Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Давид и Голиаф как аутсайдеры побеждают фаворитов
.pdf
АНДРЕ ТРОКМЕ
В своих попытках избавиться от гугенотов французы в собственной
стране создали зону, которую никак не представлялось возможным
очистить.
Как заметил однажды Андре Трокме: «Разве могли нацисты унич-
тожить такой народ?»
.
Андре Трокме родился в году. Высокий, крепко сбитый, с длин-
ным носом и пронзительными голубыми глазами. Он без устали работал, ковыляя с одного конца Шамбона на другой. Как пишет его
дочь Нелли, «он излучал чувство долга». Он называл себя пацифистом,
но в нем не заметно было ничего пацифистского. Он и его жена Магда
были известны своими громкими перебранками. Его частенько описывали как un violent vaincu par Dieu — неистовый человек, покоренный
Богом. «Проклятие на голову тому, кто начинает с кротости, — писал
он в дневнике. — Он закончит в скуке и малодушии и никогда не оку-
нется в освобождающий поток христианства».
Через шесть месяцев после визита министра Ламирана Трокме
и Эдуара Тейи арестовали и поместили в лагерь для интернированных (где, по словам Халли, у них отобрали личные вещи и измерили носы, чтобы установить, не евреи ли они). Через месяц
им пообещали свободу в обмен на обязательство «беспрекословно
подчиняться приказам, отдаваемым властями в целях безопасности
Франции и на благо Национальной революции маршала Петена».
Трокме и Тейи отказались. Начальник лагеря не мог поверить своим
ушам. Большинство содержавшихся в лагере заканчивали жизнь
в газовой камере. Они оба получали бесплатный билет домой в обмен на подпись на листе бумаги под шаблонным патриотическим
текстом.
— Да что такое?! — кричал на них начальник лагеря. — Эта клятва
никак не противоречит вашей совести! Маршал желает Франции только
добра!
231
ПРЕДЕЛЫ СИЛЫ
— Мы не согласны с маршалом по крайней мере в одном пункте, —
ответил Трокме. — Он отправляет евреев к немцам… Когда мы вер-
немся домой, то, вне всяких сомнений, будем оказывать дальнейшее
сопротивление и, вне всяких сомнений, и дальше будем игнорировать
приказы правительства. Как же мы можем подписать эту клятву?
В конце концов, тюремное начальство сдалось и отпустило их домой.
Позднее, когда гестапо усилило внимание к Шамбону, Трокме
и Тейи были вынуждены бежать. Тейи присоединился к подпольной
организации и до конца войны переправлял евреев через Альпы в безопасную Швейцарию. («Это было неразумно, — объяснял он свое
решение Халли, — но понимаете, я все равно должен был это делать».) Трокме переезжал из города в город, пользуясь фальшивыми
документами. Несмотря на принятые меры предосторожности, полиция арестовала его на железнодорожном вокзале в Лионе. Трокме
находился в замешательстве — не только от перспективы разоблаче-
ния, но и потому, что не знал, что делать с фальшивыми документами.
Халли пишет:
На его удостоверении личности стояла фамилия Беге, и его обязательно бы попросили подтвердить подлинность фамилии. И ему
пришлось бы солгать, чтобы утаить свое настоящее имя. Но он
не мог лгать; ложь, в особенности ради спасения собственной шкуры,
означала «согласие на компромиссы, на которые Господь не призывал
меня идти», писал он в своей автобиографии, вспоминая этот случай.
Спасать человеческие жизни и даже спасать собственную жизнь
с помощью фальшивых документов — одно дело, но лгать другому
человеку, глядя ему в глаза, исключительно ради само сохранения —
совсем другое.
Существует ли этическая разница между использованием фальши-
вых документов и ложью полицейскому? Наверное, нет. В тот момент
Трокме сопровождал один из его сыновей. Он все еще активно зани-
мался спасением беженцев. Иными словами, у него была масса смяг-
чающих обстоятельств, чтобы оправдать ложь во спасение.
232
АНДРЕ ТРОКМЕ
Но дело не в этом. Трокме была свойственна та же блистательная
дерзость, что отличала Джея Фрайрайха, Уайатта Уокера и Фреда
Шаттлсуорта. И прелесть такой дерзости в том, что дерзкие люди
ничего не выгадывают и не просчитывают, в отличие от всех остальных. Уокеру и Шаттлсуорту было нечего терять. Ваш дом разбомбили,
а ку-клукс-клановцы окружили вашу машину и молотят вас кулаками,
неужели что-то может быть хуже? Джею Фрайрайху приказали прекратить экспериментировать, объяснив, что он рискует своей карьерой.
Его высмеивали, от него отвернулись коллеги. Он держал на руках
умирающих детей и вонзал толстую иглу им в большеберцовую кость.
Но он прошел через самое страшное. Гугеноты, поставившие на первое
место личную выгоду, отказались от своей веры или прекратили борьбу.
Остались лишь упрямые и несмирившиеся.
Офицер, который арестовал Трокме, так и не спросил у него доку-
менты. Трокме уговорил полицию отвезти его обратно на вокзал, где
он встретился с сыном и ускользнул через боковую дверь. Но если бы
полицейские попросили подтвердить, что его зовут Беге, он бы сказал
правду: «Я не месье Беге, я пастор Андре Трокме». Ему было все равно.
Если вы Голиаф, как, скажите на милость, можно одолеть того, кто мыс-
лит подобным образом? Можно, разумеется, его убить. Но это лишь
один из вариантов подхода, который так показательно обернулся против
британцев в Северной Ирландии и против Закона трех преступлений
в Калифорнии. Избыточное применение силы нарушает легитимность,
а сила без легитимности порождает неповиновение, а не покорность.
Андре Трокме можно было убить. Но вероятнее всего, его место тут же
занял бы другой Андре Трокме.
Когда Трокме было десять лет, его семья отправилась в деревню.
Он вместе с двумя братьями и кузеном сидел на заднем сиденье авто-
мобиля, а родители на переднем. Отец разозлился на медлительного
водителя ехавшей впереди машины и прибавил скорость, чтобы обогнать ее. «Поль, Поль, не так быстро. Мы попадем в аварию!» — закричала мать. Машина потеряла управление. Маленький Андре выполз
из-под обломков. Отец и братья остались целы и невредимы. А мать
погибла. Мальчик увидел ее безжизненное тело неподалеку. Противо-
233
ПРЕДЕЛЫ СИЛЫ
стоять нацистскому офицеру — ерунда по сравнению с тем, что значит видеть мертвую мать, лежащую на обочине дороги. Как много лет
спустя писал сам Трокме:
Если я много грешил, если я был с тех самых пор одинок, если моя
душа застряла в водовороте одиночества, если я все ставил под сомнение, если я был фаталистом, если я был исполненным песси-
мизма ребенком, который каждый день ожидает смерти и почти
что на нее напрашивается, если я слишком долго и тяжело обретал счастье, если я до сих пор отличаюсь угрюмостью и не умею
смеяться от всего сердца, то лишь потому, что ты покинула меня
июня на той дороге.
Но если я верил в вечность… если я всей душой к ней стремился,
то тоже потому, что был одинок, потому что ты перестала быть моим
богом, наполнять мое сердце своей бурлящей и всепоглощающей
жизнью.
Не привилегированные и удачливые помогали евреям во Франции,
а опальные и несчастные, и это должно напоминать нам о том, что зло
и невзгоды отнюдь не всесильны. Если вы бомбите город, то несете
с собой смерть и разрушения. Но тем самым создаете сообщество не-
пострадавших, стойких людей, готовых противостоять захватчикам.
Если вы забираете у ребенка отца или мать, то заставляете его страдать
в отчаянии. Но в одном случае из десяти из этого отчаяния рождается
неукротимая, сильная личность. Если лишить человека умения читать,
он развивает в себе талант слушать. Вы видите гиганта и пастуха в долине Эла, и ваш взгляд прикован к человеку с мечом, и щитом, и блестящими доспехами. Но красоту и пользу в этот мир приносит именно
пастух, обладающий такой силой и целеустремленностью, какие нам
и не снились.
Старшего сына Магды и Андре Трокме звали Жан-Пьер. Это был
впечатлительный и одаренный подросток. Андре Трокме был очень
привязан к нему. Однажды вечером, под конец войны, семья отправилась послушать исполнение стихотворения Вийона «Баллада пове-
234
АНДРЕ ТРОКМЕ
шенных». Следующим вечером, вернувшись домой к ужину, родители
нашли Жан-Пьера, повесившегося в ванной комнате. Трокме, спотыкаясь, выбежал из дома с криками «Жан-Пьер! Жан-Пьер!». Позднее
он писал:
Даже сегодня я ношу в себе смерть, смерть своего сына, я подобен
надрубленной сосне без верхушки. Отрубленные верхушки у со-
сен больше не отрастают. Они так и остаются изувеченные, иско-
реженные.
Но, несомненно, он сделал паузу, когда писал эти слова, поскольку
все события в Шамбоне свидетельствуют о том, что это далеко не вся
история. Затем он написал:
Зато они становятся более сильными, именно это со мной и про-
исходит.
БЛАГОДАРНОСТИ АВТОРА
Мудрость и щедрость многих людей нашла свое отражение в этой
книге. В первую очередь моих родителей; моего агента Тины Беннетт;
нью-йоркского издателя Генри Файндера; Джеффа Шандлера, Памелы
Маршалл и всей команды Little, Brown; Хелен Конфорд из Penguin
в Англии и огромного числа моих друзей, всех не сосчитать. Среди
них: Чарльз Рэндольф, Сара Лайолл, Джейкоб Вайсберг, чета Линтонов, Терри Мартин, Тали Фархадиан, Эмили Хант и Роберт Маккрам.
Особую благодарность выражаю Джейн Ким и Кэри Данн, проверяв-
шим факты, а также моему консультанту по теологическим вопросам
Джиму Леппу Тиссену из города Китченер, Онтарио. И, как всегда,
Биллу Филлипсу. Тебе нет равных. М.
237
ПРИМЕЧАНИЯ
ВВЕДЕНИЕ: ГОЛИАФ
На сегодняшний день существует огромное число научных работ, по-
священных битве Давида и Голиафа. Один из источников: John A Beck,
“David and Goliath, a Story of Place: The Narrative-Geographical Shaping
of Samuel ,” Westminster Theological Journal (): –.
Отчет Клавдия Квадригария о поединке взят из книги Росса Кована
For the Glory of Rome (Greenhill Books, ), . Никто в древние
времена не поставил бы под сомнение тактическое превосходство Давида,
если бы стало известно, что он мастерски владеет пращой. Вот что пишет
римский военный историк и теоретик Вегеций («Краткое изложение во-
енного дела», книга первая):
Следует также старательно обучать молодежь бросать камни, рукою
или при помощи пращи. Говорят, что первыми изобрели пращи жители
Балеарских островов и так старательно заставляли своих детей упраж-
няться в этом искусстве, что матери не позволяли своим маленьким
сыновь ям прикасаться к пище, прежде чем они не попали в нее назначенным для этого камнем из пращи. Часто против бойцов, вооруженных
шлемами и панцирями, были направлены из пращей или из фустибул
(метательных палок) удары круглых камней, которые много тяжелее,
чем любая стрела, и хотя части тела казались нетронутыми, однако
они наносили смертельную рану, и без тяжелой кровавой раны враг
погибал. Всем известно, что во всех сражениях древних принимали
участие и пращники. Этому искусству должны быть обучены все ново-
бранцы путем частого упражнения. Тем более что ведь носить пращу
не составляет никакого труда. Иногда, случается, столкновение про-
исходит в каменистой местности, приходится защищать гору или холм
или отражать варваров, осаждающих укрепление или город, камнями
и пращами.
69
Перевод С. П. Кондратьева.
239
ПРИМЕЧАНИЯ
Глава Моше Гарсиэля “The Valley of Elah Battle and the Duel of David
with Goliath: Between History and Artistic Theological Historiography” вхо-
дит в книгу Homeland and Exile (Brill, ). Описание пращи позаимствовано из книги Баруха Хальперна David’s Secret Demons (Eerdmans
Publishing, ), .
О вычислениях Эйтана Хирша можно прочесть в докладе “David’s
Choice: A Sling and Tactical Advantage,” авторы Эйтан Хирш, Джейми
Куадрос и Джозеф Бакофен, Международный симпозиум по баллистике
(Иерусалим, – мая, год). В работе Хирша полно абзацев, по-
добных приведенному ниже:
Эксперименты с трупами и симуляционными моделями показывают,
что ударной энергии в джоуля достаточно, чтобы пробить череп
(без выходного отверстия), когда удар стального снаряда диаметром
, мм, летящего со скоростью м / с, приходится на теменную
часть. Снаряд не всегда пробивает отверстие в черепе, но раздрабли-
вает лобную кость, приводя к вдавленному перелому черепа (в лучшем
случае) или сильному удару, от которого человек теряет сознание. Удар
в переднюю часть черепа вызывает напряжение в кровеносных сосудах
и тканях мозга… поскольку движение мозга обладает инерцией по от-
ношению к движению черепа. Ударная энергия, необходимая для достижения обоих эффектов, гораздо ниже, приблизительно – джоулей
соответственно.
Хирш представил свой анализ на научной конференции. В электронном
письме, адресованном мне, он добавил:
На следующий день после лекции ко мне подошел один из слушателей
и сообщил, что в ручье на том месте, где происходила битва, можно
найти камни из сульфата бария, имеющего массовую плотность , г/см
(по сравнению с , г/см, обычно содержащихся в камнях). Если Давид
использовал один из таких камней в поединке с Голиафом, то получил дополнительное преимущество, помимо расчетов, приведенных
в таблицах.
240
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]