978-5-906000-08-8

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

С.П. Кушниренко, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры уголовного процесса и криминалистики,

Санкт-Петербургский государственный университет

НОВАЯ ФОРМА МЕЖДУНАРОДНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА В СФЕРЕ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

В статье раскрывается актуальность современной формы международного сотрудничества в борьбе с преступностью – создания и деятельности совместных международных следственно-оперативных групп для расследования транснациональных преступлений; проанализированы их правовые основы, вытекающие из международного законодательства, касающегося стран Европейского Союза и Содружества Независимых государств; предложены основные направления имплементации международных правовых норм в национальное законодательство Российской Федерации.

Ключевые слова: формы международной правовой помощи по уголовным делам,

международное сотрудничество компетентных органов, совместные международные следственно-оперативные группы.

Svetlana P. Kushnirenko

PhD in law, associate professor

St. Petersburg State University

A NEW FORM OF THE INTERNATIONAL COOPERATION IN THE SPHERE OF

CRIMINAL JUSTICE

This article shows the actuality of a modern form of the international cooperation in fight against crime – creation and activity of joint international operational-investigations groups for investigation of transnational crimes. Author analyzed their legal basis following from the international legislation European Union countries and the Commonwealth of Independent States. Also in this article we offer the basic directions of implementation of international legal norms into national legislation of the Russian Federation.

Keywords: a form of the international cooperation in criminal cases, international cooperation of the competent authorities, of joint international operational-investigations groups.

В силу общественно-политических условий существования СССР Уголовно-

процессуальный кодекс РСФСР не содержал норм, регулирующих оказание правовой

– 321 –

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

помощи компетентным органам и должностным лицам иностранных государств в сфере уголовного судопроизводства. Если таковая и оказывалась, то носила эпизодический характер на основании двусторонних соглашений и принципе взаимности.

Демократические процессы 90-ых годов прошлого столетия, включая ратификацию основополагающих международных правовых актов в сфере оказания правовой помощи1,

отразились на формировании нового уголовно-процессуального законодательства,

имплементировавшего важнейшие международно-правовые нормы в сфере сотрудничества в борьбе с преступностью. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации 2001

года включил значительную группу норм, регулирующих действие этого важного института. Часть пятая «Международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства» содержит основные положения о порядке взаимодействия судов,

прокуроров, следователей и органов дознания с соответствующими компетентными органами и должностными лицами иностранных государств и международными организациями. В качестве основных форм правовой помощи предусмотрены запросы о производстве на территории иностранных государств допроса, осмотра, выемки, обыска,

судебных экспертиз и иных процессуальных действий, а также вызов свидетеля,

потерпевшего, эксперта, гражданского истца, гражданского ответчика, их представителей,

находящихся за пределами территории России, направление материалов уголовного дела для осуществления уголовного преследования.

До последнего времени институт правовой помощи удовлетворял потребности судебно-следственной практики и выполнял свое предназначение. Однако последнее десятилетие демонстрирует новые вызовы преступного мира – широкое распространение транснациональных и трансграничных преступлений, из которых наибольшую общественную опасность представляют терроризм, наркобизнес, торговля оружием и людьми, а также преступления, совершаемые с использованием информационно-

телекоммуникационных технологий. Следует признать, что совершение транснациональных преступлений дает преступникам возможность избегать разоблачения в результате разобщенности правоохранительных органов разных стран, отсутствия оперативного обмена розыскной информацией, различий (иногда весьма существенных) в

уголовно-правовом и уголовно-процессуальном регулировании, языковых барьеров.

Использование традиционных форм оказания международной правовой помощи

1 Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам (Страсбург, 20 апреля 1959 года) была ратифицирована Российской Федерацией в 1999 году (Федеральный Закон от 25.10.1999 г. № 193-ФЗ «О ратификации Европейской конвенции о взаимной правовой помощи по уголовным делам и Дополнительного протокола к ней»).

– 322 –

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

посредством запросов сопряжено с длительными сроками (до года и более) исполнения международных поручений, что обусловлено сложной и длительной процедурой,

неисполнение которой влечет признание судом полученных из-за рубежа доказательств недопустимыми. При наличии установленного законом ограниченного срока расследования длительное исполнение международных поручений вообще теряет свою актуальность и иногда даже приводит к прекращению уголовных дел, в том числе и по тяжким преступлениям.

Вэтой связи внимание привлекает опыт международных совместных расследований преступлений компетентными органами стран, на территории которых совершены транснациональные или трансграничные преступления. В Российской Федерации такая практика пока отсутствует, но Россия, как и другие страны, безусловно, заинтересована в подобной форме сотрудничества.

Впоследние годы заметна интенсивная работа по формированию на международном уровне соответствующей правовой базы, детальной регламентации в соответствующих международных правовых актах вопросов создания и деятельности совместных международных групп по расследованию преступлений.

Как известно, впервые совместное расследование как форма международного сотрудничества в борьбе с преступностью было предложено мировым сообществом в Конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ, заключенной 20 декабря 1988 года в Вене. Ст. 9 Конвенции предусматривает «создание, в соответствующих случаях и если это не нарушает законов страны, совместных групп, принимая во внимание необходимость обеспечения безопасности лиц и операций… Должностные лица любой Стороны, входящие в состав таких групп, действуют с санкции соответствующих органов Стороны, на территории которой должна проводиться данная операция; во всех таких случаях заинтересованные Стороны обеспечивают полное соблюдение суверенитета Стороны, на территории которой проводится данная операция».

Если в указанной Конвенции речь идет лишь о совместных группах, то в последующих международных правовых актах ООН усматривается развитие данной формы сотрудничества и речь уже идет о проведении совместных расследований. В

частности, в соответствии с Конвенцией ООН против транснациональной организованной преступности, принятой резолюцией 55/25 Генеральной Ассамблеи от 15 ноября 2000 года,

и Конвенцией ООН против коррупции, принятой резолюцией 58/4 Генеральной Ассамблеи от 31октября 2003 года, государства-участники рассматривают возможность заключения

– 323 –

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

двусторонних или многосторонних соглашений или договоренностей, в силу которых в связи с делами, являющимися предметом расследования, уголовного преследования или судебного разбирательства в одном или нескольких государствах, заинтересованные компетентные органы могут создавать органы по проведению совместных расследований. В отсутствие таких соглашений или договоренностей совместные расследования могут проводиться по соглашению в каждом отдельном случае. Соответствующие государства-

участники обеспечивают полное уважение суверенитета государства, на территории которого должно быть проведено такое расследование.

Как показывает практика борьбы с преступностью, особенно успешно эта форма международного сотрудничества используется в странах Европы, возможно, потому, что здесь правовое регулирование ушло далеко вперед по сравнению с другими регионами. Еще в Договоре о функционировании Европейского Союза, заключенном 25 марта 1957 года в Риме (с изменениями и дополнениями от 13 декабря 2007 года), были сформулированы задачи Европола, среди которых значилась «координация, организация и осуществление расследований и оперативных мероприятий, проводимых совместно с компетентными органами государств-членов или в рамках совместных следственных групп» (ст. 88). Конвенция Совета Европы о взаимной правовой помощи по уголовным делам между государствами – членами Европейского Союза, заключенная от 29 мая 2000 года, предложила в качестве формы сотрудничества по уголовным делам создание на основе взаимных соглашений совместных следственных групп для расследования преступлений на территории одного или нескольких государств – членов Евросоюза (ст. 13). Вслед за этим для урегулирования правовых и организационных вопросов были приняты Рамочное решение Совета Евросоюза 2002/465/JHA от 16 июня 2002 года «О совместных следственных группах», Рекомендация Совета Евросоюза от 8 мая 2003 года «О модельном договоре об организации совместной следственной группы» и Рекомендация № Rec (2005) 10 Комитета Министров Совета Европы государствам – членам об «Особых методах расследования» тяжких преступлений, в том числе террористических актов (25 апреля 2005 года).

Российская следственная практика пока не имеет опыта совместных международных расследований, хотя ратифицировала часть перечисленных выше Конвенций, и настоятельно нуждается в такой форме сотрудничества. Особую актуальность для России на настоящем этапе имеет международное сотрудничество по уголовным делам с приграничными государствами, с которыми отсутствуют охраняемые государственные границы, а именно странами – участницами Содружества Независимых государств (далее

– 324 –

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

СНГ). Прообраз такой формы международного сотрудничества был предусмотрен Конвенцией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, принятой государствами – участниками СНГ в Кишиневе 7 октября 2002 года. Статья 63 Конвенции предусматривает возможность создания и деятельность совместных следственно - оперативных групп.

Данная Конвенция до сих пор не ратифицирована Российской Федерацией, поэтому норма не применялась. Однако сравнительный анализ указанной нормы и основных положений принятого 16 октября 2015 года в Бурабае Соглашения о порядке создания и деятельности совместных следственно-оперативных групп на территориях государств – участников СНГ

(далее Соглашение), которое было ратифицировано Российской Федерацией 22 февраля

2017 года1, позволяет сделать вывод о том, что основные принципы и подходы восприняты

внормативном правовом акте 2015 года и получили свое развитие.

Врезультате достаточно близких по правовому регулированию процедур уголовного судопроизводства в государствах - участниках СНГ и сходства их правовых систем, по нашему мнению, удалось оптимально адаптировать правовое регулирование совместных расследований к существующим реалиям. В Соглашении нашли отражение особенности сходного типа уголовного судопроизводства в странах – участницах СНГ,

разграничивающего досудебное производство (предварительное расследование) и

оперативно-розыскную деятельность (осуществляемую гласно и негласно уполномоченными государственными органами в пределах их полномочий посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств). Учитывая необходимость взаимодействия следователей и сотрудников, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, при выявлении, раскрытии и расследовании преступлений, Соглашение предусматривает создание следственно-оперативных групп, в которые могут входить сотрудники различных правоохранительных ведомств. Таким образом, будет достигаться цель взаимодействия не только между национальными ведомствами, но и между ведомствами другого государства.

Целью Соглашения является регулирование вопросов создания, деятельности и прекращения деятельности совместных следственно-оперативных групп на территориях Сторон для раскрытия и расследования взаимосвязанных преступлений по уголовным делам, находящимся в производстве компетентных органов Сторон, сопряженным с

1 Федеральный закон от 22.02.2017 г. № 15-ФЗ «О ратификации Соглашения о порядке создания и деятельности совместных следственно-оперативных групп на территориях государств – участников СНГ»

– 325 –

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

необходимостью предоставления доказательств либо проведения процессуальных

действий и (или) оперативно-розыскных мероприятий на территориях двух и более Сторон.

Вкачестве «взаимосвязанных» Соглашение рассматривает преступления,

совершенные одним или несколькими лицами на территориях двух или более Сторон или затрагивающие их интересы, то есть совместные расследования не обусловлены видом или тяжестью совершенных деяний. Полагаем, что такой подход является вполне обоснованным, принимая во внимание особую общественную значимость некоторых преступлений или лиц, их совершивших, что требует оперативного и эффективного раскрытия и расследования. Заметим, что в ряде Конвенций, предусматривающих создание совместных международных следственных групп, речь идет о «серьезных преступлениях»,

под которыми понимается преступление, наказуемое лишением свободы на максимальный срок не менее четырех лет или более строгой мерой наказания1.

Поскольку совместные следственно-оперативные группы являются формой сотрудничества компетентных органов государств – участников СНГ в раскрытии и расследовании преступлений, их создание осуществляется не посредством заключения договора (соглашения) между государствами, а путем соответствующего соглашения между компетентными органами государств, достигаемого запросом центральному компетентному органу запрашиваемой стороны. Для обеспечения оперативности взаимодействия ответ на запрос должен быть дан в 15-дневный срок, что весьма актуально при ограниченных сроках расследования.

Стороны Соглашения избрали для взаимодействия модель параллельного

(координированного) совместного расследования, при котором формируются национальные следственно-оперативные группы компетентных органов запрашиваемой и запрашивающей Сторон, расследующие преступления параллельно, только на территории своего государства, и оперативно обменивающиеся информацией о ходе проведения процессуальных действий и оперативно-розыскных мероприятий. При необходимости получения доказательств на территории другой стороны, проведения процессуальных действий или оперативно-розыскных мероприятий руководитель национальной следственно-оперативной группы направляет поручение руководителю национальной следственно-оперативной группы другой Стороны. В то же время уполномоченным представителям запрашивающей стороны предоставляется возможность лично присутствовать при исполнении поручения. Более того, они могут непосредственно

1 Например, ст. 2 Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности, принятой резолюцией 55/25 Генеральной Ассамблеи от 15.11.2000 г.

– 326 –

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

участвовать в проведении процессуальных действий и оперативно-розыскных мероприятий, проводимых по поручению запрашивающей Стороны (если это не противоречит законодательству запрашиваемой стороны). С криминалистической точки зрения реализация данной нормы должна положительно сказаться на эффективности организации расследования, поскольку следователи получат возможность планировать,

организовывать и успешно проводить не только тактические приемы при производстве процессуальных действий, но и реализовывать сложные тактические операции и комбинации, в том числе проводимые на территории обеих Сторон по единому плану.

Участие в производстве следственного действия на территории другого государства позволяет следователю или оперативному сотруднику непосредственно получать не только доказательственную, но и ориентирующую информацию, используемую для моделирования следственной ситуации, уточнения и проверки выдвинутых версий,

планирования дальнейшего расследования.

Руководитель совместной следственно-оперативной группы - должностное лицо,

назначаемое по согласованию между центральными компетентными органами Сторон для координации деятельности национальных следственно-оперативных групп - организует ее работу в соответствии с законодательством Сторон, на территориях которых проводятся процессуальные действия и оперативно-розыскные мероприятия. В его функции входят:

организация работы совместной следственно-оперативной группы; обеспечение упрощенного порядка взаимодействия (сношения); урегулирование вопросов, связанных с сохранением тайны следствия, а также возникающих при хранении и передаче вещественных доказательств; внесение предложения о прекращении деятельности совместной следственно-оперативной группы.

По мнению специалистов [1; 299], параллельная модель совместного расследования менее прогрессивна, чем единое (интегрированное) совместное расследование, при котором действует единая следственно-оперативная группа, в которую включаются представители Стороны ее текущего расположения (дислокации) и иностранного государства (прикомандированные члены). Последние обеспечивают беспрепятственное собирание доказательств в государстве, направившем их, присутствуют (участвуют) в

проведении следственных действий на территории государства дислокации. Группа может перемещаться между государствами в зависимости от того, где находится основной объем доказательств и, соответственно, роли участников группы могут изменяться.

Однако применение модели интегрированного совместного расследования имеет ряд существенных препятствий: опасения возможного нарушения государственного

– 327 –

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

суверенитета, языковой барьер, отсутствие доверительных рабочих отношений между компетентными органами различных стран, финансовые трудности, возможное политическое вмешательство в их деятельность. Поскольку российской практикой использования координированной модели совместного расследования мы пока не располагаем, трудно дать оценку ее эффективности.

Важной чертой новой формы международного сотрудничества является применение

«упрощенного порядка взаимодействия (сношения)», под которым понимается непосредственное взаимодействие (сношение) членов совместной следственно-

оперативной группы друг с другом. Применение указанного порядка взаимодействия позволит существенно сократить сроки производства процессуальных действий и оперативно-розыскных мероприятий, что важно для обеспечения права граждан на скорое правосудие.

Безусловно, новая форма международного сотрудничества в борьбе с преступностью потребует и нового криминалистического инструментария для ее осуществления,

поскольку необходимы унифицированные подходы для решения криминалистических задач, определенных Соглашением, среди которых: согласованная деятельность компетентных органов Сторон по раскрытию преступлений и расследованию уголовных дел; планирование действий по выдвинутым версиям и их проверка на территориях Сторон;

организация проведения исследований и экспертиз; выполнение поручений о проведении процессуальных действий и оперативно-розыскных мероприятий в соответствии с законодательством запрашиваемой Стороны; координация и взаимодействие при проведении процессуальных действий и оперативно-розыскных мероприятий на территориях Сторон.

На современном этапе в ситуациях совместного межгосударственного расследования преступлений транснационального характера при осуществлении криминалистической деятельности по поиску, обнаружению, сохранению, исследованию и оценке следов

(объектов), имеющих доказательное значение, необходимо ориентироваться на процессуальные процедуры, предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством той страны, суд которой будет рассматривать уголовное дело и принимать решение: имело ли место событие преступления и доказана ли причастность к его совершению конкретных лиц, привлеченных к уголовной ответственности.

Ратификация Соглашения о порядке создания и деятельности совместных следственно-оперативных групп на территории государств – Участников Содружества Независимых Государств потребует в ближайшее время имплементировать в национальное

– 328 –

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

законодательство Российской Федерации международные правовые нормы для обеспечения возможности эффективного использования новой формы международной правовой помощи по уголовным делам. Для этого могут быть использованы различные пути. Во-первых, возможно имплементирование Соглашения в национальную правовую систему как акта прямого действия. Во-вторых, может быть разработан и принят самостоятельный нормативный правовой акт, регулирующий вопросы создания,

организации и прекращения деятельности совместных следственно-оперативных групп. В-

третьих, могут быть внесены дополнительные нормы в УПК РФ.

Произведенный анализ вопроса о недостаточности регламентации деятельности совместных следственно-оперативных групп на территории государств – Участников Содружества Независимых Государств создает платформу для дальнейшего исследования данной проблемы, что, в свою очередь, должно побудить международное сообщество выработать концепцию имплементации указанных норм в национальные правовые системы.

Список использованных источников:

1. Ализаде, Фарид Э. «Международно-правовое регулирование совместных (международных) расследований по уголовным делам». Библиотека криминалиста. 2 ( 2014).

– 329 –

Научная школа уголовного процесса и криминалистики СПбГУ Уголовнаая юстиция XXI века (к 15-летию применения УПК РФ)

Е.В.Масловская, доктор социологических наук, ведущий научный сотрудник,

Центр социолого-правовых исследований, Социологический институт РАН

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ЭКСПЕРТОВ В ОБЛАСТИ ОЦЕНОЧНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СО СЛЕДСТВЕННЫМИ И СУДЕБНЫМИ ОРГАНАМИ

В современных условиях роль специальных знаний в судопроизводстве все более возрастает. Однако вступление эксперта в юридическое поле сопряжено для него с определенными проблемами и рисками. В докладе представлены результаты социологического исследования. Процесс взаимодействия юридического поля и поля науки концептуализирован на основе социологической концепции П. Бурдье и ее современных интерпретаций. Основным методом сбора эмпирических данных было выбрано невключенное наблюдение в ходе судебных заседаний в судах общей юрисдикции Санкт-

Петербурга и Ленинградской области в 2015-2017 гг., дополнительным – полуструктурированное интервью. Выявлены особенности взаимодействия носителей специального знания с юристами – участниками судопроизводства на примере такой группы судебных экспертов, как оценщики. Выявлено, что асимметричность властных отношений внутри юридического поля вынуждает судебных экспертов разрабатывать набор тактик, позволяющих обеспечить правовую защищенность собственной профессиональной позиции. Выделен репертуар тактических действий, используемых экспертами при взаимодействии со следственными и судебными органами.

Ключевые слова: судебная экспертиза, уголовное судопроизводство, процессуальные действия, судебный эксперт, социология права.

Elena Maslovskaya

Doctor of Sociology

Senior Researcher, Head of the Centre for Socio-Legal Studies

Sociological Institute of Russian Academy of Sciences

INTERACTION OF ASSESSORS WITH INVESTIGATIVE AND JUDICIAL BODIES

The role of specialized knowledge in litigation is increasing today. However, the expert’s entering into the juridical field is connected with certain problems and risks. The paper presents the results of a sociological study. On the basis of Pierre Bourdieu’s sociological theory and its contemporary interpretations the paper considers the process of interaction between the juridical

– 330 –