Клиническая сомнология раннего детского возраста. Сон детей раннего возраста в норме и патологии. Учебное пособие

продолжительностью более 3 мин, распознаваемые по данным ЭЭГ и соответствующие принятым критериям, выявляются на сроках геста­ции более 27 недель (Curzi-Dascalova L. et al., 1993). Следует отметить, что у этих детей картина ЭЭГ существенно различается в состоянии спокойного и активного сна: во время активного сна ЭЭГ однородна, тогда как в ходе спокойного сна она носит вариабельный характер.

По данным исследований, на сроках гестации менее 35 недель продол­жительность отдельных циклов сна более короткая: в среднем она состав­ляет 45-50 минут. Начиная с 35-й недели гестации и до момента рождения ребенка, продолжительность циклов сна составляет 55-65 минут, и такая же продолжительность циклов сна наблюдается у детей первых месяцев жизни (Curzi-Dascalova L. et al., 1988; Borghese I.F. et al., 1995).

23

24

25

Итак, общая продолжительность сна ребенка уменьшается, при­мерно, с 16-17 часов в период новорожденности до 14-15 часов к 6 месяцам жизни, до 13 часов к 2 годам, до 9 часов к 10 годам и до 7-8 часов к концу подросткового возраста (Clement C. D. et al., 1972). При­мечательно, что вариабельность продолжительности сна у отдельных детей одного возраста достаточно велика и превышает 2 часа, в то время как у каждого конкретного ребенка на определенном возраст­ном этапе продолжительность сна в норме достаточно стабильна (Klackenberg G., 1982). Отмечается существование межэтнических различий в продолжительности сна у детей одного и того же возраста (Ottaviano S. et al., 1996).

Уменьшение продолжительности сна, наблюдаемое у детей

до 6 месяцев жизни, связано, главным образом, с уменьшением продолжительности дневного сна (Louis J. et al., 1997).

Следует отметить, что до 5 лет периоды ФБС во время сна характеризуются равной продолжительностью, независимо от того спит ребенок днем или нет. Но в дальнейшем эта однородность эпизодов ФБС исчезает. Первый эпизод ФБС, наблюдаемый ночью, становится короче последующих, продолжительность которых нарас­тает по мере приближения ранних утренних часов. Подобная картина в норме наблюдается и у взрослых. То есть, мы можем сказать, что

26

27

эти показатели (Madsen P.L., Vostrup S., 1991). Аналогичные законо­мерности выявляются и у детей, родившихся на сроках гестации выше 36 недель: у них церебральный кровоток выше в фазе активного сна, чем в фазе спокойного сна или в состоянии бодрствования (Mukhtar A.L. et al., 1982). В то же время у детей, родившихся недоношенными, кровоток в фазе активного сна ниже, чем в фазе спокойного сна (Grei­sen G. et al., 1985). Все физиологические и поведенческие процессы, характеризующие ФБС, отчетливо определяются на сроках гестации 35-36 недель, но возможно их проявление и на более ранних сроках.

У взрослых доказано наличие связи между частотой и характером быстрого движения глазных яблок, наблюдаемых в ФБС, и выраженностью мыслительной активности в этой фазе сна. В этой связи важно отметить, что частота быстрых движений глазных яблок возрастает в течение первых 6 месяцев жизни ребенка, а сам характер этих движений постепенно усложняется на протяжении всего первого года жизни (Ktonas P.Y. et al., 1990).

Что касается физиологического значения большой доли времени, приходящейся на ФБС у ребенка раннего возраста и последующего снижения выраженности ФБС в общей структуре сна, то тут суще­ствует несколько гипотез (Roffwarg H.P. et al., 1966). Во-первых, возможно, незрелая нервная система ребенка раннего возраста еще не в состоянии оказывать ингибиторное влияние на центры головного мозга, которые контролируют ФБС (Valatx J.L., 1998). В этом случае, уменьшение с возрастом доли ФБС в общей структуре сна может от­ражать процесс созревания ЦНС. Это предположение хорошо объяс­няет, почему “неопределенный активный сон” столь отчетливо до­минирует у плода и глубоко недоношенных детей; этот вариант сна является эквивалентом “активного” сна, отмечаемого у незрелых млекопитающих. Во-вторых, развивающаяся нервная система для своего естественного роста и созревания нуждается в стимуляции, и ФБС в данном случае как раз исполняет роль подобного эндогенного стимулятора. Логично предположить, что уменьшение выраженности ФБС в ходе онтогенеза отражает уменьшение потребностей организма в активном сне, что связано с завершением процесса роста и созревания ЦНС.

28

тироваться в окружающей обстановке, - отрицательно коррелирует с продолжительностью ФБС у детей первых нескольких месяцев жизни (Denenberg V.H., Thoman E.B., 1981). Выявлено также, что снижение доли ФБС в общей структуре сна у детей первых месяцев жизни осо­бо отчетливо фиксируется в возрастном интервале от 3 до 6 месяцев, максимально проявляясь в дневное время суток, т. е. именно в то время, когда у ребенка наблюдаются все более продолжительные периоды бодрствования. (Louis J. et al., 1997). Заметим, что практически безуспешны все попытки искусственно лишить новорожденного ребенка ФБС (Anders T. F., Roffwarg H. P., 1973): такие попытки ве- дут к полной депривации сна и сопровождаются риском развития угрожающих функциональных расстройств, включая нарушения терморегуляции и питания. Аналогичные результаты были получены и в ходе экспериментальных исследований, проведенных среди различных видов млекопитающих. Высказывается предположение о том, что активный сон у плода и новорожденного выступает в качестве пускового фактора реализации генетически запрограммированных особенностей поведения (Jouvet M., 1978). При обследовании ново­рожденных детей выявлено, что улыбка во сне в большинстве случаев фиксируется именно в фазе активного сна, причем мимические особенности улыбки аналогичны таковым, наблюдаемым у взрослых. Частота быстрых движений глазных яблок коррелирует с частотой и продолжительностью улыбок детей. Исключительно в фазе активного сна у них можно зафиксировать и иную мимику, характерную в норме для взрослого человека (Challarael M.J., 1992).

29

30