Конфликты с интеллигенцией и аппаратом

Прежде чем потребовать от Хрущева подчинения аппарату, надо было его изолировать не только от масс, но и от интеллигенции. Конфликт с творческой интеллигенцией очень примечателен. К 1962 г. Стало ясно, что обещанные Хрущевым темпы развития не реализуются, блага увеличиваются мало. Начали расти акции противников Хрущева, его коллег по сталинскому руководству. Хрущев отчаянно пытался как-то и чем-то отвлечь внимание народа от всех этих итогов. Появилась идея усилить показ ужасов прошлого, чтобы смягчить восприятие настоящего. В итоге – бурный всплеск антисталинской кампании. Атака на Сталина завершилась выносом его тела из Мавзолея и исключением из партии ряда его бывших соратников по Политбюро.

Но с другой стороны, в качестве платы за поддержку антисталинского плана Хрущева аппарат потребовал от него и получил исключительной важности уступки. Главное – устранение леденящей душу чиновника перспективы провалиться на выборах. От самих выборов в партии отказаться было нельзя. Значит, надо сделать их такими же безопасными, как выборы в Советы. От явно недемократичной идеи – иметь такое число кандидатов, сколько есть мандатов,– отказались. Решили, что при выборах всех парторганов всякий, кто внесен в список и набрал более 50% голосов, будет считаться избранным, и число избранников будет итогом выборов, а не предварительным ограничением. Тем самым на практике был упразднен принцип альтернативности (на который в партии не решался покуситься даже Сталин). Аппарат получил полный мандат на самоформирование, выборы в целом стали формальностью.

На Хрущёва обрушился шквал «информации» о неблагодарных интеллигентах, сочиняющих о нем анекдоты, принижающих достигнутые за годы руководства дорогого Никиты Сергеевича результаты, настраивающих народ на критиканство.

И Хрущев опять уступил аппарату. Началась кампания травли интеллектуалов, в результате которой из-под Хрущева была выбита последняя из его опор. Теперь Хрущев остался один на один с аппаратом.

Аппарат в принципе не мог допустить никаких оппозиций. Оппозиция как таковая несовместима с административной системой.

Тонким маневром – начать с удара по консерваторам – аппарат добился начала подавления всякой оппозиции. Точнее, формально не было в стране никаких оппозиций. Но обе кампании – против сталинистов и против творческой интеллигенции – были призваны устранить самую возможность появления оппозиций, означали окончательную победу аппарата и ставили крест на последних надеждах на подлинную перестройку. Теперь на сцене остались только аппарат и Н.С. Хрущев.

Хрущев был опытным политическим деятелем и вполне осознавал сложившуюся политическую ситуацию. Он не хотел приводить аппарат «в чувство» сталинскими методами, хотя их хорошо знал и не раз использовал сам в годы работы при Сталине. Он на словах пригрозил окружению «расшвырять всех как котят». Действуй на практике он в духе Сталина – он должен был бы при первых же слухах о заговоре изолировать всех подозреваемых, не деля на правых и виноватых. Ему пришлось бы укрепить независимую от партаппарата систему органов подавления.

На этот путь Н.С. Хрущев не вступил В этом его заслуга и одно из главных доказательств искренности его разрыва с культом личности Этот вариант административного социализма он отверг навсегда. Но к подлинной альтернативе – вовлечению масс в дело демонтажа административной системы – он не был готов.

Выход он стал искать на пути очередной реорганизации – на этот раз партии. Он предложил разделить аппарат партии на две системы – промышленную и сельскую. Эта реорганизация, является самой значительной из попыток Хрущева, наиболее близко подводившей его к идее разрыва с административным социализмом. К сожалению, она не получила должной оценки у историков.

Как и Ленин в 1922 г., Хрущев обратился к ведущему звену – к партии. Как и Ленин, Хрущев чувствует, что корень проблем – в однопартийности, в бесконтрольности партаппарата.

Но если Ленин пытался преодолеть этот монополизм введением параллельной партийному аппарату и не подчиненной ему системы контрольных органов, то Хрущев попытался разделить сам партийный аппарат на две независимые системы. Впервые после смерти Ленина был вновь поставлен вопрос о фундаменте административного социализма – о власти партии.

И у Ленина, и у Хрущева сквозит одна и та же идея – отойти от монополии партаппарата на власть, но сохранить однопартийную систему.

Опасности плана Хрущева аппарат осознал не сразу и план этот принял. Но вскоре все, что прежде казалось простым, резко осложнилось. Четко разделить школы, дороги, аэропорты, институты оказалось невозможно. На десятках участков экономики, и особенно социальной жизни появилось двоевластие.

Впервые в нашей истории и первый секретарь, и весь его аппарат оказались под непрерывным досмотром и контролем «параллельного» первого секретаря и его аппарата – и это на территории одной и той же области. Забрезжил в самых отдаленных формах призрак если не многопартийности, то хотя бы потери монополизма Конфликт двух партийных систем пришлось бы решать на партийных конференциях и съездах, роль делегатов которых сразу же превысила бы по значимости роль кадров аппарата.

В определенном смысле можно сказать, что Хрущев исчерпал все организационные варианты поиска путей эффективной работы системы административного социализма. Как и в свое время В.И. Ленин, он дошел до конца. Но, как и в случае с Лениным проект Хрущева был отвергнут партией из-за его явной несовместимости с самой сутью административного социализма.

Недовольство Хрущевым высказало теперь уже не само его окружение, а все звенья партийного аппарата. Создалась благоприятная ситуация для устранения измучившего своих соратников своими метаниями и своей неготовностью окончательно смириться с вариантом бюрократического социализма лидера. Н.С. Хрущев не сделал выбора в пользу модели экономического и демократического социализма, в то же время не захотел стать творцом и руководителем формирующегося нового варианта административного социализма – бюрократического социализма, механизма торможения, логического следствия этапа культа личности.

На почве отказа от постановки вопроса о демонтаже административного социализма И.С. Хрущев пришел в конфликт с массами трудящихся и интеллигенцией. На почве отказа стать лидером системы бюрократического социализма он вступил в конфликт с аппаратом.

Остальное было делом аппаратной техники.