§ 4. Уровень правосознания

295

аргументацию своих коллег в высших судебных орга­нах государства, нежели Суда ЕС, особенно по воп­росам разграничения компетенции. Так, Федеральный финансовый суд ФРГ, опираясь на позицию Федераль­ного конституционного суда в деле Maastricht¹, квали­фицировал заключение Суда ЕС по делу № С-280/93Ъ² от 5 октября 1994 г. как решение по вопросам, кото­рые не являются предметом права ЕС, а подлежат регулированию международными соглашениями, в частности ГАТТ и Договором о ВТО.

Национальная судебная практика содержит и дру­гие примеры сдержанного отношения к обширной юрисдикции Суда ЕС. И вне зависимости от рассмат­риваемого вопроса национальный судья применяет европейское право, сообразуясь с конституционными принципами, юридическими и лингвистическими обы­чаями страны³. Будучи приверженным национальным правовым традициям, судья не спешит руководство­ваться монистической доктриной Сообществ, справед­ливо полагая, что qui nimium properat, senus absolvit. В то же время он понимает, что унифицирующая деятельность Суда необходима для создания единооб­разной правоприменительной процедуры объединен­ной Европы, но при этом любые упрощения столь сложного процесса вызывают у него протест. Есте­ственно, что по ходу развития объединительных про­цессов экономической и социальной жизни Европы национальное правосознание в значительной мере

будет европеизироваться. Возможно, появится новый тип европейского судьи, для которого национальные правовые традиции станут обузой в применении пра­ва Сообществ, а многообразие его форм — досадным атавизмом, мешающим унифицированной процедуре их реализации. Единый порядок имплементации права на национальной территории — не самоцель, а сред­ство обеспечить эффективность решений Сообществ, и именно те государства, которые не спешат отка­заться от наработанного столетиями опыта правопри­менения, вносят в правовую практику ЕС необходи­мый элемент консерватизма, обеспечивающий ее ста­бильное развитие.

I '"

¹ Федеральный конституционный суд постановил, что герман­ ские суды имеют право не применять акты ЕС, принятые ultra vires.

² См.: Case C-280/93b, Federal Republic of Germany v. Council, [1994] ECR 1-4973.

³ В наибольшей степени это характерно для Великобритании, Италии и ФРГ.

Заключение

297

Заключение

Завершая описание и анализ европейского нало­гового права, представляется необходимым высказать несколько соображений о перспективах его разви­тия.

Думается, что тенденция федерализации ЕС бу­дет активно укрепляться и найдет свое правовое офор­мление в договорах, законодательстве и практике Суда ЕС. При этом Сообщества не станут повторять опыт классических федераций, а сохранят свое качество sm generis, отличающее их от государств и междуна­родных межправительственных организаций (ММПО).

Общая тенденция развития Сообществ определит принципы и способы регулирования всех направлений политики, в том числе и налоговых отношений в ев­ропейских государствах.

Действующее законодательство позволяет дос­таточно определенно говорить о процессе разграни­чения налоговой компетенции государств и Сообществ, который будет развиваться до тех пор, пока сохраня­ются различия национального права, препятствую­щие функционированию единого рынка. Будет ли это сделано столь же конкретно и подробно, как в Ос­новном законе ФРГ, сказать трудно. Видимо, в силу различных представлений государств-членов о целе­сообразности закрепления в основополагающих пра­вовых актах налоговой компетенции центра и регио­нов Совет ограничится общим подходом к этому воп­росу, отдав предпочтение конкурирующей компетен-

ции, в расчете на неизменное желание Европейского Суда расширительно толковать нормативные положе­ния в пользу Сообществ.

Интеграционное налоговое право по-прежнему будет развиваться, опираясь на директивы и реше­ния Суда ЕС, а создание Европейского Союза вряд ли внесет серьезные изменения в процесс выбора пра­вовых форм для гармонизации законодательства госу­дарств-членов. Поскольку коллизии федерального и регионального права присущи всем децентрализован­ным государствам и обычно имеют в качестве пред­мета спора проблему ultra vires, Сообщества сохранят приоритет выбора директивы, так как именно эта пра­вовая форма позволяет наиболее гибко решать вопро­сы в рамках конкурирующей компетенции. Недостат­ки же директивы компенсируются активной право­творческой деятельностью Суда, который в силу сво­его статуса и правовой традиции дает толкование ин­теграционного права исходя из цели создания единой правовой системы ЕС. Сегодня решения Европейского Суда выполняют даже не свойственную им функцию подзаконных актов, разъясняющих, а иногда и до­полняющих положения налоговых законов государств. Сохранится ли эта особенность судебных решений, будет зависеть от системы исчисления и взимания налогов в ЕС. Так или иначе, влияние решений Суда на развитие европейского налогового права будет уси­ливаться.

В более отдаленной перспективе европейское налоговое право станет предметом систематизации и кодификации. Возможно, будет воспринят подход, практикуемый в налоговом праве ФРГ, Великобрита­нии, Италии и Испании, в соответствии с которым принимается общий закон о налогах и законы об от-

дельных видах налогов, или по аналогии с Таможен­ным кодексом ЕС, и, опираясь на опыт Франции, на­логовое законодательство Сообществ обретет форму общего кодекса о европейских налогах. Независимо от выбора Сообществ и в первом и во втором случае правовой формой утверждения налоговых законов ста­нет регламент Совета.

По мере развития процессов интеграции и уве­личения объема задач, решаемых ЕС, в систему "соб­ственных ресурсов" будут вноситься изменения, обус­ловленные потребностью в дополнительном финанси­ровании социально-экономических и политических программ. Эти изменения могут носить структурный характер и выражаться в перераспределении финан­сового бремени между существующими статьями бюд­жетных доходов ЕС. Возможно, будут введены новые источники финансирования за счет изменений соот­ношения налоговой юрисдикции государств и Сооб­ществ. Первое направление реорганизации доходов оз­начает увеличение налогового бремени в государствах-членах, второе предполагает сокращение доходов на­циональных бюджетов и сужение финансовой юрис­дикции государств. Думается, что выбор будет сде­лан в пользу первого подхода, поскольку он позволя­ет, сохранив прежний объем юрисдикции, использо­вать внутригосударственные возможности для пере­распределения налогового бремени с учетом особен­ностей социально-экономического положения разных категорий налогоплательщиков. В национальных на­логовых системах значительную долю обязательных отчислений в ВВП составляют платежи, не имеющие прямого отношения к функционированию единого ев­ропейского рынка. Именно за счет этой части дохо­дов национальных бюджетов и можно наиболее эф-

299

Заключение

фективно решать проблему перераспределения нало­гового бремени. При сохранении тенденции федера­лизации ЕС эти платежи будут выполнять функцию местных доходов государств-членов, правовое регу­лирование которых осуществляется национальным за­конодательством с соблюдением общих принципов ин­теграционного права.

Соотношение интеграционного и национального права в регулировании налогов во многом будет опре­деляться разграничением предметов ведения госу­дарств и Сообществ и изменениями в компетенции институтов ЕС. Если тенденция усиления роли Евро-парламента приведет к перераспределению его пол­номочий с Советом в вопросах правотворчества, то соотношение интеграционного и национального пра­ва изменится в сторону формирования системы права децентрализованного федеративного государства. Если Европарламент не обретет законодательных полномо­чий по аналогии с парламентами государств-членов, то это соотношение будет определяться расширени­ем предмета регулирования интеграционного права на основе принципов пропорциональности и субсидиар­ное™. В любом случае изменения в интеграционном и национальном праве будут диктоваться соображения­ми эффективности правовых форм, выбираемых для регулирования конкретных налоговых отношений. В выборе правовой нормы критерий эффективности становится наиболее важным. Самой сложной его со­ставляющей является условие формирования обще­европейского правосознания, для которого возмож­ные коллизии национального и интеграционного пра­ва представляют проблему юридической техники, а не выбора по существу.

11—0100300

300

Заключение

Конечно, как и любой прогноз, изложенные выше представления о перспективах развития европейско­го налогового права небезупречны, а иногда и из­лишне оптимистичны Тем не менее достигнутые ЕС результаты дают европейцам основания для оптимиз­ма, а общность культуры и правовых традиций гаран­тируют идее объединения европейских народов ус­пех