Художественная культура Саратовского края. Часть вторая. Пластические искусства (Архитектура. Скульптура. Живопись)

вых строительных технологий и широкого использования нетрадиционных материалов (металлы, пластики и особенно – цветное стекло). Ярко преподносимые современные идеи, изобретательность оформления (включая даже приёмы архитектуры хай-тек) нацелены на создание броских фасадов и элегантных интерьеров

– всё это нередко с претензией на уникальность и с установкой на элитарные амбиции. Различные аспекты подобного направления выразительно иллюстрируют бизнес-центр «Парус», администра- тивно-торговый комплекс «Ковчег», торгово-развлекательная корпорация «Триумф-Молл», гостиница «Жемчужина», а также новое здание ТЮЗа.

С 1990-х годов вновь обнаружил себя «немецкий акцент». Новейшая застройка в ряде случае согласуется с готическим силуэтом главной эмблемы Саратова, каковой является здание Консерватории. Более всего эта генетическая память прошлого «всплывает» в характерных острых шпилях (см., к примеру, построенные в духе романтических западноевропейских замков жилой дом в районе Городского парка и гостиница «Золотой дублон» в Энгельсе).

И, напротив, как это ни парадоксально, возрождение католического зодчества только самым косвенным образом апеллирует к связям с неоготикой. И если Католический костёл (церковь Христа Царя) в Марксе (1990–1993) хотя бы частично связывается с традицией возносящегося ввысь башенного объёма, то Католический собор (собор Святых апостолов Петра и Павла) в Саратове (1997–2000, архитекторы А.Мушта и В.Левинсон) скорее ориентирован на авангардную капеллу Нотр-Дам-дю-О, построенную в Роншане (Франция) знаменитым Ле Корбюзье.

Анализируя состояние саратовского градостроения самого последнего времени, можно прийти к выводу, что художественно наиболее ценное в его потенциале, вероятнее всего, будет разворачиваться в русле модернизированной классики. Подразумевается свободное преобразование разного рода классических форм (в том числе в их сочетании с отдельными элементами неоготики) с активным подключением современных ресурсов архитектурной выразительности. При этом первостепенная задача заключается в необходимости добиваться безусловной органики во взаимодействии столь различных стилевых компонентов под эгидой высокого вкуса, меры, ясности и красоты.

51

Именно в этом видится магистральная перспектива сохранения индивидуального архитектурного лица Саратова в потоке устрашающе нивелирующей глобализации наших дней. И уже сегодня можно назвать отдельные образцы успешно реализуемых принципов модернизированной классики. Это, к примеру, бизнесцентр «Атлант», которому предшествовала превосходно осуществлённая реконструкция большого офисного здания на той же улице Вавилова (на углу с улицей Рахова) и особняка дворцового типа по улице Некрасова, 48.

Другая современная классика складывается по линии храмового зодчества. Как известно, облик почти любого русского города прежде всего олицетворяли церковные сооружения. В годы Советской власти жизнь этой традиции была не только приостановлена, но и зачастую под корень разрушена повсеместным уничтожением церквей. Так, до 1918 года в Саратовской епархии действовали 891 храм, 15 монастырей, скит, пу́стынь, а к 1934-му не осталось ни одной действующей церкви. Все они были снесены или приспособлены под хозяйственные нужды. В разгар Великой Отечественной войны из потребностей пробуждения патриотического духа в 1942 году верующим вернули Троицкий собор, а в 1948-м и Духосошественский. И только с конца 1980-х

вгороде стали открываться другие церкви в наскоро отремонтированных дореволюционных зданиях.

Анемного погодя повела свой отсчёт возрождённая традиция возведения новых храмов. И здесь самое время сказать похвальное слово в адрес архитекторов, живущих рядом с нами. Они находят драгоценную «золотую середину» между исконным и нынешним в интерпретации храмового образа. Наши современники с завидным чувством меры, очень корректно, но тем не менее весьма инициативно претворяют традиционные формы, ни

вкоем случае не становясь их копиистами.

Художественная плодотворность их проектов говорит сама за себя, и остаётся назвать хотя бы несколько образцов, которые с полным правом можно отнести к сегодняшней классике церковного зодчества: храм Во имя всех святых, в земле Российской просиявших (2000–2001, архитектор В.Бочков) и КняжеВладимирский храм (2005–2010, архитектор В.Пахомов) в Саратове, храм Во имя иконы Божией Матери «Всех скорбящих ра-

52

дость» (2000) в Балашове и храм В честь Рождества Христова (2004–2006) в селе Рыбушка Саратовского района.

** *

«Каменную» историю Саратова, запечатлённую в рассмотренных выше памятниках архитектуры, дополняет монументальная скульптура, живущая на улицах, площадях и набережных города.

Начало ей было положено сравнительно недавно. По постановлению Саратовской городской думы в самом начале ХХ века провели конкурс с целью увековечения памяти Александра II как

«Великого Преобразователя России» (из текста постановления).

Из одиннадцати проектов комиссия отобрала два и приняла решение из проекта М.Чижова взять модель статуи императора, а из проекта С.Волнухина – пьедестал в виде четырёхгранной пирамиды с четырьмя фигурами, символизирующими основные деяния Александра II. Торжественное открытие памятника состоялось в 1911 году в дни празднования 50-летия со времени обнародования указа об освобождении крестьян от крепостной зависимости.

Грандиозный монумент был установлен перед главным входом в Липки (там, где теперь стоит памятник Чернышевскому) и разобран в 1918 году. Игнорируя художественные достоинства мемориала и то, что им был увековечен царь-освободитель, победивший класс считал для себя неприемлемым, чтобы увековеченным был царь. Между прочим, в «колыбели Революции», коей был Петроград, в это же время оставили в неприкосновенности не только знаменитые памятники Петру Великому и Екатерине Великой, но и монумент Николая I, задушившего движение декабристов.

В саратовском памятнике уничтожения избежала одна из скульптурных групп, находившихся на пьедестале. Она олицетворяла проведённую императором реформу народного образования и после долгих мытарств была установлена в 1996 году в сквере у Министерства образования Саратовской области. Те-

перь её именуют памятником Первой учительнице, поскольку он, действительно, представляет собой трогательную сценку: прилежная ученица, занятая чтением, и бережно склонившаяся

53

к ней наставница. Это первый и пока что единственный в России памятник учителям.

Композиционная идея монумента Александру II почти столетием позже была использована в памятнике П.А.Столыпину (2002, скульптор В.Клыков). И надо признать, использована не только плодотворно, но и, пожалуй, даже более впечатляюще. По четырём углам пьедестала автор расположил фигуры пахаря

сплугом, кузнеца с молотом, воина в доспехах и священника

скрестом, то есть тех, на ком, как говорится, земля держится. В них обобщены черты коренных русских национальных типажей с безупречной стилизацией старинных одежд и предметных атрибутов их занятий.

Вцентре, поднятая на большой постамент, высится отлитая в бронзе могучая фигура Столыпина высотой 3,5 метра, в парадной губернаторской одежде, при всех орденах. В осанке и позе – твёрдость, уверенность, что отвечает выбитому на пьедестале его знаменитому изречению: «Нам нужна великая Россия». Параллель к давнему монументу Александра II правомерна: то были на разных этапах российской истории два крупнейших государственных деятеля, два реформатора. И прежде чем стать самым выдающимся премьер-министром, Пётр Аркадьевич за три года своего губернаторства много сделал для процветания нашего края. Поэтому по праву первый в России памятник выдающемуся земляку установлен именно в Саратове.

Пётр Столыпин всеми силами стремился уберечь страну от революционных потрясений. Но верх одержали его противники, и России суждено было пережить полосу радикальных преобразований коммунистического толка. Летопись этого катастрофического периода хранят многие монументы тех времён.

Наиболее ранний из них – памятник «Борцам революции

1905 года» (1925, скульптор Б.Королёв). Он был призван напомнить о всей серьёзности политических событий 1905 года на саратовской земле, когда здесь возникли Советы рабочих депутатов и на одном из митингов в поддержку Декабрьского восстания в Москве по приказу Столыпина войска открыли огонь (было убито 8 человек и тяжело ранено 24). Однако сам памятник скорее является данью времени его создания, когда громогласно провозглашалась диктатура победившего пролетариата.

54

Её олицетворяет мощная полуобнажённая фигура рабочего

в будущее, ради которого было пролито столько крови. Посвоему впечатляющ и огромный ступенчатый постамент (высота 7,5 метров), выполненный в конструктивистской манере. Все его гранитные плоскости заполнены надписями и рельефами, посвящёнными различным этапам революционного движения.

Большим достоинством памятника «Борцам социалистической революции 1917 года» (1957, скульптор А.Перфильев) является динамично разработанный сюжет социальных схваток: трёхфигурная композиция (рабочий, солдат и матрос), увенчанная развевающимся знаменем, исполнена неподдельного героикодраматического пафоса. Десятилетие спустя перед монументом был зажжён Вечный огонь.

Последовавшая за Октябрьской революцией Гражданская война своё лучшее отображение нашла в памятнике Чапаеву (тот же 1957 год, скульптор П.Баландин), установленном на родине легендарного комдива, в городе Пугачёве. В призывной позе народного полководца, высоко поднявшего руку с шашкой

ислившегося с богатырской статью вздыбленного коня, с исключительной силой передана энергия дерзновенного порыва, отваги

исамоотверженности. И можно только диву даваться, что столь вдохновенное создание установлено на примитивнейшем кубе, сложенном из грубого кирпича.

Великая Отечественная война, как следующее важнейшее событие нашей истории ХХ века, самым достойным образом от-

мечена мемориальным комплексом «Журавли» (1980–1982,

архитектор Ю.Менякин). Это именно комплекс, слагаемые которого расположены по единой восходящей линии: входная площадь, мемориальный камень с Вечным огнём, аллея Славы, фон-

тан Памяти, парадная военная лестница, обзорная площадка, в центре которой установлена мемориальная стела. Лестница, ведущая к стеле, состоит из пяти маршей – это пять лет войны с указанием года и названием городов, в обороне или освобождении которых принимали участие саратовцы: от Бреста, Смоленска, Одессы и других городов в 1941-м до Варшавы, Праги, Берлина и других городов в 1945-м. Стелу образуют три пилона вы-

55

сотой 40 метров с золотыми звёздами по центру и клином двенадцати серебристых журавлей, символизирующих души погибших солдат. Образ птичьей стаи навеян песней «Журавли» на стихи Р.Гамзатова.

Мне кажется порою, что солдаты, С кровавых не пришедшие полей, Не в землю нашу полегли когда-то, А превратились в белых журавлей…

Силуэты летящих птиц и стела в целом решены в строгой, символической манере. Эта взмывающая ввысь громада находится на самой высокой точке Соколовой горы, природный рельеф которой дополнительно поднят сооружением рукотворного холма в виде усечённого конуса. Кроме того, в состав мемориального комплекса входят скульптурные композиции Молчащий колокол

ипамятник Малолетним узникам фашизма, а на аллее Славы установлены плиты с высеченными на них именами саратовцев – Героев Советского Союза и кавалеров ордена Славы, а также бюсты дважды Героев Советского Союза.

Масштабность пространственного решения мемориала усилена тем, что рядом с ним на территории парка Победы разместились два больших корпуса Музея боевой славы и на открытом воздухе – уникальная экспозиция военной техники. А поодаль расположилась Национальная деревня, где представлены жилища различных народов, живущих в Саратовской области, с презентацией характерных для их уклада усадеб, домов, замков, юрт.

Втом же парке Победы на Соколовой горе установлен па-

мятник Землякам, погибшим в локальных войнах (2009,

скульптор А.Садовский, архитектор А.Зайцев), подразумевая конфликты в Афганистане, Чечне и других «горячих точках». Молодой полуобнажённый боец с автоматом в одной руке и с тюльпаном в другой подан в сурово-скорбном наклоне головы

ивсей фигуры, за ним взметнулось взвихренное пламя бедствий, поясняемое надписью на постаменте: «Прошедшим огонь войны». Столь остроэкспрессивную, болевую трактовку поясняет окружающая скульптуру монументальная архитектурная конструкция с выгравированными именами 318 саратовцев, не вернувшихся домой из различных регионов планеты после 1945 года.

56

Подобно тому, как в саратовском зодчестве последнего времени была отмечена в качестве приоритетной линия, связанная с утверждением классических принципов, так и в монументальной скульптуре наиболее плодотворными оказываются работы, ориентированные на творческое преломление устойчивых художественных традиций. Далёкое предвосхищение этой тенденции можно отметить в бюсте П.Н.Яблочкова (1969, скульптор К.Суминов) у Колледжа радиоэлектроники, носящего его имя. Выдающийся изобретатель, подаривший миру дуговую лампу, предстаёт здесь как типичный русский интеллигент второй половины XIX века, выделяющийся силой идей и благородством помыслов.

Другой бюст, относящийся уже к нынешнему этапу, посвя-

щён губернатору А.Д.Панчулидзеву (2000, скульптор В.Степанов). Как и в бюсте Яблочкова, его облик наделён благородством и одухотворённостью. Но это представитель иного времени, причём пушкинской эпохи (губернаторствовал с 1808 по 1826 год) – отсюда соответствующий костюм и близость к привычному для нас романтическому образу великого поэта, а характерная для обоих этих современников смуглость кожи подчёркнута цветом бронзы. Панчулидзев ревностно заботился о благоустройстве Саратова, в том числе при нём заложен Городской парк, где была и его усадьба. Здесь же теперь находится его бюст, как первого из известных саратовских губернаторов.

К безусловной классике наших дней следует с полным основанием отнести рассмотренный выше памятник Столыпину. А в параллель с современным храмовым зодчеством можно при-

вести памятник Кириллу и Мефодию (2009, А.Рожников), пра-

вомерно нашедший себе место у главного входа в новый корпус Университета. Величавые фигуры седобородых старцев в широких ниспадающих одеяниях, подчёркнуто серьёзные, причём типично русские лики, обрамлённые нимбами, в руках одного – раскрытое Евангелие, у другого – свиток с крупными письменами, а за ними большой крест. То есть всё в атрибутике этого бронзового изваяния находится в русле устоявшихся представлений о славянских просветителях и шире – о подвижниках православной веры вообще.

Отдельную большую страницу в монументальную пластику Саратова вписал Александр Павлович Кибальников (1912–1987).

57

Здесь он работал на заводе, пятнадцатилетним подростком приехав из деревни Орехово. Затем учился в Художественнопромышленном техникуме (так именовали тогда Саратовское художественное училище) и после его окончания был художникомдекоратором в театре. Во время Великой Отечественной войны – активный участник саратовских «Окон ТАСС», с 1951 по 1958 вновь жил в Саратове и считал его своим родным городом.

Ваянием Кибальников увлёкся ещё в техникуме, где он учился на живописном отделении, и вскоре скульптура стала определяющим интересом его жизни. К 1950-м годам он вырос в крупнейшего отечественного монументалиста со своим ярко выраженным творческим почерком. Его работы отличает стремление к крупным художественным обобщениям, мужественная сила и цельность образов, выразительность психологических характеристик, острота пластического решения. Таковы его прославленные памятники В.В.Маяковскому (1958, Ленинская премия 1959 года) и П.М.Третьякову (1962, установлен перед Третьяковской галереей в 1980-м) в Москве, С.А.Есенину (1975) в Рязани. Характерное для него тяготение к драматической героике

исуровой мощи получило своё кульминационное выражение в изваяниях мемориального ансамбля «Защитникам Брестской кре-

пости» (1970–1971).

Для Саратова Кибальников выполнил четыре большие работы – это памятники А.Н.Радищеву, Н.Г.Чернышевскому, К.А.Федину и В.И.Ленину. Что касается последнего из них, необходимо заметить следующее: скульптор неоднократно обращался к образу вождя, и его памятники, находящиеся в разных городах (Москва, Фрунзе, Елабуга) весьма различаются между собой. Саратовский памятник (1970) выделяется среди них чрезвычайной укрупнённостью (девятиметровый бронзовый образглыба), а также характерностью указующего жеста.

Упомянув четыре памятника Ленину работы Кибальникова, стоит сказать об одной особенности творческого процесса этого выдающегося скульптора: выходя на избираемый для ваяния образ, он глубоко вживался в него и неоднократно возвращался к нему в целом ряде работ разного плана и жанра. Так, раздумья о знаменитом земляке Николае Гавриловиче Чернышевском стали занимать его воображение едва ли не с середины 1930-х годов,

иизвестность к нему как скульптору пришла в 1939-м, когда он

58

принял участие во Всесоюзном конкурсе на проект памятника Чернышевскому. В 1944 году Кибальников вылепил небольшую гипсовую фигуру Чернышевского, в 1946-м сделал скульптурный портрет, а в 1948-м бронзовую статую.

Всё это были яркие, выразительные работы, каждая из них имеет самостоятельную художественную ценность. И всё-таки результирующий итог искания скульптора получили в проекте памятника Чернышевскому (1940–1948), за который он был удостоен в 1949-м Сталинской премии. Установили его в 1953 году, и с тех пор фигура мыслителя стала одним из визуальных символов Саратова.

Ваналогичном ракурсе Кибальников создавал и памятник А.Н.Радищеву – как неординарно мыслящей, глубоко одухотворённой личности. Ему предшествовала длительная предыстория.

В1918 году перед зданием Художественного музея его имени водрузили скульптурную композицию под названием «Свобода» (скульптор П.Дундук): рвущая цепи фигура на фоне каменного застенка, по всей видимости, должна была символизировать самого Радищева. Сделанная из недоброкачественного бетона, скульптура вскоре разрушилась. С 1936-го на её месте стояла декоративная ваза, что имело своей целью подчеркнуть причастность здания к высокому искусству.

В1951 году появилось первое скульптурное изображение Радищева. Опять-таки выполненное из недолговечного материала, оно было демонтировано и в 1956 году заменено изваянием работы Кибальникова. Но поскольку оно было изготовлено из

гипса, его приходилось закрывать в зимнее время, поэтому

в1971-м решили установить другую скульптуру. Однако по художественной ценности она весьма уступала творению Кибальникова, и в 1975 году был изготовлен и установлен гранитный аналог гипсового изваяния, который мы видим перед входом

вРадищевский музей по сей день.

** *

Переходя к тому разделу пластических искусств, который представлен живописью и графикой, приходится констатировать, что на протяжении почти всего XIX века (не говоря уже о предыдущем столетии) фигуры художников были сугубо эпизодическими: Ж.-Б.Савэн, по происхождению француз (портреты и ак-

59

варели), акварелистка М.Жукова, А.Годин (был первым учителем М.Врубеля) и Ф.Васильев (первый наставник В.БорисоваМусатова), портретисты и церковные живописцы Л.Игорев и Н.Россов. В основном за пределами Саратова работали его уроженцы, которые были по-настоящему известными художниками – В.Журавлёв и А.Харламов.

Высокий расцвет саратовской живописи конца XIX – начала ХХ века подготовила деятельность приехавшего из Италии Э.Баракки и выпускника петербургской Академии художеств В.Коновалова. Они оказали решающее воздействие на местную художественную школу, основными представителями которой стали В.Борисов-Мусатов, П.Кузнецов, П.Уткин, А.Савинов, К.Петров-Водкин (уроженец Хвалынска), а также скульптор А.Матвеев.

С 1897 года начинает отсчёт своей истории Саратовское художественное училище имени А.П.Боголюбова, что определило последующую отлаженность воспитания художественных кадров. Оно открылось как Боголюбовская рисовальная школа, которая поначалу разместилась в здании Художественного музея, уникальная коллекция которого являлась для учеников лучшим подспорьем в овладении профессиональными навыками. В 1918 году школа была реорганизована в Свободные художественные мастерские, в 1919-м в Высшие государственные художественнотехнические мастерские. Затем на этой базе в 1920 году открылся Художественно-практический институт, а в 1923 Художественнопромышленный техникум. Наконец, с 1937 года – это Художественное училище.

Среди выпускников училища значатся такие выдающиеся мастера, как П.Кузнецов и А.Матвеев, народные художники

СССР Н.Жуков и А.Кибальников, народные художники России Б.Неменский, И.Севастьянов, Н.Суворов, Л.Головницкий, А.Учаев и многие другие.

Вернёмся в «звёздные» для Саратова годы, чтобы напомнить о тех, кто возглавил плеяду замечательных мастеров изобразительного искусства и был в авангарде так называемой эпохи «культурного взрыва», как обозначают иногда высокие художественные свершения конца XIX и начала ХХ столетия. Разумеется, это только что называвшиеся Борисов-Мусатов, Кузнецов и Петров-Водкин.

60