Пятьдесят оттенков измены. Я - твой трофей

Я – твой трофей

слово она выделила, на что отреагировали оба мужчины, причем каждый со своей эмоцией.

—Значит, я скажу, чтобы твой чемодан доставили сюда?

Что именно имелось в виду под этой фразой, девушка не понимала и заверила, что сама решит этот вопрос. Алексей Алексеевич ушел переодеваться, объявив, что будет ждать спутницу внизу

умашины через полчаса.

—Ты не можешь с ним поехать, — прошептал Алекс.

—Почему?

—Потому что твой язык неконтролируемый, ты случайно наболтаешь какой-нибудь белиберды и мы увязнем!

—Я буду осторожна, — заверила Мила и торопливо добавила:

—Откуда я взялась?

—Аист принес, наверное! Ты что? Совсем глупая?

—В твоей жизни… откуда я? Где мы познакомились? Он наверняка спросит?

—Придумай что-нибудь, потом перескажешь! Ты ведь у нас такая выдумщица!

Медведь снова нарычал и, найдя внизу бокового шкафа бутылку виски, отправился во двор. Наткнувшись на Валентину, отдал распоряжение, чтобы повар пожарил ему кусок мяса и подал через час в беседку на улице.

111

Эмма Ноэль. Пятьдесят оттенков измены

Мила натянула костюм и кроссовки, купленные для нее заботливым «женихом». Плюшевый изыск со стразами на ягодице был ярко-розового цвета, он был слегка маловат и с кроссовками, которые были на два размера больше, смотрелся весьма комично.

—Мики Маус недоделанный! — выругалась она, разглядывая себя в зеркале и пока добиралась до автомобиля, где ее ожидал Алексей Алексеевич, пару раз споткнулась.

Старик оценил ее наряд, но ничего не сказал. В старинной машине они некоторое время сидели молча. Мила внимательно рассматривала необычное древнее авто, не понимая, что ценного в этой консервной банке, когда есть современные и очень удобные модели, позволяющие чувствовать себя внутри комфортно и защищено.

—Это «Эмка». Ее первые пробеги были примерно в сороковых годах. А в войну на таких красавицах ездили военачальники.

—Эмка — это имя? — осторожно спросила Мила, понимая, что вероятнее всего вопрос глупый. Любитель раритета громко рассмеялся и пояснил, что машину так и называли, а в иное время она носила прозвище «черный воронок».

—Мы поедем к реке или озеру? — девушка поспешила перевести тему, боясь занудного исто-

112

Я – твой трофей

рического повествования. — Я никогда не ловила рыбу!

—Я тоже, — спокойно произнес пожилой человек.

Мила уставилась на него непонимающе.

—Ваша одежда — это невыносимо! Я опасаюсь предположить, что придет в том чемодане,

окотором говорил мой сын.

—Почему? — осторожно уточнила Мила.

Он кивнул на ее блестящий маникюр, сделан-

ный в хорошем салоне в течение нескольких часов. Лак немного потрескался в момент отмывания кухни уборщицы Марии, но стразы почти все были на месте.

— Забудьте о чемодане! У моего сына должна быть прилично одетая жена. Я немного разбираюсь в этом и возьму на себя решение этого вопроса.

Безвкусным пожилого мужчину было сложно назвать. Он предпочитал вещи просто кроя, но из качественных тканей. Летом предпочитал носить лен, а зимой шерсть. Так как когда-то в его роду были владельцы суконной фабрики, он посчитал своим долгом разбираться в том, в чем знали толк его предки. Светлые тона ему очень шли, и в них он выглядел намного моложе.

Мила опасалась рейда по бутикам в компании пожилого миллиардера, ведь она вероятнее

113

Эмма Ноэль. Пятьдесят оттенков измены

всего встретит кого-нибудь из знакомых. Тут же пойдут сплетни, что неудачница выловила себе древнего любовника, чтобы оставаться на плаву. А ее плюшевое облачение станет басней в устах модниц как минимум лет на пять.

Автомобиль въехал в город, в котором она прожила последние семь лет, как ей казалось припеваючи. Водитель игнорировал поворот к центру и свернул на незнакомую ей дорогу. Немного в стороне от проносящихся автомобилей стоял огражденный небольшой особнячок, ворота которого распахнулись, как только он попал в поле зрения пассажиров. К «черному воронку» спешил улыбающийся мужчина, чтобы помочь пассажирам выбраться из плена металлической конструкции.

Внутри особняка все было отделано мрамором. На парадной лестнице появилась странная пожилая женщина, как Миле показалось, похожая на диву эстрады. В ее руке был длинный мундштук с дымящейся сигаретой, а платье подчеркивало весьма стройную фигуру, которой могли бы позавидовать многие молодые девушки.

— Мой старый друг, — произнесла бархатистым голосом дама, и протянула руку. — Прости за это слово, определяющее дистанцию, которую мы с тобой почти преодолели.

114

Я– твой трофей

—Я планирую еще пожить! Хотя стар — не буду спорить. А ты не меняешься!

—Не лги, бесстыдник!

Женщина с цветочным именем Лилия в прошлом была балериной. У нее была идеальная выправка и изящные движения. С Алексеем Алексеевичем их связывал роман в далеком прошлом, еще до смерти его супруги. После того, как их страсть угасла, он помог ей открыть дом моды, который в прежние времена имел прекрасную репутацию. Теперь подобные ателье вытеснили мировые бренды, но у Лилии была своя клиентская база, и ее предприятие было на плаву, хотя они не шиковали. Контора Лилии специализировалась на пошиве одежды из натуральной дорогой ткани. Ее мастера выполняли заказы любой сложности, но обходилось это в весьма круглую сумму.

—Ты хочешь заказать еще один льняной костюм? Или просто соскучился по мне? — улыбнулась она, выдув алыми губами сигаретный дым.

—Мне нужен приличный гардероб вот для этой особы!

Ярко-накрашенные глаза оценивающе рассматривали молодое тело, в них мелькали едва уловимые искорки ревности.

—Ты решил следовать современной моде и завести себе любовницу, которая годится тебе во внучки?

115

Эмма Ноэль. Пятьдесят оттенков измены

—Я не так стар, моя дорогая! Скорее, в дочки! Это невеста моего сына.

—Твой бунтарь наконец-то образумился? — удивленно произнесла она и с интересом уставилась на Милу. — Как же вам удалось его укротить?

Мила лишь пожала плечами, чувствуя, что этой женщине не нужен ответ на вопрос, это скорее просто вежливость и проявление уважения к человеку, которого она знала давно. Ну и женское любопытство, конечно же.

Алексей Алексеевич поспешил в комнату отдыха, скомандовав снять мерки с Милы. Сразу несколько рук обмерили ее с ног до головы. Она ощущала себя тряпичной куклой, которой играют злые дети. В королевстве Лилии девушка провела несколько часов. Ее никто ни о чем не спрашивал: ни о вкусовых предпочтениях, ни о пожеланиях, все решали за нее. Двое мужчин стояли напротив нее и о чем-то бурно спорили на иностранном языке. Активно рисуя чтото на желтоватых листах, тыкали ими друг другу

влицо и иногда указывали на какую-либо часть тела Милы.

—Наверняка в их эскизах нет откровенных декольте и коротеньких платьев, полупрозрачных кофт и нарядов, оголяющих спину. Без этого оружия мне никогда не укротить моего ди-

116

Я – твой трофей

кого Медведя! Неужели меня ждет провал, и я останусь без добычи после сезона охоты? — размышляла девушка, представляя, что в перспективе из-за прихоти старикашки она будет выглядеть так же скучно, как супруги важных чиновников. Разве может леди «Синий чулок» вызывать страсть?

—Через пару дней привезут первую часть твоего нового гардероба, — довольно произнес пожилой мужчина. — Ну что, дитя, едем домой? Хорошо бы пообедать! Хотя… нам еще нужно купить тебе обувь!

—Да, и белье неплохо было бы купить. Я уже несколько дней хожу без трусов.

Мила уловила встревоженный взгляд водителя и, спохватившись, испуганно уставилась на старика, а он лишь рассмеялся, ничего не сказав.

—Ты знаешь, куда ехать? — уточнил он у Милы. — Я уже не силен в женском белье. Была у меня знакомая француженка — у нее был свой салон белья. Чудесная женщина! Умерла к несчастью.

—Можно я и обувь выберу сама? — еле дыша, спросила Мила и, получив разрешение, захлопала в ладоши. — Да, еще мне нужны крема для лица и тела. И косметика! Я чувствую себя совершенно голой без пудры.

117