М.Г. Суслов, доктор исторических наук, профессор что будет мешать реализации современных технологий в системе высшего гуманитарного образования

Переход от информационного общества к единому мировому информационному пространству и мировому информационному сообществу, кардинально меняет наши представления о мире и происходящих в нем процессах. Это требует от гуманитарных наук новых подходов и новых знаний

Как ответ на запрос времени и мирового сообщества, ученые разных стран и разных направлений сегодня усиленно разрабатывают проблемы глобализации. Глобализация лишь один из признаков новой стадии развития мировой цивилизации. Сама же новая стадия развития мировой цивилизации имеет много и других признаков, отличающих ее от предшествующих стадий развития.

Однако задача изучения этой стадии до сих пор не выполнена. Данное обстоятельство указывает лишь на постоянно действующий фактор перманентного отставания общественных наук от жизни и реалий общественного развития. Данное обстоятельство указывает и на слабость общественных наук, отстающих от жизни на 60 – 70 лет.

Почему слабы общественные науки, почему они отстают от общественного развития? Во многом это объясняется сложностью самих общественных наук и многочисленными объективными и субъективными факторами деформации.

Что же деформирует общественные науки, что мешает им идти в ногу со временем и запросами мировой цивилизации? Основным фактором деформации является общественно-политическая система. Всякая политическая система нуждается в защите не только силой оружия, силой власти, но и идеологическими средствами. Именно политическая система порождает запрос на то или иное знание, на ту или иную трактовку событий, на тот или иной тип ученого-обществоведа.

Общественно-политическая система формирует источниковую базу для ученого, она же отбирает основные материалы для длительного или вечного хранения. Она их сохраняет и определяет меру доступности к ним исследователей. Одни материалы она дает исследователям без ограничений, другие лишь частично, а к некоторым материалам исследователей она и близко не подпускает.

Всякая политическая система имеет множество самых разных рычагов для стимулирования исследований в нужном ей направлении. Она прямо или косвенно поощряет «своих» и порицает «чужих», одаривая должностями, званиями, премиями, почестями и другими знаками внимания или порицает, травит, преследует их, расправляясь с ними вплоть до физического уничтожения.

К этому «произволу» всякой системы добавляется субъективизм самих исследователей. Всякий исследователь – продукт своего времени, своей эпохи и своей системы. Он имеет свои предпочтения и симпатии, свои вкусы и наклонности. Во многом они определяются воспитанием в семье, в школе, вузе, влиянием окружающей среды и многими другими факторами.

Но есть и объективная основа для деформации обществоведческого гуманитарного знания. Это интересы, точнее, господствующие в системе интересы как отдельных лиц, так и целых социальных групп, классов, этнических общностей. Экономические и политические интересы диктуют запрос на исследования, создают для них условия и стимулы.

Интересы диктуют социальным группам и власти создание зон свободных от гласности. Речь не только о государственной и военной тайне или тайне новейших научных разработок в той или иной области. Это естественно и понятно, хотя и это создает неполноту информационного фона для науки и образования.

Речь же в данном случае о более весомой тайне – о тайне в сфере капитала. Большие деньги любят и умеют себя защищать и защищают себя не только властью, но и тайной. Тайна вкладов, коммерческая тайна, тайна предпринимательства и т.п., исключает из сферы гуманитарной науки весьма важную часть информации, без которой невозможно понять и изучить многие процессы в современном мире.

Кроме того, сам по себе капитал обладает рядом свойств. Еще в Х1Х веке учеными обществоведами была обнаружена организующая сила капитала. За прошедшие столетия накоплено много материала об этом свойстве капитала. Но капитал обладает и другим свойством – окрашивать гуманитарное, обществоведческое знание в нужные ему тона и оттенки, а то и в свои весьма яркие краски.

В данном случае имеется в виду капитал в его самых различных формах. Советская система, основанная на общественной собственности, а потому именуемая социалистической, и буржуазная, капиталистическая система, основанная на частной собственности, всякое гуманитарное знание «выравнивали» под свои собственные системные запросы.

Особенно хорошо это проиллюстрировали перестройка и реформы в нашей стране в 80–90‑е годы ХХ века. Изменение шкалы ценностей и системы оценок особенно наглядно продемонстрировали обществоведы и гуманитарии Советского Союза и России. Речь не только о смене поколений обществоведов. Оценки заметно изменились, иногда до противоположных, у одних и тех же людей, «прозревших» в условиях свободы и демократии.

Перечисленные факторы деформации гуманитарного обществоведческого знания характерны, в основном, для мира социализма и капитализма. Сейчас мир вступает в новую стадию своего развития. В ней не перестанет действовать системный фактор или влияние собственности и капитала. Все эти и другие факторы сохранятся, но на новой стадии обозначатся и новые моменты.

Если капитализм в его классических буржуазных проявлениях, и социализм в его советском или европейско-демократическом обличии, закладывали в основу ясно выраженный классовый принцип в запросах, подходах и оценках, то сегодня, на новой стадии развития мировой цивилизации, ситуация будет другой.

Вместо классового или классово обозначенного монизма будет плюрализм. Плюрализм будет не только в идеологии, но и во всех других сферах жизни общества. Особенно важен плюрализм в теории, обществоведческой и исторической науке, в оценках прошлого. Чем больше точек зрения на тот или иной предмет в прошлом или настоящем, тем труднее большинству людей пробраться к истине.

В этом случае почти у всех «теоретиков», авторов общестенно-политических идей и концепций, будет весьма мало шансов получить массовую поддержку, а тем более поддержку большинства граждан. Значит, будет зазор или весьма заметный отрыв интеллигенции, как и отдельных интеллектуалов, от масс, социальных слоев и групп. Из этого обстоятельства возникают и впредь будут возникать проблемы создания массовых политических партий, профсоюзов и общественно-политических движений. Но это-то системе как раз и надо. Чем меньше будет в обществе шансов и возможностей для создания массовых организаций, тем меньше шансов будет для образования и деятельности серьезной несистемной оппозиции системе.

Плюрализм желателен и в религии. Чем больше сект и религиозных течений, чем больше религиозных концепций и вероучений, тем лучше. Если в каждом селе или городе будет своя секта со своими представлениями о Боге, то от этого современной системе будет только польза. Современные буржуазные политические системы так демократичны и терпимы к инакомыслию во всех сферах надстройки потому, что им сегодня это чрезвычайно выгодно и полезно.

Дело в том, что несмотря ни на какие плюрализмы, капитал, организующая сила капитала, как коренные базисные ценности современного развитого общества, настолько велики и основательны, что их не может покачнуть, поколебать никакая разноголосица мнений. Более того, чем больше мнений, тем меньше шансов достичь единства взглядов и действий в рядах инакомыслящих.

Плюрализм создает питательную почву для индивидуализма, для самовыражения личности, для спускания индивидуального пара. Всякие запреты и ограничения, будь то во времена царизма или в советское время, давали обратный эффект. Личность желала самоутвердиться делала это несмотря ни на что, несмотря ни на какие запреты.

Плюрализм выполнит и другую функцию, а именно селекцию среди самой интеллигенции. На новой стадии развития мировой цивилизации четко обозначился процесс формирования мировой, национальной, региональной и даже местной элиты. Творцы-индивидуалы, нужные власти и капиталу, будут включаться ими в тот или иной уровень элиты, а все остальные будут оставаться со своими взглядами, идеями, представлениями. Без массовой или серьезной социальной поддержки индивидуалы или политические партии будут представлять из себя бесконечно малые величины, с которыми система просто не будет считаться.

Таким образом, с какого бы конца ни посмотрели на плюрализм, он во всех случаях будет помогать укреплению существующей системы.

Эти и многие другие факторы, независимо от воли и желания организаторов системы образования, независимо от самых современных информационных систем и технологий образования, будут деформировать всю систему гуманитарного знания, выдавая за истину то, что наиболее приемлемо для существующей политической системы.

Современные же методики и самые совершенные технологии обучения будут лишь более гибко, тонко и изощренно приспосабливать гуманитарное знание к потребностям общественно-политической системы. Такова перспектива, которую никто не изменит и не отменит ни сегодня, ни в достаточно далекой перспективе.