Процессы концентрации и монополизации средств массовой информации стран Латинской Америки (ХХ век). Учебное пособие

кий наблюдатель и несколько сотрудников бригады техниче­ского обеспечения. Согласно американским данным, боль­шинство управленческого персонала и штата XEQ было на­строено профашистски. Рассмотрение дела затягивалось. По предложению Государственного департамента, учитывая то, что Аскаррага имел огромное влияние в мексиканском пра­вительстве, право принятия окончательного решения было передано американскому посольству в Мексике. В случае необходимости было решено использовать коммерческое давление, осуществляя его через информационные агентства Ассошиэйтед Пресс (АП), Юнайтед Пресс Интернейшнл (ЮПИ) и радиостанции Эн-Би-Си и Си-Би-Эс.

тий дня») – были информационными, причем «Нотисьеро» полностью состояла из сообщений, поставляемых из США.

Координационный комитет Управления, находившийся в Мексике, отвечал также за популяризацию в этой стране американской музыки. На мексиканских радиостанциях появились такие программы, как «Рапсодия панамерикана» («Панамериканская рапсодия»), «Делисиас мусикалес» («Му­зыкальная нега»), «Мусика экскисита» («Чудесная музы­ка»), «Мусика де энтренамиенто де лас Фу

30 октября 1947 г. Эмилио Аскаррагой была основана еще одна радиостанция – XEX, или «Ла Вос де Мехико» («La Voz de México» – «Голос Мексики»).

тие телеканала, но она была предоставлена ему только в 1950 г. 21 марта 1951 г. он создал второй по счету телевизион­ный канал в Мексике XEW-TV, или «Канал 2». Первым был XHTV, или «Канал 4»1, появившийся в 1950 г.2. Его основа-

тель Ромуло О’Фаррилл Сильва, продавец автомобилей из Пуэблы, друг президента Алемана, получил коцессию в 1949 г., спустя год после того, как был подан запрос. У Але­мана были причины препятствовать претворению в жизнь планов Аскарраги. Во-первых, оба участвовали в предвы­борной президентской кампании 1940 г. Но Алеман был ко­ординатором предвыборной кампании Мануэля Авилы Ка­мачо, а Аскаррага поддерживал Хуана Эндрю Алмасана, кандидата от оппозиции. Во-вторых, по версии историка Алекса Сарагосы, Алеман не только осознавал пропаганди­стские возможности телевидения, но и видел в нем источ­ник персонального обогащения. Он знал, что предоставле­ние концессии семье президента может спровоцировать грандиозный скандал. О’Фаррилл в данном случае выпол­нял роль подставного лица.

Алеман также предоставил концессию Гильермо Гон­салесу Камарене, исследования которого финансировал Ас­каррага, в надежде, что самый главный специалист страны в сфере технических аспектов телевещания не войдет в ко­манду последнего. Однако у Камарены не было средств для содержания канала. Поэтому в апреле 1952

часов в день, в основном эфир заполнялся немыми фильма­ми с участием Чарли Чаплина, а также Толстого и Тонкого1. Среди программ можно выделить музыкальную программу «Ревиста мусикаль Нескафе» («Музыкальный журнал “Не­скафе”»), выходившую с 1952 по 1973 г. XEW-TV стал пер­вым каналом, который начал вести спортивные трансляции. Особое внимание уделялось бейсболу, свободной борьбе и корриде.

Мильмо (Emilio Azcárraga Milmo) и Ромуло О’Фаррилл младший были назначены управляющими. Несмотря на то что слияние произошло с ведома и согласия президента, оно было незаконным, так как концессии были предоставлены трем разным каналам – 2, 4 и 5, а в действительности их уже не существовало.

9 июня 1958 г. на «Канале 4» состоялась премьера нового

для мексиканского телевидения жанра – начался показ телесе­риала «Запрещенный путь» («Sendа prohibida»). К этому вре­мени большинство состоятельных мексиканцев уже имели те­левизоры, и нужно было заинтересовать новым видом СМИ средний класс. Кроме того, рекламные агентства и междуна­родные фирмы на примере США поняли, что рекламировать товары гораздо выгоднее в программах, которые имеют про­должение, так как у них есть постоянная аудитория.

Первые телесериалы имели мало общего с популярным ранее телетеатром, в большинстве случаев сюжет и стиль повествования не были связаны с литературными произве­дениями. Основой для мексиканских телесериалов явились радиопостановки. Боль ский и американский радиотеатр 30–40-х гг. ХХ в. Согласно некоторым исследователям, радиотеатр пользовался особой популярностью у работников кубинских табачных фабрик, поэтому активно использовался их владельцами, которые хорошо понимали, что их работники, слишком бедные, что-

бы купить радиоприемники, не захотят пропустить ни дня из тех пяти в неделю, в которые транслировался спектакль. На появление мексиканских телесериалов оказало также влияние национальное кино. В сороковые-пятидесятые го­ды снималось большое количество мелодрам, что, естест­венно, оказало влияние на первые телесериалы.

Первый мексиканский сериал, «Запрещенный путь», был представлен как «Ваш телесериал «Колгейт». Его про­изводство спонсировала фирма «Колгейт-Палмолив». Показ шел в прямом эфире (как и всех остальных сериалов вплоть до 1960 г.) и имел такой успех, что уже в 1960 г. новый жанр стали показывать не на «Канале 4», а на «Канале 2», который являлся основным.

отец всегда говорил, что телевидение – это любовница, а радио – жена. Ничего не давай радио, а телевидению отдай все!»1

Избранный в 1958 г. президентом Адольфо Лопес Ма­теос (1958–1964) во многом способствовал развитию теле­видения. В 1959 г. в Мексике началось создание «Нацио­нальной системы микроволн». По всей стране была по­строена сеть ретрансляторов, расположенных на расстоянии 50–60 км друг от друга, что позволило сигналам «Телесис­темы Мехикано» достичь самых удаленных уголков страны.

В своей телевизионной экспансии Эмилио Аскаррага решил не ограничиваться территорией Мексики. В 1962 г. в США им была создана первая испаноязычная телевизион­ная сеть «Спениш Интренешнл Нетворк» («Spanish Inter­national Network» – «Испанская международная сеть»), ко­торая являлась дочерней компанией «Телевисы». К такому шагу Аскаррагу подтолкнула скорее необходимость, чем желание расширить границы своих владений. Начиная с конца 1950-х гг. мексиканское правительство было обеспо­коено новой волной популярности американских фильмов и музыки. В 1959 г. оно объявило, что радиостанции, чьи про­граммы не будут содержать по меньшей мере 25% мексикан­ской музыки, будут оштрафованы на 400 долл. В 1961 г. бы­ли повышены налоги на импортируемые диски, что привело к повышению цен на 50%. Логично было предположить, что

Аскаррага предложил правительству решение, с кото­рым оно согласилось: импорт программ не будет снижен, если возрастет экспорт продукции «Телесистема Мехика­но». Для этих целей он решил купить радиостанции в Аме­рике. Существовавшую преграду в виде ограничений на собственность для иностранцев (20% акций станции или 25% акций компании, контролирующей станцию) Аскаррага преодолел, найдя американских компаньонов среди своего окружения. Двое из них были его служащими – начальник отдела телепрограмм Рене Ансельмо (René Anselmo) и ди­ректор XETV в Тихуане Джулиан Кауффман (Julian Kauf­fman). Третьим стал Эдвард Нобле (Edward J. Noble), осно­ватель преуспевающего рекламного агентства «Нобле и компаньоны», одного из основных клиентов «Телесистемы Мехикано». Другой компаньон Аскарраги Франк Фоус (Frank Fouce) обладал правами на распространение на тер­ритории США 600 мексиканских фильмов.

В сентябре 1961 г. за 200 000 долл. ими был куплен KWEX («Канал 41»), находившийся в Сан-Антонио (Техас). Фоус, Нобле и Аскаррага получили по 20% акций, Ансель­мо и Кауффман – 35 и 5% соответственно. Так как Нобле был подставным лицом, в действительности мексиканский магнат владел 80% акций. В 1962 г. начал вещание KMEX («Канал 34»). Скончавшегося в начале 1962 г. Фрэнка Фо­уса заменил его сын Фрэнк Фоус-младший, который, имея 35% акций, занял пост президента. Новому компаньону Джозефу Рэнку (Joseph S. Rank), который впоследствии займет пост генерального управляющего, принадлежало 5%.

После того как KMEX начала вещание, Аскаррага решил создать собственную компанию, которая должна была произ­водить программы для обоих американских каналов. Так поя­вилась «Спениш Интренешнл Нетворк», которая приобрела права на продажу программ «Телесистемы Мехикано».

Другой производящей компанией стала созданная в

1962 г. компания «Телепрограмас Акапулько» («Telepro- gramas Acapulco» – «Телепрограммы Акапулько»), 75% ак-

страной с государственным спутниковым вещанием. Одна­ко, потратив миллионы долларов на то, чтобы разместить на всей территории страны ретрансляторы, правительство не торопилось вводить новые технологии. Аскаррага пошел на риск и заключил договор на спу Мексике боя за титул чемпиона мира по боксу в полулегком весе, проходившего в Лондоне между мексиканцем Висенте Сальдиваром (Vicente Saldívar) и валлийским боксером Хо­вардом Уинстоном (Howard Winstone). Плату в 56 тыс. долл., которая включала в себя права на показ игры и расходы на саму трансляцию, поделили между собой «Телесистема Ме­хикано» и спонсор, мексиканская компания по производст­ву пива «Сервесерия Модело» («Cervecería Mo-delo»). Видя успех трансляции, Диас Ордас согласился с тем, что Мекси­ка должна войти в концорциум «Интелсат», позволявший государству использовать спутниковое вещание, и выделил

средства на строительство наземной станции для получения и трансляции спутниковых сигналов.

24 июня 1967 г. правительство Диаса Ордаса с целью создать конкуренцию «Телесистеме Мехикано» выдало кон­цессии на создание двух каналов для вещания в г. Мехико. «Канал 13» принадлежал основателю и собственник

главе которой стояли Гильермо Салас (Guillermo Salas), ко­торому принадлежала радиостанция «Радио Миль» («Radio

бачано Понсе (Manuel Barbachano Ponce), кинопродюсер. Позже этот канал слился с телевизионным концерном «Те­левисион Идепендьенте де Мехико» («Televisión Indepen­diente de México» – «Независимое телевидение Мексики»), принадлежавшим влиятельной семье Гарса Сада (Garz