Один из первых номеров «Або тиднингар»

 

Пример газеты общества «Аврора» вдохновил пастора Андерса Лизелиуса, известного благодаря переводам Библии. Он становится редактором первой в мире газеты на финском языке. Финский язык газеты «Суоменкиейлисет Тиетосаномат», опережая время, является чистым литературным языком. В отличие от шведскоязычного коллеги, газета публиковала и новости из-за рубежа, которые на финском языке нельзя было прочитать ни в одном другом издании.

Газета Лизелиуса больше всего была просветительским изданием. Редактор давал советы по агрикультуре и по другим темам, близким крестьянам, опубликовал в виде серии статей первый финский учебник географии. Лизелиус очень радел за бедняков в своем приходе и хотел, чтобы во всей стране этому уделялось больше внимания. В своих новостях из-за рубежа «Суоменкиейлисет Тиетосаномат» следила за освободительной войной в Америке. Газета также опубликовала первое описание индейцев («суровых людей») и их жизни.

Первая финская газета была размером с маленькую книгу и представляла собой в одинаковой степени как журнал, так и газету. Из-за нехватки площади материалы продолжались в последующих номерах.

Первая газета на финском языке «Суоменкейлисет тиетосаномат» выходила в свет только в 1776 году. Она послужила примером для последующих изданий, которые появились гораздо позже. Это была просветительская и образовательная газета, в которой также печатались новости из-за рубежа.

Лизелиус, видимо, делал газету для просвещенных крестьян и священников, чтобы те могли распространять информацию дальше. Подписчиков было мало, особенно на второй год издания, и Лизелиус был вынужден закрыть газету в конце 1776 года. Но она стала примером для народных изданий еще на многие десятки лет.

Сын не хотел быть хуже отца. Пастор Самуэль Лизелиус в 1782 году начал выпуск собственного журнала «От Костен ат ратт бехага». В следующем году вышла «Ангемана Сйелфсвалд», редактором которой был также он. На начальных этапах становления прессы трудно было провести грань между газетой и журналом. Если было бы необходимо отнести издания Самуэля Лизелиуса к какому-либо типу, можно было бы отнести их к журналам с новостной тематикой, первыми в Финляндии.

«От Костен ат ратт бехага» и «Ангемана Сйелфсвалд» входили в серию характерных еженедельных журналов, борющихся за мораль, начало которой положили в 1710-х годах английские издания «Тэтлер» и «Спектатор». Этот тип прессы быстро распространился и нашел последователей в Швеции и входивших в нее землях. Для них было характерно публиковать критические материалы относительно социальных явлений, а также уличать человеческие низость, лживость и притворство. Эта форма журналистского творчества передалась и «Або тиднингар». В то время в Финляндии отсутствовала городская культура, для последователей которой материалы были предназначены по английскому примеру. Салонная культура встречалась кроме Турку только в офицерских кругах Выборгской крепости и в гарнизонах Саво.

Самуэль Лизелиус соединил с осуждением тщеславия обучение манерам. Журналы отличались друг от друга тем, что первый старался отталкиваться от общехристианских ценностей и верил в силу просвещения, а второй был развлекательным и критичным и критиковал салонные манеры. Ни один из журналов не просуществовал целого года, так как аудитории для них явно не хватало. Но в нашей истории печати они очень интересны как примеры эксперимента.

То же самое можно сказать и о четвертом представителе становящейся финской периодики, вышедшем в 1803 году литературном журнале «Аллман литтера-тур-тиднинг», единственном общефинском журнале во время шведского правления. Это было последнее издание Портана и первое, которое было закрыто цензурой. За журналом, ставшим «слишком легким», стояло недовольство многих университетских профессоров «Або тиднингар», не составляли исключения и Портан с Франценом. С другой стороны, во всей стране в тот момент не выходило ни одного научного издания. Основателями «Аллман литтератур-тиднинг» были 12 профессоров, но опять же функции редактора достались Портану. Он уже не писал практически ничего, кроме новостей науки. Остальную работу он оставлял коллегам. Журнал отдавал большое предпочтение естественным наукам. Он освещал экономические вопросы и пропагандировал прививки. Он еще имел дух прошедшего столетия и взгляд на природу, оставшийся от Линнэя. Архиепископ Турку и старинный коллега Портана Якоб Тенгстрём писал статьи о теологии, о неологии, либеральном теологическом течении, которое он представлял. Некий ограниченный и консервативный лютеранский архиепископ в Швеции принял такие размышления близко к сердцу и стал требовать закрытия журнала в Турку. Так и произошло, но так же, как и мнение теолога Тенгстрёма, на это повлияло отношение журнала к Франции, которое было истолковано как слишком либеральное.

Когда русские войска весной 1808 года вошли в Финляндию, в стране выходила одна газета «Або тиднингар». Присоединение Финляндии осенью 1809 года к царской России означало серьезный поворот в истории страны. В истории печати изменения сначала были заметны только в содержании этого издания. Удивительно, что война между Швецией и Россией никак не отражена на страницах «Або тиднингар», кроме коротких материалов о появлении русских войск в Турку. Она продолжает публиковать обычные материалы, стихи и сообщения, как будто в стране не происходит ничего выдающегося, как вдруг 9 июля 1808 года на страницах газеты появляются военные новости, в которых присутствует русская точка зрения. За такой переменой, оказывается, стоит указ российского главнокомандующего генерала Фридриха фон Буксховдена.

Единственная газета страны оставляла в стороне важные события отчасти потому, что она рабски следовала старым принципам, по которым общегосударственные новости относились к прерогативе стокгольмских газет. Так же поступали и многие другие местные шведские газеты, но на те территории война не распространилась. Можно также предположить, что журналист Францен выкидывал военные новости, потому что в захваченной стране невозможно было бы опубликовать их с точки зрения Швеции – Финляндии. Но это объяснение все же не подходит для первых недель войны. Поэтому логичнее было предположить, что редакция просто не была заинтересована в новостях, как, впрочем, и несколько последующих редакций.

Начиная с июля 1808 года, «Або тиднингар» стала российским органом печати. Русские считали основной функцией прессы формирование общественного мнения. Новости из-за рубежа стали попадать в газету, но по окончании боевых действий в конце 1808 года «Або тиднингар» вернулась к своей обычной роли, бросив освещение всех актуальных вопросов.

Этот этап не продлился долго, так как новый правительственный совет Финляндии в конце 1809 года сделал газету официальной по примеру Стокгольма. Правительство видело в своей газете символ своей автономии: у настоящего государства должна быть официальная газета, которую можно было бы использовать в своих целях. Выходя под новым именем «Або аллманна тиднинг», газета стала издаваться три раза в неделю и увеличила формат. Содержание можно было бы разделить на три части: официальные сообщения о культуре и объявления, новости из-за рубежа, которые следовали традициям официальных шведских изданий, и статьи, касающиеся Финляндии, которые в свою очередь продолжали традиции газеты Турку.

Правительство с помощью газеты укрепляло статус строящейся автономии и пропагандировало новое устройство государства. Находящийся в Петербурге комитет по делам Финляндии, который являлся духовным вождем изменений, стремился к становлению самостоятельного финского общества. Начав заново отстраивать Хельсинки, погоревший во время войны, царь Александр I приказал в 1812 году перенести столицу из Турку, слишком близко располагавшегося от Швеции, в Хельсинки, и строительство города провести надлежащим для нового статуса образом.

Правительство переехало в новую столицу в 1819 году, там же образовалась новая официальная газета «Финландс Аллманнатиднинг». Получившее свое старое название, издание Портана и Францена просуществовало до 1861 года.

К 1829–31 годам относится первая публикация знаменитого народного эпоса финского народа «Калевала», который был впервые помещен в сборнике «Кантеле». «Калевала» была переиздана отдельной книжкой в 1835–36 годах, а в 1849 году была дополнена и вновь переиздана. Собрал и записал устные народные предания Леннрот, обогатив их своим талантом: первоначальная «Калевала» состояла из 32 стихотворных произведений, в последующей редакции их становится уже 50. «Калевала» была переведена на языки всех цивилизованных странах.

Велика роль Алексиса Киви (1834–1872) – настоящее имя Стенвалл – в развитии финского литературного языка. Из-под пера этого выдающегося финского драматурга вышли такие знаменитые произведения как драма «Куллерво», впервые опубликованная в 1864 году, сборники произведений «Канервала» и «Каркурит» в 1866 году, затем идиллия «Ночь и день». В 1869 году его постановка «Леа» положила начало финскому театру. Наибольшую популярность во всем мире завоевал его роман «Семь братьев», который переведен более чем на 20 языков.

Условия для создания прессы в современном понимании сложились в Финляндии лишь к середине XIX века.

В 1847 году стала выходить первая ежедневная газета «Ууси Суоми» («Новая Финляндия»).

Благодаря всем вышеизложенным факторам, у финнов пробудился интерес к национальной истории, мифологии и фольклору. Дальнейшему развитию финно-язычной прессы способствовала полемика между фенноманами и шведоманами.

 

Издания на финском и шведском языках

 

Финские журналиты разбились на два лагеря – фенноманов и шведоманов. Рассмотрим их прессу.

Свой первый печатный орган политическое движение фенноманов основало в 1860-х годах, но лишь в 70-х и 80-х годах фенноманская пресса получила свое наибольшее развитие. В 1860-х годах задача этой прессы заключалась большей частью в обучении и просвещении. Самыми важными идейными компонентами мировоззрения фенноманской прессы были стремления к созданию национального самосознания на основании программы Снелльмана. Мировоззрению фенноманской прессы была также присуща бюрократия, поскольку большая часть идейных вдохновителей партии принадлежала к числу государственных чиновников (Й.В. Снелльман, Юрьо Коскинен, Яакко Форсман, Э.Г. Палмен и Тиодольф Рейн).

Газета «Ууси Суометар» занимала ведущую позицию в формировании фенноманнских идей. Отношение к восстанию в Польше (1863 г.) и к вопросу о Дании (1864 г.) четко отделило фенноманскую прессу от либералов и шведоманов. Со своей стороны фенноманы распространяли обвинения, касающиеся неблагонадежности шведоязычной части населения, которые были восприняты даже в правительственных кругах России.

В числе важнейших общественных вопросов, наряду с вопросом о языке, был поднят вопрос о школе. На начальном этапе партия фенноманов была партией сельского населения и лишь позднее стала «партией лояльности», которая хотела поддерживать верность России.

Наряду с газетой «Суометар», в 60-х годах прошлого века фенноманская печать была представлена, в частности, газетами «Олун виикко саномат», «Саномиа туйуста», «Отава»и др. Основная часть финноязычных газет, основанных в первой половине 1860-х годов, была закрыта после непродолжительного существования.

Стремления шведоманов совпадали большей частью с целями либералов. В особенности это касалось культурной и экономической политики. В вопросах языковой и национальной политики шведоманы считали шведоязычную интеллигенцию наиболее значимой для Финляндии. Прибегая к «самозащите» от фенноманов, они считали, что защищают западную культуру в Финляндии. Без шведоязычного образования, несущего в себе скандинавские традиции, и без живого шведского языка уровень образования в Финляндии не смог бы оставаться прежним. Настоящее шведское движение сопротивления возникло, однако, лишь в 70-х годах прошлого века. Его вдохновителем стал А.О. Френденталь. Программа этого движения в самой резкой форме была направлена на отсоединение Финляндии от России и повторное присоединение ее к Швеции. В языковой борьбе шведоманы не смогли, несмотря на свои попытки, повести за собой шведоязычный народ, и в результате на одной стороне оказалась шведоязычная интеллигенция, а на другой – финноязычные средний класс и сельское население. Френденталь уже в 1860-х годах выдвинул теорию о скандинавской расе, которая с высокомерием и даже с презрением относилась к финской части населения. Шведоязычному сельскому населению шведоманы адресовали газету «Фолкваннен» («Друг народа»), идеалистическая позиция которой бросалась в глаза. Эта газета с большой долей опеки относилась к тем, кому предлагала свое обучение. Газета была подвергнута критике. Непосредственно шведоманская пресса возникла лишь позднее.

Мировоззрение газетной печати во второй половине 60-х годов прошлого века имело явно западный оттенок. Позиция шведоманских газет основывалась на западном правопорядке и образовании, и даже фенноманская пресса не чуждалась «национальной свободы», которая царила в Англии. Основная часть зарубежных газет, присылаемых по заказу в Финляндию, поступала именно с запада. Энергичное подчеркивание значения свободы печати в финское прессе было связано с западными традициями и мировоззрением.

Лишь к концу XIX века финноязычная пресса заметно потеснила издания на шведском языке. Всего к концу столетия на территории Финляндии выходило около 140 газет и журналов на финском, шведском, русском и немецком языках.

 

Пресса независимой Финляндии

 

Уже в XX веке после обретения Финляндией государственной самостоятельности средства массовой информации продолжали развиваться. Пресса была весьма политизированной. Очень много публикаций посвящалось внешнеполитическому курсу молодой республики и ее внутренним делам.

К середине 1930-х годов в стране издавалось свыше 180 газет. Однако положение прогрессивной и демократической печати было довольно тяжелым, поскольку в стране нарастали профашистские и антисоветские тенденции, толкнувшие Финляндию к союзу с фашистской Германией во второй мировой войне.

Сильная политизированность прессы пошла на спад еще до начала Второй мировой войны, одновременно возрастало влияние новостей и развлекательных материалов на выбор газет читателями. В военное и послевоенное время условия работы прессы были не вполне нормальными: свобода слова была ограниченной, имели место нормирование и недостаток материала.

Во время войны выросли количество новостей, размер шрифта и ширина заголовков. Ширина заголовков начала превышать ширину газетных столбцов. Как отмечал Пекка Мервола, «заголовки расширялись по мере того, как сапоги финских солдат завоевывали земли». Большие заголовки и многочисленные фотографии были характерны для периода наступательной войны, тогда как во время оборонительных боев заголовки становились скромнее.

Самым важным продуктом экспорта в Финляндии и в военное время оставалась бумага. Потребление бумаги нормировалось, поскольку внешняя торговля давала необходимую валюту. Кроме того, производство бумаги вышло на уровень 1939 года лишь в начале 50-х годов, тогда как во время войны его объем составлял лишь 10–20% от нормального. Также имела место нехватка типографской краски и наборных принадлежностей. В марте 1942 года газетам были определены лимиты на бумагу, которые отменили лишь в январе 1949 года. Когда тиражи газет одновременно возросли, нормирование изменилось таким образом, что газета получала дополнительное количество бумаги в соответствии с ростом тиража при условии сокращения количества страниц на 10 %. Самая крупная газета страны «Хельсингин саномат» получала пятую часть всего лимита газетной бумаги страны.

Нормирование бумаги вылилось в то, что статьи сокращались и заголовки сужались. Газеты стали выглядеть так, будто тексту в них было тесно. Это был ответ прессы на атмосферу национальной экономии во времена возрождения и сопутствующей ему бедности.

Царившая в 1930-х годах напряженность международной ситуации повлияла также на «духовную оборону» Финляндии. Начиная с 1937 года, вооруженные силы организовывали тренировочные сборы для демонстрации журналистам, писателям и сотрудникам рекламной сферы, выбранным в качестве информаторов. Параграф конституции о свободе слова дозволял предварительную цензуру во времена военного положения. В октябре 1939 года парламент Финляндии утвердил закон о защите республики, на основании которого разрешалось выпускать постановления об ограничении нормальных гражданских свобод. Действие закона продолжалось до конца 1945 года.

Ядром государственной информационной системы был Государственный Информационный Центр (ГИЦ), который занимался распространением информации в интересах государственной политики и наблюдал за настроениями народа. Во время Зимней войны ГИЦ организовывал информационные мероприятия для журналистов, стремясь заранее повлиять на содержание газетных материалов. Кроме того, через ИАФ (Информационное Агентство Финляндии – принадлежащее государству и одновременно самое крупное в стране информационное бюро) он передавал инструкции о том, что разрешалось писать. В период Зимней войны самой главной задачей была попытка влияния на иностранных корреспондентов в Хельсинки. Осенью 1939 года большая война в Европе находилась в процессе угасания, и все международное внимание сосредоточилось на «финнах, героически защищающих свою страну». Отпор молниеносному нападению СССР стал сенсацией после осенних событий в Польше, а финны стали легендой. Сами финны на начальном этапе войны были убеждены в ее обоснованности, и влиять на них не было необходимости.

Цензурой руководило созданное в Хельсинки бюро цензуры, которое, в частности, отвечало за предварительный просмотр газет. Страна была разделена на четыре района со своими управлениями военной цензуры, которым подчинялись Бюро контроля за прессой, расположенные в населенных пунктах. Материалы ИАФ и других информационных бюро проверялись прямо в Хельсинки. В период Зимней войны в сфере цензуры было занято около двух тысяч человек, но основная их часть контролировала почту, телеграф и телефон.

Свободу слова не хотели ограничивать более, чем это было безусловно необходимо. В течение Зимней войны официальные источники информации и пресса давали слишком позитивную картину о ходе войны, так что для большинства финнов условия перемирия с передачей территорий стали потрясением.

В апреле 1940 года Бюро цензуры запретило критику правительства и официальных властей. Усилился контроль за внешнеполитическими материалами. Цензура стала превращаться в последующий контроль. В течение Второго этапа войны цензурой и пропагандой централизованно управляли политическое руководство страны и премьер-министр. Немцы предлагали финнам свою помощь и в свою очередь требовали ужесточения цензуры. Например, весной 1944 года Германия прекратила поставки зерна и оружия в Финляндию, поскольку некоторые финские газеты, в особенности «Свенска прессен», выступали против сближения с Германией. «Свенска прессен» писала о высадке войск в Нормандии в июне на основании материалов западных информационных бюро и даже злорадствовала над Германией. Но началось большое наступление русских на Карельском перешейке, и Финляндия нуждалась в хлебе и оружии. Под давлением Германии правительство закрыло газету «Свенска прессен». Решение о прекращении деятельности газеты было отменено в августе 1944 года.

По мере того, как второй этап войны затягивался, росло значение пропаганды. ГИЦ рассылал в редакции газет ежедневную информацию о положении на фронте. В качестве фронтовых корреспондентов работало около 200 человек. Раз в месяц ГИЦ устраивал информационные мероприятия для представителей прессы, на которых о ситуации рассказывалось больше, чем можно было делать это публично. Кроме того, примерно раз в неделю устраивалось особое собеседование для главных редакторов ведущих газет, таких как «Хельсингин саномат», «Хувудстадбладэт», «Суомен сосиаалидемокраатти» и «Ууси Суоми».

Цензоры проверяли ежемесячно более 30000 статей. Около 98% материалов не давало повода для принятия мер. Только в двух случаях официальные органы временно приостанавливали деятельность газеты. Это говорило, с одной стороны, о расплывчатости границ свободы прессы, а с другой – о самоконтроле журналистов. Под самостоятельной цензурой имелось в виду то, что корреспонденты сами избегали щекотливых тем.

Согласно данным неофициального опроса, проведенного в 1999 году газетой «Хельсингин саномат», финны все еще считают самой важной фигурой в истории Финляндии маршала Маннергейма. Возраст большинства участников опроса составил от 16 до 30 лет.

Можно предположить, что значит Маннергейм для военного поколения. Его авторитет был непоколебим. Весной 1939 года Маннергейм писал в конфиденциальном послании к главным редакторам газет: «...В теперешней напряженной ситуации хотелось бы, чтобы в общих интересах государства пресса во всех материалах, касающихся иностранных держав, была сдержанной и не употребляла обидных и раздражающих выражений. Таким образом, пресса могла бы, со своей стороны, поддержать тех, кто отвечает за наш нейтралитет, поскольку противоположные действия способны нанести вред нашей стране».

Перемирие с Советским Союзом было заключено в сентябре 1944 года, но цензура существовала до осени 1947 года, т.е. вплоть до подписания в Париже окончательного мирного договора. Еще в 1944 году цензура стала подчиняться министерству внутренних дел, и деятельность ГИЦ была урезана. Он больше не предлагал газетам готовых статей, а только устраивал информационные мероприятия. Премьер-министр Финляндии Паасикиви взял за правило отчитывать главных редакторов газет по телефону, если в процессе чтения газеты утренний кофе попадал ему не в то горло.

В уголовный кодекс Финляндии было в 1948 году внесено изменение, согласно которому корреспондент мог быть осужден на срок до двух лет за материал, оскорбляющий иностранные государства и наносящий урон международным отношениям Финляндии. Хотя этот закон существовал вплоть до 1995 года, никто никогда не был по нему осужден. Это был явный сигнал о необходимости самоцензуры в условиях быстро обострявшейся «холодной войны».

В 1939 году в Финляндии выходило 188 газет. На следующий год по тем же критериям насчитывалось лишь 154. Уменьшение количества газет было в основном вызвано прекращением деятельности прессы, поддерживавшей ПНС (Патриотический народный союз – фашистская партия), и прессы, действовавшей в переданной СССР части Карелии. В годы войны количество газет не превышало 160, но более 50 из них были местными газетами. Органы, отвечавшие за распределение бумаги, с трудом соглашались на выдачу бумаги новым изданиям. После войны количество газет выросло, поскольку снова была разрешена деятельность левых организаций. В 1949 году в совокупности насчитывалось 175 газет. Многие левые газеты, однако, быстро прекратили свою деятельность. Это, отчасти, происходило потому, что политически ограниченные газеты были уже нерентабельными. Кроме того, рынок все-таки был капиталистическим. В 1948 году общий тираж левых газет был равен примерно 130 тыс. экземплярам, тогда как тираж газеты «Хельсингин саномат» насчитывал 160 тыс. экземпляров.

После прекращения нормирования ресурсов в наиболее благоприятном положении оказались те газеты, которые до войны заменили свое типографское оборудование, у которых и в годы войны имелись хорошие трудовые ресурсы для поддержания необходимого уровня и у которых был хороший тираж, а также поддержка переселенцев из Карелии.

После Второй мировой войны Финляндия встала на путь добрососедских отношений с Советским Союзом. Существенно улучшились условия для развития финской прессы вообще и русской – в частности.

Главным центром издания финской прессы является столица страны Хельсинки, где выходит почти половина всех газет.

Важнейшим изменением в статусе периодической печати стали появление и усиление сектора независимой или, как они называются в скандинавских странах, неприсоединившейся прессы в 1950–60-х годах. Многие партийные органы или близкие к партиям газеты отказывались от четкой партийной ориентации. Порвав связи со своими партиями, эти издания объявляли себя независимыми.

Современная пресса Финляндии, несмотря на то что основную массу населения составляют финны, использует и другие языки, в частности шведский и русский.

 

История русскоязычной прессы Финляндии

 

Естественно, что в Финляндии как одной из российских провинций выходили издания на русском языке. Русскоязычная пресса берет свое начало с газет, доставлявшихся из Санкт-Петербурга. Но уже в конце XIX века появляются издания, печатавшиеся на территории Финляндии. Можно предположить, что первым русскоязычным изданием в княжестве являлся «Статистический ежегодник», выпускавшийся в 1892–1902 годах. Выходил он предположительно в Выборге.

В 1900 году на территории Великого княжества Финляндского вышла первая русскоязычная газета – «Финляндская газета», которая выпускалась четыре раза в неделю и содержала в себе, кроме официальной хроники, новости из Финляндии и из-за рубежа. Первым редактором был И.А. Баженов. Эта газета просуществовала по март 1917 года.

Издание русскоязычной прессы активизировалось в годы первой русской революции. Это закономерно, поскольку Финляндия пользовалась автономией и там активно развивались капиталистические отношения.