Конкуренция кондикции с другими требованиями.

Основной аргумент противников конкуренции кондикционного требования - риск обхода истцом закона. НО в действительности в случаях, когда законодатель предусматривает те или иные ограничительные нормы применительно к конкретному виду требований, не обязательно, что эти ограничения должны распространяться на кондикционное требование. Ключевой вопрос - когда применение кондикционного требования вступает в конфликт с ограничениями, заложенными в другой общей или специальной норме.

В примере Д.В. Новака об учете вины потерпевшего в деликтных обязательствах такого конфликта нет: для истребования обогащения вина потерпевшего безразлична.

НО такой конфликт может иметь место в случае сопоставления общего кондикционного требования с положениями ст. 303 ГК РФ о том, что от добросовестного владельца собственник вправе требовать возврата или возмещения доходов, которые он извлек со времени, когда узнал или должен был узнать о неправомерности владения. Т.е. доходы, извлеченные до указанного момента, возмещению не подлежат. В этом случае применение кондикционного требования вступило бы в противоречие со специальной нормой, защищающей добросовестного владельца, которой должен быть отдан приоритет.

От предоставления истцу возможности выбирать требование нарушения системности права не наступает. Недопущение конкуренции кондикционного требования с иными требованиями было вызвано его особым статусом. Франция - концепция общего кондикционного иска была разработана судебной практикой, поэтому считалось, что использование подобного иска не должно вступать в противоречие с установленными законодательством механизмами защиты и их ограничениями. И во Франции, и в Германии кондикция рассматривалась в качестве особого правового средства для восстановления справедливости, нарушенной формальным (позитивным) правом и пробелами в законе. Т.е. ее применение представлялось обоснованным только тогда, когда в формальном праве отсутствовали иные средства.

Конкуренция кондикционного требования с иными требованиями, например, деликтными, допускается, в частности, в английском, немецком, австрийском и американском праве, в Принципах европейского права неосновательного обогащения.

Допущение конкуренции требований порождает ряд специальных проблем, которые не являются неразрешимыми:

1. необходимо определить обстоятельства, в которых конкуренция не допускается. Конкуренции требований не должно быть в случаях конкуренции общей и специальной нормы, когда посредством ценностного анализа следует сделать вывод о приоритете последней.

2. встает вопрос о значении субъективной правовой квалификации, в частности выбора истцом неверного способа защиты его права (см. для иллюстрации п. 1 информ письма ВАС РФ от 13.11.2008 N 126, п. 34, 35 Постановления N 10/22).

3. ряд иных проблем (например, регулирование вопросов цессии требований).

Всегда ли при невозможности возврата полученного в натуре подлежит истребованию его объективная (рыночная) стоимость? Д.В. Новак

Могут ли быть случаи, когда истец вправе требовать от ответчика возмещения всей прибыли, извлеченной в результате события обогащения, даже если она превышает рыночную стоимость полученного блага?

ст. 1107 ГК РФ - лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения. На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Т.О., помимо прямого обогащения, состоящего в самом факте присоединения нового блага к составу имущества приобретателя, по кондикционному иску может быть истребовано и косвенное обогащение, которое заключается в получении лицом экономических выгод от этого блага путем извлечения из него доходов. Но истребовано мб только то косвенное обогащение, которое возникло в период, когда лицо знало или должно было знать о неосновательности получения прямого обогащения.

Смысл этих норм - в стимулировании приобретателя к исполнению своей обязанности по возврату неосновательно полученного/сбереженного сразу после того, как ему стало известно об отсутствии правовых оснований для получения выгоды за счет другого лица. Эта же цель у п. 2 ст. 1104, п. 1 ст. 1105 ГК РФ.

Поэтому косвенное обогащение в виде прибыли, извлеченной из неосновательно полученного имущества, составляющего прямое обогащение, подлежит взысканию только за период осведомленности приобретателя о такой неосновательности. Т.е. недобросовестный отвечает в сумме этих доходов с самого начала, а добросовестный - с момента, когда он узнал или должен был узнать о неосновательности.

п. 1 ст. 1107 ГК РФ - возмещению подлежат не только доходы, фактически извлеченные неосновательно обогатившимся из полученного имущества, но даже и те доходы, которые он на самом деле не извлек, но должен был извлечь.