Эпизод речи с.Ф. Плевако

«Въ защиту н. Семина, произнесенная

Въ Московскомъ Окружномъ Суде 29 октября 1910 г.

По делу о святотатстве в Успенском соборе».

«…Я же скажу – не съ ненавистью, а съ любовью судите его.

Семинъ, это – та заблудшая овца, о которой скорбелъ даже имеющiй сто овецъ. Одинокiй заброшенный Семинъ – неужели не стоитъ онъ ни единаго теплаго слова, ни одной капли состраданiя?

Ни оправдывать, ни, темъ более, одобрять Семина за его деянiе пришли мы сюда. Все, что хотелось бы намъ, это – то, чтобы вы пожалели его, отнеслись къ нему съ темъ участiемъ, котораго онъ, въ нашихъ глазахъ, заслужилъ скорбною повестью своего прошлаго. И пусть безпримерно совершенное имъ, пусть отъ содеяннаго имъ зла содрагается вся русская земля. Самъ онъ такъ глубоко несчастенъ въ своемъ преступленiи, такъ жалокъ въ своей жизни, что – я не знаю – нужно ли теперь быть къ нему безпощаднымъ.

Вспомните, судьи, что въ этой зале съ трепетомъ ждетъ вашего приговора о Семине его отецъ. Пусть же, уходя отсюда, онъ не унесетъ горькаго сознанiя, что сегодня онъ навсегда потерялъ своего сына. Сохраните старику слабую надежду хоть когда-нибудь еще увидеться со своимъ сыном, не отнимите у него уверенности въ томъ, что не своей волей Никита совершилъ это тяжкое святотатство, что на это зло подвигли его другiе, которымъ Семинъ, въ минуты отчаянiя и разочарованiя въ жизни, имелъ несчастье довериться.

А Россiя, - скажете вы, - а весь тотъ народъ, всете православные, которые, по словамъ обвинителя, не смогутъ примириться съ малейшимъ снисхожденiемъ къ безприерному святотатцу? Не бойтесь ихъ, - отвечу я. – Не бойтесь, что слово милосердiя къ Семину оскорбитъ православную Русь, огорчитъ ея религiозныя чувства. Сама знавшая горе – она пойметъ снисхожденiе къ тому, чье существованiе было сплошным страданiемъ. Сама ходящая во мраке, она не будетъ сурова къ тому, кто спотыкается въ темноте ума своего. Искони милосердная – она и для Семина найдетъ въ сердце своемъ слово оправданiя. И она не осудитъ васъ, если вы будите милостивы къ Семину.

Но вера, религiя – спросите вы, - во имя которыхъ обвинитель требуетъ отъ насъ суроваго возмездiя Семину. Но эти святыни, которыя такъ жестоко оскорбилъ онъ, надъ которыми онъ такъ беспримерно и бессовестно надругался? Да не смущается сердце ваше. Съ Божiей помощью звалъ васъ обвинитель разсудит настоящее дело и, какъ древнiе римскiе императоры, указуя перстомъ на Семина, говорилъ вамъ: добейте его. Съ Божiей помощью, скажу я, исполните вы свое дело. Но, призывая къ помощи Бога, не думайте, что жестокостью къ подсудимому вы воздадите Ему хвалу и честь. И не думайте, что те великiя святыни, о прославленiи которыхъ осужденiемъ Семина раделъ обвинитель, благословятъ вашу суровость.

Вчера были мы съ вами въ Успенскомъ соборе. Мы видели этотъ Домъ Пречистой Богородицы, пережившiй столетiя, преславный и пречистый, несмотря на то, что не однажды подвергался онъ оскорбленiямъ и поруганiю враговъ веры православной. Но тщетны были эти попытки, и не одна сила разбилась объ его стены, только возвеличивая преславное имя Той, ради прославленiой былъ онъ воздвигнутъ. И что можетъ сделать какой-либо Семинъ тамъ, где безсильны были умалить славу Дома Тамерланы, Наполеоны, дванадесять языковъ… Неть, господа, не думайте, что зло, содеянное Семинымъ, способно оскорбить святыни, веками хранимыя въ стенахъ Большого Успенскаго собора.

Яко таетъ дымъ – исчезнутъ съ лица земли Семины и имъ подобные, а Домъ Пречистой Богородицы до кончины мiра пребудетъ въ вечной чести и славе, будетъ выситься надъ кремлевскими стогнами, светлый и великiй, храня въ стенахъ своихъ чудотворный образъ Владимiрской Божiей Матери и гробницы славныхъ святителей земли русской. Вы же исполните долгъ свой, исполните такъ, какъ изъ века заповедано намъ Темъ, Кто, вземляя грехи мiра, повелелъ отпускать ихъ даже злейшему разбойнику.

И въ своей совещательной комнате, подписывая вердиктъ Семину, вы не забудете величайшей заповеди, какую оставилъ намъ единый Учитель Любви и Правды:

Милости хощу, а не жертвы…»