Создание псевдособытий

Вероятные «псевдособытия» создаются, чтобы привлечь внима­ние прессы, и фактически дают повод для бесплатной рекламы. На­пример, когда Боб Грехэм участвовал в выборах губернатора во Фло­риде в 1978 году, он начал как безвестный политик, его имя в списке кандидатов узнавали от 3 до 0% избирателей. Грехэм справился с этим благодаря своему проекту «рабочих дней». В течение 100 дней этой кампании он выполнял различную работу, на каждую из которых тра­тил один день, по-видимому, чтобы узнать требования и потребно­сти различных секторов электората. Эти события детально освеща­лись в масс-медиа и дали Грехему колоссальное преимущество, не­смотря на скрытую в них политическую мотивацию. Он разрядил критическое настроение публики по отношению к себе. И доказал, что это был не рекламный трюк: Боб Грехэм одевался в соответствии с требованиями той или иной работы и тратил целых 8 часов на ее выполнение. Прошли первые 9 дней, прежде чем были приглашены СМИ, так что Грэхэм успел отладить свою процедуру. Фотографии «рабочих дней» использовались в его рекламной кампании, но более важно, что эта работа 1Грехэма освещалась в новостях как событие. В своей речи он упомянул ощущение понимания забот обитателей Фло­риды, которое появилось у него с этого времени, и периодически вспоминал об этом эпизоде своей биографии после того, как стал гу­бернатором, в целом подтверждая впечатление, что он действитель­но кое-что приобрел в, этом опыте, а не просто встал в позу. В целом это был блестящий пример использования новостей для достижения своих политических щелей; никакая реклама не могла бы дать ему столько, сколько он получил совершенно бесплатно в новостях.

Некоторые новые возможности для создания псевдособытий поя­вились в США в 1992 году с приходом «политики ток-шоу». Канди­даты Клинтон, Буш и Перо давали интервью на MTV, в шоу «Ларри Кинг жив» и других развлекательных ток-шоу. Фактически эти про­граммы открывали новые возможности для самораскрытия кандида­тов, когда они представали «живыми людьми» и это очень привлека­ло публику. После некоторых из этих выступлений оставались дли­тельные воспоминания. Когда музыкант-любитель Клинтон, надев черные очки, играл на саксофоне с оркестром «Арсенио Холл Шоу», наблюдался поразительный контраст энергичного молодого кандида­та, родившегося в поколение бэби-бума, со стареющим, осторожным Бушем и неповоротливым Перо.

Создание псевдособытий может дать, однако, и обратный эффект. В 1988 году небольшого роста кандидат Майкл Дукакис сел в танк, пытаясь создать образ; «защитника», но вместо этого он был скорее похож на маленькую черепаху, высунувшую свою голову из огромно­го панциря. Точно также, когда лидер элитарной университетской Ли­ги плюща Джордж Буш время от времени пытался надеть ковбойские сапоги и есть бекон, Чтобы походить на настоящего техасца, то все это не всегда выглядело достаточно правдиво.

Отражение атак противника

Во время предвыборной кампании среди демократов в 1992 году кандидата Клинтона обвиняли во внебрачных связях, которые, по-видимому, у него были несколько лет назад. Клинтон ответил на вопросы, связанные с браком, в передаче «60 минут», когда он и его жена Хиллари согласились, что у них «были проблемы», однако сказали, что справились с ними и полностью воссоединились. Это было мастерское сочетание признания и ухода от критики. Когда Клинтон рассказал, как его дочь Челси обнимала его после выслушивания обвинений, этот рассказ смягчил сердца людей. Они были готовы все простить, интерпретируя то, что они видели по ТВ, как искреннее сожаление и любовь к семье. После этого интервью лю­бовные связи Клинтона больше не обсуждались во время его поли­тической кампании. Трудно поверить в то, как легко был преодолен этот вопрос и опровергнут на традиционной пресс-конференции или в ходе политического репортажа. Позднее, когда Клинтон вынуж­ден был давать показания по делу Моники Левински, он, по-видимому, забыл свой прежний урок и не, смог дать прямой ответ на критику.

Очень важно, как политический кандидат отвечает на атаки оппозиции. Выпад противника, оставленный без ответа, электорат может воспринять положительно, и напротив, откровенно злой или мелочный ответ может лишь вдохновить оппонента. У действующего президента при отражении резкой критики оказывается меньше возможностей для маневра, чем у претендента. В некоторых слу­чаях может быть лучше не замечать или отказываться от ответа, чем «удостаивать» кандидата своей реакцией (например, известна фраза Рейгана «Ну, теперь снова ваш ход» в ответ президенту Джимми Картеру в дебатах 1980 года). С другой стороны, атака претендента на действующего президента не всегда может быть с легкостью отклонена последним. Существенным в 1980 году стало замечание кандидата Рейгана по поводу неспособности действующего пре­зидента Картера, доставить из Ирана на родину американских за­ложников, хотя он так же, как и Картер, не смог предложить спо­соба их освободить.

Всегда существует опасность прилива у публики симпатии к оп­поненту, если выпад или критику сочтут слишком несправедливой. Так что эта тенденция удерживает противников от потенциального литья грязи друг на друга. Тем не менее, иногда этот страх подавляет и полезный диалог. Например, в 1988 году на предварительных де­мократических выборах остальные демократы опасались открыто на­падать на единственного чернокожего кандидата Джесси Джексона из страха, что их назовут расистами. Тем не менее, вследствие этой предосторожности было меньше дебатов о его политике. Если на кан­дидата не нападают противники, то кампания считается не слишком серьезной. Фактически если кандидат далеко опережает своих про­тивников по предварительным опросам, он или она обычно воздер­живается от нападений на противника, потому что нападение и кри­тика лишь узаконивает оппонента и привлекает к нему внимание.