Философские вопросы науковедения. Монография

Неклассические представления неправомерно распространены на всё научное познание, на всё научное знание. Начнём с полифундаментальности. Всё вещество Вселенной состоит из небольшого, скажем мягче, ограниченного количества химических элементов. Химические элементы – это атомы, состоящие из трех видов стабильных микрочастиц – протонов, нейтронов и электронов. Предполагается, что все известные элементарные частицы состоят из трех видов еще более элементарных частиц – кварков. Но это объективный фундаментализм, не зависящий от человеческого сознания. Никакая «неклассика» обрушить этот объективный фундаментализм не может. Природа человеческого сознания такова, что оно не может познать весь мир как единое целое. Человек вынужден познавать мир по частям. Поэтому возникло много наук, и продолжают возникать новые науки. В этом смысле можно говорить о полифундаментальности. Но в основе любой теории лежит комплекс немногочисленных аксиом, являющихся базой, фундаментом теории. Аксиоматико-дедуктивный метод мышления является проявлением фундаментализма. Полифундаментальность безоговорочно относится только к теориям философов-идеалистов. Они строят свои теории, исключая из рассмотрения главные черты предмета исследования. В результате получается множество научно несостоятельных теорий, получается и полифундаментальность и плюрализм.

Интегратизм проявляется в исследованиях систем, в системном анализе. Видеть в каждом предмете систему, состоящую из большого количества подсистем далеко не всегда практически необходимо. Для применения имеющихся средств исследования системы объектов приходится упрощать, исключать из рассмотрения менее значимые свойства частей системы. От таких упрощений не свободен и системный анализ. Теория систем не отменяет классические науки. Роль интегратизма как характеристики современной науки на наш взгляд преувеличена.

«Понимать внутреннее устройство систем» не всегда необходимо и, тем более, не всегда возможно. Например, изучая аэродинамику самолета нет необходимости учитывать его конструкцию, устройство. Аэродинамика рассматривает форму, размеры самолета и распределение массы по его объему. При решении задач прочности рассматривается взаимодействие частей его конструкции. Свойства материала частей задаются несколькими константами. Свойства материалов изучаются различными разделами материаловедения и физикой металлов, непосредственного отношения к самолетостроению не имеющими. Хаоса в природе и обществе, конечно, много, но много и порядка. При этом необходимо подчеркнуть, что хаос и порядок не абсолютны. Переход от хаоса к порядку и наоборот происходит не только в результате хаотического взаимодействия элементов системы друг с другом, но и со средой, в которой существует система.

Синергетика посредством системного анализа изучает взаимодействие элементов системы и между собою, и со средой. Надо иметь в виду, что применять синергетику и системный анализ к системам с малым числом элементов нет необходимости. Поэтому синергизм не отменяет классические науки и не проявляется в них. Кроме того, воздействие среды на систему может быть настолько сильным, что именно это воздействие, а не хаотическое взаимодействие элементов между собою будет главной причиной перехода от хаоса к порядку и

51/94

наоборот. Системы, подвергающиеся сильному воздействию среды, не могут быть самоорганизующимися или, мягче говоря, вполне самоорганизующимися. Это ограничивает применение синергетики. На наш взгляд, по меньшей мере, ограниченно применение синергетики к человеческому обществу. Общество существует под жесточайшей, непреодолимой необходимостью производить средства своего существования. Общественное производство и распределение делает человеческую массу обществом. Общественное производство средств существования и их распределение, а не стихийное взаимодействие членов общества между собою, является главной причиной самоорганизации общества. Короче говоря, синергизм проявляется не во всех разновидностях научного познания и поэтому не может быть одной из общих характеристик научного познания и знания.

По поводу холизма можно сказать то же, что сказано по поводу интегратизма. Рассматривать состав, структуру элементов изучаемой системы во многих случаях объективной необходимости нет. Например, изучая атом нет необходимости (по меньшей мере, пока) представлять себе электрон как замкнутую вселенную.

Антисозерцательнльность, «представление о реальности, как чего-то, не зависящего от средств ее познания» возникло в связи с экспериментальными исследованиями микромира. В этих исследованиях изучаются свойства микрочастиц, проявляющиеся в их взаимодействии с приборами. Эти свойства объективны. Они присущи микрообъектам и не зависят ни от приборов, ни от субъекта-исследователя. Они лишь проявляются во взаимодействии с приборами. Кроме того, наблюдаются посредством приборов и взаимодействия микрочастиц между собою. Эти взаимодействия проявляются в виде ядерных реакций, в которых микрочастицы распадаются на другие микрочастицы, превращаются в другие микрочастицы и т.п. И во взаимодействиях с приборами, и во взаимодействиях между собой микрочастицы существуют независимо от приборов и познающих субъектов. «Представление о реальности, как чего-то, не зависящего от средств ее познания» – это идеалистическое искажение, не имеющее отношения к научному познанию.

Релятивизм присущ и объективной реальности и научному знанию о ней. Все объекты и все процессы между объектами имеют начало и конец. Количественные изменения приводят к качественным изменениям. Несотворим и неуничтожим только мир в целом. Но и он переходит из одной формы существования в другую. Нарушение причинно-следственных связей наблюдается только в микромире в особых условиях (сильные поля и т.д.). На наш взгляд, не исключено, что в этих условиях наблюдаются не все взаимодействия. Отнесение релятивизма только к неклассике не имеет основания.

То же можно сказать и о дополнительности. Дополнительность приписывается только микромиру. В микромире дополнительность проявляется в том, что микрочастицу можно рассматривать либо как корпускулу, либо как волну. Но и в макромире дополнительность имеет место. Например, уравнения механики деформируемого твердого тела записываются либо в напряжениях, либо в перемещениях. В термодинамике рассматривается взаимосвязь либо между давлением, объемом и температурой газа, либо между объемом, давлением и

52/94

кинетической энергией его молекул. Дополнительность не может быть отличием классики от неклассики.

Понимающаяся под когерентностью «модель самоформирования макроскопических масштабов событий из внутренней потенциальности (эффекты системных связей, способных на коллективную самоиндукцию, резонансное самодействие)» относится, видимо, к взаимодействию между собою элементов больших систем, рассматриваемых изолированно от взаимодействия с другими системами. От каких-либо иных трактовок «самоформирования из внутренней потенциальности» уклоняемся. Непонятно, в каком отношении к классике или неклассике находятся «самоформирования» и могут ли они быть отличием классики от неклассики.

Нелинейность как условие случайных скачкообразных переходов объектов из одного возможного состояния к другому имеет место в природе и технике. Нелинейные (в математическом смысле) задачи важны в практическом отношении. Но они очень сложны в смысле решения их в общем виде и очень трудоемки в смысле вычислений. Современная вычислительная техника дает огромные возможности численного, а не аналитического (в общем виде) решения нелинейных задач. Применение вычислительной техники и методов вычислительной математики позволяет численно решать очень сложные нелинейные задачи, решение которых аналитическими методами невозможно или слишком трудоёмко. Но методы вычислений не изменяют принципиальных основ конкретных наук. В этом смысле классические науки остаются классическими.

Поэтому нелинейность не может разделять научное познание на классическое и неклассическое. Возможность рассмотрения человеческого общества как нелинейной системы со случайными переходами от хаоса к порядку, по меньшей мере, ограничена. Переходы от предыдущей общественно-экономической формации к последующей не случайны, а подготавливаются длительным историческим развитием предыдущей формации. Случайные зигзаги, отступления, топтание на месте имеют место в истории любой страны. Несмотря на все это закономерный переход к следующей общественно-экономической формации раньше или позднее реализуется.

Топос – это многозначный термин. В математике – это пучок множеств, в логике – общезначимое утверждение, в риторике – общее место и т.д. Под топосами в [1] понимаются объекты, части которых могут превращаться в части с другими свойствами, в иные части. Одни части могут распадаться, другие – объединяются в единое целое, части среды могут переходить в топос, части топоса могут переходить в среду и т.д. При этом изменяется и сам топос. Объекты и представление о мире – это разные вещи. Эту нелогичность легко устранить, включив в мировидение представление о топосах. Но рассмотрение топосов самих по себе как особого вида объектов ведет к суждениям, не содержащихся в [1]. Топосы и нетопосы сосуществуют вместе. Они не исключают друг друга, но средства их научноного познания различны. Эти средства тоже сосуществуют и не исключают друг друга. Следовательно, классика и неклассика сосуществуют и не исключают друг друга.

53/94

Иными словами неклассическое мировоззрение не отменяет и не разрушает мировоззрение классическое, а мирно сосуществует с ним.

Попытаемся рассмотреть, чем отличаются друг от друга процессы познания топосов и нетопосов. Представим себе не слишком сложный топос, состоящий из нескольких частей. Для начального состояния строим теоретическую схему и изучаем её. Эта схема топоса неполно и приближенно соответствует топосу, пока все части топоса изменяются количественно, оставаясь качественно самими собой. Как только хотя бы одна часть изменилась качественно, т.е. стала некой иной частью, теоретическая схема перестает соответствовать топосу и должна быть заменена другой схемой. То же происходит и при качественных изменениях других частей. Короче говоря, Процесс познания топоса сводится к последовательному построению нескольких теоретических схем. В более сложном случае могут происходить случайные переходы части топоса в одно из возможных качеств. В этом случае процесс ветвится и для каждой ветви необходимо разрабатывать соответствующую теоретическую схему. В промежутках между скачкообразными изменениями качества частей, а вместе с ними и изменениями самого топоса, топос изменяется как нетопос. Гносеологическое различие между топосами и нетопосами, на наш взгляд, преувеличено.

По поводу «поворота от бытия к становлению» следует сказать, что это не всеобщий поворот. Рассмотрение бытия или становления зависит от объекта, а не от мировоззрения. Если объект развивается очень медленно, то рассматривается его бытие безотносительно ко времени. Процессы, быстро развивающиеся и наблюдаемые от начала до конца, рассматриваются как становление. Рассмотрение как бытие или как становление определяется не «поворотом от бытия к становлению», а объективной возможностью и необходимостью познания объекта. Например, развитие конкретного человека современная медицина рассматривает как его становление от зачатия до смерти. Вселенная же развивается так медленно, что мы можем изучать её такой, какая она есть и будет еще очень долго. Теоретически средствами ОТО найдено начало Вселенной, названное Большим Взрывом, но конец её пока не просматривается. Думается, что в теоретических рассуждениях содержится немало фантастики, потому что уравнения ОТО решались с упрощающими допущениями.

Интертеория как «неведомый классике тип строения знания» на самом деле ведом и классике и неклассике. Для примера приведем «пучок» теорий упругости, применимый не только к твердому деформируемому телу вообще, но и к одному и тому же материалу: линейная и нелинейная теории упругости, теория упругости анизотропного тела. К этому же пучку можно отнести теорию пластичности и теорию ползучести. Пучком являются и разновидности химии, хотя в их предметных областях имеются некоторые различия. Еще раз остановимся на том, что в философском и стихийном идеализме действительно сосуществуют независимые модели одной и той же предметной области. Но эти модели построены без учета всех главных, отличительных черт объекта и, тем более, не всех второстепенных черт. Только этой неполнотой объясняется «плюрализм» моделей, а так же то, что они, ни каждая в отдельности, ни все они вместе, не образуют аналога объекта.

54/94

Итак, классика и неклассика не исключают друг друга, а мирно сосуществуют.

В [1,] рассматривается еще постнеклассика или неонеклассика как характеристика современного этапа развития научного познания. Неонеклассика представлена не как научное мировоззрение, а как «знание-инструмент, ориентированное на утверждение человека в мире. Раньше целью познания считалось познание бытия, с настоящего момента в качестве такой цели все более утверждается знание перспектив творения бытия, отвечающего нашим запросам. «Таким образом, в неонеклассике очевиден сдвиг с субстанциолизма на креативизм, с онтологии на телеологию, который оправдывается встройкой в знание новых преобладающих тенденций. В их числе: синкретизм – увязывание интенции фундаментальной науки на получение достоверного знания с интенциями прикладной науки на получение социально работоспособного утилизуемого знания; телеономия – вскрытие антропоморфной определенности мира, целесообразно-смыслового начала, пронизывающего и пропитывающего мир; новая рациональность – бытие-сгусток ценностно-целевых воплощений, воспринимаемый через призму оптимальных путей выживания» [1,131].

Неонеклассику можно отнести к мировоззрению. Но это не научное мировоззрение, а мировоззрения буржуя-предпринимателя, главной целью и смыслом жизни которого является получение прибыли. С этой и только с этой точки зрения он воспринимает мир. Что касается «целесообразно-смыслового начала, пронизывающего и пропитывающего мир», то это проявление объективного идеализма. В реальном мире нет ни целесообразности, ни смысла, ни начал. Всё это существует только в сознании познающего субъекта. В мире существуют только взаимодействия и взаимосвязи.

Субъект-идеалист, построивший идеальную модель объекта, отождествляет её с объектом, и только. Поиск определенности, целесообразно-смыслового начала может привести только к вере в сверхъестественную субстанцию. В «знании перспектив творения бытия» просматривается идеалистическая попытка поставить сознание впереди истории. Безусловно, научное знание играет все большую и большую роль в жизни общества. Оно влияет и на ход исторического процесса. Но ход исторического процесса определяется и, главное, осуществляется борьбой между классами и народами. Не требуются глубокие и обширные знания для осознания новых общечеловеческих факторов, влияющих на жизнь и существование современного общества – разрушительного влияния производства на среду обитания, ограниченности и быстрого убывания природных ресурсов земли, стремительного роста народонаселения, перенаселенности некоторых регионов планеты и т.д. Не нужно быть интеллектуальным гением, чтобы видеть возникшую и быстро обостряющуюся объективную историческую необходимость глобального перехода человечества к плановому управлению производством, потреблением, рождаемостью, расселением по планете в интересах всего общества, а не в интересах привилегированных классов и народов.

Современная история показывает, что одного знания для такого перехода недостаточно. Этот переход может быть только результатом борьбы между классами и народами. Научное знание может лишь облегчить и ускорить этот

55/94

переход. Неонеклассика, не являющаяся научным мировоззрением, не может быть характеристикой этапа научного познания.

Можно утверждать, что научное мировоззрение в принципе не может быть характеристикой развития научного знания. Научные знания ограничены. Мы знаем не всё и не обо всём мире, а только кое-что о его частях. Мировоззрение – это распространение неполного приближенного знания о частях мира на весь мир. Мировоззрение основано на научном знании, а не знание на мировоззрении. Мировоззрение оказывает некоторое влияние на научный поиск, давая, например, ориентировку поиску. Но развитие знания ведет к развитию мировоззрения, а не наоборот.

Рассуждения о классике и неклассике блуждают вокруг понятия знания как идеального, неполного, приближенного аналога реальности. Но они не могут прийти к этому понятию. Перейти от знания как множества логически организованных высказываний, от идеального конструкта - продукта свободной деятельности разума к идеальному аналогу, неполно, приближенно соответствующему реальности невозможно.

2.3. Этапы развития научного познания

Определить этапы развития научного познания посредством классики, неклассики, постклассики невозможно, потому что они существуют совместно и пресекаются между собой. Легко просматриваются этапы развития науки с точки зрения ступеней научного познания. На начальном этапе научное познание основывалось на повседневных наблюдениях. Оно проходило все три ступени: от чувственного образа – к абстрактному образу, от него к теоретической схеме и, далее, к практике. Но научный эксперимент был исключен по причине отсутствия средств научного наблюдения. Началом первого этапа было возникновение десятеричной системы счисления и появление письменности. Концом его были первые научные опыты Галилея. Начало первого этапа скрыто в древности, а конец его не только датирован, но и персонализирован. Конец первого этапа является началом второго. Второй этап характеризуется прохождением всех трех ступеней научного познания и использованием научных знаний в производстве. Главным содержанием первой ступени является научный эксперимент. Полное прохождение всех трех ступеней познания, основанных на научном эксперименте, и использование знаний в производственной практике дает основание назвать второй этап классическим. Первый этап можно назвать доклассическим. Впрочем, дело не в названии. Можно обойтись и нумерацией. На Руси давно сказано: горшком назови, но в печь не ставь.

Конец второго этапа и начало третьего ознаменовались случайным открытием радиоактивности, что тоже датировано и персонализировано. Далее были открыты элементарные частицы вещества, возникли атомная и ядерная физики и квантовая механика. Другими словами, возникли науки о чувственно не воспринимаемых материальных объектах. Невозможность чувственного восприятия сильно затруднило и усложнило процесс познания микромира. Отсутствие чувственного опыта приходится компенсировать гипотезами,

56/94

догадками. Постулаты Планка, Бора, гипотеза де Бройля о волне-частице – это догадки. Уравнения квантовой механики оказалось возможным применять не только к известным в то время частицам вещества, но и к античастицам, которые потом были открыты опытным путем. Короче говоря, процессы познания макро- и микромира сильно отличаются друг от друга. Открытие микромира не исключило макромир. Макромир продолжает существовать. Развиваются уже существующие

ивозникают новые науки о макромире. В то же время процессы познания макро-

имикромира не изолированы друг от друга. Все разделы современной химии, физика металлов, технические науки, связанные с электронным приборостроением и др. основаны на атомной физике и квантовой механике. На ядерной физике основаны технические науки, относящиеся к ядерной энергетике. В тоже время существование и развитие наук о микромире невозможно без макроприборов – ускорителей микрочастиц, ядерных реакторов и т.д.

Следовательно, третий этап (придумать подходящее название предоставляем читателям) – это неразделимое соединение наук о макро- и микромире. На третьем этапе сосуществуют классические науки о макромире, проходящие все три ступени познания и науки о микромире, начинающиеся со второй ступени, с построения абстрактного образа, минуя первую ступень

Имакрообъекты вещества и микрочастицы существую не в пустоте, а в физическом вакууме. Они взаимодействуют с вакуумом, а не между собой непосредственно. Вакуум – это не вещество. Данная нам реальность существует в двух структурных составляющих: вещество и невещество, физический вакуум. Невещество может генерировать элементарные частицы вещества. Элементарные частицы вещества могут аннигилировать, превращаться в невещество, в вакуум.

Итут возникает новая особенность познавательного процесса. Наблюдаемыми являются только результаты воздействия вакуума на элементарные частицы вещества. Воздействие вакуума на макротела складывается из его воздействия на каждую микрочастицу, входящую в состав макротела. Воздействие вакуума на макротела легче и проще поддаются наблюдению, в том числе – непосредственному. Держа в руке груз, мы ощущаем силу притяжения его к Земле. Но это не Земля притягивает к себе груз, это вакуум взаимодействует с двумя объектами, с Землей и с грузом. Приближая друг к другу одноименные полюсы двух магнитов, мы ощущаем работу вакуума как сжимаемой пружины. Гравитационное взаимодействие микрочастиц между собою и с макротелами в атомной и ядерной физике не рассматривается. Наблюдение результатов электромагнитного воздействия вакуума на заряженные микрочастицы осложнено необходимостью применять приборы, искажающие взаимодействие их с вакуумом. Но, тем не менее, наблюдение возможно. Наблюдаются результаты слабого и сильного (ядерного) воздействия вакуума на элементарные частицы. Сам же вакуум не поддается наблюдению.

Мы ничего не знаем о структурных составляющих вакуума, об их свойствах, об изменении их свойств в процессе взаимодействия с веществом. Ни структурные составляющие вакуума, ни их свойства, ни изменения этих свойств не проявляются во взаимодействиях его с веществом и, видимо, не могут быть обнаружены какими-либо приборами. При изучении слабого и сильного взаимодействия, результатами которых являются распад и возникновение элементарных частиц и

57/94

превращение их друг в друга, используются несколько законов сохранения (сохранение массы-энергии, импульса, момента импульса, спина, нескольких видов зарядов и т.д.). При этом сами слабое и сильное взаимодействия не рассматриваются и остаются неизвестными. Нечто аналогичное происходит в простой задаче классической механики о столкновении упругих шаров. Зная направления движения и скорости шаров до столкновения, посредством законов сохранения количества движения и кинетической энергии шаров определяются их направления движения и скорости после столкновения. Само же упругое столкновение не рассматривается. Тем не менее, начало изучению вакуума положено. Этим началом являются упоминавшиеся выше общая теория относительности, торсионная теория и применение уравнения Дирака к виртуальным частицам. К началу изучения вакуума, видимо, можно отнести и специальную теорию относительности, утверждающую неизменность скорости распространения электромагнитных волн при переходе от одной инерциальной системе отсчета к другой.

Эти теории построены без опытных данных о вакууме, которых нет, и, возможно, быть не может. Поэтому познание вакуума возможно лишь на основе наблюдений результатов воздействия вакуума на вещественные макро- и микрообъекты. О строении и свойствах вакуума на основе этих наблюдений можно лишь догадываться. В этом состоит главное отличие познания вакуума от познания других форм реальности. Выше уже говорилось о том, что в ОТО некое абсолютное пространство-время отождествлено с вакуумом. Природа гравитации объясняется искривлением пространства-времени под воздействием гравитирующего вещества. В ОТО и в торсионной теории использовано тензорное исчисление, безотносительное к конкретной системе координат, отнесенное к любой координатной системе. Возникает вопрос, по отношении к чему рассматривается искривление, закручивание и т.п. пространства-времени.

Очевидно, что искажение пространства-времени рассматривается относительно начального его состояния, которое было бы при мысленном удалении из вакуума всего вещества. Но при абсолютном отсутствии вещества (т.е. при отсутствии наблюдаемых объектов) пространственно-временные представления невозможны.

Из этого простенького рассуждения следует, что отождествление вакуума с пространством-временем и приписывание вакууму только геометрических свойств неправомерно. Деформирование в гравитационном поле протяженных твердых тел, силовое взаимодействие с вакуумом электрически заряженных и намагниченных тел дает основание предполагать, что вакуум обладает не только геометрическими, но и физическими свойствами и задача современной науки познать их. Начато экспериментальное обнаружение существования физических свойств вакуума. Обнаружено существование критического уровня возбуждения вакуума, при достижении которого вакуум порождает элементарные частицы. При этом вакуум генерирует электроэнергию посредством порождения электрических зарядов – электронов и позитронов.

Переход вакуума в возбужденное состояние происходит при достижении определенной плотности энергии. На этих свойствах вакуума основан принцип

58/94

действия генераторов вакуумной энергии, на выходе которых получается энергии больше, чем затрачено источником питания генератора [4].

Но это не представления о конкретных свойствах вакуума, а лишь представления о том, что они существуют. Начало исследований физических свойств вакуума (вернее обнаружение их существования без раскрытия физического содержания) и построений теоретических схем воздействия вакуума на вещество одновременно является началом четвертого этапа развития научного познания. Четвертый этап характерен тем, что познание вакуума начинается с третьей ступени, с построения теоретической схемы вакуума и её мысленного изучения. Примерами этого служат специальная теория относительности, общая теория относительности и торсионная теория. Начало познания с третьей ступени не является свободной, творческой деятельностью разума, творящего теории из себя самого без связи с реальностью.

Используются результаты воздействия вакуума на объекты, поддающиеся наблюдению и методы познания, выработанные классическими науками. Например, при создании ОТО использовано основанное на непосредственном опыте взаимодействие между гравитирующими телами (взаимодействие тел с вакуумом ненаблюдаемо), выработанное ранее представление о множестве систем отсчета, в которых проявление объективных процессов одинаково, и вытекающее из ньютонова закона всемирного тяготения эквивалентность силы и ускорения для точечной пробной массы.

Итак, четвертый этап развития научного познания характеризуется сосуществованием и взаимосвязью классических наук, проходящих все три ступени познания, наук о микрообъектах, наблюдаемых только посредством приборов и не имеющих чувственного образа и науки о физическом вакууме, ненаблюдаемого ни непосредственно, ни посредством приборов, существование которого проявляется только посредством результатов его воздействия на микро- и макрообъекты. Сточки зрения ступеней научного познания отчетливо видны этапы развития науки.

59/94

3. РАЗВИТИЕ СРЕДСТВ НАУЧНОГО ПОЗНАНИЯ

3.1. Развитие средств измерения и наблюдения

Первоначально в научных измерениях использовались те же средства, что и в бытовых и в производственных измерениях. Первыми появились, видимо, масштабная линейка, (а также лента), весы, часы. С освоением тепловых и электромагнитных взаимодействий появились тепловые и электрические приборы (термометры, амперметры, вольтметры и пр.). С началом изучения микромира появились приборы для наблюдения микрочастиц, вернее, результатов их взаимодействия со средой (камера Вильсона, специальные фотопластинки и др.).

С возникновением ядерной физики понадобились ускорители заряженных частиц и ядерные реакторы и т.д. Оптические приборы наблюдения дают возможность зрительно воспринимать невидимые или плохо видимые объекты из-за их малости или отдаленности. Радиолокаторы, радиотелескопы позволяют вести наблюдения в области зрительно не воспринимаемых диапазонах электромагнитных колебаний. Появились способы косвенных измерений, например электрические измерения неэлектрических величин. Другими словами, рассмотренные в п. 2.3 этапы развития научного познания характеризуются также и специфическими для них приборами. В результате этого легко просматривается обратная связь научного познания с производственной практикой.

Материальные средства, сами по себе, недостаточны. Для использования материальных средств как средств измерения необходимы единицы измерения. Единицы измерения длины и веса выбирались совершенно произвольно, и их было множество. В разных странах использовались разные единицы. И только единица времени была, по-видимому, международной. Это были сутки – один оборот Земли относительно собственной оси. Вопрос о том, почему сутки были разделены на двадцать четыре часа, час – на шестьдесят минут, а минута - на шестьдесят секунд, оставим историкам. Отметим только одно: деление суток на часы, минуты, секунды было совершено произвольно. Международное согласие на это (консенсус) произвола не убавляет. С появлением тепловых, электромагнитных и т.д. приборов появились и соответствующие единицы измерения.

Далее оказалось, что не все единицы измерения можно выбирать произвольно, а только часть из них. Некоторые величины непосредственному измерению не поддаются и определяются путем вычислений. Соответственно и единицы измерения этих величин назначались не произвольно, а определялись посредством арифметических действий над произвольными величинами. В результате этого появились системы единиц измерения. Первоначально их было несколько. В разных странах и группах стран были свои системы единиц. Они отличались выбором основных, произвольно выбираемых величин. Затем

60/94