Психолингвистические механизмы декодирования речи. Норма и речевая патология. Монография

чанию словам; опосредствованным образом оказываются связанными, по сути, все слова языка. Третий уровень внутриречевого механизма составляют паттерны динамических состояний, возникающие на статической материи «вербальных сетей». В связи с протекающей речевой деятельностью требуется быстрая смена активаций различных базовых элементов. Вот почему по ходу речевого процесса активируются одни и тормозятся другие структуры «вербальных сетей», образуются различные виды мозаики активаций.

Экспериментальные исследования Т.Н. Ушаковой и ее сотрудников [179, 180] позволили установить, что активация одного из базовых элементов (например, под воздействием воспринятого слова) формирует разлитой «очаг активности» за счет одновременной активации базовых элементов, ближайшим образом связанных с исходным в структуре «вербальной сети». Такое совместное возбуждение вызывает в сознании человека вместе с исходным словом связанные с ним слова, что создает основу для объемности значения, возможности использования в речи близких или контрастных по семантике слов. В процессе восприятия речи, как показал специально организованный психологический эксперимент, активируются узлы «вербальной сети», соответствующие речевому контексту, внешним обстоятельствам и т.п. В зависимости от того, какие базовые элементы были активированы вместе с исходным, каждое слово осознается лишь в одном из его возможных значений.

Несомненный интерес для нашего исследования представляет идея построения высказывания с точки зрения реализации в речи субъектно-предикатной структуры суждения, получившая свое реальное воплощение в отечественной психологии. Современные представления о речеязыковых механизмах человека позволяют полагать, что организация семантической стороны речи определяется взаимодействием двух типов внутриречевых операций: удержанием в сознании обсуждаемых объектов речи, и соединением данного с новым — процесс предикации.

В.Б. Апухтин [6] различает два элемента предикации. Один из них соответствует уже известному, т. е. тому опыту и знаниям, которые являются принадлежностью данного индивида (автор называет его темой); другой — находится в соответствии с тем, что в данный момент является предметом восприятия (рема). Смысл сообщения формируется на пере-

21

сечении двух координат — темы (Т) и ремы (Р), установление отношений между которыми с последующим выведением ядерного содержания происходит в процессе акта предикации. Смысл, таким образом, представляет собой содержательное «приращение», возникающее в результате аналитикосинтетического взаимодействия компонентов мыслительного акта как особый тип отношений между компонентами мысли.

Предикатема рассматривается В.Б. Апухтиным в качестве основной единицы построения смысловой структуры текста. Согласно его концепции, выделяются следующие операции предицирования:

♦операция «склеивания» (соответствует процессу образования смысла);

♦операция «погружения», когда одна предикатема входит в качестве составляющей в предикатему более высокого уровня, оказывается как бы погруженной в нее. Порожденный смысл может стать основой для порождения смысла следующей ступени, превратившись в тему или рему предикативной структуры более высокого порядка;

♦операция «импликации» включает все виды условных, временных, причинно-следственных отношений;

♦операция «конъюнкции» используется для обозначения объединения, соединения;

♦операция «дизъюнкции» предполагает противопоставление;

♦операция «зонтичного предицирования» — вариант предицирования нескольких рем к одной теме. В этом

случае смыслы, порожденные предикатемами, не связаны между собой и не являются взаимовлияющими.

Таким образом, можно говорить о «смысле» речевого сообщения как о некоторой сумме всех выраженных в нем смыслов. Однако, как подчеркивает В.Б. Апухтин, необходимо иметь в виду, что это будет сумма не начальных минимальных смыслов, порождаемых мыслительным актом (Т-Р), а результирующая всей иерархии смыслов.

Метод анализа смысловой структуры текста, предложенный В.Б. Апухтиным, позволяет рассматривать связную речь как совокупность смысловых блоков, каждый из которых состоит из ряда предикатем, непосредственно связанных между собой. Смысловые блоки характеризуются плотностью и глу-

22

биной погружения. Плотность смыслового блока определяется суммарным числом предикатем. Что касается глубины погружения, то она соответствует количеству уровней погружения в данном блоке. Считаем необходимым подчеркнуть, что использование данного метода в практике психолингвистических исследований открывает широкие возможности для установления смысловой структуры как отдельного высказывания, так и всего текстового сообщения в целом, позволяя исследователю определять при этом степень его смысловой сложности с точки зрения восприятия и порождения.

Развивая предположение о том, что закономерности организации смыслообразующего звена речевого механизма проявляются во взаимосвязи тематических и рематических компонентов текста, Т.Н. Ушакова и ее соавторы [180] разработали экспериментальный подход к анализу семантики речи, характеристике ее содержательности и продуктивности. На основе анализа текстов рассказов и пересказов было показано, что в основе репродуктивных и продуктивных внутриречевых операций лежат качественно различные процессы — устойчивая активация совокупности вербальных структур (соответственно удержание и дословное воспроизведение сказанного) и динамические, экстренно протекающие процессы, в которых формируются новые синтезы и дифференцировки, возникает новый речемыслительный продукт.

Известно, что наряду с субъектно-предикатным подходом к анализу текста широкое распространение ныне получает так называемый денотативный анализ. А.И. Новиков [122, 123], автор одного из вариантов этого подхода, отмечает, что субъектно-предикатные конструкции отражают логическую структуру текста, однако не фиксируют его конкретный смысл и структуру содержания. По мнению данного исследователя, содержание текста составляет информация, формирующаяся в интеллекте человека в виде некоторого целостного комплекса. Оно не может прямо и непосредственно соответствовать каким-либо формальным особенностям текста: логико-композиционной структуре, форме межфразовых единств и др. Содержанию текста, следуя точке зрения А.И. Новикова, соответствует денотативный уровень.

Раскрывая ключевые позиции данного подхода, Г.Д. Чистякова [194, 195] считает, что денотатная структура дает возможность решать вопрос о зависимости понимания текста от знаний читателя относительно обсуждаемой темы. В серии

23

своих публикаций автор, анализируя процесс декодирования текстовых сообщений, приходит к выводу о том, что выделение денотатов влечет за собой актуализацию и отбор знаний, позволяющих «домыслить» содержание текста, объединить его в целостном представлении. На основании этого представления производится выбор отношений, которые признаются субъектом существенными и составляют основу динамического концепта. От характера подобных отношений зависит адекватность декодирования текстового сообщения. Объединение денотатов текста в одно целое, приводящее к построению индивидуального динамического концепта, завершает процесс формирования содержания текста. При этом влияние прошлого опыта связывается с выдвижением смысловой гипотезы, осознанием целей и установок автора, воспроизведением всплывающих ранее смысловых связей, а также опосредованием связей, встретившихся впервые.

Одной из наиболее распространенных теорий восприятия текстового сообщения является теория «анализа через синтез», весьма полно и обстоятельно описывающая психологические механизмы приема и переработки вербальной информации в контексте общепсихологического подхода к проблеме декодирования речи. Согласно данной теории, процесс восприятия речи начинается с предположения о том, что будет сказано, затем возникшая гипотеза сравнивается с воспринимаемым сигналом, в случае необходимости она уточняется или исправляется, выступая в качестве некой основы для следующих предположений [8, 9, 66, 72–75, 69–71, 143 и др.].

Несомненный интерес для нас представляет принцип текуще-отсроченной обработки информации, суть которого, по мнению И.А. Зимней, состоит в том, что «параллельно накапливаемая акустическая информация позволяет прийти к окончательному, отсроченному подтверждению смысловой гипотезы только после того, как все информативные признаки сигнала получены» [81: с. 326].

Как известно, в процессе текущей (континуальной) обработки информации происходит выделение «смысловых вех», таким образом, в результате смысловой группировки речевого материала образуются более крупные единицы смыслового восприятия. Процесс увеличения единицы восприятия путем накопления и смысловой группировки в психолингвистике называется перекодированием. Размер такой единицы может

24

быть больше или меньше в зависимости от «значимости входного акустического сигнала, соотношения в нем информативных и избыточных элементов, личностной установки, готовности реципиента к восприятию и других факторов» [78: с. 327].

В.А. Артемов, З.И. Клычникова, А.А. Леонтьев и целый ряд других исследователей указывают на тот факт, что процесс декодирования может характеризоваться разной глубиной и качеством. На восприятие текста влияют различные условия: социально-психологические, лингвистические, эмоциональные. Принимая во внимание коммуникативную направленность обучения родному языку, при отборе и анализе учебных текстов учитывается возраст читателя, уровень владения языком, уровень культуры, образование.

Обращаясь к исследованиям З.И. Клычниковой [89], мы находим подробную классификацию факторов, определяющих понимание текста при чтении:

♦информационная насыщенность;

♦композиционно-логическая структура;

♦языковая реализация и выраженность логической и волевой информации; степень приближения лексики, грамматики и стиля речи читающего к лексике, грамматике и стилю текста;

♦степень приближения системы понятий читающего к системе понятий, раскрываемых в тексте;

♦влияние предыдущего опыта читающего;

♦знание читающим большого контекста и подтекста;

♦организация направленности внимания при восприятии текста;

♦особенности восприятия, памяти, мышления и воображения читающего;

♦степень владения техникой чтения.

Рассматривая понимание текста как процесс постижения внутренних связей в его содержании, Г.И. Богин [33] выделяет следующие его типы.

1.Семантизирующее понимание, представляющее собой «декодирование» единиц текста в условиях распознавания незнакомых слов и характеризующееся непониманием общего содержания текста. При данном типе понимания не происходит формирования смысла.

2.Когнитивное понимание, основанное на выделении содержания текста. Вариативность понимания в данном случае

25

зависит от того, как рефлексируются знания человека, его познавательный опыт. Смысл формируется на основе имеющихся знаний о мире, целевых установок, общей картины мира.

3. Распредмечивающее понимание, базирующееся на вычленении в тексте явно не выраженного содержания. Уточним, что данный тип понимания практически невозможен, если не произошло семантизирующее и когнитивное понимание.

В процессе движения от уровня к уровню реципиент оценивает, что сообщается, какими средствами раскрывается речевая информация, определяет главную мысль сообщения, сформированную говорящим или отраженную в подтексте.

Завершая рассмотрение актуальных вопросов декодирования текста, считаем необходимым подчеркнуть, что в качестве конечного результата данный психологический процесс имеет создание образа содержания текста, зависящего не только от объективных характеристик его смыслового содержания, но и от психологических особенностей воспринимающего текст человека, а также от специфики той деятельности, в которую включены процессы восприятия речи в качестве ее ориентировочного звена.

1.3. Анализ моделей декодирования текстового сообщения

Проблема восприятия и смысловой обработки связного текста, бесспорно, является одной из наиболее сложных и дискуссионных в современной психолингвистике. С решением ее ключевых аспектов непосредственно связан процесс продуцирования моделей восприятия речи, активно обсуждаемый ныне специалистами данной области научного знания. Несмотря на пристальный интерес большинства из них к заявленной проблеме, многие вопросы, поставленные исследователями в рамках психолингвистического пространства, но пока до сих пор так и не решенные, нуждаются в теоретической разработке и экспериментальном подтверждении.

Коротко проанализируем известные нам модели восприятия речи, отличающиеся друг от друга степенью конкретизации входящих в их состав этапов, терминологическим разнообразием, спецификой отдельных операций.

26

Процесс декодирования поступающей речевой информации, согласно точки зрения А.Р. Лурия [110–112], начинается с восприятия внешней речи, затем переходит на уровень понимания общего значения высказывания, после чего следует семантическая расшифровка глубинного смысла — подтекста. Центральным для механизма, декодирующего текст, является поиск смысла всего сообщения. Что касается процессов распознавания смысла отдельных слов и фраз, то они, как правило, являются второстепенными, «и лишь в некоторых случаях превращаются в специально осознанные действия» [110: с. 112].

Анализ данного модельного устройства позволяет понять, что для расшифровки значения всего сообщения (внутреннего смысла, подтекста) прежде всего, необходимо обнаружить контекст данного высказывания (речевой, ситуационный, внеречевой). Вместе с тем, успешное декодирование текстового сообщения предполагает знание глубинных синтаксических структур, лежащих в основе каждого компонента высказывания и выражающих эмоциональные или логические системы отношений. Не случайно А.Р. Лурия обращает внимание на тот факт, что «полное понимание каждой составной части сообщения (фразы) может быть обеспечено только с помощью перехода от поверхностных грамматических структур к лежащим в их основе базисным семантическим или глубинным» [112: с. 229].

Решающую роль в декодировании текстового сообщения играет «процесс перехода от внешней структуры предлагаемого текста к тому “подтексту” или смыслу, который заложен в речевом сообщении» [112: с. 230], т.е. к выделению центрального, внутреннего смысла сообщения, после чего становятся понятными мотивы говорящего. Следуя логическим рассуждениям А.Р. Лурия, несложно заметить, что процесс восприятия любого речевого сообщения проходит следующие этапы.

В реальности эти процессы протекают одновременно, «иногда даже понимание отдельного слова фактически следует за восприятием целых смысловых отрывков» [112: с. 231], поскольку декодирование отдельного отрывка дает понимание контекста данного слова, способствуя более точному раскрытию его значения.

Весьма интересной для нашего исследования является стратегическая модель восприятия связного текста, разрабо-

27

Схема 1

Модель декодирования связного речевого высказывания А.Р. Лурия

танная Т. А. ван Дейком и В. Кинчем [60, 61]. Авторы исходят из положения о том, что связный текст и соответственно процесс его декодирования осуществляется в социальном контексте. Формы и интерпретации текстового сообщения обуславливаются тем, что он обладает намерениями (интенциями). Говорящий принимает участие в социальном (речевом) акте, утверждающем что-то, либо предупреждающем слушателя от чего-то. Реципиент, в свою очередь, интерпретирует текст в зависимости от предположений о целях и мотивах говорящего, а также с учетом характера собственных целей и мотивов. Таким образом, декодирование — это часть интерактивного процесса, в котором слушатель активно интерпретирует действия говорящего.

Стратегическая модель восприятия связного текста ориентирована на комплексность описания с учетом взаимосвязи между различными по уровню единицами. Стратегический анализ, по мнению авторов, зависит не только от характери-

28

стик текста, но и от «характеристик пользователя языка, его целей и знаний о мире» [60: с. 164]. Стратегия декодирования текста служит для построения семантического представления воспринимаемого текста в эпизодической памяти — текстовой базы, моделирование которой будет успешным при условии ее локальной и глобальной связности, поэтому цель основных субстратегий (т.е. стратегий более низкого уровня) заключается в установлении подобной связности.

Основное свойство модели Т.А. ван Дейка и В. Кинча сводится к представлению о том, что декодирующий текст механизм подразумевает не только присутствие текстовой базы в недрах ее, но и функционирование в эпизодической памяти ситуационной модели — представлений о тех событиях, действиях, лицах и ситуациях в целом, о которых говорится в тексте. Ситуационная модель постоянно сравнивается с эпизодической моделью — представлениями из предыдущего опыта, связанного с похожими ситуациями в прошлом. Декодирование текста, таким образом, происходит не только при условии связности, но и с учетом ранее приобретенного опыта.

Схема 2

Стратегическая (когнитивная) модель восприятия текста

29

Важнейшим компонентом стратегической модели является управляющая система. К ее основным функциям Т.А. ван Дейк и В. Кинч [60] относят:

♦Контроль за обработкой информации в кратковременной памяти.

♦Активизацию необходимого эпизодического и семантического знания.

♦Обеспечение взаимодействия информации высших и низших уровней в долговременной памяти.

Управляющая система гарантирует приведение в действие всех стратегий, направленных на производство информации т.е. создание семантических представлений, согласованных с основными условиями декодирования. Не менее важным свойством модели является использование большого объема как эпизодического, так и семантического знания. Достаточно быстрый и эффективный поиск обеспечивается стратегией использования знания. Вместо сплошной активизации всего имеющегося материала, происходит «стратегическое использование знания, которое зависит от целей пользователя языка, объема знания, имеющегося в тексте и контексте, уровня переработки или степени связности, необходимых для понимания» [60: с. 166].

На первом этапе процесса декодирования, согласно данной концепции, происходит стратегическое конструирование пропозиций, предполагающее «поверхностное структурное декодирование фонетических или графических цепочек, отождествление фонем/букв и конструирование морфем» [60: с. 166]. Распознавание слов осуществляется с помощью семантической интерпретации, «порождающей ожидания о возможных значениях слов и, следовательно, возможных классах слов и общей синтаксической структуре предложения» [60: с. 167]. Стратегической единицей данного этапа является схема, состоящая из лексических значений слов, объединенных с помощью структурных отношений (функций). Подобная схема, следуя замыслу авторов, обеспечивает «быстрый анализ поверхностных структур и выстраивание относительно простой и четкой семантической конфигурации» [60: с. 167].

На втором этапе процесса декодирования происходит установление значимых связей между предложениями, в связи с чем основной задачей понимания является конструирование локальной связности. Следует подчеркнуть, что уста-

30