Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Набор учебников PDF ''Хороший солдат'' / Философия / Введение в предмет философии.pdf
Скачиваний:
41
Добавлен:
17.05.2015
Размер:
503.73 Кб
Скачать

В рамках гуманитарного исследования обнаружение отрицательной корреляции рассматривается как свидетельство неподлинности интуиции гуманитария, ее иллюзорности. И хотя в большинстве случаев так оно и есть на самом деле, мы не можем просто отмести возможность того, что разум в этой ситуации будет«не прав», а противоречащее ему гуманитарное суждение окажется правым. Пусть результаты исследования ментальности соответствующей исторической эпохи, соответствующего сословия, как и исследование характерного для них поведения, во многом противоречат интуиции гуманитария – это еще не значит, что она достоверно ложна. Ее содержание лишь неправдоподобно для исследователя, сам он должен допустить, что, возможно, это неправдоподобное суждение, вопреки аргументам разума, – истинно. Почему? А потому, что несмотря на реальную и многообразную детерминацию человеческой личности, она остается свободной и способна в своем поступке выходить за эти рамки…

Какие же выводы можно сделать в результате анализа противоречивого сочетания непосредственно-личной и рационально-познавательной сторон в гуманитарном исследовании?

1.Гуманитарное исследование по самой сути своей– пограничный феномен, место, где встречаются и взаимодействуют два мира: мир объектов, мир «ОНО» и мир общения, диалога, мир, конституируемый Я- ТЫ – отношениями.

2.В гуманитарном исследовании эти миры более или менее гармонично сочетаются, взаимодействуя и поддерживая друг друга. Интерес гуманитариев к определенной личности (как проявление их сродства) инициирует и питает его исследовательскую активность.

Всвою очередь, познавательная деятельность подготавливает и расширяет почву для со-бытия общения гуманитария и его героя. И, далее, осуществляет критическую проверку полученного в общении на знания на предмет его правдоподобности, с тем, чтобы перекрыть дорогу домыслам

ифальсификациям, поскольку интерес, движимый гуманитарием, может быть основан не только на переживании родства и любви, но и на ненависти, склонной к наветам; кроме того, его интерес может определяться также

ипартийной, корпоративной ангажированностью.

Упражнение «Цель философии – педагогика»

 

Цель: 1) « закрепление» понимания

специфики

социально-

гуманитарных наук (предмет и методы); 2) выявление «родственности» и отличия предметов изучения социально-гуманитарных наук и философии ; 3) уяснение специфики предмета философии как мировоззрения и ее «метапозиции» по отношении к обоим родам наук.

Вопросы для изучения и осмысления

1.Какие роды наук (и по какому основанию) выделяет Дильтей?

2.Чем они принципиально отличаются?

3.Опишите сущность методов понимания и объяснения. Приведите примеры.

4.Можно ли назвать философию «наукой о духе»? Почему?

5.Какими методами, на ваш взгляд, пользуется философия в ходе осмысления/познания мира?

6.Почему, по мнению Дильтея, «цель всякой подлинной философии – педагогика»?

Описательная психология и герменевтика В. Дильтея10

Для Дильтея (1833–1911) жизнь есть способ бытия человека, культурно-историческая реальность. Человек и история – это нечто разное, а сам человек и есть история, в которой рассматривается сущность человека. Дильтей резко отделял мир природы от мира истории, «жизни как способа бытия человека». Немецкий мыслитель выделял два аспекта понятия«жизнь»: взаимодействие живых существ – это применительно к природе; взаимодействие, существующее между личностями в определенных внешних условиях, постигаемое независимо от изменений места и времени, – это применительно к человеческому миру. Понимание жизни (в единстве двух указанных аспектов) лежит в основе деления наук на два основных класса. Одни из них изучают жизнь природы, другие («науки о духе») – жизнь людей. Дильтей доказывал самостоятельность предмета и метода гуманитарных наук по отношению к естественным.

Согласно Дильтею, постижение жизни, исходя из нее самой, – основная цель философии и других «наук о духе», предметом исследования которых является социальная действительность во всей полноте ее форм и проявлений. Поэтому главная задача гуманитарного познания – постижение целостности и развития индивидуальных проявлений жизни, их ценностной обусловленности. При этом Дильтей подчеркивает: невозможно абстрагироваться от того, что человек суть сознательное существо, а это значит, что при анализе человеческой деятельности нельзя исходить из тех же методологических принципов, из которых исходит астроном.

А из каких же принципов и методов должны исходить «науки о духе», чтобы постигнуть жизнь? Дильтей считает, что это прежде

10 Кохановский В. П. Философские проблемы социально-гуманитарных наук (формирование, особенности и методология социально-гуманитарного познания): учеб. пособие для аспирантов, Ростов н|Д.,2005.

С. 39 – 43.

всего метод понимания, т. е. непосредственное постижение некоторой духовной целостности. Это проникновение в духовный мир автора текста, неразрывно связанное с реконструкцией культурного контекста создания последнего. В науках о природе применяется метод объяснения – раскрытие изучаемого объекта, его законов на пути восхождения от частного к общему.

Понимание (в отличие от объяснения) всегда связано с раскрытием смысла деятельности людей в разных ее формах. Через него достигается постижение уникальных и неповторимых явлений человеческой жизни и истории. «Природу мы объясняем, – пишет Дильтей, – а живую природу души человека должны понять».

Таким образом, в своей структуре жизнь стремится к поиску единого смысла мира, ценностей и действий. А это и есть задача понимания, которое философ отделяет «китайской стеной» от объяснения и вообще ставит вопрос о многоаспектной методологии, о взаимодополнительности разных методов и приемов.

По отношению к культуре прошлого понимание выступает как метод интерпретации, названный им герменевтикой, – искусством понимания письменно фиксированных проявлений жизни. Герменевтику от рассматривает как методологическую основу всякого гуманитарного знания. Философ выделяет два вида понимания: понимание собственно внутреннего мира, достигаемое с помощью самонаблюдения; понимание чужого мира – путем вживания, сопереживания, вчувствования (эмпатии). Дильтей рассматривал способность к эмпатии как условие возможности понимания культурноисторической реальности.

В обоих своих видах понимание– это «процесс, в котором на основе внешних, чувственных данных постигается нечто внутреннее» – прежде всего духовная жизнь человека, ее развитие, специфика и уникальность. Такое понимание – «это не концептуализация, а

тотальное осознание духовного состояния и его реконструкция на основе вчувствования». Здесь не нужны ни законы, ни теории. Ни даже общие понятия.

Из размышлений о жизни возникает«жизненный опыт». Отдельные события, порожденные столкновением наших инстинктов и чувств в нас с окружающим и судьбой вне нас , обобщаются в этом опыте в знания. Как человеческая природа остается всегда одной и той же, так и основные черты жизненного опыта представляют собой нечто, общее всем. При этом Дильтей отмечает, что научное мышление может проверить свои рассуждения, может точно формулиро-

вать и обосновывать свои положения. Другое дело – наше знание жизни: оно не может быть проверено, и точные формулы здесь невозможны.

Наиболее «сильная форма» постижения жизни, по его мнению,

– это поэзия, ибо она «каким-то образом связана с переживаемым и понимаемым событием». Как бы вторя в этом вопросе Дильтею, Р. Рортри пишет о «секретах поэтического сердца, не известных тайной полиции», и о том, что «человеческая жизнь заключается в поэзии, а не просто в размышлении». Один из способов постижения жизни– интуиция. Важными методами исторической науки Дильтей считает биографию и автобиографию. Последнюю он назвал «высшей наиболее конструктивной формой, в которой нам представлено понимание жизни».

Особую роль в познании социально-исторических явлений Дильтей отводил психологии, но не «экспериментирующей», а «описательной», «понимающей». «Всякая попытка создать опытную науку о духе без психологии, – писал он, – никоим образом не может привести к положительным результатам. Однако некоторые мыслители (например, Коллингвуд) считали, что Дильтей преувеличивает значение психологии для понимания проявлений жизни, и обвиняли его в психологизме.

Немецкий мыслитель убежден, что не в мире, а в человеке философия должна искать«внутреннюю связь своих познаний». Жизнь, проживаемую людьми, – вот что, по его мнению, желает понять современный человек. При этом, во-первых, нужно стремиться к тому, чтобы объединить жизненные отношения и основанный на них опыт «в одно стройное целое». Во-вторых, необходимо направить свое внимание на то, чтобы представить «полный противоречий образ самой жизни» (жизненность и закономерность, разум и произвол, ясность и загадочность и др.). В-третьих, исходить из того, что образ жизни «выступает из сменяющих данных опыта жизни».

В связи с этими обстоятельствами Дильтей подчеркивает важную роль идеи (принципа) развития для постижения жизни, ее проявлений и исторических форм. Философ отмечает, что учение о развитии по необходимости связано с познанием относительности всякой исторической формы жизни. Перед взором, охватывающим весь земной шар и все прошедшее, исчезает абсолютное значение какой бы то ни было отдельной формы жизни.

Кроме категории «развития» категориями жизни у Дильтея выступают: целое и его элементы, взаимосвязь, структура, значение, ценности и др. Они-то и «выражают внутреннюю диалектику жизни».

Таким образом, Дильтей стал создателем теории познания «наук о духе» («о культуре»), пытался даже написать (по аналогии с Кантом) «Критику исторического разума», но ограничился лишь набросками. Большая заслуга Дильтея состояла в том, что он упорно доказывал самостоятельность предмета и методов социальногуманитарных наук по отношению к естественным наукам.

Применяемая Дильтеем методология понимания позволила последующим исследователям (Гадамеру и др.) назвать его основателем философской герменевтики. Философии жизни Дильтея многим обязана экзистенциальная философия (Ясперс и др.), она оказала большое влияние на развитие педагогики, в которой он видел «цель всякой подлинной философии».

Упражнение «Философия как мировоззрение: предмет, методы, функции»

Цель: 1) понимание специфики философии как мировоззрения посредством раскрытия ее предмета, методов и функций; 2) знакомство с основным вопросом философии и «генеральными» течениями философской мысли (материализм и идеализм); 3) изучение состава и структуры философского знания.

Вопросы для изучения и осмысления

1.Каков предмет философии?

2.Как формулируется основной закон философии, и почему он является основным?

3.Каковы критерии выделения «генерального метода философии»?

4.В чем заключается генеральный метод философии?

5.Почему автор называет диалектику«генеральным методом философского познания»?

6.Как вы понимаете следующую мысль автора: «философская рефлексия – органическое единство интуиции и логики»?

7.Назовите и охарактеризуйте три уровня бытия философского знания.

8.Что такое «генеральная функция»? Каков критерий ее выделения?

9.Каковы «генеральные функции» философии и науки?

10.Что фиксируется в таких определениях философии, как

«любовь к мудрости», «наука наук», «искусство искусств», «вершина культурного развития человечества (человека)»?

11.Что обозначает определение философии как«науки о наиболее общих законах развития природы, общества и человека» (Ф. Энгельс)?

Генеральный предмет философского познания11

Познать самого себя можно не иначе как через отношение к миру. Там, где человек определяет свое место в мире, там философия начинается предметно.

Философское познание человека есть познание человека в его отношении к миру, а философское познание мира есть познание мира в его отношении к человеку. Философское знание можно определить как знание об отношении человека, субъекта, субъективной реальности к миру, объекту, объективной реальности. Это мировоззренческое отношение обладает сложной конкретно-исторической структурой, с развитием человеческой деятельности оно дифференцируется, обогащается и усложняется и в качестве основного и вечного вопроса философии дифференцирует и интегрирует философское знание.

Противоречивость бытия человека в мире осознается в философии как отношение мысли к предмету мысли, языку, действию, жизни; отношение духа и природы; души и тела; реальности и идеала; сущего и должного; необходимости и свободы; отношение общественного сознания и общественного бытия и т.д. Противоположности в рамках указанных отношений зависят друг от друга, переходят друг в друга, однако они неравноправны. Мировоззренческое осмысление этого неравноправия позволило сформулировать кардинально различающиеся принципы философского познания человека в мире и мира человека. Мы имеем в виду материализм и идеализм как мировоззренческие установки: материализм первоосновой мира и человеческого бытия считает материальное начало(линия Демокрита), идеализм – начало духовное (линия Платона). В России классиками научно-материалистической мысли являются М. В. Ломоносов, И. М. Сеченов, В. И. Вернадский, А. И. Герцен, Н. Г. Чернышевский, Г. В. Плеханов, В. И. Ленин; крупнейшими представителями религиозно-философской мысли были В. С. Соловьев, Н. Ф. Федоров, П. А. Флоренский, И. А. Ильин, С. Л. Франк, Н. А. Бердяев.

11 Лойфман И. Я. Мировоззренческие штудии: Избр. работы. С. 31 – 42.

В противоречивом взаимодействии линий Демокрита и Платона рождаются разнообразные материалистические и идеалистические доктрины, развертывается бесконечная миропознающая деятельность человечества.

В ходе исторического развития система философского знания дифференцируется на общие и особенные формы, разрабатываемые в рамках различных философских дисциплин и учений. Это ядро философии – учение о предельных основаниях бытия и познания, или метафизика, и традиционно примыкающие к метафизике общее учение о бытии (онтология) и общее учение о познании(гносеология), а также общее учение о ценностях (аксиология); это многообразие особенных форм бытия философии: философия природы и философия техники, социальная философия и философия истории, философия политики и философия права, философия морали и философия искусства, философия религии и философия науки и . тд. Как видно, отношение человека, субъекта, субъективной реальности к миру, объекту, объективной реальности является для философского знания предметно- и структурообразующим. Каждый оттенок основного вопроса философии вырастает в целое, в особые концепции и теории, где общее существует в многократной расчлененности, в неразрывной связи с особыми формами проявления …

Генеральный метод философского познания

Противоречивое единство человека и мира – фундаментальная методологическая идея философского познания. Вот некоторые формулировки этой идеи, различные по форме и содержанию, но близкие по сути, первосмыслу.

«Человек есть мера всех вещей, – существующих, что они существуют, и не существующих, что они не существуют» (Протагор, 480–410 гг. до н. э.).

«Как при желании увидеть свое лицо мы смотримся в зеркало и -ви дим его, так при желании познать самих себя мы можем познать себя, глядя на друга» (Аристотель, 384–322 гг. до н. э.).

«Находите все в себе и себя во всем» (И. Экхарт. 1260–1377).

«Выйти из себя и себе самому раскрыться в другом, найти и познать себя всем через себя» (Г. Гегель, 1770–1831).

«Человек есть сумма Мира, сокращенный конспект его; Мир есть раскрытие человека, проекция его» (П. Флоренский, 1882–1937).

«В физике общепринято, что живое тело должно рассматриваться так же, как и другие области физического мира. Это здравая аксиома, но у нее две стороны. Ибо она предполагает также и обратное заключение, именно, что и другие области Вселенной мы должны рассматривать в соответствии с тем, что нам известно о человеческом теле» (А. Н. Уайтхед, 1861–1947).

«Философствуют, исходя из объемлющего» (К. Ясперс, 1883–1969).

Познать самого себя можно не иначе как через соединение противоположностей частного и общего, относительного и абсолютного, индивидуального и родового. Там, где бытие человека в мире, конкретное и временное, постигается всеобщим образом, с точки зрения вечности, там философия начинается методически.

Философскому познанию надлежит быть диалектическим, коль скоро диалектика понимается как соединение противоположностей, а постичь отношение между человеком и миром, субъектом и объектом, субъективной и объективной реальностью, что является главным предметом и главной задачей всякой философии, – это значит в той или иной форме соединить названные противоположности. По характеристике А. Ф. Лосева,

диалектика как логика противоречия является единственно допустимой формой философствования; это глаза, которыми философ может видеть жизнь…Отметим три особенности этого видения.

Во-первых, философ видит все сущее как единство противоположностей рефлективно. По Гегелю, «рефлектирование вообще есть восхождение ко многим определениям предмета и осуществляющееся благодаря

12

этому сведение их в некотором единстве» . Следует особо подчеркнуть, что сведение наблюдаемого многообразия явлений к единому основанию служит предпосылкой выведения их из этого основания. В диалектическом подходе к предмету сведение– не механическая редукция, но отправляющийся от явления процесс проникновения в сущность объекта; так же и выведение – не формально логическая дедукция, но развитие уже выявленной сущности и вместе с тем ее конкретизация в совокупности многообразных явлений. Будучи органическим единством интуиции и логики, философская рефлексия продуцирует аналитико-синтетическим путем рационально обоснованные обобщения и восходит в них к сущности бытия человека в мире.

Во-вторых, философ видит все сущее как единство противоположностей экзистенциально и субстанционально. Это значит, что в отношении человека к миру каждую из взаимоисключающих противоположностей

12 Гегель Г. Философская пропедевтика // Работы разных лет. М., 1971. С. 130.

философская рефлексия представляет сперва как«другое», а затем как «свое другое». На экзистенциальном уровне посредством категориального ряда «связь – движение – развитие» отношение противоположностей постигается как их взаимоотношение, то есть взаимозависимость, взаимодействие и взаимопереход. На уровне субстанциональном с помощью категориального ряда «в-себе-бытие – бытие-для-другого – для-себя-бытие» отношение противоположностей постигается как самоотношение. То есть сохранение, упразднение (завершение) и возвышение друг в друге…

В-третьих, философ видит все сущее как единство противоположностей всеобщим образом, оперируя категориальными определениями противоположностей, то есть такими мыслительными формами, которые отражают родовые свойства бытия(род – сущность многого и различного). По степени абстракции следует различать три вида категориальных определений всеобщего: категориальные представления на уровне повседнев- но-практического сознания, категориальные понятия на уровне теоретиче-

ского

сознания, категориальные

символы

на

уровне

- духовно

практического (художественного, мифологического, религиозного) созна-

ния. Указанные определения служат одновременно

для

различения

трех

сфер бытия философии, тесно между собой связанных.

 

 

 

Дотеоретическая, житейская философия в своих мировоззренческих обобщениях, в частности в пословицах, соединяет противоположные категориальные представления. К примеру, в пословицах «Лучше синица в руке, чем журавль в небе», «Заработанный ломоть лучше, чем краденый каравай» представлена попарная игра эмоционального, прагматического и этического начал: привлекательное – отталкивающее, свое – чужое, внушительное – незначительное; полезное – бесполезное, богатство – бедность; честь – бесчестье, благородство – низость. Соединяя противоположности, практический разум продуцирует философские правила отношения человека к миру.

Мировоззренческие обобщения (в том числе и в принципах) теоретической философии соединяют противоположные категориальные понятия. Так, в принципе материализма проблема отношения человека к миру последовательно раскрывается в целостной системе категориальных форм «материя – сознание», «практика – познание», «необходимость – свобода». Соединяя противоположности, теоретический разум продуцирует философские системы, выражающие закономерности бытия и познания.

Нетеоретическая, духовно-практическая философия в мировоззренческих обобщениях, в типологических образах соединяет противоположные категориальные символы. Так, в «Маленьких трагедиях» А. С. Пушкина в одном структурном ряду оказываются Барон, Моцарт, Дон Гуан,

Вальсингам, а в другом – их антагонисты Альбер, Сальери, Статуя командора, Священник. Причем предметом антагонизма оказываются«богатство», «искусство», «любовь». Соединяя противоположности, поэтический разум продуцирует философские модели отношения человека к миру.

Таким образом, диалектика – это присущий философии генеральный путь освоения действительности, фундаментальная структура философствования и всеобщая форма существования философского знания. По характеристике Гегеля, метод философии есть осознание формы внутреннего самодвижения ее содержания. Поскольку философские школы различаются по своим мировоззренческим установкам, по предельным основаниям исследования бытия человека в мире и способам получения знания, постольку существует множество различных типов диалектики: материалистическая и идеалистическая, объективная и субъективная, натуралистическая и теоцентрическая, социоцентрическая и антропологическая, спекулятивная и экзистенциальная, рациональная и иррациональная, истинная и неистинная (софистика и эклектика) и др. Следует сказать, что диалектика, которую называют неистинной, пустой, абсолютно разделяет или абсолютно отождествляет противоположности и в сущности является вырождением диалектики, антидиалектикой.

Генеральная функция философского познания

Познать самого себя можно не иначе как через осмысление своей деятельности, своего пути в жизни народа и в истории человечества. Там, где происходит поиск человеком своего жизненного призвания, поиск смысла своего существования поверх всех частных целей в мире, там философия начинается функционально. Полифункциональность философии, как и морали, искусства, религии, науки, несомненна, но столь же несомненны их целостность, сохранение ими в процессе функционирования субстанциональной определенности, своей основной, генеральной функции. Так, генеральная функция… науки – производство объективноистинного знания о законах действительности (познавательная функция).

Определяя познавательную специфику философского сознания, отметим прежде всего, что его мировоззренческая сущность позволяет считать мировоззренческую функцию генеральной функцией философии. Указание мировоззренческой функции в одном ряду с другими функциями философии яявляется поэтому весьма условным. Различным модификациям и аспектам философского сознания соответствуют и различные функции, однако множество функций данной формы духовной жизни, ее вклад в формирование духовных потребностей и общей культуры личности, ее профессиональной компетентности и социальной зрелости имеет мировоззренческую направленность…

В драме своей жизни человек– актер, зритель и режиссер. Это значит, что он относится к миру практически, теоретически и духовнопрактически. Три ипостаси человеческого бытия воспроизводятся в ядре духовного мира личности, в ее мировоззрении.

Практический уровень мировоззрения образуют мировоззренческие убеждения. Они определяют жизненную позицию личности, выступают как установки и стереотипы действия и характеризуют способность и умение человека реализовывать свое отношение к миру в повседневной деятельности, осуществляя единую линию поведения.

Теоретический уровень мировоззрения образован мировоззренческими принципами, которые определяют концепцию жизни человека, понимание природно-социального мира и его законов, служат построению идеалов деятельности и формированию убеждений личности.

Духовно-практический уровень мировоззрения составляют мировоззренческие идеалы. Они обусловливают жизненную программу человека, воплощают предельные смыслы его жизнедеятельности, желаемый и должный образ жизни.

Мировоззренческие убеждения, принципы и идеалы – это основные координаты духовного мира личности. По характеристике К. Маркса, «это узы, из которых нельзя вырваться, не разорвав своего сердца»13. Являясь руководством к тому, как вести себя в отношении к миру, жить достойно и по-человечески, философия в той или иной форме(мировоззренческое поучение, мировоззренческое учение, мировоззренческая медитация) участвует в мировоззренческом самоопределении личности, развитии ее духовной свободы. Философия призвана формировать мировоззренческий тип личности, ее ценностную ориентацию– научно-материалистическую или религиозно-идеалистическую, коллективистскую или индивидуалистическую, прогрессивную или реакционную.

Как уже говорилось, предлагая свое решение проблемы«Что такое человек», приверженцы различных философских течений расходятся в трактовке назначения философии и по-разному отвечают на вопрос«Как должно жить?» Ф. Ницше утверждал, что познавший самого себя – собственный палач; масштабом жизни должна быть воля к власти как самоповышение и усиление, при этом функцией философии является поддержка человека, народа в его жизненной борьбе, в подъеме жизни на новую высоту. По мысли П. А. Флоренского, философия высока и ценна не сама по себе, а как указующий перст на Христа и для жизни во Христе; назначение философии состоит в содействии реальному соединению нашего духа с

13 Марск К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 1. С. 118.

Абсолютом. Согласно К. Марксу, корнем для человека является другой человек, руководителем при выборе профессии должно быть благо человечества; задача философии не в созерцании мира, а в его изменении; базируясь на осмыслении человеческой истории, философия призвана определять перспективы и пути развития общества. Ж.-П. Сартр считал, что реализовать себя по-человечески можно не путем погружения в самого себя, но в поиске цели вовне, будь то освобождение или еще какое-нибудь конкретное самоосуществление; философия должна быть теорией свободы и содействовать самореализации индивида сообразно его потребностям.

Следует обратить внимание на единство различных философских течений в понимании изначального предназначения философии. Это осмысление личной ответственности человека за свою судьбу и судьбу других. Это утверждение и улучшение жизни, утверждение гуманизма как парадигмы подлинно человеческогго бытия, смысл которого оформляется как Истина, Добро и Красота. Только на этом пути философия как «зрелый разум» (Гегель) становится мудростью и выступает основой рационального действия. Уместно отметить, что в античных определениях философии как любви к мудрости, как науки наук и искусства искусств фиксируется именно ранг философского знания, его особое место в системе человеческого знания. Такого же рода определениями по преимуществу являются известные характеристики философии по месту в системе культуры: философия есть самосознание культуры и в этом смысле – ее вершина, ее живая душа.

Упражнение «Лаборатория философского духа»

Цель: 1) понять и почувствовать особенности философии как творческого «научного» процесса; 2) увидеть различие процессов научного и философского поиска.

Вопросы для изучения и осмысления:

1.Каковы особенности процесса философского исследования?

2.Установите связи между природой философского знания и задачей и процессом философствования?

3.Что принципиально роднит и рознит философию с научного рода исследованиями и искусством?

4.С чего начинается философия?

5.Как вы понимаете следующую мысль автора: «Ученый выбирает тему исследования, тема исследования выбирает философа»?

6.Каков алгоритм философского исследования?

7.Что является орудием познавательной деятельности философа?

8.Что такое смысл?

9.Выделив соответствующие критерии, соотнесите, составив смысловые пары: «философия, наука» и «знание и смысл».

Особенности философского творчества14

Первичная и вторичная работа. По-видимому, многие из нас, посмотрев на длинный список работ, написанных и опубликованных за 10 – 20 – 30 лет деятельности в области философии, с огорчением обнаружат, как мало в этом списке статей, тем более – книг, которые были написаны на новую для нас тему, написаны под влиянием внутреннего интереса и в которые была вложена частичка ума и сердца, и как много статей, написанных на заказ, на давно известную и основательно надоевшую тему, на чужой вкус и стандарт. Работы первого рода можно назвать«первичными», или, если угодно, «творческими»; работы иного рода— «вторичными». Соотношение первичных и вторичных работ в деятельности разных философов будет, конечно, различным, однако лишь очень немногие из нас могут похвалиться тем, что никогда не писали вторичных работ.

С большой долей уверенности можно предположить, что философ любит свою профессию, ему нравится размышлять над мировоззренческими проблемами, сплетать логические сети абстракции. А когда его увлекает некоторый вопрос, над решением которого он бьется недели, месяцы, иногда – годы, то только устойчивый интерес, искреннее внутреннее побуждение способны заставить его неотступно – в учреждении и дома, днем и вечером, на улице и в метро, даже на рыбалке – думать, размышлять, искать решение. В найденном, наконец, решении выражаются особенности его интеллекта, мировосприятия его личности. Сам же этот процесс – поиски, разочарования, находки – доставляет ни с чем не сравнимое наслаждение (сродни тому восторгу, который испытал Пушкин, закончив «Бориса Годунова»). Таким образом, мы можем сказать: первичная, или творческая, работа есть работа, совершаемая свободно под влиянием внутреннего интереса над новой для автора темой или проблемой, результат которой выражает взгляды, идеи, вкусы автора, которая, наконец, доставляет удовольствие.

Вторичная работа побуждается не внутренним личным интересом, а внешними обстоятельствами. Действительно, часто мы пишем не потому, что нам интересно было размышлять над некоторой проблемой или овладевать новой для нас темой, не потому, что в душе выросло непреодолимое желание высказаться, а потому, что это требуется, скажем, планом, что есть надежда на получение гонорара, что нужно защитить диссертацию и необходимы какие-то публикации. Ясно, что такая работа над уже извест-

14 Никифоров А. Л. Философия как личный опыт // www.new-philosophy.narod.ru/flo.htm

ной или неинтересной для нас темой не может доставить большого -удо вольствия и чаще всего оказывается утомительным, скучным занятием. Ясно также, что возможности творческого самовыражения здесь сильно ограничены как необходимостью сообразоваться с внешними требованиями, так и внутренним отвращением, да и самовыражение не является целью такой работы.

Легко заметить, что различие между первичной и вторичной работой в значительной мере субъективно: первичное для меня может быть вторичным для другого. Это различие, кроме того, не является четким. В любой статье могутбыть элементы как первичной, так и вторичной работы, работа, начатая как вторичная, может вызвать искренний интерес и превратиться в первичную и т. п. Наконец, это различие почти ничего не говорит

об общественной ценности работы: первичная для меня работа вполне может оказаться тривиальной пустышкой для философского сообщества. Зачем же в таком случае нам нужно это туманное различие?

С одной стороны, чтобы указать на засоренность нашей философской литературы ремесленными поделками, изготовление и чтение которых ничего не дает ни уму, ни сердцу как автора, так и читателя. С другой стороны, можно утверждать: только первичная, творческая, работа вносит реальный вклад в философию, ибо только такая работа может оказаться новаторской не для одного автора, но и для философии в целом. У вторичной работы такой возможности заведомо нет.

Конечно, можно неплохо прожить, занимаясь всю жизнь только вторичной работой, т. е. переписывая, повторяя, комментируя то, что было придумано другими. Причем даже этот тяжелый труд имеет свои маленькие радости. Однако если вы – философ, если вас действительно интересуют философские проблемы, если вам есть что сказать, то вы хотя бы иногда будете испытывать почти непреодолимое желание написать первичную работу. Когда такое желание пропадает безвозвратно, это знак того, что философ в вас умер.

В дальнейшем мы будем говорить только о первичной работе.

Выбор темы или проблемы. Как обстоит дело в науке, согласно представлениям большинства современных философов науки, здесь имеется круг общепризнанных проблем, вопросов, задач. Ученый выбирает для себя задачу, руководствуясь внутренним интересом, общественной значимостью проблемы, сознанием границ своих способностей и т. п. Как правило, ученые не ставят перед собой и не разрабатывают таких проблем, которые не признаны в качестве таковых научным сообществом.

Как мы уже отмечали, проблем в этом смысле в философии нет, и отчасти это объясняется отсутствием единой парадигмы. Проблемы, волнующие одних, часто неинтересны и даже бессмысленны с точки зрения других. И даже в рамках одной философской системы, в частности, в на-

шей марксистской философии, на большую часть вопросов ответы уже имеются. Довольно трудно указать философский вопрос, на который все еще нет ни одного ответа. Поэтому философские сочинения часто начинаются довольно стандартно: «Иванов решает данную проблему так, Петров решает ее иначе, а я, Сидоров, предложу третье решение». Ответы есть, дело в том, что эти ответы не удовлетворяют тебя.

Таким образом, исходный пункт философского исследования – не вопрос, не проблема, с которых, по мнению Поппера, начинается наука, а субъективная неудовлетворенность существующими решениями и желание устранить эту неудовлетворенность. Часто она носит довольно-таки неопределенный характер: какая-то неясность, смутное подозрение, что здесь что-то не так.

Поскольку неудовлетворенность возникает в значительной мере стихийно, и заранее весьма трудно предсказать, что именно вызовет у вас сомнение, постольку можно было бы даже сказать, что не философ выбирает тему своего исследования, а скорее тема выбирает, захватывает его, отвечая каким-то глубинным пластам его духа. Поэтому когда вы встречаете человека, спрашивающего, над чем бы ему поработать, поразмышлять, на какую бы тему ему написать статью, то можно предположить, что у него еще не проснулся интерес к философии или ему нужно сделать вторичную работу.

Поиск решения. Философ вступает в схватку с проблемой безоружным, и в этом заключается еще одна особенность философского исследования. У философа нет ни приборов, ни инструментов, он не может поставить эксперимент или провести наблюдения, ему не помогает математика и даже сама логика. В его распоряжении, как говорил Маркс, только сила абстракции. Философ изучает работы тех авторов, которые думали над интересующим его вопросом или близкими вопросами, и размышляет. Как возникает решение, мысль, нужное слово? По-видимому, процесс философского открытия напоминает тот, который описан А. Пуанкаре и Ж. Адамаром как характерный для математики15. Однако оставим в стороне вопросы психологии и допустим, что решение найдено, крик «Эврика!» прозвучал.

Простейшей ситуацией будет та, когда вам действительно удалось изобрести совершенно новую мысль, никогда ранее не встречавшуюся в литературе.

Увы, гораздо чаще встречается случай, когда, предложив некоторое решение, высказав некоторую мысль, вы (обычно с помощью «доброжелательных» коллег) обнаруживаете, что эта мысль, это решение или что-то весьма похожее уже давно кем-то высказаны и даже не один. Поразвидимому, в науке такое бывает гораздо реже. Встречаются, конечно, ситуации, когда одно открытие делается независимо разными людьми

15 См.: Адамар Ж. Исследование психологии процесса изобретения в области математики. М., 1970.

(известный пример: переоткрытие в 1900 г. законов наследственности Г. де Фризом, К. Корренсом и Э. Чермаком, сформулированных Менделем

в1865 г.). Но вряд ли найдется ученый, который всерьез будет переоткрывать дифференциальное исчисление или заново формулировать известные газовые законы. В философии же это случается на каждом шагу. Человек изобретает, строит концепцию, а потом вдруг осознает, что построенная им концепция весьма сильно напоминает построения И. Канта или А. Бергсона. Именно поэтому взаимная критика философов так часто начинается (а порой и заканчивается) с установления сходства идей критикуемого коллеги с идеями какого-либо известного философа.

Ивсе-таки каждый философ знает, что здесь нет вульгарного плагиата. Близкие по душевному складу личности будут давать сходные ответы на стоящие перед ними вопросы. Это объясняет взаимное сходство даже вполне самостоятельных решений. Важно то, что если такие ответы даются

вразных исторических обстоятельствах, то они каждый раз будут содержать в себе нечто новое, будут сходны, но не тождественны.

Но что же представляет собой решение? В науке это ответ на некоторый вопрос, решение задачи, доказательство какого-то утверждения, формулировка законов, короче говоря, это – новое знание об исследуемой области явлений. Философ, как правило, не открывает новых фактов и законов, не выдвигает проверяемых гипотез, не строит теорий для объяснения фактов. Его задача – найти и в систематической форме выразить свое понимание мира и свое отношение к нему. Для этого философ изобретает новые понятия или переинтерпретирует известные, изобретает новые связи понятий, выявляет скрытое или придает новое содержание понятиям. Примером могут служить известные философские понятия материи, духа, добра, прекрасного и т. п., которые в каждой философской системе получают новое истолкование, новую интерпретацию. Оценивая философский результат в самом общем виде, можно сказать, что он всегда представляет собой создание нового смысла… если научное знание мы истолковываем

как отражение действительности, то смысл выражает отношение человека к действительности.

Итак, найден новый смысл, новая интерпретация. Но это – лишь первый, хотя и принципиально важный шаг долгого пути.

Разработка решения. Мало изобрести новый смысл, придать новую интерпретацию понятию или утверждению, увидеть новую связь понятий. На это способны многие люди, но, увы, многие на этом и останавливаются. Немало встречается остроумных людей, высказывающих в коридоре или за чашкой кофе блестящие идеи, но пишущих мало и тускло. От философа требуется умение и желание развить найденное решение. В общем, это развитие заключается в следующем: опираясь на найденный смысл, философ переосмысливает (переинтерпретирует) известные понятия и утверждения, находящиеся в связи с его результатом. Так формируется но-

вый взгляд на мир. Чем более последовательно и широко способен философ развить следствия найденного решения, тем более значительным будет его достижение. Отметим некоторые моменты этого процесса.

1. Опираясь на свой результат, философ переформулирует исходную проблему так, чтобы полученный результат оказался решением этой проблемы. Таким образом, сначала находится решение, а потом под это решение формулируется проблема. И это вовсе не какая-то неблаговидная уловка. Мы уже отмечали, что философское исследование чаще всего начинается с некоторой беспокоящей неясности. Когда вы находите понятия, утверждения, устраняющие беспокойство, вносящие ясность, только тогда вы получаете возможность четко осознать, что именно вас не удовлетворяло, и выразить это в виде ясно сформулированной проблемы. Поэтому не всегда следует верить философу, который пишет: «Передо мной встала проблема, я подумал и решил ее». Нет, часто он сначала находит некий результат, а затем изобретает задачу, решением которой будет этот результат.

2.Философ отыскивает также основания своего результата, т. е. какието общепринятые положения, факты, данные науки и т. п., из которых полученный результат следует. Некоторые из них действительно могли подтолкнуть его в определенном направлении, однако теперь он собирает даже тот материал, о котором он и не думал до того, как нашел решение. Это нужно ему для того, чтобы представить свой результат в качестве логического следствия подобранных оснований. Философы обычно избегают говорить: «Я принимаю это потому, что мне это нравится, что я так хочу, чувствую, верю». Вместо таких шокирующих заявлений они предпочитают создавать у читателя такое представление: стояла некая проблема, был собран такой-то материал, который логически привел именно к данному решению проблемы.

3.Развитие следствий полученного результата заключается, по сути дела, в разработке новой интерпретации известных понятий, утверждений, проблем. Хороший результат в идеале должен приводить к переинтерпретации всех философских понятий и к созданию нового взгляда на мир. Так возникают великие философские системы– Канта, Гегеля, Шопенгауэра, Маркса. Однако требуются чудовищные усилия для того, чтобы последовательно развить новое мировоззрение и справиться со всеми трудностями на этом пути. Например, Маркс в «Капитале» начинает с той идеи, что все богатство капиталистического общества представляет собой совокупность товаров. Последовательное проведение этой идеи потребовало показать, что и земля с ее лесами и водами, и произведения искусства, и даже сам человек являются товаром. А для этого нужна большая изобретательность

иупорный труд. У нас на это, как правило, не хватает времени, поэтому мы обычно ограничиваемся переинтерпретацией узкого круга понятий и - ут верждений, достаточного для написания очередной статьи. Найденный ре-

зультат – исходный пункт нового воззрения – должен быть достаточно значителен и оригинален, чтобы его следствия охватили заметную сферу. Чем шире эта сфера, чем больший круг философских проблем и решений позволяет переосмыслить ваш результат, тем он значительнее. Ценность философскою результата определяется не соответствием его фактам или научным данным, а его потенциальной способностью придавать новый смысл понятиям, вещам, явлениям и показывать их в новом, необычном свете. Очень значительный результат дает возможность по-новому взглянуть на все, на весь мир. Один из недавних примеров – философия

К. Поппера, выросшая из идеи фальсифицируемости.

4.Отсюда вытекает, между прочим, что современная специализация в философии – свидетельство бедности получаемых результатов , ибыть может, ограниченности умственных средств. В самом деле, если вы получили результат, способный послужить исходным пунктом для переосмысления значительной части философских понятий и проблем, и у вас есть силы для осуществления такого переосмысления, то вы смело перешагнете границы сложившихся специальностей и облас тей.

5.И последнее, психологическое наблюдение. После того как решение найдено, философ перестает читать работы по той теме, которая еще недавно поглощала все его внимание. Теперь он читает литературу по смежным проблемам, по близким сферам философии, на которые стремится распространить найденную точку зрения.

Со временем философ, по-видимому, совсем перестает читать философскую литературу. Зачем ему она? Он – все знает, может дать ответ на любой философский вопрос, он только учит. С коллегами он почти не разговаривает на философские темы; что могут они сказать ему? Но охотно беседует с молодежью или с представителями других профессий. Пишет почти исключительно вторичные работы, повторяя, разъясняя, комментируя себя.

Восприятие результатов исследования. Итак, исследование завершено, результат получен и развит. Пора выносить его на суд публики.

Какую цель преследует философ, обнародуя результаты своих размышлений? Основная и, если судить по большому счету, единственная цель – навязать свое видение мира или решение отдельной проблемы другим людям. Однако в зависимости от темперамента и самооценки философ

может ставить более скромные цели – привлечь интерес к своему подходу, ввести в оборот еще одно из множества альтернативных решений и т. п.

Для достижения этих целей у философа имеется лишь одно средство

– красота, стройность, последовательность изложения. Поэтому он ссылается на данные науки, апеллирует к материальным интересам, прибегает к логике или к эмоциональному, приподнятому стилю изложения и т. п. История философии свидетельствует о том, что крупные мыслители обычно