Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:О разведке и разведчиках. Июнь 1941 - июль 1944 г.
.pdf
были окружены и в дальнейшем разбиты в боях 11 наших
дивизий. Многие командиры и бойцы погибли или попали
в плен, часть перешла к партизанским действиям.
У советских и партийных органов было всего два месяца для организации партизанского движения и хотя бы
небольшого обучения засылаемых через линию фронта или
оставляемых при отступлении Красной Армии кадров партизан и подпольщиков. Они уже с первых шагов столкнулись со значительными трудностями в этой работе. На их
причины прямо и ясно указал первый секретарь ЦК КП(б)Б
в годы войны и в 1942–1943 гг. начальник Центрального
штаба партизанского движения П. К. Пономаренко: «В предвоенные годы вопросы борьбы в случае возникновения войны практически не разрабатывались и это отразилось на
темпах организации и развертывания партизанского движения в первые месяцы войны.
Одной из причин такого положения являлось распространенное мнение, что если империалисты развяжут войну против Советского Союза, то она будет проходить на
территории противника. Полевой устав Красной Армии
1939 года ориентировал на быстрое перенесение войны на
территорию напавшего врага.
Другой причиной являлась недооценка партизанского
движения в условиях войны больших армий с массовым
применением танков и авиации. Бытовало мнение, что действия партизан в таких условиях обречены на быстрое подавление и не смогут стать фактором, сколько-нибудь значительно влияющим на ход военных действий…
До войны мало было работ, обобщающих огромный политический, организационный, военно-технический и конспиративный опыт борьбы нашей партии в дореволюционном подполье и в тылу противника в период Гражданской
войны и интервенции. Драгоценные крупицы этого опыта
были рассеяны в многочисленных воспоминаниях участников большевистского подполья и Гражданской войны
и в некоторых закрытых изданиях.
11
Организации Осовиахима, которые вели большую работу по военной подготовке гражданского населения,…
формами и способами партизанской борьбы не занимались.
Остро ощущалась нехватка радистов для работы в условиях тыла противника. А портативные радиостанции
дальней связи, пригодные для партизан, только начали появляться. (Поэтому в 1941 г., а во многом и в 1942 г., партизаны и подпольные организации практически не имели
радиосвязи с руководящими зафронтовыми центрами.)
Многие партизанские отряды и организационные группы
не располагали картами нужных масштабов или имели такие старые, ориентировка по которым на местности была
почти невозможной».
П. К. Пономаренко приводит ряд других фактов, свидетельствующих о нашей неподготовленности летом 1941 г.:
«Недоставало даже обычного стрелкового оружия, не было
подходящих для партизанского движения мин и других
технических средств борьбы,… не существовало никакого
наставления или инструкции, из которых партизаны или
подпольщики смогли бы почерпнуть полезные, особенно на
первых порах, конкретные рекомендации для организации
боевой деятельности, связи, разведки и конспирации, основанные на опыте прошлого».
Наряду с этими отрицательными факторами были и другие, вызванные складывающейся неблагоприятной для нас
военной обстановкой.
Во-первых массовое перемещение людей в связи с эвакуацией: в короткие сроки смогли уехать на любом транспорте или уйти пешком в советский тыл до 1,5 млн человек;
привлечение около 2 млн человек городского и сельского
населения для осуществления работ по строительству оборонительных сооружений, постройки переправ, восстановлению разрушенных железнодорожных путей; мобилизация
более 500 тыс. военнообязанных в ряды Красной Армии.
Во-вторых противник, используя господство в воздухе,
систематически наносил массированные удары авиацией
12
по городам, железнодорожным станциям и шоссейным
узлам; в ряде прифронтовых районов выбрасывал многочисленные воздушные десанты, забрасывал в тыловые
районы десятки диверсионно-разведывательных групп,
переодетых в формы пограничников, милиционеров, военнослужащих, пытавшихся наряду со сбором информации и проведением террористических акций сеять панику
и ложные слухи.
Все это требовало от сотрудников и органов государственной безопасности быстрых и решительных мер по
оказанию помощи в организации народной борьбы против
сильного и беспощадного врага, а также личного активного
участия в партизанском движении. Они обладали и знаниями, и опытом ведения разведывательной и контрразведывательной работы, определенными навыками конспирации,
организации тайной связи, диверсий, имели и некоторую
военную подготовку, и запасы оружия и боеприпасов. Во
всей своей последующей деятельности в составе партизанских групп, отрядов, бригад белорусские чекисты руководствовались общими принципиальными решениями Совнаркомов СССР и БССР, Центральных комитетов ВКП(б)
и Компартии Белоруссии, директивами, как своего наркомата, так и указаниями Центрального штаба партизанского движения (ЦШПД), Белорусского штаба партизанского
движения (БШПД), штабов областных партизанских соединений.
Нет никаких данных, что чекисты в партизанских отрядах хоть как-то стремились выделиться в особые группы
и выйти из-под подчинения партизанского командования.
С первого дня войны и до полного освобождения Белоруссии
Красной Армией летом 1944 г. они делали все для нанесения
максимального ущерба врагу, часто не жалея собственной
жизни – были в первых рядах народных мстителей, атакующих оккупационные и полицейские гарнизоны, принимали участие в организации и проведении многочисленных
диверсий на транспортных коммуникациях, до последнего
13
патрона, до последней гранаты сражались с фашистскими
карательными экспедициями, защищали местное гражданское население от зверств и грабежей оккупантов.
Уже на третий день войны, 24 июня 1941 г., Совет Народных Комиссаров СССР принял специальное постановление о мероприятиях по борьбе с парашютными десантами
противника в прифронтовой полосе. В соответствии с этим
постановлением должны были создаваться истребительные
батальоны, ставились задачи по борьбе с фашистскими диверсантами перед населением и советскими государственными и партийными органами.
В Белоруссии создание истребительных батальонов под
общим руководством партийных органов и органов НКГБ
(НКВД) приняло массовый характер и проводилось в сжатые
сроки. Этому способствовало то обстоятельство, что еще 26
мая 1941 г. ЦК КП(б)Б, ввиду явных сигналов о надвигавшейся военной опасности, принял постановление «Об организации на территории Белоруссии постоянных групп и отрядов
по уничтожению авиадесантов противника». Созданные заблаговременно добровольные военизированные народные
формирования позволили быстро развернуть на их основе
истребительные батальоны. Их становлению помогала и директива ЦК КП(б)Б от 23 июня 1941 г. всем обкомам, райкомам партии, исполкомам районных Советов депутатов трудящихся восточных областей республики (в западных вовсю
шли бои, а некоторые районы были уже оккупированы) об
организации борьбы с вражескими диверсантами и парашютистами. Требовалось организовать охрану всех важнейших
сооружений, в том числе мостов, предприятий, железных дорог, линий связи, телефонных и телеграфных станций. Указывалось, что следует наладить круглосуточное наблюдение
за территорией своего района, установить всюду связь с тем,
чтобы враг был своевременно обнаружен и уничтожен.
Благодаря энергичным и масштабным мерам уже к середине июля 1941 г., как сообщалось в справке от 19 июля Наркомата внутренних дел БССР, было организовано 78 истре-
14
бительных батальонов с 13 тыс. человек личного состава.
В основном это были коммунисты, комсомольцы, члены
колхозного актива. Командирами батальонов назначались
руководящие работники райкомов партии и сотрудники
НКВД (НКГБ). По областям количество и численность истребительных батальонов выглядели следующим образом:
Полесская область – 18 батальонов, 2440 человек, Гомельская – 19, 2643, Витебская – 26, 3648, Могилевская – 14,
4169, Минская – 1 батальон 167 человек. Батальоны действовали в городах и районных центрах. Для их поддержки, особенно в сельской местности, были организованы добровольные военизированные группы содействия. В июле
в 300 таких группах насчитывалось почти 27 тыс. человек.
Они выполняли те же функции, что и истребительные батальоны, в крупных сельских населенных пунктах. В абсолютном большинстве они состояли из членов колхозного
актива и действовали в деревнях, при торфопредприятиях,
на небольших железнодорожных станциях.
Однако кроме того, что надо было создать истребительные батальоны и группы содействия, надо было отобрать
в них патриотов, необходимы были оружие и боеприпасы,
а также опытные кадры для организации успешной борьбы
с вражескими шпионами, диверсантами и провокаторами.
И в этом могли помочь органы и работники НКВД (НКГБ)
БССР. По указанию ЦК КП(б)Б с 15 по 20 июля 1941 г. для пополнения и укрепления личного состава этих подразделений
в районы Полесской, Гомельской, Могилевской и Витебской
областей были направлены 535 человек оперативного состава и переданы для вооружения истребительным батальонам
и группам содействия 7 тыс. винтовок с боеприпасами. В ряде
случаев передавались и пулеметы. Так, в Могилеве воспользовались пулеметами со складов областного управления НКВД.
Учитывая стоящие перед этими формированиями задачи, райкомы партии утверждали на должности командиров рот и даже батальонов начальников отделов НКВД,
работников спецчастей промышленных предприятий. Надо
15
учитывать, что несколько батальонов формировались из
курсантов школ НКВД (НКГБ). Так, командиром Могилевского истребительного батальона был назначен чекист
Н. И. Калугин, в Новобелицком батальоне Гомельской области 1-й ротой командовал В. Зыков – начальник спецчасти лесокомбината, Василевичский батальон Полесской области возглавлял чекист А. З. Духанин. При Паричском райкоме партии той же области действовал оперативный штаб
по руководству боевой работой народных формирований.
В его состав наряду с секретарями райкома партии и председателем райисполкома входил начальник районного отдела НКВД М. Н. Троян, в 1941 г. награжденный орденом
Красной Звезды за успешную деятельность.
Истребительные батальоны, получившие помощь от чекистов в вооружении, командных кадрах, опиравшиеся на их
опыт борьбы с подрывными акциями вражеских спецслужб,
сумели, несмотря на тяжелую военную обстановку, развернуть эффективную деятельность. И, что очень важно, – в них
прошли закалку огнем и приобрели необходимые знания –
в боевой работе, в проведении разведки и контрразведки –
многие тысячи патриотов, влившиеся позже в партизанские
отряды и бригады. В этой борьбе бойцы истребительных батальонов проявили и мужество, и смекалку, и оперативность
в овладении нужными навыками. Сотни чекистов обучали и
вели за собой добровольцев, вступивших в истребительные
батальоны и военизированные группы поддержки.
Приведем несколько примеров по различным направлениям борьбы истребительных батальонов с противником.
Они охраняли важнейшие объекты и обезвреживали вражескую агентуру. Так, 4 июля 1941 г. пост истребительного
батальона, находившийся на охране телеграфа в г. Гомеле,
заметил световые сигналы, подаваемые из парка. Были задержаны два человека в военной форме, которые оказали
вооруженное сопротивление. Позже в парке были арестованы еще двое подозреваемых. Фашистская авиация так и не
получила наводки для бомбежки важного узла связи.
16
На шоссейной дороге Гомель – Довск, по которой на запад шла интенсивная переброска наших войск, вдруг появились милиционеры-регулировщики. Однако патриоты были
правильно ориентированы и вовремя разоблачили эту очень
опасную диверсионную группу гитлеровцев, переодетых в
форму наших милиционеров. Вражеские разведчики имели
задание незаметно занять регулировочные посты, выявить
направление движения советских частей, состав грузов,
умышленно создавать пробки, направлять автотранспорт по
ложному пути. Расчет делался на неразбериху и страх перед
представителями «органов», но враг просчитался.
В начале войны гитлеровцы производили высадку воздушных десантов в ряде районов Белоруссии. Обычно забрасывались группы диверсантов в составе 20–60 человек
с мотоциклами и велосипедами и 4–6 человек с рациями.
Операции по ликвидации диверсантов и десантов часто
проходили с боем. Так, командиру Могилевского истребительного батальона сообщили, что недалеко от мясокомбината, во ржи, скрываются фашисты. Сколько их, как вооружены – информации не было. Уничтожение врага было
поручено оперативной группе во главе с работником НКВД
А. С. Баньковским. Вскоре они обнаружили десантников
противника и завязался упорный бой. А. С. Баньковский
бросился вперед, решив отрезать немецким разведчикам
путь к отходу, и открыл меткий огонь. Он сражался до последнего вздоха и не дал уйти врагу. В целом истребительными подразделениями Могилева были ликвидированы
более 150 диверсантов и шпионов, в Гомеле обезврежены
115 диверсантов, по 10–15 групп диверсантов и террористов были выявлены и уничтожены в Мозырском, Речицком, Ельском, Петриковском районах Полесской и Гомельской областей.
Истребительные батальоны вели разведку войск противника, что являлось особенно важным в условиях отсутствия сплошного фронта и быстро меняющейся обстановки. Так, в Октябрьском истребительном батальоне для веде-
17
ния разведки сформировали отряд. Возглавил его В. С. Лесюков – старший оперуполномоченный районного отдела
НКВД. Отряд проводил разведку непрерывно, о появлении
фашистов в районе докладывал немедленно. В. С. Лесюков
организовал в ряде деревень группы содействия, которые
активно помогали батальону. Следует отметить, что бойцы
овладевали военным делом в трех постоянно действующих
группах, где в ходе занятий изучали винтовку, ручной пулемет, методы борьбы со шпионами и диверсантами, особое внимание уделялось способам разведки в тылу врага.
13 июля разведчики из отряда В. С. Лесюкова заметили
передвижение войск захватчиков к Рожанской переправе на
реке Птичь. Штаб, получив эту информацию, немедленно
выслал группу добровольцев, которые взорвали мост и таким образом не допустили прорыва частей вермахта.
По данным разведчиков, наша авиация уже летом 1941 г.
прицельно бомбила вражеские войска. Так, В. С. Кирковец,
разведчик Мозырского истребительного батальона, добыл
сведения о сосредоточении войск противника и расположении их складов в районе железнодорожной станции Птичь.
Используя его информацию, наши бомбардировщики нанесли точный удар. В августе 1941 г. он был награжден орденом Красной Звезды.
Упорно сражались с войсками агрессора истребительные батальоны. Они сыграли важную роль в ожесточенных
многодневных боях у Могилева и Гомеля, где были на несколько недель скованы значительные силы группы армий
«Центр». Вместе с воинами Красной Армии бойцы батальонов нанесли захватчикам значительные потери и заставили
их перебросить из-под Смоленска, с главного Московского
направления, на юг большое количество дивизий. Так, против Гомельской группировки советских войск наступали
25 дивизий вермахта: 2-я танковая группа Гудериана, части
2-й полевой армии. Упорно сражались и защитники Могилева. Вот что писал бывший командир 61-го корпуса Красной Армии генерал Ф. А. Бакунин: «Подразделения народ-
18
ного ополчения, милиции, войск НКВД по своим боевым
качествам не уступали лучшим подразделениям 172-й дивизии». В оборонительных боях были убиты около 30 тыс.
гитлеровцев, уничтожены до 500 танков, 24 самолета, более
1500 автомашин, около 400 мотоциклов. Но и защитники
понесли тяжелые потери – во время уличных боев погибли
почти все бойцы двух батальонов, сформированных из числа сотрудников и курсантов школ НКВД (НКГБ).
Однако остановить врага на территории Белоруссии не
удалось. Истребительные батальоны, учитывая постепенную оккупацию республики, частично вливались в ряды
советских отступающих войск, а многие из них переходили
к партизанским методам борьбы, оказывали посильную помощь развертывающемуся народному сопротивлению.
Помогали они будущим партизанам и в создании баз.
В июле – августе 1941 г. при активном содействии истребительных батальонов в тайниках было сосредоточено
значительное количество оружия, боеприпасов, продовольствия, одежды, обуви. Партизанские базы закладывались в Суражском, Меховском, Рогачевском, Петриковском, Лельчицком, Ельском, Лоевском, Октябрьском, Россонском и в других районах республики. Многие из них
послужили необходимой материальной основой в начале
борьбы партизанских групп и отрядов, хотя некоторые
базы из-за недостаточной конспирированности при их закладке или предательства отдельных лиц были уничтожены фашистами.
Истребительные батальоны организовали переход через линию фронта направляемых партизанских диверсионных групп. Для этого бойцы батальонов искали и находили разрывы между вражескими частями и обеспечивали
незаметное преодоление прифронтовой полосы. В случае
необходимости вызывали огонь на себя, отвлекая внимание
от переходивших групп. Так, Жлобинский батальон с конца июня и до середины августа 1941 г. переправил 7 таких
групп в тыл врага.
19
Во многих случаях сами истребительные батальоны
становились базой для организации партизанских формирований. Этот процесс шел под руководством партийных
комитетов с участием представителей органов госбезопасности и НКВД. Например, Полесский обком партии
23 июля 1941 г. принял постановление по вопросам организации борьбы в тылу германских войск. Утвердил областную
тройку по руководству подпольными ячейками и партизанским движением в составе Ф. М. Языковича – председателя тройки, секретаря обкома партии; К. Г. Зайцева – члена тройки, председателя облисполкома; И. Н. Иващенко –
члена тройки, начальника облуправления НКГБ. В постановлении указывалось: «Предложить начальнику УНКВД
тов. Строкину и первым секретарям РК КП(б)Б подготовить переход истребительных батальонов в партизанские
отряды, причем руководствоваться принципом строгого индивидуального отбора каждого бойца, посылаемого
в партизанские отряды». Этот документ еще раз подтверждает, что бойцы истребительных батальонов вступали
в партизанские отряды добровольно, а чекисты несли ответственность за подготовку такого перехода в партизанские отряды, чтобы там не оказалось случайных и нестойких людей.
В начале войны в Глусском районе (Полесская область)
был создан истребительный батальон, но когда под напором противника наши войска оставили районный центр, батальон стал партизанским отрядом. 107 бойцов Меховского
батальона (Витебская область) 18 июля 1941 г. создали партизанский отряд. Взвод разведки в нем возглавил бывший
командир батальона чекист М. И. Дьячков. Позже он стал
командиром отряда, а с весны 1942 г. – командиром 2-й Белорусской партизанской бригады. В Лоевском районе (Гомельская область) батальон состоял из 105 командиров и бойцов.
Под угрозой оккупации сначала были созданы две партизанские группы, 22 августа они покинули райцентр. Вскоре
группы объединились в партизанский отряд «За Родину»,
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]