uroki_gipnoza

Вторник 81

Эриксон: Все эти одиннадцать лет она только и делала, что пыталась укрепить мускулы сфинктера, разве не так?

Кристина: Это так, конечно. Но, возможно, она не знает, как это делается пра7 вильно.

Эриксон: А как правильно? Объясни7ка ей.

Кристина: Пытаться терпеть как можно дольше и идти в туалет по желанию. Время от времени повторять это.

Эриксон: Хорошо. Ответ все вы знаете, но не осознаете, что знаете. Я ей ска7 зал: “Я такой же доктор, как все остальные, и тоже не могу тебе помочь. Но есть одна вещь, которая тебе известна, но ты этого не знаешь. Как только ты узнаешь то, что ты уже знаешь, но не знаешь, что знаешь, постель у тебя ста7 нет сухой”. Что же это такое, что она знала, но не знала, что знала?

Кристина: Днем она почти всегда могла контролировать себя.

Эриксон: Говоря “почти всегда”, ты хочешь сказать, что могла, но не всегда. В этом мало утешительного, если знала, что есть моменты, когда она ничего не может с собой поделать.

Все мы, подрастая, узнавали, что если надо освободить мочевой пузырь, то надо освободить его полностью. С этим знанием мы выросли. Мы принимаем его как должное и пользуемся им ежедневно.

Вот что я сказал девочке: “Смотри на пресс7папье на моем столе, не двигайся, не разговаривай. Просто держи глаза открытыми и смотри на пресс7папье”. Я напомнил ей о ее первых занятиях в школе, когда она училась запоминать буквы алфавита, как ей было трудно — все они разного вида и формы: печат7 ные и рукописные, прописные и строчные. Но потом у нее в уме сформирова7 лась зрительная память и осталась там навсегда, даже если она об этом и не подозревает.

Затем я продолжил: “Смотри не отрываясь на пресс7папье, не шевелись, не раз7 говаривай, твое сердце бьется в измененном ритме, дыхание изменилось, кро7 вяное давление изменилось, двигательный и мускульный тонусы изменились, твои рефлексы тоже изменились. Это не так уж важно, но я просто говорю это для твоего сведения. А теперь я задам тебе очень простой вопрос и хочу полу7 чить очень простой ответ. Допустим, ты сидишь в туалете и мочишься, и в это время кто7то заглядывает в дверь. Что с тобой будет?”

Вторник 82

“Я замру”, — ответила девочка.

“Правильно. Ты замрешь и перестанешь мочиться. Как только незнакомая го7 лова уберется из двери, ты можешь продолжить свое дело. Тебе нужно только попрактиковаться: начать мочиться и остановиться, начать и остановиться са7 мой по себе. Иногда ты забудешь практиковаться, но это ничего. Твое тело тебя не подведет и всегда даст тебе не одну возможность попрактиковаться. Полагайся на свое тело.

Я думаю, через две недели ты впервые проснешься в сухой кровати. Все нор7 мально. Не забывай тренироваться: начни и остановись, начни и остановись. Проснуться в сухой постели два утра поряд — это гораздо труднее, а три раза — еще труднее, а четыре — и совсем трудно. Зато потом будет легче: пя7

тый, шестой и седьмой раз. Вот уже получилась целая сухая неделя. А за ней и вторая получится. Если уж три месяца подряд будет сухо, ты меня просто уди7 вишь. Но я удивлюсь не менее, если через полгода у тебя в кроватке не будет всегда сухо.

Через шесть месяцев она могла с ночевкой гостить у своих друзей. Ей требова7 лось только узнать, что с помощью надлежащего стимулирования она может перестать мочиться в любое время.

Эта истина известна вам всем. Но мы все упустили это из виду. Мы растем,

уверенные, что надо все делать до самого конца. Но это не так. И поэтому...

Анна: Что мы упустили?

Эриксон: Что нужно продолжать, пока не кончишь. Это неверно. При надлежа7 щем раздражителе мы всегда в состоянии прерваться. Все мы знаем, что про7 исходит, когда кто7то заглядывает в туалет, а вы в этот момент как раз мочи7 тесь. Вы тут же перекрываете кран. (Эриксон смеется.) Поскольку девочка была совсем небольшая, одиннадцати лет, мне понадобилось целых полтора часа, чтобы все ей растолковать... Вот и все.

Что касается семейной терапии, то я подумал, что папаше с мамашей и так бу7 дет нелегко привыкнуть к дочкиной сухой постели. (Смех.) Да и сестре пред7 стояли большие огорчения: привыкай теперь к тому, что у старшей сестры в постели сухо. А уж школьникам не повезет — дразнить будет некого, такой ценный объект исчезнет. В лечении нуждалась только одна девочка.

И вот через десять дней она принесла этого игрушечного осьминожка, чтобы подарить его тому, кто разделил ее радость по поводу первой сухой постели, и

Вторник 83

тем отметить это замечательное событие. (Эриксон смеется и показывает всем пурпурного осьминога из пушистых ниток, которого девочка сделала для него сама.) Кстати, первая сухая постель появилась через две недели. Я за нее больше не беспокоился, нужды для повторного сеанса не было.

Что вы там прячетесь? (Эриксон поворачивается и обращается к женщине, которая вошла в гостиную из кабинета позади Эриксона. Накануне ее на за, нятии не было. На сегодняшнее занятие она явно опоздала. Это высокая привлекательная блондинка. На ней джинсы и свободный блузон с топом внизу. Она сдала свой докторский минимум, но еще не защитила диссерта, цию по философии.)

Салли: Я боялась вас прерывать. Нет ли свободного местечка?

Эриксон: Я могу прерваться и продолжить в любом месте, так что входите и са7 дитесь.

Салли: Там есть где сесть?

Эриксон (Обращается Розе в зеленом кресле): Подвинь7ка вон тот стул. А сюда можно поставить еще один. (Указывает рядом с собой по левую сторо, ну.) Подайте ей стул. (Один из мужчин устанавливает складной стул слева от Эриксона. Салли садится рядом с Эриксоном и кладет ногу на ногу.)

Эриксон: Не стоит сидеть нога на ногу.

Салли (Смеется): Подозревала, что вы так отреагируете. О’кей. (Она выпрям, ляет ноги.)

Эриксон: Есть такая считалка: “Диллар, доллар, в десять школа”. Наши ино7 странные друзья могут ее не знать, но вы7то знаете, верно?

Салли: Нет.

Эриксон (Недоверчиво): Как, вы никогда не распевали “Диллар, доллар, в де7 сять школа”?

Салли: Я и продолжения не знаю.

Эриксон: Честно говоря, я тоже не знаю. (Салли смеется.) Вам удобно?

Салли: Не совсем. Я пришла уже к середине занятий и мне... Я как7то...

Вторник 84

Эриксон: Вы у меня раньше не бывали?

Салли: М7м7м... Да, я вас однажды видела прошлым летом. Я была с группой.

Эриксон: А в трансе были?

Салли: Предполагаю, что да. (Кивает .)

Эриксон: Вы не помните?

Салли: Предполагаю, да. (Кивает .)

Эриксон: Только предполагаете?

Салли: Угу.

Эриксон: Предположение не есть действительность.

Салли: Почти то же самое.

Эриксон (Скептически): Предположение — это действительность?

Салли: Иногда.

Эриксон: Иногда. Так ваше предположение, что вы были в трансе — действи7 тельность или предположение? (Салли смеется и слегка откашливается. Она, похоже, смущена и ей немного неловко.)

Салли: Разве это важно? (Студенты смеются.)

Эриксон: Это другой вопрос. А я спросил: ваше предположение — это предпо7 ложение или действительность?

Салли: Скорее всего, и то и другое.

Эриксон: Но ведь предположение может быть как реальным, так и нереальным, стало быть, в вашем предположении соединены и реальное и нереальное?

Салли: Нет. У меня соединены предположение и реальность. (Упрямо тряхнув головой, она замирает .)

Эриксон: Вы хотите сказать, что ваше предположение может быть реально7 стью, а может — нет? И в то же время оно реально? Так какое же оно? (Салли смеется.)

Вторник 85

Салли: Теперь я уже не знаю.

Эриксон: Стоило ли так долго упираться, чтобы признаться в этом? (Салли сме, ется.)

Салли: Сама не понимаю.

Эриксон: Вам удобно?

Салли: О да, я вполне освоилась. (Говорит тихо.) Надеюсь, своим вторжением я не очень помешала присутствующим.

Эриксон: Может, вы стесняетесь?

Салли: М7м... Мне было бы уютнее сидеть где7нибудь подальше, но...

Эриксон: Чтобы вас не было видно?

Салли: Не было видно? Да, пожалуй.

Эриксон: Что это за желание?

Салли: Быть неприметной.

Эриксон: Так, значит, вы не любите, когда на вас обращают внимание?

Салли: Ой, совсем вы меня запутали. (Смеется, и видно, как она смущена. Она слегка откашливается, прикрывая рот левой рукой.) Это не так... не со7 всем... нет... хм... м7м7м...

Эриксон: Вам не нравится, то что я сейчас с вами делаю?

Салли: М7м7м... Нет. Скорее, у меня смешанное чувство. Я польщена внимани7 ем и мне интересно то, что вы говорите.

Эриксон (Перебивая): А сами думаете: когда же, черт побери, он от меня отвя7 жется? (Общий смех.)

Салли: Хм, смешанное чувство. (Подтверждает свои слова кивком головы.)

Если бы я не прервала занятия, а мы просто беседовали с вами — это одно дело, а...

Эриксон: Вам, значит, неловко перед остальными?

Салли: Да, пожалуй, я...

Вторник 86

Эриксон: Хм7м7м.

Салли: ...У них занятия... а я пришла и отняла столько времени.

Эриксон (Уставившись перед собой в пол): Давайте твердо запомним, что пси7 хотерапевт должен создать для своего пациента такую обстановку, чтобы ему было спокойно и удобно. Я не пожалел усилий, чтобы Салли почувствовала себя не в своей тарелке и смутилась, оказавшись в центре внимания, а это (об, ращаясь к группе) вряд ли служит установлению добрых, способствующих из7 лечению отношений, не так ли? (Эриксон смотрит на Салли, берет кисть ее правой руки и медленно поднимает .) Закрой глаза. (Она смотрит на него, улыбается, затем смотрит вниз на свою руку и закрывает глаза.) Так и сиди с закрытыми глазами. (Эриксон отводит пальцы от ее правой руки, и она повисает в воздухе.) Входи в глубокий транс. (Эриксон снова берет ее за запястье. Рука слегка опустилась. Эриксон медленно пригибает ее вниз. Он говорит неторопливым и размеренным голосом.) Тебе очень удобно и очень спокойно, и ты наслаждаешься чувством покоя... такого покоя... что забыва7 ешь обо всем, кроме этого чудесного состояния покоя.

Еще немного — и тебе покажется, что твой разум отделяется от тела и плывет в пространстве — возвращается в прошлое. (Пауза.) Это уже не 19797й и даже не 78 год. Вот остается позади 1975 год (Эриксон близко наклоняется к Сал, ли), и 19707й улетает прочь, время откатывается вспять. Вот сейчас будет 19607й, а вот и 19557й... И, наконец, ты узнаешь 1953 год... И ты понимаешь, что ты маленькая девочка. Как хорошо быть маленькой. Возможно, ты думаешь о предстоящем дне рождения, или о том, как едешь в гости к бабушке... или идешь в школу... Может, как раз сейчас ты сидишь в классе и смотришь на учи7 тельницу, а может, играешь в школьном дворе, а может, у тебя каникулы.

(Эриксон откидывается на спинку кресла.) Ты очень хорошо проводишь вре7 мя. Порадуйся тому, что ты маленькая девочка, которой еще только предстоит стать взрослой. (Эриксон близко наклоняется к Салли.) Может, ты хочешь узнать, кем ты станешь, когда будешь взрослая. Вероятно, тебе захочется узнать, чем ты будешь заниматься, когда станешь девушкой. Мне интересно, захочется ли тебе учиться в высшей школе. Подумай и ты об этом.

Мой голос повсюду будет следовать за тобой и превратится в голоса твоих ро7 дителей, учителей, подруг, в голоса ветра и дождя.

Возможно, ты собираешь цветы в саду. А когда ты станешь совсем взрослой де7 вушкой, много людей повстречается на твоем пути и ты с радостью будешь рассказывать им о той поре, когда ты была маленькой девочкой. И чем тебе удобнее и приятнее, тем сильнее будет у тебя ощущение того, что ты малень7 кая девочка, потому что ты и есть маленькая девочка.

Вторник 87

(Оживленным голосом.) Не знаю, где ты живешь, но, кажется, ты любишь бе7 гать босиком. Ты любишь сидеть на краю бассейна и болтать ногами в воде, жалея, что не умеешь плавать. (Салли слегка улыбается.) Хочешь свою люби7 мую конфетку? (Салли улыбается и утвердительно кивает .) Вот, возьми, ты чувствуешь сейчас ее вкус во рту, и она тебе нравится. (Эриксон дотрагива, ется до руки Салли. Длинная пауза. Эриксон сидит, откинувшись на спинку кресла.) Придет время, ты вырастешь и будешь рассказывать своим новым зна7 комым, какая у тебя в детстве была самая любимая конфета. Тебе придется многому учиться и многое узнать. Вот прямо сейчас я покажу тебе одну вещь. Я возьму твою руку. (Эриксон поднимает ее левую руку.) Я ее подниму и по7 ложу тебе на плечо. (Эриксон медленно поднимает ее руку за запястье и кла, дет ей на правое предплечье.) Вот так. Я хочу, чтобы твою руку парализовало, теперь ты не можешь ею двигать. Пока я не скажу, что ты можешь ею двигать, твоя рука будет неподвижна. Даже когда ты станешь девушкой, даже когда станешь совсем взрослой. Ты не сможешь пошевелить левой рукой и предпле7 чьем, пока я не разрешу тебе этого сделать.

Для начала я хочу, чтобы ты проснулась от шеи и выше, но твое тело будет все глубже погружаться в сон... Ты проснешься от шеи и выше. Это трудно, но ты сможешь. (Пауза.) Как приятно чувствовать, что твое тело крепко спит, твоя рука парализована. (Салли улыбается, ее веки трепещут .) Как хорошо про7 снуться от шеи и выше. Сколько же тебе лет? (Пауза. Салли улыбается.) Сколько тебе лет?.. Сколько тебе лет? (Эриксон близко склоняется к Салли.)

Салли(Тихо): Хм... Тридцать четыре.

Эриксон (Кивает): Очень хорошо. (Эриксон откидывается на спинку кресла.)

Тебе Тридцать пять, а почему ты сидишь с закрытыми глазами?

Салли: Мне приятно.

Эриксон: Так, я думаю, глаза у тебя сейчас откроются. (Салли улыбается, но не открывает глаз.)

Эриксон: Они открылись, правда? (Салли слегка кашлянула, прочищая горло.)

Глаза откроются и останутся открытыми. (Салли улыбается, облизывает губы, открывает глаза и моргает .) Я оказался прав. (Салли напряженно смотрит перед собой.) Где ты находишься?

Салли: Полагаю, что здесь.

Эриксон: Ты здесь?

Салли: Да.

Вторник 88

Эриксон: А ты можешь что7нибудь вспомнить из своего детства? Что можно было бы рассказать другим. (Эриксон наклоняется к Салли.)

Салли: М7м7м, ну...

Эриксон: Громче.

Салли (Прочищает горло): Я... это... припоминаю... ну... дерево и двор, и

это... как его...

Эриксон: А ты лазила на это дерево?

Салли (Говорит тихо): Нет, это низкие растения. Еще... переулок.

Эриксон: Где?

Салли: Переулок между домами. И все дети играли на задворках. Играли, как

это...

Эриксон: Кто эти дети?

Салли: Их имена? Вы имеете в виду их имена?

Эриксон: Да.

Салли: О, так, хм... (Салли продолжает напряженно смотреть то направо, то на Эриксона. Эриксон близко наклоняется к ней. Рука у нее все так же лежит на плече, визуального контакта с присутствующими нет .) Пожалуй, я по7 мню Марию, и Эйлин, и Дэвида, и Джузеппе.

Эриксон: Бекки?

Салли (Повторяя громче): Джузеппе.

Эриксон: А когда ты была совсем маленькая, кем ты мечтала стать, когда вы7 растешь?

Салли: Я думала, хм, астрономом или писателем. (На ее лице появляется гри, маса.)

Эриксон: Как ты думаешь, из этого что7нибудь получится?

Салли: Думаю, что7то одно получится. (Пауза.) Я... у меня левая рука не дви7 гается. Это просто удивительно. (Она смеется.)

Вторник 89

Эриксон: Ты слегка удивлена насчет твоей левой руки?

Салли: Я припоминаю, как вы сказали, что она не будет двигаться и... хм...

Эриксон: Ты мне поверила?

Салли: Полагаю, да. (Улыбается.)

Эриксон: Всего лишь полагаешь. (Салли смеется.)

Салли: Я... это... мне кажется, что ею не пошевельнуть.

Эриксон: Значит, ты более чем полагаешь? (Салли смеется.)

Салли: Хм7м... да. (Тихо.) Я... это так удивительно, что можно пробудиться от шеи и выше, а от шеи и ниже — нет.

Эриксон: Что удивительно?

Салли: Что человек может... хм7м... что тело может спать от шеи и ниже, а я могу разговаривать и бодрствовать — а тела не чувствую, совсем онемело.

(Смеется.)

Эриксон: Другими словами, ходить ты не можешь.

Салли: Нет, пожалуй, не сию минуту. (Отрицательно трясет головой.)

Эриксон: Не в этот самый момент.

Салли (Со вздохом): Хм7м7м, не в этот самый момент.

Эриксон: Каждый акушер в этой группе теперь знает, как получить анесте7 зию... тела. (Эриксон выжидательно смотрит на Салли. Салли согласно кива, ет, а потом делает отрицательное движение головой. Она продолжает смотреть направо отсутствующим взглядом. Прочищает горло.) Как себя чувствует человек, которому тридцать пять и он не может ходить?

Салли (Поправляет Эриксона): Тридцать четыре.

Эриксон: Тридцать четыре. (Улыбается.)

Салли: Хм7м... Чувствует... м7м... сейчас это приятно.

Эриксон: Очень приятно.

Вторник 90

Салли: Да.

Эриксон: Вот когда ты только вошла, тебе понравилось, как я подтрунивал над тобою?

Салли: Пожалуй, да.

Эриксон: Пожалуй, да?

Салли: Да.

Эриксон: А может, не понравилось?

Салли: Да, пожалуй, так. (Салли смеется.) Эриксон: (Улыбается.) Вот момент истины.

Салли: Как? (Смеется.) Эриксон: Вот момент истины.

Салли: Так, да, у меня смешанное чувство. (Смеется.) Эриксон: Ты сказала “смешанное чувство”. Очень смешанное?

Салли: Как сказать? Мне это нравилось и не нравилось.

Эриксон: Очень7очень смешанное чувство?

Салли: Ох, вряд ли я смогу определить точный оттенок.

Эриксон: А не думаешь ли ты: черт меня дернул сюда прийти?

Салли: О, нет, я очень рада, что пришла. (Прикусила нижнюю губу.) Эриксон: А придя сюда, разучилась ходить.

Салли (Смеется): Да, научилась не двигаться от шеи вниз. (Кивает .) Эриксон: Вкусная была конфета?

Салли (Тихо): Ой, какая вкусная, только... м7м... мне хотелось бы... разных сортов.