of 6 november 1980 on the just satisfaction of the application N 6538/74 Sunday Times v. the United Kingdom.

<4> Judgment of the European Court of 13 august 1981 on the merits of applications N 7601/76 and 7806/77 Young, James and Webster v. the United Kingdom, § 15.

<5> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 19 october 2000 on the just satisfaction of the application N 31107/96 Iatridis v. Greece, § 32 - 42.

Упущенная выгода физических лиц включает в себя, в частности, утрату реальной возможности:

- заключить выгодную сделку;

- получать заработок или доход от определенной деятельности или имущества;

- получать пенсию или пособие;

- реальных перспектив увеличения заработка;

- получать денежное содержание или помощь от лица, погибшего в результате нарушения.

Вместе с тем заявитель должен дать обоснование заявленному требованию, поскольку Суд присуждает возмещение материального ущерба только при условии обоснованности заявленного требования (см., например, дело "Смит и Грэди против Соединенного Королевства" (Smith and Grady v. the United Kingdom) <1>, дело "Компания "Иммобилиаре Саффи" против Италии" (Immobiliare Saffi v. Italy) <2>, дело "Греческие нефтеперерабатывающие заводы "Стрэн" и Стратис Андреадис против Греции" (Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece) <3>, дело "Аксой против Турции" (Aksoy v. Turkey) <4>, дело "Огюр против Турции" (Ogur v. Turkey) <5>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 25 july 2000 on the just satisfaction of the applications N 33985/96 and 33986/96 Smith and Grady v. the United Kingdom.

<2> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 28 july 1999 the merits of the application N 22774/93 Immobiliare Saffi v. Italy.

<3> Judgment of the European Court of 9 december 1994 on the merits of the application N 13427/87 Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece.

<4> Judgment of the European Court of 18 december 1996 the merits of the application N 21987/93 Aksoy v. Turkey, § 111 - 113.

<5> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 20 may 1999 on the merits of the application N 21954/93 Ogur v. Turkey.

В деле "Платаку против Греции" (Platakou v. Greece) <1> заявительница потребовала возместить ей упущенную выгоду в виде процентов, которые она могла бы получить, если бы вложила суммы, истребованные от государства-ответчика в национальных судах, в государственные облигации. Однако Суд отказал в удовлетворении ее требования на том основании, что он не присуждает справедливую компенсацию в отношении гипотетических доходов, которые мог бы получить заявитель.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 11 january 2001 on the merits of the application N 38460/97 Platakou v. Greece.

В деле "Информационсферайн Лентиа" и другие против Австрии" (Informationsverein Lentia and others v. Austria) было установлено нарушение ст. 10 Конвенции (право распространять информацию) вследствие отказа австрийских властей выдать компаниям лицензии на создание радиовещательных и телевизионных предприятий <1>. Компании-заявители потребовали компенсации упущенной выгоды исходя из того, что если бы они получили лицензии, то могли бы получить прибыль. Однако Суд счел, что это предположение носит чисто теоретический (гипотетический) характер, и отказал в возмещении упущенной выгоды.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 24 november 1993 on the merits of the applications N 3914/88, 15041/89, 15717/89, 15779/89 and 17207/90 Informationsverein Lentia and others v. Austria.

Европейский суд допускает в качестве компенсации материального ущерба выплату процентов, причем в зависимости от обстоятельств дела компенсация может сводиться исключительно к выплате заявителю процентов либо проценты могут выплачиваться наряду с возмещением иного материального ущерба (реального ущерба или упущенной выгоды) (см., например, дело "Тытарь против России" (Tytar v. Russia) <1>, дело "Макарова и другие против России" (Makarova and others v. Russia) <2>, дело "Познахирина против России" (Poznakhirina v. Russia) <3>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 2 november 2006 on the merits of the application N 21779/04 Tytar v. Russia, § 24 - 26.

<2> Judgment of the European Court of 24 february 2005 on the merits of the application N 7023/03 Makarova and others v. Russia.

<3> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 24 february 2005 on the merits of the application N 25964/02 Poznakhirina v. Russia.

Обычно проценты начисляются Судом в случае нарушения властями государства-ответчика срока исполнения их обязанностей, связанных с получением заявителем денежных сумм. Наиболее частым случаем, когда государство-ответчик обязано выплатить проценты, является неисполнение (несвоевременное исполнение) вынесенного в пользу заявителя судебного решения о взыскании денежных средств с государственных, муниципальных органов или частного лица.

В деле "Гиззатова против России" (Gizzatova v. Russia) в пользу заявительницы было вынесено судебное решение о взыскании с муниципального предприятия возмещения ущерба, полученного при исполнении трудовых обязанностей. Задержка исполнения со стороны службы судебных приставов-исполнителей составила несколько лет. Задолженность, накопившаяся вследствие неисполнения судебных постановлений, была выплачена заявительнице только после того, как ее жалоба была коммуницирована властям государства-ответчика. Суд признал, что по данному делу были нарушены п. 1 ст. 6 Конвенции (право на разбирательство в разумный срок) и ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции (защита имущественных прав). В результате в пользу заявительницы была присуждена сумма в размере 32063,25 рубля в качестве процентов в счет возмещения материального ущерба, причиненного просрочкой исполнения судебного решения <1>. Аналогичным образом Европейский суд обязал государство выплатить проценты по делу "Макарова и другие против России" (Makarova and others v. Russia) <2>.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 13 january 2005 on the merits of the application N 5124/03 Gizzatova v. Russia.

<2> Judgment of the European Court of 24 february 2005 on the merits of the application N 7023/03 Makarova and others v. Russia.

В деле "Вассерман против России" (Wasserman v. Russia) <1> заявитель потребовал в качестве компенсации материального ущерба помимо основной суммы, присужденной заявителю решением национального суда, проценты по ставке 6% годовых, применимой в Израиле, так как заявитель был гражданином Израиля и проживал в данной стране. Власти государства-ответчика (Российской Федерации) указали, что заявитель не представил документов, подтверждающих его утверждение о существовании подобной процентной ставки. Однако, поскольку власти не предложили иной процентной ставки, при исчислении суммы процентов Европейский суд взял за основу процентную ставку, предложенную заявителем.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 18 november 2004 on the merits of the application N 15021/02 Wasserman v. Russia.

По делу "Тытарь против России" (Tytar v. Russia) <1> заявитель в возмещение материального ущерба потребовал присуждения суммы в размере 183 502 рубля в качестве процентов по ставке рефинансирования 13% годовых за весь период неисполнения судебного решения. Власти государства-ответчика не оспаривали размер суммы требуемой компенсации материального ущерба, однако указали, что эту сумму не следует присуждать, поскольку заявитель имеет возможность ее получить на национальном уровне. Европейский суд удовлетворил требование заявителя о возмещении материального ущерба и присудил ему 183502 рубля плюс сумма налогов, которые могут быть начислены на эту сумму.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 2 november 2006 on the merits of the application N 21779/04 Tytar v. Russia, § 24 - 26.

Таким образом, Суд допускает компенсацию материального ущерба, включая в него:

- возмещение реального ущерба, представляющего собой расходы, которые заявитель понес или должен был понести в связи с нарушением его прав, а также стоимость утраченного имущества (имущественных прав) или стоимость ухудшения состояния имущества;

- возмещение упущенной выгоды, представляющей собой утрату доходов в прошлом или исключение в будущем реальных возможностей, имеющих денежную стоимость;

- выплату процентов годовых на денежные суммы, причитающиеся, но не выплаченные заявителю.

5. Европейский суд присуждает компенсацию судебных издержек и расходов, истребуемых заявителем, значительно чаще, чем по другим видам требований о справедливой компенсации, по сравнению с материальным и нематериальным ущербом. Однако заявители обычно требуют выплатить им значительные суммы возмещения материального и нематериального ущерба, но при этом вовсе не включают в требование о справедливой компенсации расчет судебных расходов и издержек. Вместе с тем если заявитель не заявит подобного требования (в рамках общего требования о справедливой компенсации) в установленный срок, то Суд по общему правилу не рассматривает этот вопрос (см., например, дело "Мотьер против Франции" (Motiere v. France) <1>).

--------------------------------

<1> См. также: Judgment of the European Court of 2 november 2006 on the merits of the application N 21779/04 Tytar v. Russia, § 27; Judgment of the European Court of 21 july 2005 on the merits of the application N 23472/03 Grinberg v. Russia, § 41; Judgment of the European Court of 8 february 2005 on the merits of the application N 45100/98 Panchenko v. Russia, § 142; Judgment of the European Court of 5 december 2000 on the merits of the application N 39615/98 Motiere v. France, § 26.

Согласно прецедентной практике Европейского суда под судебными расходами и издержками понимаются расходы, которые возникли вследствие попытки заявителя предупредить или исправить нарушение Конвенции, а также добиться признания факта нарушения национальным судом.

Размер понесенных заявителем судебных расходов и издержек, так же как и материального ущерба, поддается математическому исчислению. Суд учитывает расходы и издержки, понесенные заявителем как во внутригосударственных органах (судебных и административных инстанциях), так и в ходе разбирательства дела непосредственно в Суде, при условии, что эти расходы и издержки связаны с выявленным нарушением Конвенции.

На основании п. 16 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" к судебным расходам могут быть, в частности, отнесены:

- гонорары, выплачиваемые адвокатам и юридическим советникам заявителя;

- расходы по оплате заключений экспертов;

- расходы на поездки и проживание в г. Страсбурге, а также расходы, связанные с оформлением и выдачей виз и паспортов (если такие поездки обусловлены участием заявителя или его представителя в устных слушаниях по жалобе);

- расходы на поездки и проживание при участии в выездных слушаниях делегации Европейского суда;

- расходы по переводу материалов Суда;

- расходы по подготовке и переводу судебных материалов, письменных замечаний (меморандумов), ходатайств и иных состязательных документов;

- расходы по оплате услуг нотариуса;

- расходы на машинописные работы и копирование документов;

- расходы на телефонные переговоры;

- расходы по оплате услуг почтовых организаций или курьерской службы, телеграфа, факсимильной связи и прочие расходы, связанные с представлением документов Европейскому суду.

Как видно из вышеизложенного, в качестве судебных расходов и издержек взыскиваются расходы, связанные с подготовкой документов и представлением их Европейскому суду или национальным судам, а также издержки в связи с участием заявителя и его адвокатов в судебных слушаниях и иных процедурах (переговорах по поводу заключения мирового соглашения, выездных слушаниях Европейского суда, проведении экспертиз и т.д.).

В соответствии с п. 17 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" Суд может удовлетворить требование о возмещении судебных расходов и издержек, только если они связаны с установленным нарушением; Суд отклоняет данное требование в той части, в которой жалоба признана неприемлемой, либо в той, в которой Суд не признал установленным нарушение. Вследствие этого заявителю рекомендуется предъявлять отдельные требования о возмещении судебных расходов и издержек в отношении различных частей жалоб.

Возмещение судебных расходов и издержек возможно при условии соблюдения определенных требований (см., например, дело "Николова против Болгарии" (Nikolova v. Bulgaria) <1>, дело "Веттштайн против Швейцарии" (Wettstein v. Switzerland) <2>).

--------------------------------

<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 25 march 1999 on the merits of the application N 31195/96 Nikolova v. Bulgaria, § 79.

<2> Judgment of the European Court of 21 december 2000 on the merits of the application N 33958/96 Wettstein v. Switzerland, § 56.

Во-первых, в соответствии с п. 18 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" расходы и издержки заявителя должны быть действительными: "Судебные расходы и издержки должны быть фактически понесены. Другими словами, заявитель должен фактически оплатить их либо на основании закона или договора должен быть связан обязанностью оплатить их". Для подтверждения понесенных судебных расходов и издержек заявителю надлежит представить документы, подтверждающие произведенные им расходы (квитанции, счета и пр.).

Согласно ст. 60 Регламента каждое требование о выплате справедливой компенсации должно быть подано в письменной форме с указанием расчета требуемых сумм и приложением соответствующих подтверждающих документов или квитанций. При отсутствии подтверждающих документов Суд может отказать в удовлетворении этого требования полностью или частично.

Данное правило особенно строго соблюдается в практике Европейского суда при рассмотрении требований о возмещении судебных расходов и издержек. Воспрещается бездоказательно требовать компенсации судебных расходов и издержек, не указав их точного размера и не представив расчетов по ним. Суд обязывает представлять ему подробный (детализированный) расчет с перечислением всех судебных расходов и издержек, которые возникли у заявителя при разбирательствах в Европейском суде, а также в национальных судах в связи с установленным нарушением Конвенции. В отношении каждого типа расходов и издержек может содержаться указание на то, каким документом они подтверждаются.

В деле "Тусашвили против России" (Tusashvili v. Russia) <1> помимо компенсации расходов на представителя заявитель просил возместить ему почтовые издержки, издержки за пользование компьютерной техникой, распечатывание и копирование документов, а также расходы, возникшие в связи с проездом и проживанием. Заявитель утверждал, что он не может указать точный размер этих расходов и издержек на момент рассмотрения его дела Европейским судом. Суд отметил, что расходы и издержки не были определены заявителем в точной сумме, по ним не представлено никаких платежных чеков или иных подтверждающих документов, поэтому они не подлежат возмещению.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 15 december 2005 on the merits of the application N 20496/04 Tusashvili v. Russia, § 35 - 38.

Аналогичным образом Европейский суд не стал присуждать компенсации судебных расходов и издержек в делах "Петрушко против России" (Petrushko v. Russia) <1> и "Кольцов против России" (Koltsov v. Russia) <2>, "Тельфнер против Австрии" (Telfner v. Austria) <3> и "Ниемитц против Германии" (Niemietz v. Germany) <4>. В этих случаях заявители требовали возместить им судебные расходы, возникшие в Европейском суде и в национальных судах, не указав их точного размера и (или) не представив платежных документов.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 24 february 2005 on the merits of the application N 36494/02 Petrushko v. Russia, § 33.

<2> Judgment of the European Court of 24 february 2005 on the merits of the application N 41304/02 Koltsov v. Russia, § 31.

<3> Judgment of the European Court of 20 march 2001 on the merits of the application N 33501/96 Telfner v. Austria, § 26 - 27.

<4> В законодательстве Германии прямо закреплено, что если адвокат ведет собственное дело, то ему должно быть выплачено вознаграждение за ведение данного дела и возмещены его издержки, которые он мог бы требовать, действуя в качестве адвоката по чужому делу (§ 91 Гражданского процессуального уложения Германии).

Важно подчеркнуть, что гонорар адвокату, представляющему интересы заявителя при разбирательствах в Европейском суде или национальных судах, а также возникшие у адвоката издержки в связи с этими разбирательствами включаются в состав расходов и издержек, возмещаемых Судом (в детализированном расчете издержек адвоката должна содержаться классификация всех издержек, например транспортные издержки, почтовые издержки и т.д.). Если заявитель требует возместить ему расходы на адвоката, то целесообразно предъявить Суду не только копию договора на оказание юридических услуг, но и детальный счет, на основании которого Суд мог бы установить время, потраченное на составление жалобы и каждого в отдельности документа (например, краткой жалобы, жалобы на формуляре, письменных замечаний (меморандума)).

Например, в деле "Черницын против России" (Chernitsyn v. Russia) <1> заявитель просил выплатить ему 3 тыс. евро в качестве компенсации расходов, связанных с представлением его интересов в Европейском суде. Суд указал, что в материалах дела содержится лишь копия договора с неким гражданином об оказании юридических услуг и ничто не указывает на то, что этот гражданин представлял какие-либо документы от имени заявителя (см. также дело "Кубишин против Польши" (Kubiszyn v. Poland) <2>, дело "Никитин против России" (Nikitin v. Russia) <3>, дело "Коновалов против России" (Konovalov v. Russia) <4>, дело "Гридин против России" (Gridin v. Russia) <5>, дело "Кромбах против Франции" (Krombach v. France) <6>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 6 april 2006 on the merits of the application N 5964/02 Chernitsyn v. Russia, § 41 - 43.

<2> Judgment of the European Court of 30 january 2003 on the merits of the application N 37437/97 Kubiszyn v. Poland, § 42.

<3> Judgment of the European Court of 2 november 2006 on the merits of the application N 15969/02 Nikitin v. Russia, § 43.

<4> Judgment of the European Court of 23 march 2006 on the merits of the application N 63501/00 Konovalov v. Russia, § 51 - 52.

<5> Judgment of the European Court of 11 may 2006 on the merits of the application N 4171/04 Gridin v. Russia, § 21 - 23. См. также: Judgment of the European Court of 15 december 2005 on the merits of the application N 20496/04 Tusashvili v. Russia, § 38.

<6> Judgment of the European Court of 13 february 2001 on the merits of the application N 29731/96 Krombach v. France.

Действительность произведенных расходов не ограничивает Суд в признании их чрезмерными - в некоторых случаях Суд присуждает заявителю компенсацию судебных расходов и издержек, снижая их размер (см., например, дело "Дубинская против России" (Dubinskaya v. Russia) <1>, дело "Сайентологическая церковь Москвы против России" (Church of Scientology Moscow v. Russia) <2>, дело "Махмудов против России" (Makhmudov v. Russia) <3>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 6 april 2006 on the merits of the application N 5964/02 Chernitsyn v. Russia, § 41 - 43.

<2> Judgment of the European Court of 15 march 2007 on the merits of the application N 18147/02 Church of Scientology Moscow, § 106 - 108.

<3> Judgment of the European Court of 26 july 2007 on the merits of the application N 35082/04 Makhmudov v. Russia, § 112 - 114.

Во-вторых, заявителю надлежит доказать, что данные расходы были необходимы, или, как указывается в п. 19 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации", эти расходы должны быть понесены с целью предотвращения нарушения или исправления его последствий. То есть Суд возмещает только те действительные расходы, которые признаны необходимыми (дело "МакКанн и другие против Соединенного Королевства" (McCann and others v. the United Kingdom) <1>).

--------------------------------

<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 27 september 1995 on the merits of the application N 18984/91 MacCann and others v. the United Kingdom, § 220.

Необходимыми могут быть признаны судебные расходы и издержки, которые были полезными для надлежащего судебного разбирательства. Наиболее отчетливо это правило иллюстрирует дело "Познахирина против России" (Poznakhirina v. Russia) <1>. Заявительнице в данном деле было отказано в возмещении заявленных расходов в размере 1834 евро, возникших у нее в связи с поездкой в г. Страсбург. Указанная сумма была потрачена заявительницей в результате ее поездки, предпринятой по ее собственной инициативе с целью ознакомления со своим делом. Европейский суд указал, что хотя он удовлетворил ходатайство заявительницы об ознакомлении с материалами дела, но ее поездка не являлась необходимой. На этом основании он отказал заявительнице в компенсации расходов, связанных с ее поездкой.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 24 february 2005 on the merits of the application N 25964/02 Poznakhirina v. Russia.

Схожим образом Европейский суд отказал в компенсации судебных расходов и издержек по делу "Годлевский против России" (Godlevskiy v. Russia) <1>, по которому заявитель требовал выплатить ему 5 тыс. евро в возмещение транспортных расходов и расходов на переводчика во время визита заявителя в г. Страсбург. Суд решил, что заявитель посетил г. Страсбург по собственной инициативе, поскольку устное слушание по делу не проводилось. В связи с этим Европейский суд полностью отклонил требование заявителя о возмещении судебных расходов и издержек.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 23 october 2008 on the merits of the application N 14888/03 Godlevskiy v. Russia.

Необходимыми могут быть признаны судебные расходы и издержки, которые были полезными для эффективной защиты прав заявителя (см., например, дело "Читаев и Читаев против России" (Chitayev and Chitayev v. Russia) <1>, дело "Эстамиров и другие против России" (Estamirov and others v. Russia) <2>). Руководствуясь этим правилом, Европейский суд отклоняет требование о возмещении судебных расходов и издержек в той его части, в которой жалоба заявителя была признана неприемлемой или представленные письменные замечания или ходатайства были отклонены.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 18 january 2007 on the merits of the application N 59334/00 Chitayev and Chitayev v. Russia, § 217.

<2> Judgment of the European Court of 12 october 2006 on the merits of the application N 60272/00 Estamirov and others v. Russia, § 135 - 141.

Например, в деле "Прокопович против России" (Prokopovich v. Russia) <1> Европейский суд указал, что требуемый заявительницей размер судебных расходов не представляется для него чрезмерным или необоснованным. Вместе с тем он решил компенсировать судебные расходы заявительницы только частично, поскольку одна часть ее жалобы была признана неприемлемой.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 18 november 2004 on the merits of the application Prokopovich v. Russia, § 50 - 52.

В деле "Фадеева против России" (Fadeyeva v. Russia) <1> заявительница в составе возмещаемых судебных расходов и издержек потребовала компенсации расходов в размере 2 тыс. евро (из расчета 40 часов по 50 евро за час) на адвоката, который представлял ее интересы на начальной стадии дела. Европейский суд указал по поводу этих расходов, что они должны быть уменьшены, так как некоторые части жалобы заявительницы были признаны неприемлемыми. Исходя из принципа справедливости Европейский суд присудил заявительнице компенсацию расходов в сумме 1500 евро.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 9 june 2005 on the merits of the application N 55723/00 Fadeyeva v. Russia, § 148.

Кроме прочего Суд считает обязательным, чтобы судебные расходы и издержки были связаны с установленным нарушением Конвенции. Поэтому в дополнение к вышеизложенным требованиям Европейский суд исследует вопрос о том, действительно ли подобные расходы были произведены в целях предотвращения нарушения Конвенции или получения компенсации за него (см., например, дело "Нильсен и Йонсен против Норвегии" (Nilsen and Johnsen v. Norway) <1>). Суд компенсирует судебные издержки и расходы, возникшие в национальных судах, только в той мере, в какой они относятся к установленному нарушению (см., например, дело "Ван де Хурк против Нидерландов" (Van de Hurk v. the Netherlands) <2>, дело "Рябикин против России" (Ryabikin v. Russia) <3>, дело "Федотов против России" (Fedotov v. Russia) <4>, дело "ОАО "Совтрансавто Холдинг" против Украины" (Sovtransavto Holding v. Ukraine) <5>, дело "Смирновы против России" (Smirnova and Smirnova v. Russia) <6>, дело "Гусинский против России" (Gusinskiy v. Russia) <7>, дело "Левшины против России" (Levshiny v. Russia) <8>).

--------------------------------

<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 25 november 1999 on the merits of the application N 23118/93 Nielsen and Johnsen v. Norway, § 43.

<2> Judgment of the European Court of 19 april 1994 on the merits of the application N 16034/90 Van de Hurk v. the Netherlands.

<3> Judgment of the European Court of 19 june 2008 on the merits of the application N 8320/04 Ryabikin v. Russia, § 149.

<4> Judgment of the European Court of 25 october 2005 on the merits of the application N 5140/02 Fedotov v. Russia, § 107 - 108.

<5> Judgment of the European Court of 2 october 2002 on the merits of the application N 48553/99 Sovtransavto Holding v. Ukraine.

<6> Judgment of the European Court of 24 july 2003 on the merits of the applications N 46133/99 and 48183/99 Smirnova and Smirnova v. Russia.

<7> Judgment of the European Court of 19 may 2004 on the merits of the application N 70276/01 Gusinskiy v. Russia, § 83.

<8> Judgment of the European Court of 9 november 2004 on the merits of the application N 63527/00 Levshiny v. Russia, § 41.

В-третьих, заявителю надлежит доказать, что понесенные им судебные расходы и издержки были разумными. Согласно п. 20 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" если Суд признает их чрезмерными, то он присудит возмещение судебных расходов и издержек в сумме, которая, по его мнению, является разумной. Иными словами, Суд может отказать в присуждении справедливой компенсации, если сумма издержек выходит за пределы разумного и необходимого в обстоятельствах конкретного дела.

Таким образом, даже если заявитель документально подтвердил все возникшие у него расходы и издержки, а Европейский суд признал их необходимость, заявителю тем не менее может быть отказано в возмещении определенной части расходов, если Суд сочтет их размер превышающим разумный предел. Следовательно, размер судебных расходов должен не только подтверждаться документально, но и носить разумный характер. В практике Суда было сформулировано положение о том, что судебные расходы и издержки возмещаются лишь в той мере, которая не превышает разумный уровень с учетом обстоятельств конкретного дела (см., например, дело "Нильсен и Йонсен против Норвегии" (Nielsen and Johnsen v. Norway) <1>).

--------------------------------

<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 25 november 1999 on the merits of the application N 23118/93 Nielsen and Johnsen v. Norway, § 62.

Как правило, Суд не признает необходимым участие в деле нескольких представителей и обычно отказывает в возмещении расходов на нескольких представителей (адвокатов), поскольку считает, что судебные расходы более чем на одного представителя могут возмещаться лишь в исключительных случаях (см., например, дело "Новоселов против России" (Novoselov v. Russia) <1>, дело "Фадеева против России" (Fadeyeva v. Russia) <2>, дело "Иатридис против Греции" (Iatridis v. Greece) <3>, дело "Кляхин против России" (Kliaychin v. Russia) <4>). Суд исходит из того, что привлечение более одного представителя может быть оправдано лишь сложностью и важностью вопросов, поднимаемых по делу: например, если вопросы фактов и правовые вопросы, поднятые по делу, были чрезвычайно сложными и поэтому потребовали привлечения нескольких адвокатов для серьезных исследований и анализа (см., например, дело "Читаев и Читаев против России" (Chitayev and Chitayev v. Russia) <5>, дело "Лоизиду против Турции" (Loizidou v. Turkey) <6>, дело "Маестри против Италии" (Maestri v. Italy) <7>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 2 june 2005 on the merits of the application N 66460/01 Novoselov v. Russia, § 51 - 54.

<2> Judgment of the European Court of 9 june 2005 on the merits of the application N 55723/00 Fadeyeva v. Russia, § 149 - 150.

<3> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 19 october 2000 on the just satisfaction of the application N 31107/96 Iatridis v. Greece, § 54 - 55.

<4> Judgment of the European Court of 30 november 2004 on the merits of the application N 46082/99 Klyakhin v. Russia, § 132.

<5> Judgment of the European Court of 18 january 2007 on the merits of the application N 59334/00 Chitayev and Chitayev v. Russia, § 149.

<6> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 18 december 1996 on the merits of the application N 15318/89 Loizidou v. Turkey.

<7> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 17 february 2004 on the merits of the application N 39748/98 Maestri v. Italy, § 51.

Но даже и расходы на одного адвоката, как указывалось выше, могут быть признаны Судом неразумными: Суд исходит из того, что слишком высокие расходы, связанные с судебным процессом, могут сами по себе представлять серьезное препятствие для эффективной защиты прав в Европейском суде. В свою очередь он считает, что такой же позиции можно ожидать и от адвокатов, которые будут содействовать ему в этом при определении сумм своих гонораров. В связи с этим Суд признает неправильным поощрять компенсацию "непомерно высоких расходов на адвокатов" (дело "Янг, Джеймс и Уэбстер против Соединенного Королевства" (Young, James and Webster v. the United Kingdom) <1>, см. также дело "Гусинский против России" (Gusinskiy v. Russia) <2>, дело "Дубинская против России" (Dubinskaya v. Russia) <3>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 18 october 1982 on the just satisfaction of the applications N 7601/76 and 7806/77 Young, James and Webster v. the United Kingdom, § 15.

<2> Judgment of the European Court of 19 may 2004 on the merits of the application N 70276/01 Gusinskiy v. Russia, § 85 - 88.

<3> Judgment of the European Court of 13 july 2006 on the merits of the application N 4856/03 Dubinskaya v. Russia, § 53.

Европейский суд не считает себя каким-либо образом связанным национальными расценками, ставками и нормами, хотя и может обратиться к ним (см., например, дело "M.M. против Нидерландов" (M.M. v. the Netherland) <1>, дело "Мамедова против России" (Mamedova v. Russia) <2>, дело "Фадеева против России" (Fadeyeva v. Russia) <3>, дело "Читаев и Читаев против России" (Chitayev and Chitayev v. Russia) <4>, дело "Ахмадова и Садулаева против России" (Akhmadova and Sadulayeva v. Russia) <5>, а также другие дела <6>. В деле "Толстой-Милославский против Соединенного Королевства" (Tolstoy-Miloslavsky v. the United Kingdom) <7> Европейский суд указал, что единый подход к оценке гонораров адвокатов не представляется для него обоснованным. Однако он может принять во внимание ставки оплаты подобных услуг адвоката, существующие в том государстве, где практикует адвокат заявителя.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 8 april 2003 on the merits of application N 39339/98 M.M. v. the Netherland, § 51.

<2> Judgment of the European Court of 1 june 2006 on the merits of the application N 7064/05 Mamedova v. Russia, § 102 - 104.

<3> Judgment of the European Court of 9 june 2005 on the merits of the application N 55723/00 Fadeyeva v. Russia, § 149.

<4> Judgment of the European Court of 18 january 2007 on the merits of the application N 59334/00 Chitayev and Chitayev v. Russia, § 217.

<5> Judgment of the European Court of 10 may 2007 on the merits of the application N 40464/02 Akhmadova and Sadulayeva v. Russia, § 147 - 153. См. также: Judgment of the European Court of 12 october 2006 on the merits of the application N 60272/00 Estamirov and others v. Russia, § 135 - 141; Judgment of the European Court of 27 july 2006 on the merits of the application N 69481/01 Bazorkina v. Russia, § 182 - 188.

<6> Judgment of the European Court of 6 november 1980 on the just satisfaction of the application N 6538/74 Sunday Times v. the United Kingdom, § 41.

<7> Judgment of the European Court of 13 july 1995 on the merits of application N 18139/91 Tolstoy-Miloslavsky v. the United Kingdom, § 77.

В-четвертых, необходимо отметить следующее. Если заявителю предоставлялась оплата юридической помощи (ст. ст. 100 - 105 Регламента; см. о ней комментарий к гл. XI разд. II Регламента), то сумма предоставленной оплаты юридической помощи вычитается из сумм денежных выплат, присужденных заявителю в качестве справедливой компенсации судебных расходов и издержек (п. 18 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации").

Важно отметить, что Европейский суд в своей прецедентной практике проводит различие при выплате компенсации между реальным ущербом, возникшим вследствие нарушения Конвенции, и необходимыми расходами, понесенными заявителем. Как правило, Суд, сдержанно относясь к возмещению материального или нематериального ущерба, обычно положительно решает вопрос относительно судебных издержек и расходов. Это выражается в том, что Суд чаще взыскивает их в том объеме, в котором их испрашивает заявитель (что, впрочем, находится в прямой зависимости от соблюдения заявителем всех требований, предъявляемых практической инструкцией "Требования о справедливой компенсации").

Например, в деле "Читаев и Читаев против России" (Chitayev and Chitayev v. Russia) <1> адвокаты заявителей в подтверждение своих расходов и издержек представили Европейскому суду детализированный расчет на 8344,90 евро, который включал в себя следующие аспекты:

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 18 january 2007 on the merits of the application N 59334/00 Chitayev and Chitayev v. Russia, § 217.

- 350 евро за подготовку краткой (предварительной) жалобы;

- 2150 евро за подготовку развернутой (полной) жалобы и дополнений;

- 2750 евро за подготовку и перевод ответа заявителей на письменные замечания (меморандум) властей государства-ответчика;

- 375 евро за подготовку дополнительной переписки с Судом;

- 750 евро за подготовку ответа заявителей на решение Суда о приемлемости жалобы;

- 1250 евро за подготовку юридических документов, представляемых на рассмотрение в национальные правоохранительные органы;

- 582,75 евро административных расходов (7% от суммы расходов на оплату юридических услуг);

- 137,15 евро за международные курьерские почтовые отправления в Суд.

В итоге Суд счел вышеперечисленные расходы разумными и необходимыми и присудил заявителям истребуемую сумму в полном объеме в размере 8344,90 евро <1>.

--------------------------------

<1> См. также: Judgment of the European Court of 10 may 2007 on the merits of the application N 40464/02 Akhmadova and Sadulayeva v. Russia, § 147 - 153; Judgment of the European Court of 27 july 2006 on the merits of the application N 69481/01 Bazorkina v. Russia, § 182 - 188; Judgment of the European Court of 12 october 2006 on the merits of the application N 60272/00 Estamirov and others v. Russia, § 135 - 141.

В деле "Краснов и Скуратов против России" (Krasnov and Skuratov v. Russia) <1> один из заявителей потребовал 7 тыс. евро в качестве компенсации судебных расходов, возникших в российских судах, а также возмещения следующих расходов (исчисленных в швейцарских франках), возникших при разбирательстве в Европейском суде:

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 19 july 2007 on the merits of the applications N 17864/04 and 21396/04 Krasnov and Skuratov v. Russia, § 75 - 77.

- 40233 франков за 134 часа работы швейцарского адвоката заявителя (из расчета 300 швейцарских франков за час работы);

- 1196,30 франка за 17 часов работы помощника швейцарского адвоката;

- 2151,5 франка в качестве расходов на переводы;

- 356,4 франка в качестве секретарских расходов;

- 331,3 франка в качестве почтовых расходов.

Власти государства-ответчика возразили, что требование заявителя не подтверждено соответствующими "финансовыми документами" и что расходы не были необходимыми и обоснованными, поскольку превышали среднюю стоимость таких юридических услуг и уровень жизни в государстве-ответчике.

На основании того, что заявитель не представил никаких документов, подтверждающих расходы в национальных судах в размере 7 тыс. евро, Суд отклонил эту часть требований. Однако в подтверждение расходов и издержек, возникших при рассмотрении его дела Европейским судом, заявитель представил подробный счет от швейцарского адвоката. Суд учел, что счет швейцарского адвоката подтверждал, в частности, что он подготовил первоначальную жалобу в Суд и два меморандума по делу, а также вел переписку с Судом. Европейский суд отметил, что стоимость часа работы швейцарского адвоката заявителя представляется стандартной для адвокатов, действующих в Швейцарии. Однако он счел время, потраченное швейцарским адвокатом, чрезмерным. Основываясь на представленном ему счете, Суд присудил заявителю 12 тыс. евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек.

Следуя в своей практике правилу, согласно которому само признание факта нарушения государством-ответчиком прав заявителя может в определенных обстоятельствах рассматриваться как возмещение нематериального и порой материального ущерба (об этом говорилось ранее), Европейский суд не применяет это правило в отношении возмещения судебных издержек и расходов заявителя. Иными словами, Суд справедливо исходит из того, что признание факта нарушения не может выступать в качестве справедливой компенсации реально возникших у заявителя судебных расходов и издержек (см., например, дело "Саннино против Италии" (Sannino v. Italy) <1>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 27 april 2006 on the merits of the application N 30961/03 Sannino v. Italy. См. также: Judgment of the European Court of 9 march 2006 on the merits of the application N 10162/02 Eko-Elda Avee v. Greece; Judgment of the European Court of 24 june 2003 on the merits of the application N 39482/98 Dowsett v. the United Kingdom; Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 11 july 2002 on the merits of the application N 28957/95 Goodwine v. the United Kingdom.

6. Согласно п. 13 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" присуждение Судом компенсации нематериального ущерба призвано компенсировать в денежном выражении ущерб нематериальный, например физические и нравственные страдания.

По общему правилу компенсацию нематериального ущерба Суд присуждает лишь в том случае, если решит, что недостаточно просто констатации нарушения государством-ответчиком прав заявителя. В своих постановлениях Суд часто указывает, что компенсация нематериального ущерба состоит уже в самом факте констатации нарушения прав заявителя.

Нематериальный ущерб, как известно, не поддается математическому исчислению и точному подсчету (п. 13 практической инструкции). В силу этого Суд при определении размера нематериального ущерба руководствуется соображениями справедливости. Размер и основания выплаты данного вида компенсации в каждом конкретном случае зависят от обстоятельств дела и прецедентной практики Суда в отношении дел, решения по которым вынесены против соответствующего государства-ответчика. То есть уже сложившаяся практика Европейского суда при решении вопроса о размере компенсации нематериального ущерба имеет предопределяющее значение, и требования заявителей о присуждении им компенсации нематериального ущерба, исчисляемого миллионами евро, никогда не удовлетворяются.

Например, по делу "Желтков против России" (Zheltkov v. Russia) <1> заявитель требовал выплатить ему 1 млн. евро в качестве компенсации нематериального ущерба. Европейский суд, учитывая период неисполнения судебного решения, присудил заявителю 3900 евро в качестве компенсации нематериального ущерба.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 14 june 2007 on the merits of the application N 8582/05 Zheltkov v. Russia.

Вместе с тем в случае нарушения фундаментальных запретов, закрепленных в Конвенции, например запрета на лишение жизни (ст. 2 Конвенции) или запрета пыток и жестокого обращения (ст. 3 Конвенции), Суд может присудить значительные суммы возмещения нематериального вреда.

Так, в деле "Умалатов и другие против России" (Umalatov and others v. Russia) <1> Суд решил, что органы власти государства-ответчика несут ответственность за исчезновение близких родственников заявителей в соответствии со ст. 2 Конвенции (запрет лишения жизни), а также за отсутствие эффективного расследования обстоятельств их исчезновения. При этом в отношении самих заявителей была нарушена ст. 3 Конвенции (запрет пыток и жестокого обращения). На этом основании Суд присудил каждой семье заявителей в качестве компенсации нематериального ущерба по 60 тыс. евро (см. аналогичные дела, в которых при схожих обстоятельствах Суд присудил заявителям компенсацию нематериального ущерба в той же сумме: дело "Ирисханова и Ирисханов против России" (Iriskhanova and Iriskhanov v. Russia) <2>, дело "Дубаев и Берснукаева против России" (Dubayev and Bersnukayeva v. Russia) <3>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 8 april 2010 on the merits of the application N 8345/05 Umalatov and others v. Russia.

<2> Judgment of the European Court of 18 february 2010 on the merits of the application N 35869/05 Iriskhanova and Iriskhanov v. Russia.

<3> Judgment of the European Court of 11 february 2010 on the merits of the applications N 30613/05 and 30615/05 Dubayev and Bersnukayeva v. Russia.

В деле "Голубева против России" (Golubeva v. Russia) <1> Суд решил, что заявительница испытала страдания и разочарование в связи с лишением жизни ее сожителя сотрудниками правоохранительных органов во время его задержания (ст. 2 Конвенции). В качестве компенсации нематериального ущерба Суд присудил заявительнице сумму в размере 35 тыс. евро (см. также, например, дело "Тарариева против России" (Tarariyeva v. Russia) <2>, дело "Исаева и другие против России" (Isayeva and others v. Russia) <3>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 17 december 2009 on the merits of the application N 1062/03 Golubeva v. Russia.

<2> Judgment of the European Court of 14 december 2006 on the merits of the application N 4353/03 Tarariyeva v. Russia.

<3> Judgment of the European Court 24 february 2005 on the merits of the applications N 57947/00, 57948/00 and 57949/00 Isayeva and others v. Russia.

В случаях когда Европейский суд устанавливает угрозу жизни заявителя либо применение к нему пыток со стороны органов власти государства-ответчика, в частности со стороны правоохранительных органов, он присуждает крупные суммы компенсации нематериального ущерба (см., например, дело "Васильев против России" (Vasilyev v. Russia) <1>, дело "Гридин против России" (Gridin v. Russia) <2>, дело "Дедовский и другие против России" (Dedovskiy and others v. Russia) <3>, дело "Надросов против России" (Nadrosov v. Russia) <4>, дело "Андреевский против России" (Andreyevskiy v. Russia) <5>, дело "Корнев против России" (Kornev v. Russia) <6>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 17 december 2009 on the merits of the application N 32704/04 Vasilyev v. Russia.

<2> Judgment of the European Court of 30 july 2009 on the merits of the application N 2807/04 Gridin v. Russia.

<3> Judgment of the European Court of 15 may 2008 on the merits of the application N 7178/03 Dedovskiy and others v. Russia.

<4> Judgment of the European Court of 31 july 2008 on the merits of the application N 9297/02 Nadrosov v. Russia.

<5> Judgment of the European Court of 29 january 2009 on the merits of the application N 1750/03 Andreyevskiy v. Russia.

<6> Judgment of the European Court of 30 july 2009 on the merits of the application N 30049/02 Kornev v. Russia.

Наиболее яркой иллюстрацией данного положения является дело "Михеев против России" (Mikheyev v. Russia) <1>. В данном деле заявитель испытал тяжкие психические и физические страдания, поскольку был подвергнут пыткам со стороны сотрудников правоохранительных органов. При исчислении размера нематериального вреда Суд учел, что до того момента, как заявитель был задержан и подвергнут пыткам, он был молодым и здоровым мужчиной с постоянным местом работы. В ходе нахождения заявителя в отделении милиции он был подвергнут пыткам, в результате которых предпринял попытку самоубийства. Суд также учел, что после освобождения из-под стражи заявитель перенес несколько операций на позвоночнике, утратил способность к передвижению и сексуальную функцию, поэтому он не может работать и иметь детей. Кроме того, заявителю необходимо проходить регулярные медицинские осмотры и имеется постоянный риск ухудшения его состояния. Признавая данные последствия чрезвычайно тяжкими для заявителя, Европейский суд присудил ему в качестве компенсации нематериального ущерба 120 тыс. евро.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 26 january 2006 on the merits of the application N 77617/01 Mikheyev v. Russia.

Также Суд присуждает крупные суммы выплат нематериального ущерба, если установит, что условия содержания заявителя под стражей были бесчеловечными и унижающими достоинство в нарушение ст. 3 Конвенции (запрет пыток и жестокого обращения) (см., например, дело "Овчинников против России" (Ovchinnikov v. Russia) <1>, дело "Щербаков против России" (Shcherbakov v. Russia) <2>, дело "Козлов против России" (Kozlov v. Russia) <3>, дело "Косицын против России" (Kositsyn v. Russia) <4>, дело "Христофоров против России" (Khristoforov v. Russia) <5>, дело "Дорохов против России" (Dorokhov v. Russia) <6>, дело "Трепашкин против России" (Trepashkin v. Russia) <7>). При исчислении размера нематериального ущерба в связи с содержанием под стражей в условиях, не соответствующих ст. 3 Конвенции, Суд особо учитывает факт необеспечения заявителю адекватной медицинской помощи (см., например, дело "Ахметов против России" (Akhmetov v. Russia) <8>, дело "Москалюк против России" (Moskalyuk v. Russia) <9>, дело "Попов против России" (Popov v. Russia) <10>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 17 june 2010 on the merits of the application N 9807/02 Ovchinnikov v. Russia.

<2> Judgment of the European Court of 17 june 2010 on the merits of the application N 23939/02 Shcherbakov v. Russia.

<3> Judgment of the European Court of 20 may 2010 on the merits of the application N 21503/04 Kozlov v. Russia.

<4> Judgment of the European Court of 12 may 2010 on the merits of the application N 69535/01 Kositsyn v. Russia.

<5> Judgment of the European Court of 29 april 2010 on the merits of the application N 11336/06 Khristoforov v. Russia.

<6> Judgment of the European Court of 14 february 2008 on the merits of the application N 66802/01 Dorokhov v. Russia.

<7> Judgment of the European Court of 19 july 2007 on the merits of the application N 36898/03 Trepashkin v. Russia.

<8> Judgment of the European Court of 1 april 2010 on the merits of the application N 37463/04 Akhmetov v. Russia.

<9> Judgment of the European Court of 14 january 2010 on the merits of the application N 3267/03 Moskalyuk v. Russia.

<10> Judgment of the European Court of 13 july 2006 on the merits of the application N 26853/04 Popov v. Russia.

В случаях чрезмерно длительного рассмотрения судебного дела или неисполнения судебного решения Суд взыскивает нематериальный ущерб, руководствуясь Постановлением по делу "Бурдов против России" (Burdov v. Russia) <1>, по которому Суд взыскал нематериальный ущерб в размере 3000 евро (см., например, дело "Бутенко и другие против России" (Butenko and others v. Russia) <2>, дело "Гайворонский против России" (Gayvoronskiy v. Russia) <3>, дело "Привалихин против России" (Privalikhin v. Russia) <4>, дело "Брага, Тимофеев и Кирюшкина против России" (Braga, Timofeyev and Kiryushkina v. Russia) <5>, дело "Рольгезер и другие против России" (Rolgezer and others v. Russia) <6>, дело "Лелик против России" (Lelik v. Russia) <7>, дело "Вассерман против России" (Wasserman v. Russia) <8>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 7 may 2002 on the merits of the application N 59498/00 Burdov v. Russia.

<2> Judgment of the European Court of 20 may 2010 on the merits of the applications N 2109/07, 2112/07, 2113/07 and 2116/07 Butenko and others v. Russia.

<3> Judgment of the European Court of 25 march 2008 on the merits of the application N 13519/02 Gayvoronskiy v. Russia.

<4> Judgment of the European Court of 12 may 2010 on the merits of the application N 38029/05 Privalikhin v. Russia.

<5> Judgment of the European Court of 6 march 2008 on the merits of the application N 24229/03 Braga, Timofeyev and Kiryushkina v. Russia.

<6> Judgment of the European Court of 29 april 2008 on the merits of the application N 9941/03 Rolgezer and others v. Russia.

<7> Judgment of the European Court of 3 june 2010 on the merits of the application N 20441/02 Lelik v. Russia.

<8> Judgment of the European Court of 18 november 2004 on the merits of the application N 15021/02 Wasserman v. Russia.

В отношении доказательств нематериального вреда Суд исходит из позиции, что доказывание некоторых его элементов весьма проблематично. В деле "Абдулазиз, Кабалес и Балкандали против Соединенного Королевства" (Abdulaziz, Cabales and Balkandali v. the United Kingdom) <1> Большая Палата указала, что нравственные страдания по самой своей природе не могут всегда подтверждаться четкими доказательствами. В деле "Корчагин против России" (Korchagin v. Russia) <2> Суд отметил, что нематериальный вред представляет собой субъективную оценку страданий заявителя, которые тому пришлось претерпеть в результате нарушения его прав, и по своей природе этот вред не может быть подтвержден достоверными доказательствами. По делу "Гридин против России" (Gridin v. Russia) <3> Суд прямо указал, что заявитель не обязан представлять ему доказательства в обоснование возникшего у него нематериального вреда.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 28 may 1985 on the merits of the applications N 9214/80, 9473/81 and 9474/81 Abdulaziz, Cabales and Balkandali v. the United Kingdom.

<2> Judgment of the European Court of 1 june 2006 on the merits of the application N 19798/04 Korchagin v. Russia.

<3> Judgment of the European Court of 30 july 2009 on the merits of the application N 2807/04 Gridin v. Russia.

Вместе с тем заявителю желательно приложить к меморандуму (письменным замечаниям) о справедливой компенсации письменные доказательства, подтверждающие причинение ему физических и психических (нравственных) страданий. Таковыми доказательствами, в частности, могут быть различные медицинские и иные документы: заключение врача о полученной физической или психической травме и необходимом в связи с этим лечении; выписка из медицинской амбулаторной карты с рекомендациями о необходимом лечении; эпикриз из истории болезни, подтверждающий проведенную операцию или нахождение на лечении в больнице; документы об установлении инвалидности, а также фотографии полученных травм (см., например, дело "Стил и Моррис против Соединенного Королевства" (Steel and Morris v. the United Kingdom) <1>, дело "Уолстон против Норвегии (N 1)" (Walston v. Norway (N 1)) <2>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 15 february 2005 on the merits of the application N 68416/01 Steel and Morris v. the United Kingdom.

<2> Judgment of the European Court of 3 june 2003 on the merits of the application N 37372/97 Walston v. Norway (N 1).

Европейский суд присуждает заявителям компенсацию нематериального ущерба в возмещение разного рода физических и моральных травм. К ним, в частности, относятся: физическая боль и страдания, вред жизни, психический вред, эмоциональный стресс, чувства разочарования и унижения, чувства тревоги и несправедливости, чувство неопределенности, а также эмоциональные переживания и беспокойство. Кроме того, нематериальный вред охватывает собой репутационный вред, в особенности вред профессиональной репутации, вред доброму имени, вред, причиненный взаимоотношениям, а также нарушение нормального хода частной жизни (см., например, дело "Кобентер и ООО "Штандард ферлагс" против Австрии" (Kobenter and Standard Verlags GmbH v. Austria) <1>, дело "Покис против Литвы" (Pocius v. Lithuania) <2>, дело "Стил и Моррис против Соединенного Королевства" (Steel and Morris v. the United Kingdom) <3>, дело "H. против Соединенного Королевства" (H. v. the United Kingdom) <4>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 18 November 2004 on the merits of the application N 60899/00 Kobenter and Standard Verlags GmbH v. Austria.

<2> Judgment of the European Court of 6 july 2010 on the merits of the application N 35601/04 Pocius v. Lithuania.

<3> Judgment of the European Court of 15 february 2005 on the merits of the application N 68416/01 Steel and Morris v. the United Kingdom.

<4> Judgment of the European Court of 9 june 1988 on the merits of the application N 9580/81 H. v. the United Kingdom.

Важно отметить, что Суд признает право на возмещение нематериального ущерба в равной степени как за физическими, так и за юридическими лицами. Суд исходит из того, что Конвенция предоставляет юридическим лицам, включая коммерческие компании, равную с физическими лицами защиту и ни в коей мере не ограничивает право компаний на возмещение причиненного им нематериального ущерба. Это связано с тем, что понятие "неимущественный ущерб" в практике Суда значительно отличается от понятия "моральный вред" в российском праве. В частности, под нематериальным вредом, возникающим у юридического лица, Суд понимает вред, причиненный его репутации, неопределенность у руководства компании при планировании деятельности компании, беспокойство и неудобства, испытанные членами руководства компании, а также иные разновидности нематериального ущерба, например: трудности при реализации работ или услуг ее действительным и потенциальным клиентам, затруднения в отношениях с контрагентами и партнерами, препятствия в достижении компанией коммерческого успеха.

Основным прецедентом является Постановление по делу "АО "Комингерсол" против Португалии" (Comingersoll S.A. v. Portugal) <1>, в котором были указаны основания возмещения компаниям нематериального ущерба. Конвенция, как указал Суд, должна толковаться и применяться таким образом, чтобы гарантировать юридическим лицам реальные и действительные права. Поскольку основной формой компенсации ущерба, которую Суд может присудить, является денежная компенсация, эта компенсация должна выплачиваться и коммерческим компаниям за причиненный им нематериальный ущерб. При рассмотрении вопроса о размере компенсации нематериального ущерба юридическому лицу Европейский суд решил учитывать беспокойство, неудобства и неопределенность, вызванные установленным нарушением, а также иной нематериальный ущерб. Кроме того, Суд назвал некоторые элементы нематериального ущерба у юридических лиц, указав, что этот ущерб может включать в себя как объективные, так и субъективные составляющие. В частности, элементами нематериального ущерба являются репутация компании, неопределенность в планировании и принятии решений, нарушения в управлении компанией (последствия которых не поддаются точному подсчету), а также, хотя и в меньшей мере, беспокойство и неудобства, испытанные членами руководства компании.

--------------------------------

<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 6 april 2000 on the merits of the application N 35382/97 Comingersoll S.A. v. Portugal.

В деле "Иммобиларе Саффи против Италии" (Immobiliare Saffi v. Italy) <1> Суд отметил, что отказ в компенсации компании нематериального ущерба ни в коем случае не означает, что существует общий запрет компенсировать юридическим лицам причиненный им нематериальный ущерб.

--------------------------------

<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 28 july 1999 the merits of the application N 22774/93 Immobiliare Saffi v. Italy.

В деле "ООО "Русатоммет" против России" (OOO Rusatommet v. Russia) <1> Суд решил, что лишь признания факта нарушения государством-ответчиком прав компании недостаточно для компенсации возникшего у нее нематериального ущерба. Суд присудил компании 2 тыс. евро в качестве компенсации компании нематериального ущерба, возникшего в результате неисполнения вынесенного в пользу компании судебного решения в течение года и трех месяцев со дня постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 14 june 2005 on the merits of the application N 61651/00 Rusatommet v. Russia.

Суд нередко присуждает юридическим лицам компенсацию нематериального ущерба (см., например, дело "АО "Ф." против Италии" (F. S.p.A. v. Italy) <1>, дело "АО "Тор Ди Вале Коструциони" против Италии" (Tor Di Valle Costruzioni S.p.A. v. Italy) <2>, дело "АО "Фертиладор" против Португалии" (Fertiladour SA v. Portugal) <3>, дело "Компания "Иза Лтд" и Макрахидзе против Грузии" (Iza Ltd and Makrakhidze v. Georgia) <4>, дело "ООО "Русатоммет" против России" (OOO Rusatommet v. Russia) <5>, дело "МП "Кинескоп" против России" (MP Kineskop v. Russia) <6>, дело "ООО "Вольмейер Бау" против Австрии" (Wohlmeyer Bau GmbH v. Austria) <7>, дело "Компания "Куфай ко. ш.п.к." против Албании" (Qufaj Co. Sh.p.k. v. Albania) <8>, дело "Партия свободы и демократии против Турции" (Freedom and Democracy Party (Ozdep) v. Turkey) <9>, дело "Объединение демократических солдат Австрии и Губи против Австрии" (Vereinigung demokratischer Soldaten and Gubi v. Austria) <10>, дело "Компания "Регент" против Украины" (Regent Company v. Ukraine) <11>, дело "ООО "Сюд фонди" и другие против Италии" (Sud Fondi SRL and others v. Italy) <12>, дело "ООО "Бельведере Альбергиера" против Италии" (Belvedere Alberghiera SRL v. Italy) <13>, дело "ОАО "Совтрансавто Холдинг" против Украины" (Sovtransavto Holding v. Ukraine) <14>, дело "АО "Машиноэкспортимпорт Индастриал Груп" против Румынии" (SC Masinexportimport Industrial Group SA v. Romania) <15>, дело "ООО "СК Эдитура Орицонтури" против Румынии" (SC Editura Orizonturi SRL v. Romania) <16>, дело "ООО "Оферта плюс" против Молдовы" (Oferta Plus SRL v. Moldova) <17>, дело "ООО "Украинская Медиа Группа" против Украины" (Ukrainian Media Group v. Ukraine) <18>, дело "Компания "Мелтекс Лтд" и Мовсесян против Армении" (Meltex Ltd and Movsesyan v. Armenia) <19>, "ООО "Дачия" против Молдовы" (Dacia SRL v. Moldova) <20>, дело "Компания "Бизнес Си Инвестити Пентру Тоти" против Молдавии" (Business v. Moldova) <21>, дело "Компании "Марпа Зееланд Б.В." и "Метал Вельдинг Б.В." против Нидерландов" (Marpa Zeeland B.V. and Metal Welding B.V. v. the Netherlands) <22>). Но часто Суд присуждает эту компенсацию в минимальном размере или вовсе отказывает в ее присуждении (см., например, дело "Эко-Эльда Авее" против Греции" (Eko-Elda Avee v. Greece) <23>, дело "Сутяжник против России" (Sutyazhnik v. Russia) <24>, дело "Объединение адвокатов "Хугло, Лепаж и Партнеры", Совет против Франции" (SCP Huglo, Lepage & , Conseil v. France) <25>, дело "Компания "Форминстер Энтерпрайзес Лимитед" против Чешской Республики" (Forminster Enterprises Limited v. the Czech Republic) <26>, дело "Кархуваара и компания "Илталехти" против Финляндии" (Karhuvaara and Iltalehti v. Finland) <27>, а также другие <28>).

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 9 november 2000 on the merits of the application N 39164/98 F. S.p.A. v. Italy.

<2> Judgment of the European Court of 9 november 2000 on the merits of the application N 45862/99 Tor Di Valle Costruzioni S.p.A. v. Italy (N 1).

<3> Judgment of the European Court of 18 may 2000 on the merits of the application N 36668/97 Fertiladour SA v. Portugal.

<4> Judgment of the European Court of 27 september 2005 on the merits of the application N 28537/02 Iza Ltd and Makrakhidze v. Georgia.

<5> Judgment of the European Court of 14 june 2005 on the merits of the application N 61651/00 OOO Rusatommet v. Russia.

<6> Judgment of the European Court of 22 december 2009 on the merits of the application N 16141/05 MP Kineskop v. Russia.

<7> Judgment of the European Court of 8 july 2004 on the merits of the application N 20077/02 Wohlmeyer Bau GmbH v. Austria.

<8> Judgment of the European Court of 18 november 2004 on the merits of the application N 54268/00 Qufaj Co. Sh.p.k. v. Albania.

<9> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 8 december 1999 on the merits of the application N 23885/94 Freedom and Democracy Party (Ozdep) v. Turkey, § 57.

<10> Judgment of the European Court of 19 december 1994 on the merits of the application N 15153/89 Vereinigung demokratischer Soldaten and Gubi v. Austria.

<11> Judgment of the European Court of 3 april 2008 on the merits of the application N 773/03 Regent Company v. Ukraine.

<12> Judgment of the European Court of 20 january 2009 on the merits of the application N 75909/01 Sud Fondi SRL and others v. Italy.

<13> Judgment of the European Court of 30 october 2003 on the just satisfaction of the application N 31524/96 Belvedere Alberghiera SRL v. Italy.

<14> Judgment of the European Court of 2 october 2002 on the merits of the application N 48553/99 Sovtransavto Holding v. Ukraine.

<15> Judgment of the European Court of 1 december 2005 on the merits of the application N 22687/03 SC Masinexportimport Industrial Group SA v. Romania.

<16> Judgment of the European Court of 13 may 2008 on the merits of the application N 15872/03 SC Editura Orizonturi SRL v. Romania.

<17> Judgment of the European Court of 12 february 2008 on the just satisfaction of the application N 14385/04 Oferta Plus SRL v. Moldova.

<18> Judgment of the European Court of 29 march 2005 on the merits of the application N 72713/01 Ukrainian Media Group v. Ukraine.

<19> Judgment of the European Court of 17 june 2008 on the merits of the application N 32283/04 Meltex Ltd and Movsesyan v. Armenia.

<20> Judgment of the European Court of 24 february 2009 on the just satisfaction of the application N 3052/04 Dacia SRL v. Moldova.

<21> Judgment of the European Court of 13 october 2009 on the merits of the application N 39391/04 Business v. Moldova.

<22> Judgment of the European Court of 9 november 2004 on the merits of the application N 46300/99 Marpa Zeeland B.V. and Metal Welding B.V. v. the Netherlands.

<23> Judgment of the European Court of 9 march 2006 on the merits of the application N 10162/02 Eko-Elda Avee v. Greece.

<24> Judgment of the European Court of 23 july 2009 on the merits of the application N 8269/02 Sutyazhnik v. Russia.

<25> Judgment of the European Court of 1 february 2005 on the merits of the application N 59477/00 SCP Huglo, Lepage & , Conseil v. France.

<26> Judgment of the European Court of 10 march 2011 on the just satisfaction of the application N 38238/04 Forminster Enterprises Limited v. the Czech Republic.

<27> Judgment of the European Court of 16 november 2004 on the merits of the application N 53678/00 Karhuvaara and Iltalehti v. Finland.

<28> См. также: Judgment of the European Court of 11 january 2000 on the merits of the application N 39394/98 Scharsach and News Verlagsgesellschaft m.b.H. v. Austria; Judgment of the European Court of 13 november 2003 on the merits of the application N 31457/96 News Verlags GmbH & Co.KG v. Austria; Judgment of the European Court of 10 july 2003 on the merits of the application N 55794/00 Efstathiou and Michailidis & Co. Motel Amerika v. Greece.

Следует отметить, что согласно п. 15 практической инструкции "Требования о справедливой компенсации" заявителю рекомендуется в меморандуме (письменных замечаниях) самому указать сумму компенсации нематериального ущерба, которая является справедливой по обстоятельствам его дела. При этом если заявитель жалуется на несколько нарушений, то он может указать либо общую сумму компенсации для всех нарушений, либо сумму компенсации в отношении каждого нарушения в отдельности.

7. Не так давно (в феврале 2011 г.) в Регламент была включена новая ст. 61, регламентирующая так называемую процедуру пилотного постановления.

Но прежде чем дать комментарий данной процедуры, следует специально подчеркнуть, что только в ст. 61 Регламента (п. 5 и последующие) упоминаются меры индивидуального или общего характера - меры, обязанность принятия которых государством-ответчиком предусматривается в постановлении Европейского суда в случае признания этого государства-ответчика нарушившим Конвенцию и (или) Протоколы к ней.

Под мерами индивидуального характера понимаются меры, которые государство-ответчик должно осуществить, с тем чтобы положить конец нарушению прав заявителя (жалоба которого была рассмотрена Судом) и устранить последствия этого нарушения с целью восстановления ситуации, существовавшей до нарушения. К мерам индивидуального характера обычно относят, в частности, пересмотр дела национальным судом, отмену окончательного судебного постановления или приговора (и снятие в этом случае судимости), возвращение заявителя в страну (в случае его высылки или выдачи) и т.д.

Например, если Европейский суд признал серьезные нарушения процессуального характера по делу заявителя, которые могли бы повлиять на исход судебного процесса, то необходимой индивидуальной мерой должен быть повторный судебный процесс с предоставлением заявителю всех процессуальных гарантий (см. дело "Барбэра, Мессеге и Хабардо против Испании" (Barbera, Messegue and Jabardo v. Spain) <1>) <2>.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 13 june 1994 on the just satisfaction of the application N 10590/83 Barbera, Messegue and Jabardo v. Spain.

<2> Следует отметить, что в соответствии со ст. 46 Конвенции осуществление государством-ответчиком мер индивидуального или общего характера контролирует Комитет министров в рамках контроля за исполнением постановлений Европейского суда и условий мировых соглашений, как они закреплены в решениях Суда (см. об этом комментарий к гл. X разд. II Регламента).

Под мерами общего характера понимаются меры, которые государство-ответчик должно осуществить, с тем чтобы предотвратить в будущем новые нарушения Конвенции, подобные тем, которые были установлены в постановлении Суда, не допустить повторения ситуаций нарушения прав человека, несовместимых с положениями Конвенции. Значимость этих мер состоит в том, что они выходят за рамки конкретного дела и затрагивают широкий круг лиц. Вместе с тем, прежде чем принимать такого рода меры, необходим тщательный анализ причин, приведших к нарушению государством-ответчиком положений Конвенции, и только после этого - поиск путей устранения этих причин. В силу этого меры общего характера могут состоять, в зависимости от ситуации, в изменении национального законодательства, подзаконных актов, а также судебной или административной практики в рамках данного государства. Помимо законодательных и административных мер государство-ответчик может принять практические меры, состоящие, например, в изменении требований, предъявляемых к государственным служащим, либо порядка приема на работу судей и т.д.

Так, в рамках исполнения пилотного Постановления Европейского суда по правам человека по делу "Бурдов против России (N 2)" (Burdov v. Russia (N 2)) <1> Государством-ответчиком были приняты меры общего характера: в России был принят Федеральный закон от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" (далее - Закон о справедливой компенсации), которым было создано новое внутригосударственное средство правовой защиты от длительных судебных разбирательств и задержек в исполнении решений национальных судов по искам против органов государственной власти. Данный Закон предусматривает выплату компенсации за чрезмерную длительность судебного разбирательства, основания и размер которой определены с учетом практики Европейского суда (на это прямо указывается в Законе о справедливой компенсации) <2>.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 15 january 2009 on the merits of the application N 33509/04 Burdov v. Russia (N 2).

<2> 10 апреля 2012 г. Европейский суд коммуницировал властям России жалобу по делу "Герасимов и другие против России" (Gerasimov and others v. Russia, application N 29920/05), которое, очевидно, станет новым пилотным постановлением против России по поводу чрезмерно длительного исполнения российскими властями судебных актов, обязывающих их совершить определенные действия в натуре.

8. Процедура пилотного постановления, регулируемая ныне ст. 61 Регламента, была разработана Европейским судом как средство борьбы с большими группами идентичных жалоб (так называемые повторяющиеся дела, или, иначе, дела-клоны), которые возникают из одной и той же проблемы, существующей в соответствующем государстве-ответчике. Такие дела-клоны отнимали у Суда значительную часть времени и, следовательно, тормозили весь процесс рассмотрения жалоб. На это обстоятельство обращалось внимание в п. 35 доклада Группы Мудрецов, представленного в Комитет министров 10 ноября 2006 г.: "Группа полагает, что Европейский суд должен быть освобожден от большого количества дел, которые не должны "отвлекать" его от выполнения своей основной функции. В частности, к их числу должны относиться дела, являющиеся явно неприемлемыми для рассмотрения по существу и повторяющиеся".

Процедура пилотного постановления начала использоваться Судом намного раньше, чем была введена в Регламент новая ст. 61. В 2004 г. в порядке эксперимента использования процедуры пилотного постановления Судом было вынесено первое Постановление <1>, которое повлекло за собой принятие в государстве-ответчике нового законодательства и позволило Суду сделать вывод об успешности опыта использования этой процедуры.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 22 june 2004 on the merits of the application N 31443/96 Broniowski v. Poland.

Использование процедуры пилотного постановления подразумевает, что в случае получения Судом значительного количества аналогичных жалоб против одного государства-ответчика, в которых заявители ссылаются на схожие факты, а также одну и ту же причину, эти жалобы станут основанием для обращения в Суд. Суд, исходя из того, что в данном государстве-ответчике существует структурная или системная проблема права или иной серьезный недостаток, которые приводят к потоку обращений заявителей с аналогичными жалобами, принимает решение о выборе одной (или нескольких) жалобы из числа повторяющихся и рассмотрении ее в первоочередном (приоритетном) порядке в соответствии со ст. 41 Регламента.

Начать процедуру пилотного постановления Суд вправе по собственной инициативе либо по просьбе одной или обеих сторон. Но в соответствии с подп. (а) п. 2 ст. 61 Регламента, прежде чем принять решение о начале этой процедуры, Суд должен обсудить возможность ее проведения со сторонами. То есть Суд предлагает государству-ответчику и заявителю жалобы, выбранной для проведения процедуры пилотного постановления, высказать мнение относительно целесообразности рассмотрения этой жалобы в качестве основания для вывода о существовании в государстве-ответчике структурной или системной проблемы права или иного серьезного недостатка и о допустимости рассмотрения данной жалобы в соответствии с этой процедурой.

Согласно п. 10 ст. 61 Регламента информация о решении начать процедуру пилотного постановления, а также о вынесении пилотного постановления и его исполнении и окончании этой процедуры публикуется на сайте Европейского суда.

Рассматривая выбранное дело по правилам процедуры пилотного постановления, Суд выходит за рамки этого конкретного дела, с тем чтобы охватить все подобные дела, в которых поднимается тот же вопрос: "производимая Европейским судом оценка ситуации, обжалуемой в "пилотном" деле, неизбежно выходит за рамки исключительно интересов отдельного заявителя и требует рассматривать дело с точки зрения необходимости принять меры общего характера в интересах других лиц, которых данная ситуация потенциально может затронуть" <1>.

--------------------------------

<1> Decision of the Grand Chamber of the European Court of 28 april 2008 of the application N 35014/97 Hutten-Czapska v. Poland. Данным Постановлением Суд согласился с условиями соглашения об урегулировании (мирового соглашения), заключенного между заявителем и государством-ответчиком, при том что ранее Большой Палатой Европейского суда было вынесено пилотное постановление по данному делу (Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 19 july 2006 on the merits of the application N 35014/97 Hutten-Czapska v. Poland).

В результате рассмотрения жалобы Суд выносит так называемое пилотное постановление, в котором:

- во-первых, устанавливает, имело ли место нарушение Конвенции, на которое указывает заявитель;

- во-вторых, выявляет недостатки национального законодательства - структурную или системную проблему или иной серьезный недостаток, которые и привели к нарушению прав человека (п. 3 ст. 61 Регламента). В частности, в пилотном постановлении Европейского суда по делу "Ананьев и другие против России" Суд указал, что нарушение ст. 3 Конвенции при содержании под стражей в СИЗО является в России структурной проблемой, которая стала следствием плохих условий содержания и необоснованно частого заключения под стражу. Суд указал, что данная структурная проблема должна быть устранена, в частности, путем создания в российском законодательстве норм, предусматривающих быстрое и эффективное рассмотрение жалоб на бесчеловечные условия содержания и выплату денежных компенсаций в соответствии с практикой Суда <1>;

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 10 january 2012 on the merits of the applications N 42525/07 and 60800/08 Ananyev and others v. Russia.

- в-третьих, высказывает мнение в отношении того, каким образом данные недостатки законодательства государства-ответчика могут быть устранены, т.е. называет те корректирующие меры, которые государству-ответчику необходимо принять на национальном уровне. Следует подчеркнуть, что под мерами общего характера понимаются меры, которые государство-ответчик должно осуществить, с тем чтобы предотвратить в будущем новые нарушения Конвенции, подобные тем, которые были установлены в постановлении Суда, не допустить повторения ситуаций нарушения прав человека, несовместимых с положениями Конвенции. Значимость этих мер состоит в том, что они выходят за рамки конкретного дела и затрагивают широкий круг лиц, - они могут состоять, в зависимости от ситуации, в изменении национального законодательства, подзаконных актов, а также судебной или административной практики в данном государстве (см. выше о деле "Бурдов против России (N 2)" (Burdov v. Russia (N 2) <1>);

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 15 january 2009 on the merits of the application N 33509/04 Burdov v. Russia (N 2).

- в-четвертых, обозначает возможность создания внутренних средств правовой защиты, которые могли бы решать проблему в аналогичных случаях, в том числе по повторяющимся делам, находящимся на рассмотрении Суда в ожидании пилотного постановления (т.е. пилотные дела - так они названы в п. 1 ст. 61 Регламента). При этом в соответствии с п. 4 ст. 61 Регламента Суд может указать в резолютивной части пилотного постановления, что корректирующие меры должны быть приняты в течение определенного срока, принимая во внимание характер необходимых мер и быстроту, с которой эта проблема может быть устранена на национальном уровне;

- в-пятых, указывает меры индивидуального характера, необходимость принятия которых обусловлена обстоятельствами рассмотренного дела (дел) (см. выше).

В информационной записке, составленной Секретарем Суда <1>, указывается, что пилотные постановления выносятся с тем, чтобы оказать национальным органам власти помощь в устранении системной или структурной проблемы, которая дает основание для повторяющихся обращений в Суд. При этом такие постановления облегчают задачу Комитета министров, контролирующего исполнение окончательных постановлений Европейского суда и условий мировых соглашений (см. об этом комментарий к гл. Х разд. II Регламента). Вследствие сказанного в соответствии с п. 9 ст. 61 Регламента о пилотном или любом ином постановлении, в котором выявлено существование структурной или системной проблемы в каком-либо из государств - участников Конвенции, уведомляются Комитет министров, Парламентская Ассамблея Совета Европы, Генеральный секретарь Совета Европы и Комиссар по правам человека Совета Европы.

--------------------------------

<1> См.: http://www.echr.coe.int/NR/rdonlyres/DF4E8456-11B3-4E61-8944-B908143A1E2C/0/Information_Note_on_the_PJP_for_Website.pdf; http://www.echr.coe.mt/NR/rdonlyres/445AA215-41ED-4B5E-AF12-0101380AF584/0/Note_surJa_proc%C3%A9dure_deJLarr%C3%AAt_pilote_r%C3%A9vis%C3%A9e.pdf.

Важным последствием проведения процедуры пилотного постановления, на которое обращается внимание в подп. (а) п. 6 ст. 61 Регламента, является то, что рассмотрение пилотных дел, аналогичных рассмотренному, может быть отложено ("замораживается") до момента принятия государством-ответчиком корректирующих мер общего характера, указанных в пилотном постановлении. Как поясняется в информационной записке, составленной Секретарем Суда, это сделано для того, чтобы государство-ответчик могло принять необходимые меры общего характера. Отложение рассмотрения дел, как правило, предусматривается лишь на определенный период и сопряжено с условием, что государство-ответчик быстро и эффективно примет надлежащие меры для реализации выводов, содержащихся в пилотном постановлении. В подобных случаях Суд уведомляет соответствующих заявителей об отложении рассмотрения пилотных дел и о любых происходящих движениях в их делах (подп. (b) п. 6 ст. 61 Регламента).

В то же время Суд в любой момент может возобновить рассмотрение по таким делам, если этого требуют интересы правосудия (подп. (с) п. 6 ст. 61 Регламента), например, когда обстоятельства дела заявителя делают такое ожидание несправедливым или необоснованно долгим. Возобновление рассмотрения пилотных постановлений также предусматривается для ситуаций, когда государство-ответчик не выполняет пилотное постановление (п. 8 ст. 61 Регламента).

Кроме того, в соответствии с п. 5 ст. 61 Регламента Суд вправе отложить рассмотрение вопроса о справедливой компенсации (полностью или частично) по жалобе, которая рассматривается по правилам процедуры пилотного постановления. Этот вопрос может ожидать решения до принятия государством-ответчиком указанных в пилотном постановлении мер индивидуального или общего характера.

В соответствии с информационной запиской, составленной Секретарем Суда, основная идея процедуры пилотного постановления состоит в следующем. В ситуации, когда имеет место массовое обжалование нарушений, возникающих вследствие одной системной или структурной проблемы (дела-клоны), заявители смогут получить компенсацию значительно быстрее, если есть эффективное средство правовой защиты на национальном уровне, нежели если их дела будут рассматриваться в индивидуальном порядке в Страсбурге. Учитывая значительную нагрузку на Суд и тот факт, что он должен решать и срочные вопросы, и серьезные вопросы большой юридической значимости, такие дела-клоны скорее всего будут ожидать рассмотрения в течение целого ряда лет. Использование же данной процедуры не только стимулирует государства-ответчиков к быстрому и эффективному разрешению проблемы, но и нивелирует опасность снижения эффективности Суда как контролирующего органа Конвенции.

9. Статья 62 Регламента регулирует вопросы достижения дружественного урегулирования (о выражении "дружественное урегулирование" см. комментарий к ст. 1 Регламента) - процедуры, которая в практике Европейского суда признается важным инструментом для сокращения количества дел.

Актуальная практика Суда свидетельствует о том, что к использованию этой процедуры обращается все большее количество заявителей и государств-ответчиков <1>. В Пояснительном докладе к Протоколу N 14 <2> отмечалось, что соглашения о дружественном урегулировании ("мировые соглашения") потому и рекомендуются, что могут оказаться особенно полезными в повторяющихся делах (делах-клонах), а также делах, когда отсутствует необходимость в изменении национального законодательства (п. 93). С учетом того, что в соответствии с п. 4 ст. 39 Конвенции исполнение условий мировых соглашений, как они изложены в решениях Суда, подлежит контролю со стороны Комитета министров наравне с окончательными постановлениями Суда (см. об этом гл. X разд. II Регламента), нужно признать, что все направлено на поощрение дружественного урегулирования.

--------------------------------

<1> Keller H., Forowicz M., Engi L. Friendly Settlements before the European Court of Human Rights: Theory and Practice. Oxford, 2010. Надо отметить, что до реформирования контрольных органов Конвенции возможность дружественного урегулирования предусматривалась на всех трех этапах рассмотрения индивидуальной жалобы. Дружественное урегулирование допускалось при разбирательстве дела в Европейской Комиссии (в этом случае дело прекращалось, а Комиссия составляла заключение, где в краткой форме указывала на факты дела и на факт дружественного урегулирования дела сторонами; это заключение направлялось заинтересованным государствам, а также Комитету министров и Генеральному секретарю Совета Европы). Кроме того, возможность использовать процедуру дружественного урегулирования допускалась при рассмотрении дела как Европейским судом, так и Комитетом министров. То есть в практике контрольных органов Конвенции до 1998 г. можно было встретить три разновидности дружественного урегулирования (на уровне Комиссии случаи дружественного урегулирования были наиболее частыми; на уровне Суда и особенно Комитета министров они встречались значительно реже).

<2> См.: http://conventions.coe.int/Treaty/EN/Reports/Html/194.htm; http://conventions.coe.int/Treaty/FR/Reports/Html/194.htm.

В соответствии с п. 1 ст. 39 Конвенции на любой стадии производства по делу Суд готов оказывать всяческое содействие сторонам с целью достижения ими дружественного урегулирования по делу (о выражении "дружественное урегулирование", "соглашение об урегулировании" и "мировое соглашение" см. комментарий к ст. 1 Регламента). Согласно п. 1 ст. 62 Регламента Секретарь Суда, действуя на основании указаний Палаты или ее Председателя, после объявления жалобы приемлемой направляет обеим сторонам предложение о проведении процедуры дружественного урегулирования. В случае согласия обеих сторон на предложение о проведении этой процедуры они сообщают об этом письменно Секретарю; при отсутствии согласия одной из сторон на проведение процедуры дружественного урегулирования разбирательство дела продолжается в обычном порядке.

Согласие сторон на проведение процедуры дружественного урегулирования не означает, что тем самым, например, заявитель отказывается от дальнейшего поддержания своей жалобы или государство-ответчик обязывается выплатить заявителю справедливую компенсацию, - такие последствия могут иметь место при достижении дружественного урегулирования, но ведь стороны могут и не прийти к соглашению. Таким образом, согласие сторон на проведение такой процедуры означает, что они могут попытаться прийти к взаимоприемлемому соглашению об урегулировании дела, вызванного нарушением государством-ответчиком прав заявителя, однако согласие на использование процедуры дружественного урегулирования не означает какого-либо ослабления позиций сторон и не наносит какого-либо ущерба доводам сторон.

С учетом этого следует специально подчеркнуть, что такая процедура - процедура дружественного урегулирования в Суде - носит строго конфиденциальный характер (п. 2 ст. 39 Конвенции). В силу этого вся переписка и переговоры, осуществляемые с целью достижения дружественного урегулирования, различные письменные или устные сообщения, а также предложения и уступки, сделанные в рамках таких переговоров, являются конфиденциальными (что обычно подчеркивает Суд в переписке со сторонами; см. об этом комментарий к гл. IV разд. II Регламента). Это означает, что они не могут быть использованы в качестве аргументов в судебном разбирательстве, если сторонам не удалось достигнуть дружественного урегулирования дела, и недопустима любая ссылка на них в процессе такого разбирательства. Нарушение этого требования заявителем может привести к признанию его жалобы неприемлемой в связи со злоупотреблением правом (п. 3 ст. 35 Конвенции; см. об этом комментарий к гл. I разд. II Регламента).

Например, в деле "Гадрабова и другие против Чешской Республики" (Hadrabova and others v. the Czech Republic) <1> власти государства-ответчика указали, что заявители в своем требовании к чешским органам власти о выплате компенсации прямо сослались на предложение, сделанное им Секретариатом Суда в процессе заключения мирового соглашения. Суд отметил, что в силу п. 2 ст. 38 Конвенции переговоры о мировом соглашении являются конфиденциальными. При этом согласно п. 2 ст. 62 Регламента никакие письменные или устные сообщения, а также предложения или уступки, сделанные в целях достижения мирового соглашения, не могут быть использованы в качестве аргументов или обоснований при рассмотрении дела. Европейский суд подчеркнул важность принципа конфиденциальности переговоров о мировом соглашении. Он также подтвердил невозможность ссылаться на любые сообщения, сделанные во время переговоров о мировом соглашении. Между тем из представленных властями документов следовало, что заявители в своем требовании к чешским органам власти прямо сослались на предложение Секретариата Суда, сделанное им в рамках переговоров о мировом соглашении. Европейский суд счел эти действия нарушением принципа конфиденциальности переговоров о мировом соглашении и указал, что пренебрежение этим принципом представляет собой злоупотребление правом по смыслу п. 3 ст. 35 Конвенции.

--------------------------------

<1> Decision of the European Court of 25 september 2007 as to the admissibility of applications N 42165/02 and 466/03 Hadrabova and others v. the Czech Republic.

Вследствие сказанного обычной практикой является направление предложений о дружественном урегулировании отдельно от письменных замечаний, требований по справедливой компенсации и иных документов (п. 16 практической инструкции "Письменные замечания", на это также обычно указывает Суд в переписке со сторонами; см. об этом комментарий к гл. IV разд. II Регламента). Документы, которые касаются судебного разбирательства в Европейском суде, не должны содержать в себе каких-либо ссылок на предложения и уступки, сделанные в ходе переписки (или переговоров) о дружественном урегулировании (п. 11 практической инструкции "Письменные замечания").

Важно отметить, что преднамеренное нарушение обязанности соблюдать конфиденциальность переговоров о дружественном урегулировании (мировом соглашении) признается Европейским судом злоупотреблением правом (дело "Попов против Молдовы" (Popov v. Moldova) <1>). Такая санкция за нарушение правила о конфиденциальности возможна только в том случае, если Суд "с достаточной ясностью" установит, что раскрытие конфиденциальной информации о переговорах по поводу мирового соглашения было преднамеренным.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 18 january 2005 on the merits of the application N 74153/01 Popov v. Moldova.

Так, в деле "Миролюбов и другие против Латвии" (Mirolubovs and others v. Latvia) <1> глава государства-ответчика получил письма от некоего лица, не являющегося заявителем в Суде, где говорилось о профессиональной некомпетентности и бесчестности лица, участвующего в переговорах о заключении мирового соглашения с заявителями. В письмах содержалась ссылка на переписку между Секретариатом Суда, заявителями и властями государства-ответчика о заключении мирового соглашения. Кроме того, к письмам прилагались копии документов из переписки Суда и сторон, включая проект мирового соглашения, являющиеся конфиденциальными в силу п. 2 ст. 38 Конвенции и п. 2 ст. 62 Регламента Суда.

--------------------------------

<1> Judgment of the European Court of 15 september 2009 on the merits of the application N 798/05 Mirolubovs and others v. Latvia.

Суд указал, что факт разглашения третьему лицу содержания документов, относящихся к заключению мирового соглашения, в принципе является "злоупотреблением" по смыслу п. 3 ст. 35 Конвенции, однако это не означает полного запрета на ознакомление с такими документами третьего лица или на упоминание этих документов в беседе с ним. Согласно п. 2 ст. 38 Конвенции и п. 2 ст. 62 Регламента Суда сторонам запрещено размещать конфиденциальную информацию в средствах массовой информации, а также в переписке, с которой может ознакомиться большое количество лиц, а также любым иным способом делать ее общедоступной.

Между тем заявители утверждали, что не знают, как указанные документы попали в руки третьего лица. При этом власти государства-ответчика не представили Суду доказательств их вины. При отсутствии доказательств того, что все заявители известили третье лицо о содержании конфиденциальных документов, Европейский суд истолковал сомнения в их пользу. Суд подчеркнул, что признание жалобы неприемлемой по мотиву злоупотребления правом в значении п. 3 ст. 35 Конвенции является исключительной мерой и он не может признать злоупотребление правом со стороны заявителей в значении п. 3 ст. 35 Конвенции в этом деле. Кроме того, он указал, что планы государства-ответчика о возбуждении уголовного или дисциплинарного разбирательства в отношении заявителей могут поставить вопрос о нарушении государством-ответчиком ст. 34 Конвенции, запрещающей препятствовать обращению в Европейский суд.

Здесь же надо отметить (и на это не раз обращал внимание Европейский суд), что необходимо различать, с одной стороны, заявления (предложения), сделанные в ходе конфиденциальной процедуры заключения мирового соглашения в соответствии с п. 2 ст. 39 Конвенции и п. 2 ст. 62 Регламента, и, с другой стороны, односторонние заявления, сделанные властями государства-ответчика в ходе открытого и состязательного разбирательства в Европейском суде. В первом случае любые заявления и предложения носят сугубо конфиденциальный характер, во втором - обязанность соблюдать конфиденциальность не возникает <1>.

--------------------------------

<1> См., например: Judgment of the European Court of 8 february 2007 on the merits of the application N 3436/05 Ivanov v. Russia, § 15; Judgment of the European Court of 1 february 2007 on the merits of the application N 33689/05 Deykina v. Russia, § 15; Judgment of the European Court of 1 february 2007 on the merits of the application N 33685/05 Nartova v. Russia, § 15; Judgment of the European Court of 2 march 2006 on the merits of the application N 37927/02 Nikolayev v. Russia, § 32; Judgment of the European Court of 6 october 2005 on the merits of the application N 63973/00 Androsov v. Russia, § 45.

Необходимость разграничивать обозначенные ситуации создала предпосылки для появления в Регламенте новой статьи - ст. 62А, которая целиком посвящена односторонним заявлениям государства-ответчика. Появление данной статьи подтверждает, что отказ заявителя от начала или продолжения процедуры дружественного урегулирования с государством-ответчиком, так же как и его отказ от заключения соглашения в том случае, если такое дружественное урегулирование было достигнуто, не рассматривается Европейским судом как злоупотребление правом <1> (п. 3 ст. 35 Конвенции). В то же время в случае отказа заявителя от процедуры дружественного урегулирования государство-ответчик вправе обратиться в Суд с ходатайством об исключении жалобы этого заявителя из списка подлежащих рассмотрению дел при условии признания этим государством факта нарушения прав заявителя, а также принятия обязанности по возмещению ущерба, причиненного этому лицу, и восстановлению положения, существовавшего до нарушения его прав (подп. (b) п. 1 ст. 62А Регламента).

--------------------------------

<1> См., например: Judgment of the European Court of 22 june 2006 on the merits of the application N 23795/02 Chebotarev v. Russia, § 17 and 21; Judgment of the European Court of 1 february 2007 on the merits of the application N 33706/05 Aleksentseva v. Russia, § 13 - 17; Judgment of the European Court of 1 february 2007 on the merits of the application N 20260/04 Bragina v. Russia, § 14 - 18; Judgment of the European Court of 2 november 2006 on the merits of the application N 25410/02 Kazartsev v. Russia, § 13 - 17; Judgment of the European Court of 28 september 2006 on the merits of the application N 32786/03 Silchenko v. Russia, § 13 - 17.

Важно отметить также и то, что п. 1 ст. 39 Конвенции специально указывает на достижение дружественного урегулирования "на основе уважения прав человека, как они определены в настоящей Конвенции и Протоколах к ней" <1>. Это правило обусловлено стремлением оградить заявителей от внешнего давления и максимально облегчить достижение взаимоприемлемого результата. С учетом этого Суд в рамках вышеуказанных полномочий по содействию сторонам в достижении дружественного урегулирования уполномочен осуществлять проверку соглашения сторон на предмет свободы волеизъявления заявителя (заявителей) и отсутствия навязывания ему недопустимых условий, непосредственно противоречащих обязательствам, принятым государством-ответчиком.

--------------------------------

<1> На это обращается внимание и в п. 93 Пояснительного доклада к Протоколу N 14.

Таким образом, процедура дружественного урегулирования возлагает на Суд одновременно две функции.

Во-первых, Суд должен выступить посредником между сторонами: его роль обычно состоит в содействии обмену предложениями между представителем заявителя и официальным уполномоченным государства-ответчика, но в некоторых случаях - в организации встреч сторон в присутствии сотрудников Секретариата Суда. В переписке со сторонами Суд обычно подчеркивает свое стремление облегчить переговоры сторон по дружественному урегулированию (см. об этом комментарий к гл. IV разд. II Регламента).

Во-вторых, обязанностью Суда является обеспечение того, чтобы дружественное урегулирование было достигнуто на основе соблюдения прав человека, что предполагает оценку достигнутого сторонами соглашения ("мирового соглашения"). Более того, согласно п. 1 ст. 37 Конвенции Суд даже может продолжить рассмотрение дела по существу при достижении сторонами дружественного урегулирования, если этого требует соблюдение прав человека, гарантированных Конвенцией и Протоколами к ней. Однако нет информации о том, что Суд хотя бы раз воспользовался данным правом.

Следует отметить также и то, что при проведении процедуры дружественного урегулирования заявитель не ограничен только рамками собственного дела, - он может предпринять шаги и для решения общей (национальной) проблемы нарушения прав, которая была предметом его жалобы (см., например, дело "Хуттен-Чапска против Польши" (Hutten-Czapska v. Poland) <1>). Вследствие этого в рамках дружественного урегулирования могут обсуждаться не только вопросы восстановления нарушенного права заявителя и добровольной выплаты заявителю государством-ответчиком справедливой компенсации (см. о ней начало комментария к настоящей главе Регламента), т.е. меры индивидуального характера. Заявитель может выдвинуть предложение о принятии государством-ответчиком также и мер общего характера для реального изменения ситуации в масштабе государства-ответчика применительно к нарушениям, подобным тому, которое было допущено в отношении заявителя.

--------------------------------

<1> См., например: Decision of the Grand Chamber of the European Court of 28 april 2008 of the application N 35014/97 Hutten-Czapska v. Poland.

В итоге стороны процедуры дружественного урегулирования могут согласовать применение государством-ответчиком как мер индивидуального характера (в отношении непосредственно заявителя), так и мер общего характера, которые будут иметь целью исключение в будущем новых нарушений таких прав в отношении других лиц. Так, во многих случаях дружественное урегулирование достигалось тогда, когда государством-ответчиком принимались административные и даже законодательные меры с целью избежать впредь такого нарушения прав частных лиц.

Безусловно, заявление о необходимости применения государством-ответчиком мер общего характера не является обязанностью заявителя в рамках процедуры дружественного урегулирования. Однако надо принимать во внимание следующее.

Обязанность государства-ответчика принять меры общего характера для того, чтобы исключить в будущем нарушения, бывшие предметом жалобы заявителя, и устранить последствия такого нарушения в масштабе всего государства, возникает только в случае признания Судом данного государства-ответчика нарушителем Конвенции или Протоколов к ней. В том случае, если стороны посредством дружественного урегулирования решат только принять меры индивидуального характера (в отношении заявителя), проблема национального масштаба решена не будет, поскольку Суд в случае дружественного урегулирования не рассматривает жалобу по существу: жалоба в соответствии с подп. (b) п. 1 ст. 37 Конвенции исключается из списка подлежащих рассмотрению дел.

Таким образом, в случае заключения соглашения об урегулировании, которым предусмотрено только принятие мер индивидуального характера (в отношении заявителя), обязанность государства-ответчика решить проблему нарушения прав в государственном масштабе не возникает. Указать на такую обязанность не вправе и Суд, поскольку дело в случае достижения дружественного урегулирования не рассматривается по существу (и, соответственно, Суд не может признать государство-ответчика нарушителем Конвенции).

Следует отметить, что Регламент не определяет четко порядок достижения дружественного урегулирования и его оформления <1>. Как правило, стороны разбирательства в Суде не заключают специального соглашения ("мирового соглашения") - в рамках процедуры урегулирования стороны делают взаимные предложения (которые обычно завершают фразой о том, что согласие с этими условиями будет считаться окончательным урегулированием спора). Дружественное урегулирование считается достигнутым, если обе стороны согласились с взаимными предложениями (предоставлениями), что нашло отражение в соответствующем решении Суда.

--------------------------------

<1> Это негативно оценивается правоведами, которые подчеркивают, что процедура дружественного урегулирования в Европейском суде должна иметь более четкие правовые рамки (см. об этом: Keller H., Forowicz M., Engi L. Op. cit.). То обстоятельство, что роль Суда в процедуре дружественного урегулирования едва обозначена в Регламенте, а также неравенство положений сторон судебного разбирательства (заявителя и государства-ответчика) порождают в некоторых случаях проблемы, которые требуют своего решения.

Подпункт (b) п. 1 ст. 37 Конвенции предусматривает, что принять решение об исключении жалобы из списка подлежащих рассмотрению дел <1> Суд может на любой стадии разбирательства, если обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что "спор был урегулирован", т.е. стороны достигли дружественного урегулирования. Таким образом, не исключена возможность дружественного урегулирования, например, при самостоятельном рассмотрении Палатой вопроса относительно присуждения справедливой компенсации (см. об этом ранее в комментарии к настоящей главе).

--------------------------------

<1> В Конвенции говорится о "прекращении производства по делу", но речь идет именно об исключении жалобы из списка подлежащих рассмотрению дел. См. об этом подробнее комментарий к ст. 1 Регламента.

Решение об исключении жалобы, которая была объявлена приемлемой, из списка подлежащих рассмотрению дел по причине достижения дружественного урегулирования выносится в форме решения, в котором дается лишь краткое изложение фактов и указывается на достигнутое сторонами урегулирование спора (п. 3 ст. 39 Конвенции, п. 3 ст. 43 Регламента).

В соответствии с обновленными правилами решение передается Комитету министров для осуществления контроля за выполнением государством-ответчиком условий достигнутого сторонами соглашения, как они установлены в решении Суда (п. 4 ст. 39 Конвенции, п. 3 ст. 43 Регламента). В п. 94 Пояснительного доклада к Протоколу N 14 <1> отмечается, что новое положение ст. 39 Конвенции, предусматривающее контроль Комитета министров за исполнением "мировых соглашений", было включено для отражения практики, которую Суд уже применял (см. об этом подробнее комментарий к гл. X разд. II Регламента).

--------------------------------

<1> См.: http://conventions.coe.int/Treaty/EN/Reports/Html/194.htm; http://conventions.coe.int/Treaty/FR/Reports/Html/194.htm.