Социология социальных изменений. Учебное пособие

вать и воссоздавать собственную идентичность»1, — замечает Гидденс. Как внутренний протест культур и их носителей на процесс размывания традиций возникает фундаментализм как попытка искусственно сохранить этнокультуру и ее традиции. От того, насколько сильно у носителей культуры выражен протест процессу глобализации, во многом зависит путь развития этнокультуры. Она или полностью теряет своеобразие и ассимилируется с глобальной культурой, или создает фильтры, основанные на традициях и осмысляет на их базе предлагаемые новшества.

Социокультурный анализ процесса глобализации предпринят Уольфом Ганнерсоном2 в теории «глобальной ойкумены». Под «ойкуменой» исследователь понимает мир как единый культурный регион, где процессы взаимообмена, влияния одной культуры на другие максимальны. В пределах «ойкумены» можно выделить центр, где возникают новые явления культуры, и периферию, где они усваиваются. Анализ культурного взаимодействия, сделанный Ганнерсоном, приводит социолога к мысли, что процессы культурного взаимообмена носят однонаправленный характер. Возникая в нескольких центрах, культурные ценности распространяются и усваиваются по всему миру. К таким специализированным центрам относятся США (в области науки, новейших технологий, средствах досуга — кино, телевидение), Франция (в области сверхмодной одежды и деликатесов), Япония (корпоративная культура). Одним словом, новые культурные ценности появляются в США и Европе, а усваиваются по всему миру. Не случайно процесс культурной глобализации часто называют вестернизацией, под которой понимается навязывание и пропаганда всему миру западного образа жизни, социокультурных ценностей и стандартов жизни, элементов западной культуры.

1Гидденс Э. Ускользающий мир. – М.: Весь мир, 2004. – С. 63

2Hanners Ulf. Notes on the global ecumene// Public Culture. – 1988. – 1,2.– pp. 65–75

31

Говоря о будущем, Ганнерсон1 выделяет несколько сценариев влияния унификации на национальные культуры. Первый сценарий «глобальной гомогенизации» отстаивает идею полного доминирования западной культуры. Любая национальная культура постепенно исчезнет под влиянием информационного давления Запада. Местные культуры, постепенно насыщаясь культурными продуктами Запада, неуклонно теряют свою специфику, стандартизируется и становится «слепком» западного образа жизни.

Сценарию культурной ассимиляции и подавления противостоит «сценарий созревания». Он предполагает не «слепое» заимствование элементов западной культуры, а переосмысление их и адаптацию к местным культурным традициям и символам. В результате образуется синтетический сплав внешних заимствований и национальной специфики. Отдельные люди, носители этниче- скойкультурыпо-своемуосмысляюттранснациональныйкультур- ныйпотоквсоответствиисосвоимитрадициямииособенностями менталитета. В итоге образуется то, что Ганнерсон назвал «креолизацией»(гибридизацией)культуры.Всенациональныекультуры представляютсобойсложныйсинтезтрадиционного,национально специфического и транснационального. «Креолизация» является следствиемдиалогатранснациональнойинациональнойкультуры, результатом исторически накапливающихся взаимосвязей.

В поддержку теории «созревания» и «гибридизации» выступил Шмуэль Айзенштадт2. Он объясняет различия, существующие между культурами в условиях интенсификации взаимодействияпроцессамиотбораикомбинированиякультурныхсмыслов, символов западной культуры и собственной цивилизации.

Таким образом, по мысли Ш. Айзенштадта и У. Ганннерса в процессе культурного давления центра на периферию нацио-

social change: comparative analusis of traditional civilizations// American Journal of Sociology. – 1980 – № 4 – Pp. 840

32

нальные культуры не утрачивают свою специфику и уникальность, транснациональные культурные элементы «просвечивают»черезпризмунациональнойкартинымира,системутрадиций и символов. В итоге происходит «гибридизация», национальная культура становится результатом синтеза цивилизационно уникального и общемирового.

Глобализация тесно связана с американизацией, поскольку тем центром, где рождаются новшества, являются США. Но возникает другой вопрос, являются ли США действительно тем центром, который способен предложить современному миру совершенную систему ценностей. Пропагандируя индивидуализм, свободу, инициативу и предприимчивость как универсальные ценности современного человечества идеологи США не учитывают, что именно эти ценности привели американское общество в состояние морального кризиса. Американские социологи, психологи, начиная с 30-х годов XX века, говорят о разрушительности американской системы ценностей для духовного мира человека. Американский философ Мексин Девис, изучая систему ценностей американской молодежи, отмечает: «Наши юноши и девушки обнаружили, что американские идеалы являются ни чем иным, как идолами, стоящими на глиняных ногах»1. С его оценкой согласен американский социолог Роберт Москин: «Мы переживаем моральный кризис… Многие в Америке не решаются признать этот кризис. Но его горькие плоды налицо: битники, расисты, бессовестное надувательство, махинации с ценами, бе- ременныедевицы—учащиеся высших учебныхзаведений,увлечение наркотиками, варварство, подкуп в спорте, брошенные на произвол судьбы престарелые, беднота, преступность»2. Американское общество поразила моральная шизофрения глобальной наживы. Все стало предметом купли-продажи. Даже такие ценности, как дружба и любовь имеют определенную рыночную цену.

1Девис М. Потерянное поколение. – М.: Правда, 1937. – С. 28

2Moskin R. Look. September. 24. 1963

33

Американский журнал «Юнайтед Стейтс ньюс энд Уорлд рипорт»подзаголовком«ЧтослучилосьсморальювАмерике?»опубликовалавыдержки извыступлениясенатораТолмэджанаодном из собраний: «Перед американским народом сейчас стоит проблема, которая является более опасной и важной для американского образа жизни, чем борьба и разногласия в других частях света. Я имею виду увеличение преступности и пренебрежения к закону в США и распространения неуважения к тем, кто облечен властью. Каждые 26 минут в США совершается изнасилование, каждые 28 минут — кража со взломом, каждые 5 минут — грабеж, каждые 3 минуты — нападение, каждую минуту — кража автомобиля». Данные, приведенные в докладе сенатора, свидетельствуют о глубине духовной деградации американского общества.

Ответы о причинах падения нравственности в США дает американский социолог Робин М. Уильмс-младший. Говоря о безразличии к жизни, свойственном многим американцам автор пишет: «одним из наиболее известных видов апатии является утрата культурных идеалов, которыми ранее обладал человек. Потеря основных жизненных целей оставляет человека в социальном вакууме, без направлений и смысла жизни»1. А значит американская мечта, активно пропагандируемая не только в США, в современном мире не столь реалистична и может претендовать лишь на социальный миф. Таким же мифом является представление о материальном благополучии американского общества.

Исследования, проведенные Гарвардским колледжем, показали, что молодые люди так называемого «среднего» слоя сознательно и активно отчуждают себя от участия в общественной жизни, предпочитают скепсис поиску оптимистических идеалов. Не случайно американский социолог П. Бергер2 пишет: «Работник как бы говорит вам: «я только лишь работаю здесь, но если вы хотите знать, каков я на самом деле, приходите ко мне домой

1Robin M. Williams, American Society. – N.Y., 1960. – p. 534–535

2 Berger P. Human Shape of Work Studies in the Sociology of Occupation.– N.Y. 1964 – p. 217

34

и познакомьтесь с моей семьей». Бергер считает, что подобный уход в частную жизнь приводит к обесцениванию личности. Не находя истинного смысла в труде, люди обращаются к асоциальным формам поведения, выражая свой протест против бессодержательности жизни. Суть явления, о котором говорит Бергер, состоит в том, что человек, не находя полноценной реализации себе в обществе либо замыкается в себе и семейной жизни, либо поднимается на противоправные действия. Американский образ жизни, чрезмерная пропаганда преувеличенных в тысячи раз человеческихпотребностей,приводиткконфликтумеждусистемой потребностей, интересов и возможностью их реализации. Создавая миф об американской мечте, общество призывает человека к тому, что все в его руках, его успех зависит только от его личных качеств и желания достичь своей мечты. В реальности же, как показывают исследования Гарвадского колледжа, возможности «занять место под солнцем» ограничены и доступны немногим.

Такимобразом,либерализм,егосистемаценностей,утверждая господство личности, ее свободы и материального успеха любой ценой привели к моральному кризису американского общества. Аморализм рассматривается как источник кризиса капитализма. Американский ученый, экономист Д. Сорос в книге «Кризис мирового капитализма», анализируя причины упадка капитализма помимо неуправляемости рынка, мировыхэкономических кризисов, отмечает и ценностный аспект. Создавая «магию рынка» как систему ценностей и экономических законов, регулирующих отношения продавца и покупателя на рынке, идеология рынка признаетрыночныеценностикакуниверсальныеибазовыедлявсего общества. Тем самым рыночные ценности проникают в те сферы общества,которыедолжныбытьизолированыотрынка,который неможетопределятьобразжизниобщества,социальныеусловия. Одним словом, рыночной может быть только экономика, все, что выходит за ее пределы, должно находиться вне влияния рыночных ценностей. Но этого не происходит. Рынок проникает туда, где его быть не должно: в систему социальных отношений, по-

35

литику, медицину, образование. Расширение влияния ценностей приводит к изменению социальных условий, формирует новый тип человека, для которого соблюдение моральных норм, какихлибо ценностей становится препятствием для «экономического» социального поведения. В этой ситуации, когда значимость норм

иценностей как социальных регуляторов падает, социальное поведение человека приобретает все более рефлексивный характер, движется выгодой и успехом. В связи с этим Д. Сорос отмечает: «Когда фундаментальными принципами широко пренебрегают во имя практической целесообразности, люди теряют ориентиры

иодновременно усиливается стремление к твердым правилам и жесткой дисциплине. Нельзя поддерживать стабильность, если люди не придерживаются некоторых фундаментальных принципов независимо от последствий. Когда успех становится единственным критерием, по которому судят о действиях, нет ничего, что остановило бы рефлексивное взаимодействие»1. Потому, по мысли Сороса, необходимо четко разделять рыночные ценности

ифундаментальные, которые различны по своей природе и находятся в конфронтации. Чем больше в обществе распространены рыночные ценности, делается акцент на индивидуализм и успех, тем в меньшей степени в социальном поведении люди ориентируются на соблюдение духовных, фундаментальных основ жизни, и наоборот. Для следования духовным, фундаментальным ценностям необходимо не только выйти из-под влияния прагматического взгляда на мир, но и ставить коллективные интересы группы выше личных.

Таким образом, можно сделать вывод, что именно пропаганда рынка, его ценностей, индивидуального материального успеха привело к деградации тех фундаментальных духовных ценностей, о важности которых для жизни общества говорит Д. Сорос. Естественно, что в условиях заимствования и пропаганды этих рыночных ценностей в глобальном масштабе может возникнуть подобный же эффект.

1Сорос Д. Кризис мирового капитализма. – М.: Инфра-М, 1998. – С. 89

36

Обобщает макротенденции в развитии современного мира Д. Нейсбит в работе «Мегатренды»1. Как и другие представители современной социологии, социолог обращает внимание на возрастающую роль индивидуальных акторов в процессе социальных изменений. «Тенденции зарождаются снизу и уходят наверх, случайные отклонения идут сверху вниз»2, — отмечает Нейсбит. Как и Тофлер, Нейсбит отмечает процесс ускорения развития современного общества: «Если переход от аграрного общества к промышленному занял 100 лет, то переход от промышленного к информационному потребовал десятилетий. Изменения происходят так быстро, что не остается времени реагировать и надо предвидеть будущее»3. К ключевым тенденциям, характеризующим современное общество, Нейсбит относит:

–становлениеинформационногообществакакэкономической реальности;

–масштабные инновации в области связи и вычислительной техники, ускоряющие темпы изменений;

–в обществе компьютерной грамотности наша система образования становится все более низкокачественным продуктом;

–от централизации к децентрализации;

–от представительской демократии к партисипативной.

–от иерархий к сетевым структурам. Сеть определяется как сообщество людей, которые общаются друг с другом, делясь идеями, информацией и ресурсами. В функционировании сети важен не готовый продукт, а процесс формирования и переформирования сети.

1Нейсбит Д. Мегатренды. – М.: Аспект-Пресс, 2003. – 240 с.

37

Глава 3.

СОЦИОЛОГИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

3.1. Теории микросоциальных изменений

Постмодернисткий подход к теории трансформации предлагает П. Штомпка1. Под трансформацией в соответствии с социологией постмодерна, ориентированной на изучение социальных изменений с позиций плюралистичности, мозаичности, этот ученый понимает «как длительные, непредвиденные, отчасти неопределяемые, имеющие непредсказуемый финал процессы, приводимые в действие определенным коллективным агенством (носитель признаков, функций определенных социальных институтов) и возникающие в поле структурных опций (ограниченных возможностей действия), унаследованных в результате ранних фаз указанных процессов»...2

Согласно методологическим подходам П. Штомпки, в процессе трансформации пристальное внимание социологов должно быть привлечено к анализу действий коллективных социальных агенств, причины которых лежат в предшествующих этапах и деструктивно влияют на общество, различные его сферы, ограничивают его дееспособность. Одним словом, П. Штомпка призывает изучать социокультурный контекст трансформации в системе связей с предшествующими этапами и рассмотрением тех положительных и деструктивных эффектов, которые дала трансформация для функционирования коллективных агенств. Таким контекстом П. Штомпка считает культуру. Потому причины трансформаций необходимо рассматривать через призму культуры.

Непосредственным источником трансформационных процессовП.Штомпкасчитаетсостояниедезорганизованности,несогла-

1 ШтомпкаП.Социальноеизменениекаксоциальнаятравма//Социс,2001. № 1–2.

2Там же. – С. 6

38

сованности и потеря стабильности. К этому приводят различного рода конфликты, противоречия, возникающие внутри культуры и затрагивающие ее базовые компоненты — ценности, верования, нормы. Конфликты и противоречия требуют социальных изменений с целью гармонизации культуры и представлении людей о желаемом общественном устройстве. Потому необходимо исследовать и культурные аспекты трансформации. Нарушение базовых компонентов культуры вызывает явление травмы, под которой исследователь понимает любое нарушение привычного образа жизни человека. Травма как социокультурное изменение имеет такие характеристики, как:

–обладание временной характеристикой в виде неожиданности и быстроты;

–определенным содержанием и размахом — глубокое, всестороннее, охватывающее основы;

–у него есть истоки — воспринимается как экзогенное, пришедшее извне, как нечто, на что мы сами не влияли, а если и влияли, то бессознательно;

–оно воспринимается в определенном мыслительном контексте — как нечто неожиданное, непредсказуемое, удивительное, шокирующее,отталкивающее.1 Совокупностьперечисленныххарактеристик кардинально меняет образ жизни человека, его ценности, модели поведения. Масштабы травмы зависят, конечно, от того, во-первых, насколько они меняют сложившийся образ жизни человека («чем сильнее разрыв, тем сильнее влияние травмы); и, во-вторых, насколько травма дезинтегрирует общество, нарушает его ценности и нормы. Исходя из второго обстоятельства, явление травмы приобретает коллективный характер, характеризуется как «коллективный феномен, состояние, переживаемое группой, общностью, обществом в результате разрушительных событий, интерпретируемых как культурно травматические»2.

1 ШтомпкаП.Социальноеизменениекаксоциальнаятравма//Социс,2001. № 1. – С. 8

2Там же. – С. 10

39

Травмывлияюткакнабиологическийуровеньфункционирования общества (показатели смертности, рождаемости, миграции), так и на социальный (нарушает сложившиеся механизмы социальных отношений). Однако наиболее трагичным для существования обществаявляетсякультурныйаспекттравмы,посколькукультура— наиболее консервативная сфера общественной жизни, а потому культурные травмы и их последствия, обладая инерционностью, могут долго храниться в коллективной памяти, активизируясь в определенных условиях. Обобщая природу культурных конфликтов, П. Штомпка выделяет следующие их типы:

–когда конфликтность возникает в результате столкновения прошлого культуры и ее настоящего. Прошлое интерпретируется как несоответствующее основам культуры, ее базовым ценностям и нормам (разоблачение культа личности Сталина после его смерти, обнародование документов о масштабах сталинских репрессий в процессе перестройки);

–когда источником конфликта выступает столкновение местной и заимствованной культуры (столкновение либеральной культуры и российской в процессе либеральной трансформации конца 90-х годов);

–источником конфликта становится внедрение новых технологий и возникает конфликт старого образа жизни с новым (например, влияние третьей технологической волны).

Впроцессе трансформации возникают дополнительные условия,труднопрогнозируемые,которыелибосмягчаюттрансформацию,либо,наоборот,усугубляютее,делаютеепоследствияболее трагичными для общества. Исходя из анализа контекста, сглаживающего или углубляющего последствия травм, П. Штомпка выделяет два возможных пути трансформаций: «один — порочный кругразрушениякультуры,другой—добродетельныйкругкуль- турной реконструкции. При первом параметрические изменения обостряют травматическую ситуацию, устаревшая культура поддерживается и сохраняется благодаря настойчивомукультивиро- ваниювоспоминаний.Другой—благоприятноепараметрическое

40