Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
история русской литературы, экзамен
Скачиваний:
52
Добавлен:
11.12.2019
Размер:
1.61 Mб
Скачать

39. Художественная философия н. Рубцова. Анализ одного из ключевых произведений поэта (по выбору студента).

Николай Михайлович Рубцов (1936-1971)

Его называют вологодским поэтом, где он родился. Вокруг него много таинственных легенд, как и вокруг Бродского. Рубцов трагически погиб, когда ему дал Союз писателей квартиру в Вологде. У него появилась женщина, на которой он собирался жениться. «Я умру в крещенские морозы» - в этом стихотворении он предсказал свою смерть. Она его убила, сидела 8 лет. Потом вышла, написала книжку об отношениях с Рубцовым и стала знаменитой. Эта история говорит о том, что русский поэт неизбавим от трагических ощущений. Некоторые считали, что Рубцов – бродяга, странник, и это и есть его основная тема. Некоторые еще относили его к деревенщикам. Типа он эксплуатирует есенинскую тему, подражает ему. Якобы Рубцов – плагиатор по отношению к Есенину. А Георгий Свиридов, композитор, писал, что Рубцов – тихий голос великого народа, потаенный, скрытый. Глеб Горбовский писал, что Рубцов – поэт долгожданный. До него были только Блок и Есенин, очаровывавшие народ. Особенности поэзии Рубцова:

  1. ощущение тайны бытия, которая присутствует в самых обыденных явлениях повседневной жизни. Этим насыщенна поэзия Рубцова. Можно писать о бытие, опираясь на конкретные вещи. Проводят по этому поводу аналогии с Тютчевым

  2. душа лирического героя либо простая, либо чистая. «Простота, не знающая границ» - о Рубцове говорили. «Добрый Филя» - вот кто такой простой человек. Простой человек – человек естественный

  3. поэзия Рубцова живет в ожидании чуда. Лирический герой ждет его. Но все чудеса могут произойти только на родине. Родину он называет таинственным и милым краем. «Тихая моя Родина». Тайна бытия будет открыта каким-то чудом

  4. светоносность. Концепция – свет! Может, это связано с тем, что он был по рождению северянином. Если соединяются свет пространственный и свет душевный, получается высшее единство

  5. умение чудесным образом преобразовывать самые просты слова:

И все торчит.

В дверях торчит сосед!

Торчат за ним разбуженные тетки!

Торчат слова!

Торчит бутылка водки!

Торчит в окне бессмысленный рассвет.

6) эсхатология. «Видение на холме». Когда он говорит о России, он имеет в виду огромную историческую перспективу. В то время это было открытием.

40. Санкт-Петербург: современная литературная ситуация.

Литературная ситуация рубежа веков 20 и 21

4 основных литературных направления:

  1. Русский постмодернизм

  2. Неоклассическая проза

  3. Проза условно-метафорическая

  4. «другая литература»

У Шукшина рассказ «Буря» очень страшный – городская проза, хотя он деревенщик. Поэтому «другая литература» - название условное.

Постмодернистская словесность распадается на 3 течения:

  1. Западно-европейский вариант постмодернистской литературной традиции. Полное, абсолютно сознательно, декларативное игнорирование нравственных установок. Учительная традиция русской литературы. Дмитрий Галковский «Бесконечный тупик». Анатолий Королев «Голова Гоголя»

  2. Постмодернисты, ориентирующиеся на классическую реалистическую традицию содержательно, но активно использующие приемы постмодернистского письма. Отказываются от линейного времени, от классического представления о пространстве. Андрей Битов «Пушкинский дом»

  3. Соц-арт и концептуализм – самое тенденциозное и самое яркое. Лев Рубинштейн «Регулярное письмо». Отбрасывает к первичным вербальным формам. Концептуалисты требуют талантливого интерпретатора. Дмитрий Александрович Пригов. У него есть выставочная комната в главном здании Эрмитажа. Был автором инсталляций. Создатель оригинального жанра предуведомлений. «Предуведомительная беседа к сборнику «Апофеоз Милицанера» №1». Любил играть с жанрами. «Путешествие из Москвы в Пермь». Пермь всегда претендовала на то, чтобы стать культурным центром. Написал в 1997. 12 станций. 12 – сакральное число.

Неоклассическая проза, проза неопочвенников, жестокий реализм. Сбережение социальных и нравственных норм – главная задача литературы. Сверхзадача лит-ры – поиск ответа на вопрос о смысле жизни. Идея в тексте важнее художественной формы. Демонстрирует эта лит-ра очень мощную тягу к философичности, предпочитает изображать активных персонажей. Очень часто персонажи занимают позицию судьи. Художник выражает свою точку зрения через своего героя. Владимир Мичутин, Виктор Петрович Астафьев «Людочка», Распутин «Пожар», Леонид Бородин (православный журнал «Москва») и его повесть «Третья правда», рассказ «Лютик – цветок желтый» (о судьбе талантливой девочки в современной России) – возвращается к теме Лескова в «Левше»

Условно-метафорическая проза. Аксенов «Звездный билет». Авторы видели в реальной жизни много алогичного, в буднях повседневности обнаруживали катастрофический парадоксы. Для демонстрации парадоксальности и алогичности реальности они очень часто использовали фантастические сюжетные элементы. Почти игнорировали психологическую разработку характеров, т.к. их интересовало надиндивидуальное. Часто человеческий мир они представляли аллегорически. В виде мира животных, например. Анатолий Ким «Отец Лес». Активно использовали игровое начало, притчевые элементы, легенды. Главная заслуга этой прозы – создание жанра антиутопии. Александр Кабаков «Невозвращенец». Петрушевская «Новые робинзоны». Фазиль Искандер «Кролики и удавы».

«Другая литература», новая волна, альтернативная литература. Возникло в 80-ые годы. Связывают с явлением самиздата и тамиздата. Радищев «Путешествие из Петербурга в Москву» - первое явление самиздата. Были противниками цензуры, или наоборот. Альманах «Метрополь» Аксёнова. Солженицын много распространялся самиздатом. Тамиздат – издавали в странах западной Европы. Характеристики:

  1. внимание к проблемным сторонам жизни

  2. демонстрировали пренебрежение к официальной политике и официальной литературе

  3. отказывались от следования любым литературным стереотипам. Сдвинутые, индифферентные к любому идеалу характеры. Идеал мог маячить на втором плане, в лучшем случае.

  4. Авторская позиция, как правило, замаскирована. Потому что автор стремится создать иллюзию объективности, именно поэтому никогда не использует фантастических элементов в повествовании, отказывается от учительской традиции. Активно используют разнообразные культурные реминисценции. Чаще всего они заимствовались из начала 20 века. В событиях, формирующих сюжет, главным становится случайность.

Татьяна Толстая, Вячеслав Пьецух, Сергей Каледин «Смиренное кладбИще», Михаил Кураев «Капитан Дикштейн» - повесть, Толстовскую премию получил. Сейчас в России выдается более 700 литературных премий.

Писатели старшего поколения. Луговской, Антакольский, Пастернак.

Захар Прилепин. 1965 года рождения. Известен стал в конце первого десятилетия. Не стесняется говорить о детях, о жене, с удовольствием. В серии ЖЗЛ есть книга Прилепина о Леониде Леонове. «Санькя». Последняя книга у него «Грех и другие рассказы» - роман в рассказах. «Санькя» очевиднее по проблематике, по идее. В одном из рассказов в «Грехе» герой постоянно повторяет слово «брезгливо». Агрессия героя провоцируется брезгливостью. Человеком брезгуют. Брезгливость можно остановить только силой. Вызвать страх. Герой сначала контролирует, а потом контроль уходит. Бытовая сцена, но в ней есть подтекст. Еще есть рассказ «Бабушка, осы, арбуз». Там есть фраза: «Все умерли. Кто не умерли – того убили. Кого не убили – тот добил себя сам».

Архимандрит Тихон «Несвятые святые и другие рассказы». Можно прочитать только «Несвятые святые». Получил премию Большая книга в 2012 году. В 2012 году у книги был тираж 1 млн 600 тысяч. Сейчас и больше. Этот феномен объясняют тем, что люди соскучились по нормальному языку и нормальному чтению. В тот год эту премию получил «Мой лейтенант» Гранина. Тихон – церковный человек. Уникальная фигура автора. До него церковных авторов читали только верующие люди. Тихон меняет представление о человеке церкви. Иоанн Крестьянкин был очень интересен в советскую эпоху. Пять молодых людей с престижнейшим образованием пришли в монастырь. Вопрос – зачем? Пушкин, Достоевский, Ньютон были верующими. Ленин и Гитлер – нет. Верующие, мол, принесли больше пользы, чем неверующие. Монастырская жизнь, увиденная изнутри. Там был отец Нафанаил. Он всю жизнь спал в келье сидя. Вышел на улицу и лег спать в снег, чтобы не заспаться. У этих людей нет противоречий между законом и их желаниями. Отец Нафанаил проводил экскурсию золотой молодежи однажды. Православное смирение имеет границы. Православный человек не должен позволять себя унижать. Нафанаил себя унизить золотой молодежи не дал.

Варламов. Рассказ «Рождение». «Затонувший ковчег» - ленинградский роман.

Алексей Слаповский. Роман «Анкета», роман «Участок». По «Участку» сделали сериал с Безруковым.

Русская дарамутргия. (в билетах не будет)

Надежда Птушкина «Пока она умирала»

Современная петербургская поэзия

Елена Шварц – посложнее. Александр Кушнер – работает в пушкинской традиции. Глеб Горбовский – у него город коммуналок. Очень разный Петербург у них.

Российская поэзия в наши дни

Николай Зиновьев. «И человек сказал: «Я русский», и бог заплакал вместе с ним».

10 лиц петербургской литературы

ЕВГЕНИЙ МЯКИШЕВ  Один из наиболее активных, ярких и артистичных петербургских поэтов. Автор книг «Взбирающийся лес», «Морская», «Колотун». По легенде в юности Мякишев участвовал в подпольных поединках за деньги.

СЕРГЕЙ НОСОВ  Замечательный прозаик, драматург, краевед, автор романов «Хозяйка истории», «Грачи улетели», пьес, книжки «Тайная жизнь петербургских памятников».

ВЯЧЕСЛАВ КУРИЦЫН  Вот уже несколько лет петербургский писатель, автор блокадной фантасмагории «Спать и верить» (под псевдонимом Андрей Тургенев). Родом Курицын из Новосибирска, учился в Екатеринбурге, работал в Москве. Занимается также литературной критикой, зачинатель «русского слэма» (поэтическое соревнование с денежным призом, где голосуют слушатели).

ФИГЛЬ-МИГЛЬ  Литературный персонаж, окруживший себя завесой тайны – не появляется на публике, не дает интервью. Между тем, поводы для внимания есть – начав с публикации эссе в журналах «Нева» и «Звезда», автор в прошлом году уверенно дебютировал в крупной прозе романом «Щастье», а в нынешнем сезоне его вторая книга «Ты так любишь эти фильмы» вошла в шорт-лист премии «Национальный бестселлер».

ПАВЕЛ КРУСАНОВ  Автор культового романа «Укус ангела», в молодости играл в рок-группе «Абзац». Переложил прозой «Калевалу» (книга вышла в двух изданиях, первое называется «Рунопевец», второе – «Калевала»). Крусанов – страстный исследователь и коллекционер жуков, ему принадлежит уникальное панно – герб России, собранный из представителей семейства жесткокрылых. Последний на сегодняшний момент роман Крусанова – «Мертвый язык».

ВИКТОР ТОПОРОВ  Топоров называет себя «газетным писателем», недоброжелатели именуют его «литературным скандалистом». В разное время писал критические статьи, публицистику, переводил с немецкого и английского – в том числе стихи Готфрида Бенна, У. Х. Одена, Уильяма Блейка, прозу Филипа Рота, Нормана Мейлера. Один из отцовоснователей литературной премии «Национальный бестселлер». Главные книги: «Двойное дно. Признания скандалиста» (мемуары), «Жесткая ротация» (публицистика).

ВИКТОР СОСНОРА  Крупнейший инновационный поэт, писатель, в прошлом – руководитель известного литературного объединения, в последние годы Соснора не появляется на публике, ведет замкнутый образ жизни. Ребенком состоял в партизанском отряде, потом в качестве сына полка дошел до Франкфурта-на-Одере. Книги: «Всадники», «Куда пошел? И где окно?», «Больше стихов не будет».

АНДРЕЙ БИТОВ  Один из наиболее титулованных петербургских писателей; автор знаменитого постмодернистского романа «Пушкинский дом», книг «Улетающий Монахов», «Человек в пейзаже» и других. Учился в Горном институте, посещал ЛИТО Глеба Семенова. Один из создателей альманаха «Метрополь», президент российского Пен-клуба.

АЛЕКСАНДР СЕКАЦКИЙ  Родился в Киргизии, был отчислен с философского факультета ЛГУ за «антисоветчину», потом работал табунщиком, киномехаником, служил в стройбате. Один из самых ярких современных философов и публицистов, «секацкий след» очевиден в прозе многих петербургских авторов. Книги: «Сила взрывной волны», «Прикладная метафизика» (философская публицистика), «Дезертиры с Острова Сокровищ» (философская проза).

АЛЕКСАНДР КУШНЕР  Известный поэт, лауреат множества литературных премий, выпустил больше тридцати стихотворных сборников («Ночной дозор», «Летучая гряда», «Таврический сад») и несколько книг прозы. Кушнер – поэт ясного, классического стиля.

ТАТЬЯНА МОСКВИНА  Театровед, публицист, писательница и драматург. Один из самых читаемых петербургских авторов; за последние 10 лет у Москвиной вышло 15 книг.  Литературная жизнь нужна литературным критикам, то есть они ее всеми силами создают и выдумывают. У нас так мало критиков, что в заводе лишь несколько очажков такой жизни: тлеющие – вокруг журналов «Нева» и «Звезда», слабо, но пульсирующий – около издательства «Лимбус Пресс» и премии «Нацбест». А в Доме книги есть отдельный стенд «Писатели Петербурга», точно мы уже отделились от России. Кипения страстей нет – живем ниже травы. Вообще, картина «литжизни» странная, жалкая и даже не вполне приличная для Петербурга. Я в литературе новичок, ориентируюсь плохо, но все ж таки могу заметить разницу между жизнью и не-жизнью. Литература в Петербурге ближе к не-жизни, хотя героическими усилиями одиночек она есть и дает иногда любопытные плоды (взять ту же «Литературную матрицу»).  Я читаю современную литературу уже несколько десятилетий, трудно взять вот и бросить. Всех читала – и Акунина, и Пелевина, и Маринину, и Устинову с одной стороны, и Быкова, Крусанова, Сергея Носова, Маканина, Улицкую, Рубину, Кучерскую, Шарова, Горчева, Шаргунова, Прилепина с другой. Глубокий и причудливый писатель – Владимир Шаров. Очень был обаятелен покойный Дима Горчев. Ни на кого не похож самобытный Крусанов. По-прежнему занимателен Маканин. И я по-прежнему привержена творчеству Людмилы Петрушевской.  ЛЕВ ЛУРЬЕ  Историк, краевед, основатель 610-й классической гимназии, телеведущий и «серый кардинал» петербургской журналистики. Автор научнопопулярных книг «22 смерти, 63 версии», «Питерщики. Русский капитализм. Первая попытка».  Петербургская литературная жизнь, на мой взгляд, довольно скучная и даже гнилая. Пожалуй, журналистская и музыкальная тусовки гораздо интереснее. Возможно, это связано с малой престижностью данного занятия. Я не слежу специально за литературными новинками. Но могу сказать, что обязательно читаю новые вещи Пелевина и все книги Юлии Латыниной – за исключением фэнтези. И Андрея Константинова – это мой любимый петербургский автор, редкий пример русского писателя, который способен владеть сюжетом. Со временем я перестал читать стихи, просматриваю журналы и уделяю много внимания книгам нон-фикшн.  АНДРЕЙ КОНСТАНТИНОВ  Человек с романной биографией: востоковед-арабист по образованию, работал военным переводчиком в Йемене и Ливии, в начале 1990-х начал журналистскую карьеру (криминальный репортер), основал АЖУР, был председателем Союза журналистов, учредителем конкурса «Золотое перо». Автор детективов «Адвокат», «Журналист», на основе которых снят сериал «Бандитский Петербург», романа «Тульский-Токарев». Общий тираж книг Константинова, по одним данным, более 3,5 миллиона экземпляров, по другим – более 10.  Я помню время, когда за новыми книжками охотились, так же как и за билетами в театр, очереди стояли. Сейчас не так. На мой взгляд, это связано с тем, что практически не происходит открытия новых пространств в этих направлениях. Проблема литературы в том, что она упорно движется к одноразовости и не улавливает каких-то важных вещей. Когда я «жюрил» на «Нацбесте» в прошлом году, то резко выступил на премии и в печати по поводу шорт-листа не потому, что я хотел побольнее укусить своих литературных соперников. Я чувствовал искреннее разочарование тем, что не обнаружил в списке книг, которые я мог бы порекомендовать, например, друзьям. А хорошая книга для меня всегда радость, и здорово, что они все-таки есть. Мне очень понравилась книга Андрея Волоса «Победитель». Или есть такой автор Андрей Валентинов, он живет на Украине, но пишет по-русски, у него есть потрясающий исторический роман «Флегетон». Также я очень люблю Юзефовича и считаю, что его «Князь ветра» должен был получить «Супернацбест», никто другой просто рядом не стоял, эта вещь сделана с потрясающим композиционным искусством. Или вот супруги Дяченко, которые работают в «презренном жанре» фэнтези, но умудряются выдавать интересные вещи. Также я искренне люблю Веллера, но сейчас он как-то сменил стилистическую ориентацию, и мне любопытнее слушать его публицистические высказывания. Или Тим Скоренко, за книгу которого я проголосовал на «Нацбесте», – это не герой моего романа и вообще «не мой» роман, но что-то в нем есть, искорка. Возвращаясь к литературной жизни и литературной ситуации. Лучше всего, на мой взгляд, ее характеризует простой эксперимент, который я проводил неоднократно. У нас в городе есть Союз писателей… даже два союза. Там, полагаю, не менее сотни членов, может, даже и не одна сотня. Но попроси рядового интеллигентного человека, не связанного со всей этой кухней, назвать хотя бы десять-пятнадцать современных петербургских писателей… Назовут от силы пять-шесть.  Я абсолютно убежден – напиши кто-то гениальную и адекватную времени вещь да сговорись все издатели ее не печатать – она так или иначе не пропадет.  АНДРЕЙ АСТВАЦАТУРОВ  Преподаватель филфака СПбГУ – из тех, в которых влюбляются студентки, наследник громкой филологической династии, автор бестселлеров «Люди в голом» и «Скунскамера».  В целом литературная жизнь Петербурга мне кажется довольно оживленной. Если задаться целью посещать все мероприятия – то каждый день придется куда-нибудь выбираться, а то в два или в три места одновременно. В Питере живет много уже маститых литераторов, очень много молодых; работает огромное количество кружков и объединений, стали появляться новые книжные магазины, которые становятся замечательными дискуссионными площадками. Пожалуй, специфической особенностью нашей литературной жизни является то, что все сидят по своим углам, по своим кружкам и тусовкам и не желают знать ничего другого. То есть жизнь бурная, но какая-то разрозненная.  Я слежу за творчеством Михаила Елизарова, Ольги Славниковой, Захара Прилепина, Дмитрия Быкова, Леонида Юзефовича, Германа Садулаева, Сергея Болмата, Павла Пепперштейна, Всеволода Емелина и многих других – всех не перечислить. Безусловные величины… Пожалуй, нет. Да и не должно быть. Современная культура всегда должна видеться спорной, открытой для полемики и диалога. Иначе не будет движения и развития.  ИЛЬЯ БОЯШОВ  Историк по образованию, преподавал в Нахимовском училище. Бояшов – автор одного из лучших современных романов о войне «Танкист, или «Белый тигр». Лауреат премии «Национальный бестселлер» 2007 года за роман «Путь Мури».  Петербургскую литературную жизнь я мог бы охарактеризовать как если не бурлящую, то временами фонтанирующую. Важно понимать, что она разделяется на несколько слоев, и в моем, условно говоря, слое жизнь идет. Есть еще писатели старшего поколения, с которыми мы меньше общаемся, но и у них тоже что-то происходит – начать с того, что в городе аж два Союза писателей. Если человек хочет вариться в этом бульоне литературном, то он рано или поздно туда попадает обязательно. Не стоит также недооценивать общение в интернете. Я слежу за своими коллегами с удовольствием, читаю новые вещи. Сергей Коровин, Герман Садулаев, Сергей Носов, Юрий Лебедев – многих можно назвать. Сильное впечатление всегда производят романы Павла Крусанова, из последних – «Мертвый язык». Понравилась мне также книга Наля Подольского «Время культурного бешенства».