3.1.3. Архаическая Греция и революции VII–V вв. До н.Э.

Классовое общество в Греции стало возникать в VIII в. до н.э. Древнегреческие социоисторические организмы, которые одновре­менно были и государствами, обычно именуют полисами. При этом не всегда обращают должное внимание на то, что слово «полис» фактически имеет не одно, а два тесно связанных, но значения. Насе­ление древнегреческого социора совершенно отчетливо делилось на две части. Первая – члены великообщины, которая была ядром со­циора, — граждане. Другая — свободные и несвободные люди, кото­рые не входили в великообщину, неграждане. Исходное значение слова «полис» — классовая великообщина, гражданская община. Произ­водное — социоисторический организм, имеющий своим ядром граж­данскую общину.

Таким образом, слово «полис» означает, во-первых, полис-общину, полисную общину, во-вторых, полис-социор, полисный со­циор. Усложняет дело еще и то, что в состав социора наряду с полис­ной общиной могло входить несколько зависимых крестьянских об­щин. И, наконец, могущественный полис мог подчинить себе не­сколько слабых полисов. В последнем случае перед нами — полисный ультрасоциор.

Так как наибольшим числом сведений историки располагают об архаическом обществе Афин, то его и можно взять за образец. Высший слой полисной общины составляла знать — эвпатриды. Они были прежде всего крупными землевладельцами, на которых рабо­тали различные категории зависимых людей.

Эвпатридам противостоял демос (народ), делившийся прежде всего на геоморов (крестьян) и демиургов (ремесленников). Особую категорию составляли люди, которые либо не имели хозяйства, либо не могли обеспечить себя доходами собственного хозяйства и жили за счет продажи своей рабочей силы. Это — феты, которые могли быть, а могли не быть членами полисной общины. Кроме фетов, в хо­зяйствах эвпатридов работали слуги и рабы. Последние, конечно, были вне общины. И, наконец, в Афинах жили свободные люди, чаще всего занимавшиеся ремеслом и торговлей, но не имевших гра­жданства, - метеки.

С переходом к архаическому обществу исчезла власть басилея. Его заменила коллегия из 9 магистратов — архонтов, избираемых на год ареопагом, пополнявшимся за счет бывших архонтов. Архон­тами могли быть только знатные и богатые люди. Вся власть в ар­хаических Афинах полностью находилась в руках эвпатридов.

Переход к архаическому обществу был ознаменован разви­тием внешней и внутренней торговли и возрастанием роли ремесла, рынков и товарно-денежных отношений. Все это сделало необходи­мым появление монеты. В свою очередь, возникновение монеты ока­зало огромное воздействие на всю экономику. Иногда даже пишут о возникновение в Греции того времени денежной экономики, никогда четко не определяя этот термин. При этом обычно имеется в виду ут­верждение власти денег.

Скорее всего, нужно говорить не о денежной экономики, а о более или менее глубокой монетизации всех существующих эконо­мических отношений, в том числе и тех, что не были прямо связаны с торговлей и рынками. Монетизация в огромной степени способст­вовала интенсификации плутарного, т.е. чисто имущественного рас­слоения. Результатом было разорение не только рядовых велико­общинников, но и части знати и обогащение немалого числа лиц не­знатного происхождения. И аристократы, из числа тех, что не только сохранили, но и приумножили свои состояния, и плутократы исполь­зовали свои богатства для закабаления разорявшихся крестьян.

Важнейшим средством были долги под залог земли и лично­сти. В результате задолженности под залог земли последняя перехо­дила в распоряжении кредитора, и крестьянин, если и продолжал на ней трудиться, то с условием уплаты кредитору части урожая. Разорившиеся крестьяне могли на сходных условиях обрабатывать и собственные поля аристократов. Таких работников называли пелатами и гекте­морами. Слово «гектемор» означает шестидольник. По одним тол­кованиям они отдавали хозяевам 1/6 часть урожая, по другим — 5/6. За счет обнищавших крестьян пополнилось число фетов. В резуль­тате долгов под залог личности несостоятельные должники и члены их семей оказывались в зависимости от кредиторов и были вынуж­дены работать на них. Несостоятельных должников и членов их се­мей обращали в рабов и продавали за границу.

При переходе к архаическому обществу вместе с падением вла­сти басилеев исчезли нобиларные отношения. Зато получили мощное развитие магнарные отношения. Последние существовали прежде всего в виде магнарно-кабальных и, возможно, магнарно-арендных отношений. Про­должали бытовать наймитство и рабство, при­чем последнее уступало по значению первому.

Магнарные отношения господствовали в архаическую эпоху не только в Афинах. В значительном числе древнегреческих социоров они продолжали существовать долгое время и после того, как в Афинах их уже больше не стало. Примерами магнарно-зависимых произ­водителей (магнариев) являются пенесты в Фессалии, мноиты и кла­роты (амафиоты, войкеи) на Крите, гимнеты в Аргосе, катонако­форы в Сикионе, киллирии в Сиракузах, мариандины Гераклеи Пон­тийской. Все эти люди вели хозяйство на земле, которая явлалась чужой собственностью, и были вынуждены отдавать хозяевам земли опре­деленную часть продукта. Отличает их от магнарно-зависимых афи­нян то, что они не были членами полисной общины. К этому шло развитие и в Афинах, но не дошло.

Таким образом, общество архаической Греции не было рабо­владельческим. Оно являлось доминомагнарным, относилось к до­миномагнарной общественно-экономической параформации.

Интенсивное плутарное расслоение, разорение и обезземлива­ние основной части населения греческих полисов — крестьянства и развитие магнарных отношений имели следствием нарастание соци­альной напряженности. Один из выходов заключался в выселении части населения в местности со свободной землей, и образова­ние на этом месте нового полиса. VIII–VI вв. до н.э. были временем великой греческой колонизации, в ходе которой почти все восточное и в значительной степени западное Средиземноморье, а также берега Черного моря покрылись цепочками греческих полисов.

Однако социальная борьба в полисах продолжалась и привела к огромным переменам в их общественной структуре. Историки гово­рят о социальных революциях в Греции VII–V вв. до н.э. Они прини­мали различные формы, но суть их была одна. В Афинах в 594 г. до н.э. Солоном были ликвидированы все долги, лежавшие на земля кре­стьян, и было запрещено продавать людей за долги в раб­ство. Тем самым были уничтожены магнарные отношения. Правовое неравенство внутри полисной общины сохранилось, но приобрело иной характер. Раньше знатность и только знатность давала право на занятие высших долж­ностей. Теперь все члены великообщины были разделены по имуществен­ному (в основе – земельному) признаку на четыре группы, имевшие разные права и разные обязанности.

Все члены полисной общины имели право участвовать в на­родном собрании и суде. Но избранными в совет четырехсот могли быть члены только трех первых групп, а стать архонтами — лишь предста­вители высшей группы. Важнейшие должности по-прежнему занима­лись только богатыми и знатными.

Но это было лишь началом. В результате реформ Клисфена (509 г. до н.э.) и последующих преобразований, связанных с именами Эфиальта и Перикла, по существу все члены полисной общины по­лучили равные права. Высшим органом власти окончательно стало народное собрание (экклесия). Все члены полисной общины полу­чили доступ в совет пятисот, который избирался по жребию. Были крайне ограничены права архонтов и ареопага. Важную роль приоб­рела коллегия стратегов, которые избирались на год. Главным су­дебным учреждением Афин стал избираемый по жребию суд при­сяжных (гелиэя). В первой половине V в. до н.э. в Афинах утвердилась демокра­тия. Подобного рода сдвиги произошли во всех передовых полисах Греции.