Философия права. Учебное пособие-1
.pdf
на логически безупречное изложение гипотетико-дедуктивной мысли.
Т. Шеффер, во многом ссылаясь на работу С. Хауерваса, сосредоточил внимание на повествование как способе переосмысления этики юриста. Основной его работой является критический разбор поведения Аттикуса Финча – главного героя известного романа Харпер Ли «Убить пересмешника». Нарратив здесь выступает основным источником для воспитания чувства справедливости читателя, служа основой для формирования мировоззрения юриста47.
Такой подход неоднозначно оценивается в юридической науке. Наиболее критический взгляд на роль нарративного похода рассмотрен в работе Б. Мелкевика «Говорите на языке «нового нарратива о праве», или о том, как политкорректность «юридически» узаконивает себя»48.
Автор обращает внимание на важность философии права для современной юриспруденции, но в то же время видит опасность в появлении зависимости от сторонников нарратива о праве. Такой дискурс, считает автор, может привести к «политическим играм», а нарратив станет средством в этих играх. С помощью романа Дж. Оруэлла (1984) автор статьи показывает, что «наша реальность отражается в языке и с помощью языка». Дж. Оруэлл обнаружил слабое место естественного языка, через которое этатизм, идеология и властная организация могут «с легкостью править, манипулировать всегда находящейся в жадных руках властью, укрепляя ее в пользу светской, теократической или юридической олигархии». В этом отношении Б. Мелкевик считает даже И. Канта заложником философии справедливости, полагая, что, в конечном счете «не следует адаптировать кантианскую философию к области права, поскольку ей не хватает элемента диалогичности и публичного мнения». Какой же выход видит Мелкевик из этого спора с нарративистами? «Что делать? Не остается ничего иного, как заниматься тем, что
47Shaffer T. The Moral Theology of Atticus Finch // Journal of Legal Education. 1981. № 42. P. 181.
48Мелкевик Б. Философия права в потоке современности // Российский ежегодник теории права. 2008. № 1. С. 527-545.
71
они презирают! Мысль! Разум! Критика! Одним словом, работа умом…»49.
Таким образом, на сегодняшний день значение нарративной юриспруденции, как методологической концепции в современной западной философии права и пространстве междисциплинарных практик, далеко не бесспорно. Онтологическая природа права, как известно, проявляется в трех основных аспектах: знак, символ и социальное взаимодействие. Бесспорным достоинством нарративной юриспруденции в этом отношении представляется то обстоятельство, что она позволяет исследовать каждый из этих аспектов во всей полноте их взаимодействия, избегая их прямого противопоставления. Как разновидность постмодернистского подхода к праву, нарратология представляет собой достаточно разработанную методологическую концепцию, дополняющую коммуникативную природу мира права. Нарративная юриспруденция вновь обращает внимание исследователей на этическую составляющую правовой культуры, открывая перед ними новые исследовательские возможности.
К сожалению, долгое господство позитивистских подходов к праву и отсутствие опыта междисциплинарных исследований лишило отечественных специалистов возможности непредвзято изучить новую методологическую концепцию в момент ее зарождения. Поэтому в российских исследованиях нарратологию воспринимается подчас незаслуженно критически, отчего страдает вся гуманитарная культура, столь важная для развития профессионального правосознания юриста. Вместе с тем следует помнить, что отказ от формализации права может привести к его растворению в идеологических подсмыслах. Тогда будет потерян основной смысл права – его объективность. Но настаивать на полном отказе от коммуникативных междисциплинарных моделей в современном мире – значит существенно сузить познавательные возможности юриспруденции, ограничить восприятие событий через призму индивидуального видения и затруднить воспитание в человеке чувства справедливого.
49 Мелкевик Б. Почему стоит изучать философию права? / Юриспруденция в поисках идентичности. Сб. статей, переводов, рефератов.
Самара, 2010. С. 231−241.
72
6.5. Универсальное и культурно-особенное в ценностном измерении права
Особое место универсальные и культурно-особенные ценности имеют в контексте философии права. Он приобретают свое значение, потому что являются непосредственным источником правосознания, т.е. основой для правовых норм, институтов, которые в первую очередь определяются предметом философского осмысления.
В определении дефиниции правосознания нельзя воспользоваться только единым понятийным суждением, каждое из них дополняет следующее.
Так, например, А. Спиркин понимает идейную ориентированность этого правового явления. «Правосознание − это представления и понятия, выражающие отношение людей к действующему праву, знание меры в поведении людей с точки зре-
ния прав и обязанностей; это правовые теории, правовая идеология»50.
Однако подобное формальное определение не учитывает творческое корректирующее начало с позиции институтов индивидуальной справедливости, посредством которой приобретает глубокий жизненный смысл.
Еще одной непременной составляющей правосознания является ориентированность на будущее развитие. Правосознание − это ориентация на идеал правового государства, который имеет безусловный характер и уже в данный момент определяет практическое поведение человека как гражданина. Это значит, что, хотя правого государства еще нет, человек начинает жить так, как если бы оно утвердилось. Он вменяет себе в обязанность следовать таким установлениям (или хотя бы декларациям), которые соответствуют понятиям суверенитета, права, и отказывается подчиняться тем, которые несут на себе явную печать неправового (патерналистского и авторитарнобюрократического) ведения государственных дел. Как форма сознания и мировоззрения правосознания формируется в процессе правовой социализации и имеет сложную структуру. В обществе она действует на нескольких уровнях.
50 Спиркин А.Г. Философия. М., 1998. С. 722 - 723. 73
1.На социальном уровне правовая система влияет на индивида посредством демонстрации уважения к закону, наряду с историческим и традиционным поведением и деятельностью человека в социальной среде.
2.На личностном уровне доминирует копирование базовых ценностей, которые позволяют идентифицировать себя с определенной культурой.
3.Внутриличностный механизм правовой социализации включает в себя: потребности, интересы, ценности.
В определенном смысле в философии права выделяют институциональные и неинституциональные формы бытия правосознания.
Институциональная форма бытия правосознания существует в виде документов, которые являются согласующимися с общеобязательной нормой и подчиняющейся ей.
Неинституциональная форма бытия правосознания существует в виде чувств и суждений. Это сфера живого, неопредмеченного права, которая реализуется в виде теорий, литературы, личных документов. К тому же эта сфера существования правосознания разделяется на два типа:
1) обыденное правосознание, включающее представления
иволеизъявления людей, их субъективное отношение к реальному, действующему праву. Эта сфера образует массовое мнение общества вокруг действующего права.
Данная форма правосознания включает в себя нижние элементы общественной и индивидуальной психологии. В ней ведущими становятся символические формы выражения действительности;
2) теоретическое правосознание, предполагает формирование определенной юридической доктрины, обсуждение вопросов о праве, законности, справедливости, взаимных правах и обязанностях общества, об основополагающих институтах законодательства в гуманитарном познании. Теоретическое правосознание задается вопросами о происхождении закона, о его природе и социальной целесообразности. О правомочии ограничивать человеческую жизнь, его свободу;
По субъекту–носителю правосознание разделяется на индивидуальное, групповое, массовое и общественное. Вместе с тем не существует внеиндивидуального правосознания.
74
Будучи сложным по своей структуре правосознание многофункционально.
Трехсоставная схема, принятая в философии права, наделяет его тремя основными функциями: познавательной, оценочной и регулятивной.
Познавательная функция правосознания реализуется в социальной обусловленности, исторически развивающейся коллективной познавательной деятельности. Субъекты, познающие право, отличаются друг от друга социальными ролями, профессиональными особенностями, имущественным положением, мировоззрением и т.д. Отсюда многообразие приемов, процедур и уровней познания права у разных субъектов.
Оценочная функция заключается в осуществлении при помощи аксиологических категорий. Оценивающий субъект может позитивно или негативно воспринимать право, как таковое, в зависимости от того совпадают ли его установки с требованиями закона. Полнота оценочного восприятия зависит от глубины правовых знаний субъекта.
Регулятивная функция сводится, во-первых, к переработке и трансляции информации объективных признаков права в знание – предписание, во-вторых, к предметному воплощению этого значения в конкретные поступки, действия. Посредством правосознания регулируются потребности, позиции и поведение людей в праве.
На уровне субъективного правосознания охвачены различные сферы духовной деятельности: познавательная, оценочная, мотивационно-волевая, а также бессознательный правовой опыт.
Особую роль в механизме реализации регулятивной функции правосознания выполняет самосознание субъекта как участника правового общения. Самосознание обращено к внутреннему миру индивида. Самосознание субъекта направлено на выделение, различие и постижение смыслов правовых явлений. При этом обращает на себя внимание внутреннее содержание правовых феноменов. Смыслы понятий права могут быть выражены путем метафор (Фемида, Дике) или путем определения права через один из его признаков – атрибутов.
Но правовые понятия содержат в себе двойственную природу. Кроме формально-позитивных форм восприятия на право-
75
сознание влияют установки нравственного характера, поэтому для правильного правового воспитания необходимо, в том числе развитие и воспитание этико-нравственных ценностных установок правосубъекта.
Устойчивые, повторяющиеся, необходимые отношения между правовыми смыслами могут быть названы аксиомами правосознания. И. Ильиным в его работе «О сущности правосознания» определяет их в качестве аксиом или универсальных очевидностей, которые делают право возможным. По Ильину это, прежде всего: закон духовного достоинства, закон автономии (способности к самообязыванию) и закон взаимного признания (уважение и доверие людей друг к другу)51.
У большинства же приверженцев постмодернистской методологии в праве: герменевтиков, постструктуралистов все внимание сосредоточено на отыскании смыслов в текстах, в языке и речи. Вопрос о происхождении смысла и о его субъекте остается открытым.
В аспекте отношения к другому человеку правовые смыслы проявляются в следующих установках правосознания: стремление к независимому достижению выгоды и благополучия, сравнительно-состязательное понимание заслуг и успеха, неукоснительное соблюдение соглашений, приоритет гражданской порядочности и др.
Правовые смыслы строятся вокруг единого понятия – автономии личности и представляют собой условие «возможности» права.
Деформация правосознания проявляется в искаженных представлениях о праве: правовом нигилизме, правовом инфантилизме, правовом дилетантизме и перерождении правосознания. Общим для всех них является низкий уровень политикоправовой культуры субъекта права. Универсальная идея права представляет собой фундаментальную ценностную установку общества. Но философия права задается вопросами о идеи права, как универсальной или специфической составляющей культурной цивилизации.
51 Ильин И.А. О сущности правосознания. Соч. в 2 т. Т. 1. М., 1990.
С. 123.
76
В этом отношении могут быть выделены два основных направления.
1.Универсально-либеральная концепция, утверждающая, что идея права универсальна, она едина для всех культур (И. Кант, Дж. Роулз).
2.Партикулярно-коммунитаристская, выходящая из принципа множественности и разнородности культур и их желание сберечь свою идентичность (Максимов С.И.).
Однако крайние позиции такого понимания идеи права иногда оборачиваются лишением права на общие демократические ценности и множественную картину правового восприятия мира.
Умеренно-либеральная позиция, являясь срединной, отстаивает универсальность самой идеи права, но не отрицает культурно-историческую специфику. Сущностным моментом такого подхода является свобода.
Задание
Написание статьи по проблемам философии права на современном этапе развития гуманитарного знания.
Примерные темы
−Интегративные концепции правоотношения современной российской юридической науки.
−Философия права: современные концепции и их интерпретации.
−Особенности развития нарративной юриспруденции.
−Проблема соотношения должного и сущего в контексте современной юридической науки.
−Особенности институционального измерения права.
−Правовые формы интеграции науки и образования.
−Номография как наука и научная дисциплина. Требования к написанию смотреть в сети Интернет на
сайте кафедры теории права ИУЭС по ссылке http://tp.sfedu.ru.
77
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Философия права как наука, и, в особенности, как учебная дисциплина основной образовательной программы направления 40.03.01 «Юриспруденция», имеет для будущих юристов важное и зачастую не осозноваемое до конца значение. Обычно считается, что философия права – это некая краткая история философии для гуманитариев, в которой особое внимание уделяется разделам философских концепций, связанных с правопониманием и различными способами обоснования права. Отчасти такой подход справедлив и в определенной степени оправдан. Однако следует иметь в виду, что помимо уже отмеченных теоретических аспектов, философия права, преподаваемая юристам, имеет важное практическое и прикладное значение. Это значение заключается в том, что детальное знакомство с курсом философии права позволяет студентам и аспирантам создавать собственные стратегии гуманитарного исследования и использовать подходящие для каждого конкретного случая методы познания. Иначе говоря, философия права – это не только истории философии для гуманитариев, но своеобразный методологический путеводитель для будущих юристов, знакомых с философией, но не собирающихся заниматься ею профессионально. Философия права помагает начинающим исследователям вырабатывать собственное «правильное» философское знание и умение ориентироваться в правовых доктринах, овладеть теми нужными для исследования «словами» и способами их связывать, которые помогут им в будущем создавать собственные квалифицированные юридические исследования. Наконец, философия права есть умение на основе анализа смыслов, как выраженных, так и подразумеваемых в чужих работах, опознавать наиболее характерные способы перехода от одного тезиса к другому и от эмпирических данных к теории. В этом смысле философия права − своего рода методологическая карта, которая необходима каждому, кто намерен заниматься юридическими и междисциплинарными исследованиями. Именно такое понимание философии права характерно для данного учебного пособия.
78
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1.Азаркин Н.М. Всеобщая история юриспруденции: курс лекций. – М.: Юрид. лит., 2003.
2.Алексеев С.С. Философия права. – М.: НОРМА, 1997.
3.Байтеева М.В. Язык и право. − Казань, 2013. − C. 207.
4.Баскин Ю.Я. Очерки философии права. – Сыктывкар,
1996.
5.Гаджиев А. Онтология права: (критическое исследование юридического концепта действительности). – М.: Норма: ИНФРА-М. 2013. – 320 c.
6.Евдеева Н.В. Интегральные теории правопонимания в современной России. Автореферат диссертации. − Н. Новгород, 2005.
7.Жуков В.Н. Философия права (теоретикометодологический аспект) // Государство и право. – 2009. –
№3. – С. 21-30.
8.Иконникова Г.И., Ляшенко В.П. Основы философии права. – М.: ИНФРА – М.: Изд-во «Весь мир», 2001.
9.Кант. Критика практического разума. − С. 334.
10.Кельзен Г. Чистое учение о праве. − М.,1987.
11.Козлихин И.Ю. О нетрадиционных подходах к праву // Правоведение. – 2006. – № 1. – С. 31-40.
12.Кравиц В. Нарративная юриспруденция или теория правовой коммуникации. Размышления о феноменологии повествования права // Правоведение. − 2012. − № 1. − C.18-32.
13.Малинова И.П. Философия права / От метафизики к герменевтике. – Екатеринбург, 1995.
14.Макиавелли. Избранное, 1997. – С. 448.
15.Максимов С.И. Правовая реальность: опыт философского осмысления. – Харьков: Право, 2002. – 328 c.
16.Михалкин Н.В., Михалкин А.Н. Философия права. – М.: Изд-во «Юрайт», 2012.
17.Нерсесянц В.С. Философия права. – М.: НОРМА, 2006. – 848 c.
18.Мелкевик Б. Философия права в потоке современно-
сти // Российский ежегодник теории права. − 2008. − № 1. − С. 527-545.
79
19.Мелкевик Б. Почему стоит изучать философию права? / Юриспруденция в поисках идентичности. Сб. статей, переводов, рефератов. − Самара, 2010. − С. 231-241.
20.Милль Дж. С. Утилитаризм. − С. 90-91.
21.Монтень. Опыты. Книга 1, 2. − 1997.
22.Молчанов В.И. Парадигмы сознания и структуры опыта // Логос. − 1992. − № 2.
23.Нерсесянц В.С. Философия права: учебник для вузов. М.: Изд-во «НОРМА», 2006.
24.Поляков А.В. В поисках интегрального типа правопонимания // История государства и права. − 2003. − № 6.
25.Поляков А.В. Общая теория права. − СПб.: Издательский дом С.-Петербургского государственного университета, 2005.
26.Радбрух Г. Философия права. − М., 2004.
27.Рикёр П. Время и рассказ. Т.1. Интрига и исторический рассказ. − М., СПб.: Университетская книга, 1998. − С. 85.
28.Ромашов Р.А. Концепции современного правопонимания. Материалы круглого стола. – СПб., 2004.
29.Ротстайн Б. Политические институты: общие проблемы// Политическая наука: новые направления / под ред. Р. Гудина, Х.-Д. Клингеманна. − М., 1999. – С.162.
30.Спиркин А.Г. Философия. – М., 1998. – С. 722-723.
31.Трубина Е.Г. Нарратология: основы, проблемы, перспективы. Материалы курса. − Екатеринбург, 2004. − C. 8.
32.Чернавин Ю.А. Проблема предмета философии права. Вестник МГОУ. − 2013. − № 3.
33.Честнов И.Л. Критерии современности правопонимания: современна ли интегративная концепция права? // Философия права в России: история и современность. − М., 2009.
34.Хеффе О. Политика. Право. Справедливость. – М., 1994. – С. 120-220.
35.Хропанюк В.Н. Теория государства и права. – М.: Интерстиль; Омега-Л, 2008.
36.Метаистория Х. Уайта. – Екатеринбург: Изд-во Уральского университета, 2001.
37.Философия права / О. Данильян, Л.Д. Байрачная, С.И. Максимов и др. – М.: ЭКСМО, 2005. – 416 c.
80
