Концептуализация слухового восприятия в современном английском языке (90

11

слухового восприятия, поскольку сема неожиданности, неподготовленности, а, следовательно, ненамеренного восприятия является профильным компонентом их значений. Зачастую звуковое событие является неожиданным для воспринимающего, о чем на языковом уровне свидетельствуют наречия: suddenly, instantly, all of a sudden, all at once, abruptly, accidentally, unexpectedly, out of the blue и прочие, ср.: And then all of a sudden I heard a sound. It was a man’s voice (Maugham, 211); Suddenly he heard a cry (Maugham, 275). Глагол overhear репрезентирует ситуацию неактивного слухового восприятия, однако профильным компонентом в значении выступает неосведомленность объекта о том, что его слышат. Пример ниже описывает ситуацию слухового восприятия, в которой профилируется спонтанность перцептивного процесса и неосведомленность объекта, ср.: The defendant's mother became suspicious because she had suddenly overheard a conversation about drugs (BNC).

В когнитивной субмодели ситуации слухового восприятия с профилирующим признаком «активное восприятие» субъект перцепции целенаправленно использует способность воспринимать слухом, имеет способность слушать и активно воспринимает звуковую информацию. В модели рассматриваемых ситуаций профилируется признак «активность восприятия», а, следовательно, на первый план ситуации выходит субъект перцепции, который получает большую когнитивную

контролируемого слухового восприятия, с активным воспринимающим субъектом является глагол listen. Наличие деятельностной составляющей в семантике глагола listen эксплицируется в словарных дефинициях, судя по которым, listen реализует в своем значении два когнитивных признака: ‘обратить внимание на что-то или когото’ (pay attention) и ‘воспринять звуки’ (in order to hear). На языковом уровне активность и контролируемость действия отражается в употреблении обстоятельственных слов и выражений, характеризующих усилия, прикладываемые субъектом с целью выполнения действия: attentively, eagerly, intently, patiently, with absorbtion, with parted lips, hard(er), all ears, ср.: Rat, who was in the stern of the boat, while Mole sculled, sat up suddenly and listened intently (Grahame, 108); He boasted. He praised himself and Mackintosh listened with absorption (Maugham, 124).

Грамматическим способом профилирования активности в слуховом восприятии является возможность употребления глагола listen в продолженных аспектуальновременных формах. Языковой материал подтверждает, что восприятие является активным и контролируемым, ср.: Jack Butler glanced across the table to their host who was listening with rapt attention to a woman dressed as a schoolgirl (BNC); The Fedpol leader was listening stolidly, giving nothing away (BNC).

Ситуация с профилирующим признаком «воспринимаемое событие» является ситуацией неактивного слухового восприятия с фиктивным наблюдателем или наблюдателем за кадром. В когнитивной субмодели ситуации неактивного слухового восприятия с наблюдателем за кадром в фокусе внимания оказывается объект перцепции, то есть звуковая ситуация, а субъект восприятия является всего лишь потенциальным и возможным. Грамматическим средством фокусировки внимания на объекте восприятия и его свойствах является пассивный залог. При

12

категоризации ситуаций слухового восприятия пассивной конструкцией участник с непрофильным статусом (звуковое событие) становится главной фигурой в описываемом событии, а субъект восприятия не профилируется, находится за кадром, ср.: Suddenly a thud was heard at the door down the passage (WS, 55); At night he was heard weeping in his miserable hut (BNC). Ситуация с профильным компонентом «воспринимаемое событие» вербализуется также целым рядом глаголов и глагольных сочетаний, объективирующих производство звуков как природного, так и неприродного характера: clank, clink, cry, drum, echo, jingle, shout, sound, plop, ring, roar. В следующих высказываниях на передний план выходит звуковое событие, а воспринимающий субъект «уходит» за кадр: An earsplitting crash echoed from the other room (Meyer4, 269); Knuckles drummed on the corridor door (Hammett, 33); There is a sound of distant reapers, and yonder rises a blue line of cottage smoke against the woodland (Grahame, 142); Then came Isabel’s voice, lifted and calling, like a bell ringing (WS, 112). Когнитивно выделенный объект получает метафорическую концептуализацию в ситуации слухового восприятия в конструкциях с глаголами reach / fаll on/ hurt ears, ср.: A groaning metallic thud hurt my ears (Meyer3, 29); Footsteps fell on his ear, and the figure of one that walked somewhat wearily came into view (Grahame, 141); Slowly a faint sound reached Jack’s ears (BNC). В описываемых ситуациях звук как бы оказывает влияние на субъекта, достигает его, доносится, даже причиняет боль. В приведенных примерах можно выделить метафору движения звука от источника к субъекту восприятия.

Знания, полученные перцептивным путем, не всегда являются истинными, они могут быть ошибочными когнициями в силу субъективности перцепции, неполноты восприятия, разного рода помех [Семенова, 2009]. Помехи, препятствия, концептуализируются как факторы, усложняющие ситуацию, затрудняющие достижение цели или делающие её недостижимой. Различные виды препятствий, помех, мешающих восприятию, влекут за собой непонимание, неясность, ошибки, искажения в восприятии, направляют субъекта перцепции по ложному пути, заводят в сторону, в тупик, делая категоризацию воспринимаемого проблематичной [Рябцева, 2005]. Помехи в восприятии приводят к изменению эпистемического состояния субъекта: человек не уверен в достоверности воспринятого, а именно в достоверности собственного впечатления [Семенова, 2009].

Посторонний шум в среде восприятия, фоновый шум может являться серьезной помехой для слуховой перцепции. В английской языковой картине мира шум вербализуется лексемами: noise, din, tumult, uproar, clamour, racket, clatter, outcry, sound и многими другими. Шум также объективируется существительными, метонимически обозначающими громкий, монотонный звук, препятствующий четкому восприятию running water, bike engine и пр. ср.: Somehow over the running water she finally heard the loud knocking on the cabin door (BNC). Шум льющейся воды не позволял расслышать стук в дверь, до тех пор, пока стук не усилился и не стал различим на фоне шума.

Субъективной помехой для слухового восприятия является определенное состояние субъекта восприятия, при котором восприятие затруднено или невозможно совсем. Это может быть физическое состояние: глухота, боль, недомогание, болезнь, дремота и другие, а так же эмоциональное состояние: стресс,

13

шок, потрясение, страх, эйфория, состояние обращения в себя, сконцентрированность на собственных мыслях и чувствах. Следующий пример эксплицирует ситуацию, в которой восприятие становится проблематичным из-за физического состояния субъекта, ср.: I have a perpetual din in my head and hear nothing aright [ABBYY]. В данном примере субъект ссылается не на шум в среде распространения звукового сообщения, а на шум в собственной голове, что может являться результатом усталости или заболевания. Этот шум «блокирует» слуховое восприятие, делает его очень затрудненным. В следующих примерах категоризуется ситуация, в которой эмоциональное состояние субъекта препятствует полноте восприятия: Theda had hardly heard her, overwhelmed as she had been by the thoughtfulness of the unknown gentleman (BNC); Zen had hardly heard him at the time, shocked by the sight of the man he had been summoned to Perugia (BNC).

Когнитивная субмодель ситуации воображаемого слухового восприятия соотносится с прототипической по принципу «фамильного сходства», поскольку она наследует признак «чувственное восприятие», но процесс перцепции оказывается не в фокусе. На передний план выходит процесс воображения субъекта восприятия, поскольку вопреки законам восприятия объект воображаемой перцепции не находится в одной пространственно-временной плоскости с перцептивным действием, субъект как бы «слышит» то, что будет или то, что уже было, то есть создает ментальный образ слуховой ситуации. В основе воображаемого восприятия лежит различие в психологии внешнего и внутреннего восприятия: первое основывается на ощущениях, получаемых от органов чувств, второе основывается на сознании, которое отдает себе отчет во «внутренних» психических процессах.

Одним из видов воображаемого восприятия является предвосхищение звукового сообщения, так называемое проспективное восприятие. Слышащий субъект может «в предвосхищении звука думать, представлять, будто он слышит этот звук» [фон Вригт, 2003, c. 13]. Рассмотрим пример: I can hear the sound of violins long before it begins (song “Sway”). Субъект предвосхищает звуки скрипок, возможно, эти звуки ему нравятся, человек испытывает сильные эмоции и уверен, что он действительно воспринимает звуковое событие, хотя на самом деле возникают не слуховые, а ментальные образы. Способность человека воображать приводит к тому, что даже в звуке ветра он «слышит» голос любимого человека, который в данный момент не звучит в физическом пространстве, ср.: I don’t know where to find you, I don’t know how to reach you. I hear your voice in the wind, I feel you under my skin (song “Adagio”). Возможен и другой вид воображаемой слуховой перцепции, когда ощущение звука остается после того, как звуковая волна перестала существовать, это явление известно как ретроспективное слуховое восприятие или восприятие «по памяти». В таких ситуациях причиной воображаемой слышимости также являются ментальные звуковые образы, ср.: She (mother) died of a lung infection a year later, and that’s when my dad and I moved to New York. I think I’ve held on to the accent for her. I can still hear her voice (Frankel, 106). Субъект помнит голоса и услышанные звуки, по памяти воспроизводит их настолько реально, что у него складывается ощущение, что звук всё же звучит.

Отличительной особенностью когнитивной субмодели иллюзорного слухового восприятия является физическое отсутствие такого неотъемлемого компонента

14

ситуации восприятия как воспринимаемого звукового объекта, этим она отличается от прототипической ситуации восприятия. Субъекту кажется, что он испытывает слуховые ощущения, хотя на самом деле звук в подобных ситуациях является иллюзорным, несуществующим, или точнее, существующим субъективно, только в сознании субъекта. Иллюзия представляет собой искаженное восприятие реальных предметов действительности, основанное на обмане чувств, принятие кажущегося, мнимого за действительное [БПС]. Часто из-за обмана чувств «человек принимает субъективное в своем способе представления за объективное» [Кант, 1999, c. 167].

Слуховые иллюзии имеют языковое отражение. В английском языке, как показывает фактический материал, иллюзорность восприятия категоризуется длительной формой глагола hear. Смысл высказывания «это тебе послышалось», которое указывает на ложное, иллюзорное восприятие, передается в английском языке выражением: «you are hearing things» [ABBYY], ср.: I was hearing voices around 9 o’clock this morning of my dad and 2 brothers talking about cake, which is impossible because none of them were home at that time (help.com). Иллюзорность слухового восприятия категоризуется лексико-синтаксическими конструкциями с глаголом think и глаголом hear типа I think I hear. Лингвоспецифичность этих конструкций состоит в том, что восприятие и сомнение в достоверности воспринимаемого, представленные глаголом перцепции и глаголом полагания соответственно, находят выражение в пределах одной конструкции [Семенова, 2007]. Следующие примеры категоризуют ситуации, в которых субъекту кажется,

что он испытывает слуховое ощущение, ср.: The noise was a funny thrumming, a fast, soft beat. I thought I heard it get just a little louder, but then it seemed quieter again

(Meyer, 219); Lindsey gave the quiet assurance, and thought she heard him mutter “good girl!”, but told herself she must have imagined it, as he was already striding down the corridor (BNC). В следующем примере человек настолько поглощен мыслями, воспоминаниями, что ему кажется, будто он слышит выстрелы: Thinking so hard about it, he thought for a moment he was hearing guns (BNC). Большую вероятность иллюзорности восприятия подтверждает наличие в пределах одного высказывания конструкции с глаголом think и длительной формы перцептивного глагола.

Поскольку восприятие и когнитивная обработка информации тесно связаны и образуют один сложный процесс, это не может не отражаться на языковом уровне. Когнитивная операция профилирования, выдвижение на первый план того или иного фрагмента ситуации слуховой перцепции, является основанием для семантической деривации значений перцептивных предикатов. Источником семантического материала для новых значений является не только исходное значение, то есть лингвистическое знание, но и ситуация, знание о психических характеристиках процесса слухового восприятия, то есть знание энциклопедическое.

Результат связи слухового восприятия и мыслительной деятельности отражен в толковых словарях. Все они фиксируют ментальное значение глагола hear – be told or informed [LDCE]; find out some news or information by someone telling you or by means of radio or television [COBUILD]; be informed or told; learn about [CALDCE].

Профилирующим является ментальный компонент, а именно идея восприятия информации, хотя, разумеется, сохраняется представление о слуховом канале поступления её в сознание субъекта, ср.: Er . . . any of you boys heard of any rules?” he

15

said after a while (Pratchett, 166); Have you heard the news? [CALD]; She didn’t want to hear the truth (Maxwell, 140). Изменение значение предиката происходит в силу того, что изменяется когнитивная модель ситуации, то есть концептуализация денотативной ситуации. На передний план выходит не аудиальный канал получения информации, а процесс приобретения знания. «Услышать» в данном случае значит совершить определенные ментальные операции по освоению, осознанию, интерпретации полученной информации, и в итоге овладеть определенным квантом знания. Происходит так называемое «повышение» значения предиката от восприятия к знанию, владению знанием.

На языковом уровне ситуация получения информации может быть категоризована различными конструкциями с глаголом hear. Это могут быть предложения с глаголом hear и послелогами about, of, from, ср.: You will come with me into the smoking room, and there you will hear some facts about yourself (Grahame, 90); The first time the family had even heard of Meredith was the day they both came over for dinner to announce their engagement (Ahern, 61); Seremy Haskins, my old friend is close to 80. Every time I hear from London I hold my breath (S.S.S., 215);

сложноподчиненные предложения, вводимые союзами that, how, what, why, when,

ср.: You haven’t even heard what I’m offering (Meyer4, 76); She cried with joy when she heard that the children were safe (LA, 712); When she heard why she was missing, Di immediately agreed to meet Tessa when her official visit was over (BNC); а также конструкции, где в качестве объекта восприятия выступает не звуковая, а

ментальная сущность, ср.: I'm really pumped to hear the wisdom you learned in the Himalayas and the message you promised your teachers you would bring back to the West (Sharma, 51); In a country where freedom of speech is guaranteed, citizens should expect to hear ideas with which they disagree (LA); I’d like to hear your opinion of what I’m doing (Maxwell, 187); I should like to hear other’s views (Snow, 270).

Искажение сообщений при передаче происходит в силу того, что субъектраспространитель информации, получив её из «чужих рук», ошибочно интерпретирует, либо добавляет к ней собственную информацию, чаще всего оценочного типа [Крейдлин, 2003, c. 143]. Конструкции hear that, hear tell/say, hear on/through the grapevine, а также конструкции с глаголом hear, где объектом выступают существительные rumor, gossip, категоризуют ситуации получения информации по слухам, «из вторых рук», ср.: I heard through the grapevine that his grandfather had been a prominent senator and his father a highly respected judge of the Federal Court (Sharma, 15); Dobby heard tell that Harry Potter met the Dark Lord for a second time (Rowling2, 12); Er . . . I heard tell that really advanced monks can live on the, er, life force in the actual air itself (Pratchett, 208). Приведенные примеры категоризуют ситуации, где говорящий не хочет брать на себя ответственность за истинность информации, поэтому он употребляет глагол tell, который указывает на то, что информация получена от третьих лиц. Это такая информация, от «авторства которой говорящий дистанцируется, не принимая на себя так называемого «эпистемического ручательства»» [Семенова, 2002, c. 192].

Анализ фактологического материала доказывает, что перцептивная лексика способна сближаться с ментальной и развивать значения выражения согласия / несогласия. Глагол hear развивает смысл выражения несогласия. Конструкции со

16

вспомогательными глаголами Future Simple и Future Simple-in-the-Past в

отрицательной форме и глаголом hear с послелогом of (won’t hear of/ wouldn’t hear of) имеют значение: не позволять чего-то, не соглашаться на что-то, ср.: “I also got some paint and fabric samples so we can start planning your room design, but I’m only designing according to feng shui rules. I won’t hear of anything else” (Ahern2, 162); tried to make it only one show a night, but he wouldn’t hear of it (Maugham, 160). Из примеров очевидно, что глагол восприятия категоризует ситуации, в которых субъект не соглашается, не позволяет кому-то что-то совершить против его воли. В данном случае когнитивным основанием деривации глагола hear является следующий факт: чтобы согласиться с чем-то или кем-то, одобрить идеи или предложения, сначала необходимо с ними ознакомиться, выслушать собеседника. Если субъект отказывается от перцептивного контакта, не желает слушать и слышать, а, следовательно, не желает знать, то он априори не соглашается и не одобряет.

Человек постоянно сталкивается с разнообразными ситуациями, требующими от него принятия решения, а полной информацией он не всегда располагает. Это вынуждает его либо верить (доверять и вверяться) кому-либо или чему-либо, либо сомневаться, не верить, отвергать предложенное или случившееся. Человек верит тому, что его органы восприятия сообщают ему об окружающей действительности. Подобная особенность восприятия является когнитивным основанием для смещения значения глагола listen в сторону значения ментального предиката believe, о чем на языковом уровне свидетельствуют примеры, ср.: Another time perhaps you will listen to me when I warn you of the dangerous ground you are treading (BNC); Don’t listen to his promises [ABBYY]. В значении перцептивного глагола listen компонент ‘воспринимать на слух’ находится не в фокусе, на передний план выходит компонент оценки воспринимаемого объекта как такого, которому можно или нельзя верить.

Человек живет в поверхностном мире, а хочет проникнуть в его суть и, прежде всего, увидеть «насквозь» другого человека [Арутюнова, 2008, c. 93]. Семиосфера внутреннего мира человека является одной из актуальных лингвистических проблем [Антропологическая лингвистика, 2007; Внутренний мир человека: семантические константы, 2007; Этносемиометрия ценностных смыслов, 2008 и мн. др.]. Очевидно, что внутренние состояния и чувства нельзя увидеть или услышать напрямую, но стороннему наблюдателю в большинстве случаев по некоторым признакам удается определить, какие чувства испытывает человек, какие эмоции переживает. Для того, чтобы оценить объект, человек должен пропустить его через себя [Арутюнова, 1988, с. 58]. Наблюдатель замечает, то есть видит, слышит или ощущает любые внешние проявления человека, с тем, чтобы интерпретировать их и составить представление о его внутреннем состоянии. На аудиальном уровне познать внутренний мир собеседника возможно благодаря тому, что человек слышит не только то, что говорится, но и то, как говорится и что имеется в виду [Найссер, 1981, c. 172]. Воспринимая звучащую речь, мы извлекаем не только смысл сказанного, а также интерпретируем «как» сказано, те есть мы категоризуем воспринимаемую информацию как определенное эмоциональное состояние [Семенова, 2003].

17

Особенность физического восприятия заключается в том, что только материальные сущности могут выступать в качестве объектов восприятия, в случае слухового восприятия прототипическим объектом перцепции может являться только звуковая ситуация. Однако нередки случаи, когда в предложениях с предикатами восприятия позицию объектов восприятия занимают существительные, объективирующие идеальные нематериальные сущности, такие как fear, joy, pain, hatred, despair etc.: She heard the pain and appeal in his voice (Lawrence, 56); I could hear something else in his voice besides impatience. Stress. Nerves (Meyer 4, 467); Don’t you hear sincerity in my voice when I talk? (song “Love the Way You Lie”); He heard loneliness and pain (Maxwell, 160). В приведенных высказываниях номинация голоса используется как средство зафиксировать объективную, хотя и извлекаемую слушающим субъектом звуковую информацию о говорящем и о том, что сказано. Кроме того, голос является одним из средств распознавания актуального эмоционального состояния человека и его настроения, а также главным выразителем человеческих эмоций [Крейдлин, 2000, c. 463]. Звуковая оболочка несет значимую просодическую информацию: перцептуально воспринимаемые акустические, артикуляционные свойства (модуляции голоса, тона) категоризуются как определенное эмоциональное состояние. Слуховые впечатления, которые получил субъект восприятия, являются основанием для последующей концептуализации ситуаций, именно по определенным характеристикам голоса человек распознает, угадывает в нем боль, просьбу, раздражение и т.д. (heard pain, appeal, impatience, stress, nerves).

Восприятие является познавательным процессом, формирующим субъективную картину мира, то есть, представляет собой результат упорядочения ощущений и их превращение в знания о предметах и событиях физического мира [Шиффман, 2003]. Являясь главным источником получения информации об окружающей действительности, воспринятая информация оказывает серьезное влияние на мысли, чувства, состояние и поведение человека. Свойство восприятия воздействовать на когнитивные системы человека, оказывать на него влияние, является когнитивным основанием для семантической деривации глагола listen, ср.: He was older so I listened to him, so I'd shoplift all these things and give them to him (BNC); You must all listen to her! Do what she says [DC], I’d beg him not to go sometimes or at least to wait till the weather was more settled, but he’d never listen. He’s obstinate, and when he’s once made up his mind, nothing can move him (Maugham, 20). Признак перцептивности становится фоном, на передний план выходит то, как воспринимающий субъект действует, получая информацию, какое влияние на него оказывает объект. В описываемых ситуациях профилируется компонент значения ‘слушаться, подчиняться’, а не компонент ‘воспринимать’, что подтверждают словарные дефиниции: listen – heed, obey [DC]; do what they advise you to do [CCELD].

В ситуации ожидания, репрезентированной перцептивным предикатом, профилируется напряжение, попытка услышать, а не слуховое восприятие как таковое. Говоря о восприятии предполагаемого акустического явления, имеется ввиду своеобразный поиск информации, а движение, обозначенное глаголом listen for, носит поисковый характер [Богданова, 2006]. Употребление глагола listen в

качестве фразового с послелогами for, out for (listen out for, listen for)

18

свидетельствует об активности субъекта восприятия, ср.: Would you listen out for the phone while I'm in the garden? [CALD]; Isabel Perrin was listening for two sounds – for the sound of wheels on the drive outside and for the noise of her husband’s footsteps in the hall (WS, 93). Ситуации в приведенных примерах не являются прототипичными для слухового восприятия, поскольку субъект не слышит звук, а только предвидит, ожидает услышать.

Внимание представляет собой процесс и состояние настройки субъекта на восприятие информации, подразумевает готовность активного слухового и зрительного восприятия [БПС]. В следующем примере предикат слухового восприятия употреблен в повелительном наклонении (listen; listen up) для привлечения внимания собеседника, с целью установить перцептивный контакт, ср.:

Listen to me, Summer! Open your eyes, Summer! (Meyer5, 424); Okay, people, listen up, Gosse told the crew (Grogan, 60). Говорящему важно, чтобы на него обратили внимание, внимательно его выслушали, этот компонент находится в коммуникативном фокусе подобных высказываний.

Таким образом, в работе доказано, что когнитивные процессы мышления, знания, понимания, которые в прототипической ситуации слуховой перцепции присутствуют, но занимают периферические места, оказываются на переднем плане, что способствует сближению перцептивной и ментальной сфер. В когнитивной модели ситуации наблюдатель получает статус познающего субъекта, звучащий объект становится информационным, а акт перцепции усложняется, «повышается» до акта познания.

Вцелом следует сделать вывод о том, что вокруг прототипической ситуации слухового восприятия радиально группируются ситуации активного, направленного слухового восприятия и ситуации издавания звука с потенциальным субъектом восприятия. Далее от прототипа находятся ситуации нечеткого, иллюзорного и воображаемого слухового восприятия. На дальней периферии располагаются ситуации получения информации, знания по слухам, согласия, осмысления, послушания, веры, ожидания, внимания, в которых профилируются признаки, характерные для данных ситуаций, а на втором плане оказываются признаки ситуации слухового восприятия.

Вдальнейшем результаты настоящего исследования могут быть полезны при изучении концептуализации других перцептивных систем человека в рамках когнитивно-дискурсивного подхода. Перспективным представляется исследование языковых особенностей категории перцептивности с позиции теории профилирования.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих публикациях:

1. Токарева, М.В. Языковая концептуализация когнитивно выделенных компонентов в ситуации слухового восприятия [Текст] / М.В. Токарева // Вестник Иркутского государственного лингвистического университета. Сер. Филология. – Иркутск, 2011. – №3 (15). – С. 97-103 (1п.л.).

19

2.Токарева, М.В. Когнитивные основания семантической деривации глагола LISTEN [Электронный ресурс] / М.В. Токарева // Аспирантские чтения ИГЛУ: сборник научных статей. – Иркутск: ИГЛУ, 2011. – С. 276287 – 1 электрон. опт. диск (CD-ROM) (0,5 п.л.).

3.Токарева, М.В. Репрезентация нечеткого слухового восприятия в современном английском языке [Текст] / М.В. Токарева // Проблемы концептуальной систематики языка, речи и речевой деятельности: материалы 4-ой всероссийской научной конференции (14-15 октября 2010). –Иркутск, 2010. – С.122128 (0,4 п.л.).

4.Токарева, М.В. Стратегии семантической деривации глагола LISTEN [Текст] / М.В. Токарева // Проблемы концептуальной систематики языка и речевой деятельности: материалы 5-й Всероссийской научной конференции. – Иркутск: ИГЛУ, 2011. – С. 272-278 (0,4 п.л.).

5.Токарева, М.В. Концептуализация семантического расширения слухового восприятия в сторону когнитивных смыслов [Электронный ресурс] / М.В. Токарева // Magister Dixit: электронный научно-педагогический журнал

6.Токарева, М.В. Репрезентация слуховых иллюзий в современном английском языке [Текст] / М.В. Токарева // Актуальные проблемы лингвистики и методики преподавания иностранных языков: материалы Всероссийской научнопрактической конференции (15 апреля 2010). – Уфа, РИЦ БашГУ. – С. 172-175 (0,2 п.л.).

7.Токарева, М.В. Концептуализация профилирования объекта перцепции в ситуациях слухового восприятия (на материале современного английского языка) [Текст] / М.В. Токарева //Актуальные проблемы теории и методологии науки о языке: материалы междунар. науч.-практ. конф., 18 марта 2011 г. – СПб.: ЛГУ им. А.С. Пушкина, 2011. – С. 62-65 (0,2 п.л.).

8.Токарева, М.В. Категоризация прототипической ситуации слухового восприятия [Текст] / М.В. Токарева // Современные проблемы гуманитарных и естественных наук: материалы конференции молодых ученых (Иркутск, 2-5 марта 2009). – Иркутск: ИГЛУ, 2009.– С. 160-162 (0,1 п.л.).

9.Токарева, М.В. Слуховые иллюзии с лингвистической точки зрения (на материале современного английского языка) [Текст] / М.В. Токарева // Современные проблемы гуманитарных и естественных наук: материалы конференции молодых ученых (Иркутск, 1-5 марта 2010). –Иркутск: ИГЛУ, 2010. – С. 155-157 (0,1 п.л.).