Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Недоросль
.pdf
НЕДОРОСЛЬ
Княгиня (Сеуму). Я хотела вас спросить, почитаете ли
вы за полезное, если мы сына отправим во Францию лет через
десяток?
С е у м. Вы далеко видите, сударыня; лет через десяток неиз-
вестно еще, будет ли кого и будет ли кому отправлять.
Нельстецов. А я в прибавок скажу, что и того еще пред-
видеть нельзя, что лет чрез десяток будет и с самою Франциею,
ежели господа французы колобродить не скоро перестанут.
С е ум. Вот до чего дошло то государство, которому целая Ев-
ропа столько лет во всем подражать хотела! Читая в газетах описания гибельного состояния Франции, желал бы я знать, против
какого политического правила грешат французы, заводя равенство состояний?
Князь. Я этого не понимаю.
Сеум (к Нельстецову). Мне не случалось с вами об этом го-
ворить, а, право, желал бы знать ваше о том мнение.
Нельстецов. Я никак не беру на себя решить ваш вопрос;
однако готов отдать на суд ваш мое о том мнение; вот оно: нигде и никогда не бывали и быть не могут такие законы, кои бы
каждого частного человека счастливым делали. Необходимо надобно, чтоб одна часть подданных для блага целого государства
чем-нибудь жертвовала; следственно, равенство состояний
и быть не может. Оно есть вымысел ложных философов, кои
красноречивыми своими умствованиями довели французов до
настоящего их положения. Они, желая отвратить злоупотребление власти, стараются истребить тот образ правления, коим
Франция всей славы своей достигла. Со всем тем, сколько им
покушение сие ни много стоит и стоить будет, но равенства состояний никогда достигнуть не могут, какие бы законы они ни
сделали, ибо всегда одна часть подданных будет принесена на
жертву другой. Вот что я думаю о нынешнем законодательстве
французском.
21
ДЕНИС ФОНВИЗИН
С е ум. Но когда не могут быть законы, кои бы всякого част-
ного человека делали благополучным, то что же остается делать
законодателю?
Нельстецов. Остается расчислить так, чтоб число жертву-
емых соразмерно было числу тех, для благополучия коих жертвуется.
С е ум. Так законодателю надобно быть великому исчислителю.
Нельстецов. Но сие политическое расчисление требует
ума гораздо превосходнейшего, нежели надобно для вычисления
математического. Можно полагать сто Эйлеров на одного Кольберта и тысячу Кольбертов на одного Монтескье.
С е ум. Для чего же?
Нельстецов. Для того, что в математике от одной извест-
ности идут к другой, так сказать, машинально, и математик
имеет пред собою все откровения предшественников своих;
ему надобно иметь только терпение и уметь ими пользоваться;
но политика прежние откровения не поведут верною дорогою.
Математик исчисляет числа, политик страсти; словом, ум политический есть и должен быть несравненно больше и гораздо
реже встречается, нежели математический.
С е у м. О, сколь блаженна та страна, где таковой редкий за-
конодательный ум сидит на престоле!
Нельстецов. И сколь счастливы те, кои таковую страну
отечеством имеют! (К князю.) Вы, князь, о чем задумались?
Князь. Что вы оба ни говорили, я ничего не понимаю.
С е ум. Да слышали ль вы, что во Франции уже князей нет?
Княгиня. Это почти невероятно; я что-то и сама слышала,
да не могу верить.
С е у м. Неужели вы не имеете понятия о французских заме-
шательствах!
Князь. Я верю, что они велики, когда и князей поставили на
одну доску со всеми.
22
НЕДОРОСЛЬ
Нельстецов. Ваш сын, приехав во Францию, не будет
уже князь.
Княгиня. Так я его не пошлю туда ни из чего.
Явление VI
Те же и слуга.
Слуга. Графиня Самодурова, не знаю с кем-то, приехать из-
волила.
Княгиня. Выйду навстречу благодетельнице дома нашего.
Явление VII
Те же и графиня с Пеликаном.
Княгиня в дверях встречается с графинею
и друг другу кричат:
— Ваше сиятельство!
Князь подходит к графининой руке.
Графиня. Представляю вам господина Пеликана.
Пеликан (ужимаясь). Votre altesse!…
Графиня (княгине). Вот гувернер сыну вашему, любезная
княгиня!
Пеликан (ужимаясь). Votre allesse!…
Сеум (подошед к Пеликану и смотря на него пристально).
Эта рожа мне знакома.
Пеликан (узнав Сеума, бежит вон, крича изо всей силы).
Не хошу сдес, не хошу!
Графиня. Что с ним сделалось?
С е ум. Я вам развяжу эту загадку. Сей пустоголовый француз
был во Франции в какой-нибудь богадельне подлекарем; умеет
23
ДЕНИС ФОНВИЗИН
рвать зубы и вырезывать мозоли, — но больше ничего. Он приехал в Россию, и я в другом наместничестве, где у меня есть деревня, увидев его в учителях у детей благородных, за долг счел доложить о том наместнику, который, считая таких побродяг
зловредными отечеству, выгнал его вон по моему представлению, и для того он, увидя меня, отсюда выбежал, видно боясь,
чтоб я его в другой раз не погнал по шее. Как бы то ни было,
я завтра же, увидя наместника, постараюсь выпроводить его из
нашего уезда в двадцать четыре часа.
Княгиня. Господин предводитель, умерьте вашу строгость
для нашей просьбы.
С е у м. Вы, княгиня, вольны следовать или не следовать мое-
му совету в препоручении сына вашего тому, кого я представлял;
но я, дворянский предводитель, никак не потерплю, чтоб в уезде
нашем внедрилась негодница, приехавшая развращать сердца
и головы благородных юношей.
Княгиня (про себя). Думала ль я, чтоб мы, призвав пред-
водителя для сыскания сыну нашему наставника, лишились
чрез него достойного гувернера, который, вступя в комнату,
начал тем, что отдал нам должное, именовав меня и мужа моего: votre altesse.
Графиня (княгине). Да зачем у вас господин предводитель?
Княгиня. Ах, ваше сиятельство! Мы призвали его для
совета.
Графиня. Вот таково-то жить чужим умом! Я, будучи Са-
модурова, отроду ни у кого ни в чем совета не спрашиваю,
а живу как хочу и делаю что изволю. Могу сказать, что я своим
устьем в море впала. Я на вашем месте отблагодарила бы его за
совет, да тем бы дело и кончилось.
Нельстецов. Я приехал сюда по приглашению господина
предводителя, усердствующего пользе благородного общества;
но теперь ни за что в свете не соглашусь быть наставником у мо-
24
НЕДОРОСЛЬ
лодого человека, имеющего родителей, зараженных одним мечтанием породы.
Сеум (к князю и к княгине). Слуга покорный! Вперед меня
к себе не ждите.
Князь. Воля ваша.
Княгиня. Графиня, пойдем в наши комнаты.
Князь повел графиню, за которою уходит и княгиня.
Явление последнее
Сеум и Нельстецов.
Нельстецов. Странные люди! Скажите, что руководствует
их мыслями и делами?
С е ум. Что руководствует? Глупая спесь.
ДОБРЫЙ НАСТАВНИК
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Княгиня.
Марья, ее служанка.
Сорванцов.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Явление I
Княгиня сидит на канапе, на которой стоит картон
с лентами. Служанка выбирает.
Марья. Не это ль прикажете?
Княгиня. Ах нет! Да пора, пора мне одеваться, Машенька!
Князь будет сюда обедать.
Марья. Молодой Честон? (Показывает ей ленты.)
Княгиня (смотря на ленты). Не правда ли, что он хорош,
как ангел?
Марья. Красавец! И какой с ним ездит почтенный ста-
ричок!…
Княгиня. Которого я терпеть, не могу.
Марья. За что, княгиня? Господин Праводум такой умный…
Княгиня. Он тебе кажется затем умен, что ты дура. (Ука-
зывая на ленты.) Вот хороши!
Марья (убирая шляпу). Может быть, ваше сиятельство. Од-
нако не мне одной этот старичок нравится. Братец ваш родной,
26
НЕДОРОСЛЬ
господин Прямиков, человек, конечно, разумный, сам большого
об нем мнения.
Княгиня (указывая служанке, как лучше убрать шляпу).
Братец мой родной, даром что он мне большой, что я у него
живу и что много им обязана, братец мой — мужик бешеный.
В разборе умов я ему не верю. Он часто меня называет дурою,
и с таким чистосердечным видом, как будто бы в самом деле
была я превеликая дурища. После этого ты сама рассуди, есть ли
толк в моем братце?
Марья. После этого я, конечно, знаю, что думать о вашем
братце.
Княгиня. A propos. Братец мой, я думаю, сегодни с дачи во-
ротится, куда изволил он вчера повезти твоего почтенного старичка. Слава богу, что они, хотя на одни сутки, оставили нас
в покое. Я расскажу тебе, как без них проводила я вчерашний
вечер, чтоб ты порадовалась веселью госпожи своей.
Марья. Расскажите, сударыня.
Княгиня. Ты знаешь, что я недавно сговорила Аннушку,
мою племянницу, за унтер-офицера Дурашкина?
Марья. Знаю, сударыня, и очень об ней жалею. Она такая
милая, а вы выдаете ее по неволе и за кого? За Дурашкина!
Княгиня (садится за туалет). Ах, боже мой! Это что та-
кое? Он малый молодой, не убог. Выдаете по неволе! Да что это
значит? Я сама была за тремя мужьями: за первым по воле, за
другим по неволе, за третьим ни так ни сяк, а грешна перед всеми. Это все не потому, Марьюшка, а говорится как кому по натуре. Всего хуже не быть ни за кем. Вот теперь я третий раз вдовею, а за четвертого вытти нельзя. Стала, как рак на мели, (очень
печально) признаться искренно. Я женщина слабая. Истинно,
как век доживать, не знаю.
Марья. Это подлинно жалко, ваше сиятельство, да вы и по-
забыли рассказать мне…
27
ДЕНИС ФОНВИЗИН
Княгиня. Да, да, да, я вчера вечер провела у родной тетки
Дурашкина, у генеральши Халдиной. Гостей было множество.
Мне бы только не спускать глаз с моего ангела. Просидела до
двух часов за полночь. Я осталась бы и доле, да все дамы разъехались: и я принуждена была оставить князя тут за картами. Он
играл в макко с Сорванцовым.
Марья. Да князек-ат отвечает ли вам?
Княгиня. Ах, Марьюшка, он так молод, так нов, что я
прихожу в отчаяние. Я бросаю на него страстные взоры прямо, а он глядит в сторону. Сколько раз вчера, сидя подле него,
наступала я ему тихонько на ногу, а он всякий раз извинялся
вслух, что своей ногой меня обеспокоил. Истинно боюсь, чтоб
вдруг не обезуметь и при всей публике не потерять благопристойности.
Марья. Ст… княгиня!
Явление II
Те же и Сорванцов.
Княгиня. А! Сорванцов, голубчик, здравствуй! Садись возле
меня. Откуда?
Сорванцов. Из присутствия, княгиня. Я там так заспался,
что насилу очнуться могу. Часа четыре читали дело. Ты знаешь,
что я судья. Всю эту пропасть читали при мне, а как законом не
запрещено судье спать когда и где захочет, то я, сидя за судейским столом, предпочел лучше во сне увидеть бред, нежели наяву услышать вздор.
Княгиня. Не понимаю, как мог ты с твоим характером
сделаться судьею. Знаешь ли что? Пока я за туалетом, расскажи
мне всю свою историю. Девка! Румяны!
Сорванцов. Она коротехонька. Я нарисую всю картину
моей жизни, как ты, княгиня, полщеки разрисовать не успе-
28
НЕДОРОСЛЬ
ешь. Мне за тридцать лет. Первые осьмнадцать, сидя дома,
служил я отечеству гвардии унтер-офицером
батюшка и покойница матушка выхаживали мне всякий год
паспорт для продолжения наук, которые я, слава богу, никогда
не начинал. Как теперь помню, что просительное письмо в Петербург о паспорте посылали они обыкновенно по ямской почте, потому что при письме следовала посылочка с куском штофа, адресованного на имя не знаю какой тетки секретаря
полкового. Как бы то ни было, я не знал, не ведал, как вдруг очутился я в отставке капитаном. С тех пор жил я в Москве благополучно, потому что батюшка и матушка скончались и я остался один господином трех тысяч душ. Недели две спустя после
их кончины жестокое несчастие лишило меня вдруг целой тысячи душ.
Княгиня. Боже мой, какое это несчастие?
Сорванцов. Несчастие, которому, я думаю, в свете при-
мера не бывало и не будет. Полтораста карт убили у меня в один
вечер, из которых девяносто семь загнуты были сетелева
Княгиня. Ах, это слышать страшно!
Сорванцов. После этого несчастия хватился я за разум.
Перестал ставить большие куши, а маленькими в полгода проставил я еще пятьсот душ в Кашире.
1
. Покойный
2
.
1
Указом Петра I каждый дворянин обязан был служить,
и при этом начинать службу военную с рядового, гражданскую —
с писца. Богатые дворяне обходили этот указ. При Елизавете Петровне дворяне начали записывать своих детей в полки капралами, унтер-офицерами и сержантами и держали их дома до совершеннолетия. Производство же в чины считалось с момента записи
в полк. Подобные незаконные действия, как говорит Сорванцов,
требовали вознаграждения, — вот почему родные его регулярно
отправляли «посылки» полковому секретарю.
2
Сетелева — карточный термин.
29
ДЕНИС ФОНВИЗИН
Княгиня. Как?! Ты проиграл и каширскую, где лежат твои
родители?
Сорванцов. Я им тут лежать не помешал, княгиня! Сверх
того, не из подлой корысти продал я деревню, где погребены
мои родители. За то, что тела их тут опочивают, мне ни полушки
не прибавили.
Княгиня. И подлинно ты перед ними чист в своей совести.
Сорванцов. Итак, с полутора тысячью душ принялся я за
экономию: вошел в коммерцию. Стал помаленьку продавать людей на службу отечеству, стал заводить в подмосковной псовую
охоту, стал покупать бегунов, чтоб сделать себе в Москве некоторую репутацию. Ямской цуг был у меня по Москве из первых,
как вдруг поражен я был лютейшим ударом, какой только
в жизни мог приключиться моему честолюбию.
Княгиня. Ах, боже мой! Какое это новое несчастие?
Сорванцов. Я не знал, не ведал, как вдруг из моего цуга выпрягли четверню и велели ездить на паре
сразил, что я тотчас ускакал в деревню. Жил в ней долго, как человек отчаянный. Наконец очнулся. Я дворянин, сказал я сам
себе, я не создан терпеть унижении. Я решился или умереть, или
по-прежнему ездить шестерней.
1
. Этот удар так меня
1
В сословном дворянском государстве и выезд определялся
в соответствии с знатностью и служебным положением того или
иного лица. Дворяне первых классов (по табелю приносится
в жертву другому человеку или другому сословию. Развивая мысль
о равных должностях каждого человека в обществе, Фонвизин
в «Выборе гувернера» излагает свое понимание неравенства. Подданные должны жертвовать своими интересами, но не для поль-
зы таких же, как они, людей, а для блага отечества. Нельстецов
так формулирует фонвизинскую мысль: «Необходимо надобно,
чтоб одна часть подданных для блага целого государства чемнибудь жертвовала».
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]