Общая психология. Хрестоматия

противоположная защитному поведению; «функциональный результат», что подчеркивается в работе Hersch G.I. (2005, с. 7). В немецкоязычных трудах, в

частности в книге Lipps Т., принципиально разводятся понятия «die Aktivitat», обозначающее преимущественно стремление к чему-либо в противоположность пассивности, и «die Tatigkeit», подразумевающее конкретную деятельность индивида, например, трудовую (2006, с. 231).

Таким образом, становится ясно, что при изучении активности необходимо учитывать принцип системности данной категории. С одной стороны, феномен активности раскрывается на физиологическом,

психофизиологическом, психическом, общепсихологическом, социальном,

субъектном уровнях в силе реагирования, темпераментальных характеристиках, чертах личности, особенностях саморегуляции и межличностного общения. С другой стороны, с точки зрения принципа системности, В.А. Петровским (1996, с. 26) выделяются три плана существования активности личности, которым соответствуют различные формы проявления активности. На первом из них, внутреннем

(интраиндивидуальном) плане активность выступает в «явлениях выхода за рамки ситуативных требований и ролевых предписаний», т.е. в феноменах надситуативной активности. На втором (интериндивидуальном) плане активность реализуется в поступках, социальных актах личности. Третий

(метаиндивидуальный) план представляет собой выражение активности в деяниях, т.е. в реальных вкладах человека. Б.Ф. Ломов определяет активность как особое качество субъекта деятельности, состоящее в интеграции его психологических возможностей, способностей, знаний, и их направленности на достижение цели. При этом активность может рассматриваться как осуществление всех жизненных потребностей личности,

к которым относятся стремление занять определенную позицию в обществе,

получить признание и т.п.

Принцип системной организации активности, таким образом,

обусловливает ее реализацию на различных уровнях психики человека от

11

физиологического до субъектного, в интра-, интер- и метаиндивидуальном планах существования личности, а также в соотношении активности и деятельности. Системная организация активности отражается в том, что ориентировочно-исследовательская деятельность, связанная на психическом уровне с индивидными особенностями активизации организма,

темпераментально оказывается базовой для энергетических потенциалов человека, которые позволяют ему более или менее продуктивно осваивать и прообразовывать окружающую действительность. Активность как общеличностная характеристика определяется мотивами, направленностью,

интересами, побуждениями, обусловливающими качество совершаемой деятельности в той или иной сфере (когнитивной, коммуникативной и др.).

Как интегральная характеристика субъекта, активность представляет собой основание для его формирования, эффективного функционирования и развития. Она обеспечивает целостность и является своего рода системообразующей во взаимодействии комплексных систем индивидуальности, субъекта жизнедеятельности.

Изменение активности в фило- и онтогенетическом аспектах согласуется с принципом развития как одним из ведущих методологических принципов в современной психологии. Накопление специфического для человека социального опыта в ходе истории общества, а также в процессе протекания отдельной жизни личности осуществляется не только благодаря активному взаимодействию со средой, но и ее преобразованию, изменению со стороны человека.

Филогенетическое движение активности осуществляется с помощью постепенного усложнением способов реагирования на средовые изменения, а

также роста гибкости реакций для удержания гомеостаза организмом. В

процессе онтогенеза в связи с ростом самосознания и самоопределения личности возрастает роль преобразовательной способности активности, а

также ее отдельных структурно-содержательных и функциональных компонентов. В рамках возрастной психологии накоплено достаточно

12

большое количество фактов, дающих представление о развитии активности личности (Л.С Выготский, Н.С. Лейтес, М.И. Лисина, Ю.А. Миславский,

Л.И. Божович, Д.Б. Эльконин и др.). В процессе деятельности на каждом последующем этапе развития личности

формируются, трансформируются, закрепляются определенные способы взаимодействия человека с окружающим миром, его мировоззрение и видение себя активным/пассивным в той или иной сфере жизни

(интеллектуальной, коммуникативной, творческой и т.п.).

Специфическая организация сменяющихся ведущих типов деятельности приводит к расширению социального пространства активности.

Постепенно активность становится осознанной, последовательной,

рациональной, необходимой для дальнейшей самореализации. С позиции субъектно-личностного подхода активность является категорией,

выступающей как результат временного, ценностного, действенного жизненных планов личности, причем на различных этапах проявляются неодинаковые элементы пространства активности, такие как самореализация,

актуализация собственных действий, саморегуляция, самовыражение.

Структурно-содержательные и функциональные компоненты активности личности могут изменяться в рамках дизонтогенеза в ситуации дефицита общения с матерью, зависимого или подавленного положения ребенка в семье на ранних этапах развития личности и ее жизненного пути, а также позднее в определенных социально-психологических условиях, при которых личность подавляет потенциально непринимаемую неким окружением активность на стадии ее возникновения.

Таким образом, формирование активности представляет собой сложный процесс, протекающий на протяжении всей жизни человека. При нарушении развития какой-то отдельной составляющей данного процесса искажается и требует коррекции весь процесс в целом. В связи с этим при изучении активности важно уделить особое внимание вопросу об этапах становления ее основополагающих структурно-содержательных и

13

функциональных компонентов. Примечательной в данном случае является концепция авитальной активности личности, разрабатываемая Ю.Р.

Вагиным. Автор, в частности, отмечает, что активность необходимо рассматривать скорее не на континууме от пассивности до действенности или от реактивности до инициативности, а от витальной до авитальной активности, что связано с нормальным/искаженным жизненным сценарием личности. Последний выражается в различных формах девиации, например,

суицидальных намерениях или уходе от реальных проблем с помощью психоактивных веществ.

Принцип субъектно-личностного подхода к изучению активности приобретает особую значимость в отношении жизненного пути отдельного конкретного человека. Феномен активности неодинаково проявляется в том,

насколько целостно личность моделирует саму себя, свою жизнь, основной жизненный сценарий. К.А. Абульханова-Славская отмечает: «В одних случаях активность реализуется действенно-практически, в других -

структурно-умозрительно (человек без конца переделывает свои планы,

вместо того чтобы начать действовать). В одних случаях личность больше рассчитывает на других, в других - на себя, на свои жизненные «опоры».

Такими «опорами» могут выступать как внешние (коллектив, группа,

культура, традиции и т. д.), так и внутренние (ценности, потребности,

установки, мотивы личности и т. д.).» (1991, с.82).

Именно в системе общения и взаимоотношений с окружающим миром,

другими людьми формируются не только основные способы совладения с трудностями жизни, которые делают личность сильнее / слабее, активнее /

пассивнее, но и формируют, изменяют субъективный образ мира. Последний Н.Г. Осухова (2007, с. 18) понимает как «представление человека о себе,

своей судьбе и окружающем мире во времени жизни», как «индивидуальный миф человека о себе и своей жизни, который отражает его жизненную позицию по отношению к себе, другим, миру в целом».

14

Образ мира, жизненная позиция человека обладают неодинаковой степенью ригидности-пластичности, активности-пассивности. А.Г. Асмолов

(1996, с. 86) пишет: «Изучая личность как субъект деятельности, мы исследуем то, как личность преобразует, творит предметную деятельность, в

том числе и самое себя, вступая в активное отношение к своему опыту, к

своим потенциальным мотивам, к своему характеру, способностям и продуктам деятельности».

Практически во всех определениях активности подчеркивается человеческое, субъектно-значимое начало, присущее данной категории. Л.И.

Анцыферова (2000. с. 42) подчеркивает, что «...развитие человека как личности невозможно без столь же высокого развития его как субъекта Человек должен утверждать, защищать, реализовать в поступках, в

межличностных отношениях, в делах свою духовность, нравственность,

ценности истины, справедливости, добра. Эти функции, включающие реальное преобразование мира, адаптацию к нему, совладание с трудностями, самосозидание, рефлексивные «операции», и выполняет субъект».

А.К. Осницкий (1996. с. 18), рассуждая о проблеме субъекта в психологии, замечает: «В общей картине активности, обнаруживаемой человеком, возможно выделить специфический для человека вид активности

-субъектную активность. В этом виде активности человек выступает автором собственной активности. ...Человек в субъектной активности многолик.

Миоголикость его определяется задачами саморегуляции, которые приходится решать при достижении им поставленных целей, и

адресованностью к разным компонентам субъектного опыта.

...Формирование субъектности и соответствующей ей активности обеспечивает человеку успешность в деятельности и в различных аспектах адаптации».

С точки зрения субъектно-личностного подхода во главу угла встает идея о самодвижении активности личности, которое видоизменяет не только

15

окружающую действительность, но и способствует саморазвитию человека.

О.А. Конопкин (2004, с. 128) в статье «Общая способность к саморегуляции как фактор субъектного развития» замечает: «Одним из важнейших и принципиально необходимых психических механизмов реализации внутренне детерминируемой активности субъекта является ее осознанная целенаправленная регуляция. При этом субъектное развитие и субъектное бытие человека определяются в первую очередь формированием и развитием тех сторон и качественных особенностей глобального феномена саморегуляции, которые детерминируют его стержневую, сущностную характеристику - общую способность к самостоятельному осознанному построению регуляции в новых видах и формах деятельности, способность к продуктивной, творческой саморегуляцию).

Особое значение принцип личностного подхода к изучению активности приобретает в исследовании преодоления стрессовых для человека ситуаций,

причем не только в экстремальных условиях, но и в повседневной жизни, на протяжении которой складывается упорядоченная система представлений,

отношений к миру и себе. Именно в процессе преодоления человеком обыденных ситуаций и более сложных стрессовых условий формируется определенная жизненная позиция личности, становится более зрелым представление о происходящем и о самой себе. Развитие, таким образом,

представляет собой не только уровень и качество психических процессов, не совершенство отдельных личностных свойств, способностей, а, в первую очередь, конструктивный творческий характер способа жизни личности.

Говоря о субъекте активности, ученые подразумевают высокую степень гибкости и зрелости личности, при которой происходит адекватная оценка значимости и срочности возникающих дел. С учетом особенностей последних человеком затрачиваются определенные усилия, при этом именно цена энергетических затрат, по В.Д. Небылицыну, является определяющей для внутреннего комфорта человека. Данная позиция в настоящее время по-

новому переосмысливается учеными, которые приходят к выводу о наличии

16

активности разного рода. Никогда ранее проблема субъекта активности не стояла столь остро в психологии, как сегодня. С одной стороны, наблюдается реализация активности как основного жизненного принципа, связанного с призывами к самореализации, саморазвитию личности, с другой -

появляются искаженные формы ее проявления, направленные на столь же интенсивную самодеструкцию. С точки зрения практики, таким образом,

целью исследования активности личности, ее сущностных признаков,

структурно-содержательных и функциональных компонентов является поиск тех оснований, которые оказываются связанными с успешным совладанием со стрессовыми ситуациями повседневной жизни, когда личность способна балансировать между внешней необходимостью и собственными желаниями,

выходить за рамки ситуации и находить принципиально новые, творческие решения, тем самым изменяя объективную действительность и саму себя.

Проблемы исследования активности личности, таким образом,

разрешаются с позиции важнейших методологических принципов психологии. Последние учитывают системную организацию данной категории, которая состоит из нескольких взаимообусловливающих блоков,

включающих в себя структуры психики от физиологических до субъектных.

Принцип системности подразумевает также разноуровневое пространство существования субъекта активности, при котором последняя выражается в эмоциональных и двигательных реакциях, компетенциях, воспроизведении культурных ценностей, выборе приоритетов, самореализации, саморазвитии личности и др. С точки зрения принципа развития активность представляет собой категорию, специфичным образом изменяющуюся на последовательно сменяющих друг друга возрастных этапах. От инициативности в проявлении

эмоционального контакта младенцем, предметно-манипулятивной

активности ребенка 1-3 лет, подчинения любого проявления активности игре как основной деятельности в 3-6 лет, учебно-познавательной активности младшего школьника, формирования просоциальной разноплановой активности подростка происходит постепенный переход к активности

17

юношеского возраста, характеризующейся потребностью в становлении себя как субъекта жизнедеятельности. Параллельно с приобретением опыта различных видов деятельности происходит расширение социального поля активности личности, что при переходе к юношескому возрасту выражается в поиске собственного места в жизни. В данном контексте рассматриваются проблемы активности с точки зрения субъектно-личностного принципа,

реализующегося в том, что активность в своем самодвижении выступает в качестве необходимой предпосылки становления человека как субъекта,

действующего внутренне вовлеченно, с учетом собственных ресурсов и возможностей, а также наличных требований действительности.

18

1.2 Петровский В.А. Деятельность и активность

Петровский, В.А. Психология неадаптивной активности / Российский открытый университет.

- М.: ТОО “Горбунок“, 1992. – 224 с.

Судьба понятия «активность» в психологии является своеобразным зеркалом её исторического становления и обособления в качестве самостоятельной науки.

Если бы нам удалось восстановить голоса тех, кто на рубеже XIX–XX

вв. отстаивал идеалистические традиции в трактовке активности, – известных в те годы философов: Л.М. Лопатина, С.Л. Франка, Н.О. Лосского и многих других, – то мы столкнулись бы прежде всего с пониманием активности как имманентного свойства духа, открывающегося человеку исключительно в ходе самонаблюдения или, иначе, «интроспекции» (взгляд изнутри). Здесь замелькали бы такие слова – как «душа», «дух», «воля», «Я»,

«спонтанность», «апперцепция» (синтетическая способность сознания) и др.

Источник активности, сказали бы эти философы, содержится, точнее,

глубоко спрятан, в деятельности души и непознаваем ни одним из естественно научных (объективных) методов.

Но тут же мы услышали протестующие голоса представителей эмпирического и естественно-научного направлений в психологии. «Ваши умозрительные схемы, – сказали бы они, – какими бы логичными или изощренными они ни казались, безжизненны; они далеки от реальных проблем, решаемых людьми; вы извлекаете человека из реальных его связей с миром. Между тем именно в рассмотрении этих связей единственно и можно усмотреть источник возникновения и область обнаружения человеческой активности. И правда, – что есть активность человека? Это есть прежде всего его отношение к окружающему миру, а оно – тут мы уже вполне отчетливо слышим голос одного из ярких психологов тех лет: А.Ф.

Лазурского, которого сейчас в профессиональной среде назвали бы

19

«личностником», – оно, это отношение, есть мера устойчивости субъекта к влияниям окружающей среды и, в свою очередь, мера воздействия на среду!»

Увы! Этот ответ, который как будто бы вполне вписывается в круг наших сегодняшних представлений, ничуть не удовлетворяет представителей

«идеалистического крыла» в разработке проблемы активности субъекта. «А

откуда, собственно, – вопрошают они, – берутся ваши так называемые отношения, что обеспечивает столь высоко ценимые вами «устойчивость» и «воздейственность» человеческой особи?» И, не дождавшись ответа, дают уже знакомый нам свой: «Дух», «Воля», «Я»...

«Ну, нет! – вступает в воображаемый диалог основатель рефлексологии В.М. Бехтерев, – душа здесь ни причем. Биологические импульсы, энергия тела, природно-биологический потепнциал – вот в чем источник активности!»

«А был ли мальчик?!» – как бы озадачивает «горьковским возгласом» своих «собеседников» другой крупный ученый того времени, автор реактологии К.Н. Корнилов. «Нет активности, есть только реактивность!» (слова, принадлежащие самому К.Н. Корнилову и выступившие как девиз реактологических исследований вплоть до самого окончания 20-х годов).

Этот спор, начатый так давно, продолжается и поныне (взять хотя бы взгляды философов экзистенциального направления или необихевиористов в лице Скиннера, выдвинувших концепцию «манипуляции людьми»).

Основные позиции в понимании активности оказываются здесь уже заданы, и

по ним можно предугадать дальнейшие «ходы» в решении этой проблемы в пределах все тех же объяснительных схем, какие бы формы последующего обсуждения они ни принимали. За всеми этими взглядами вырисовывается по существу ложная дихотомия: «либо дух, либо тело»; либо источник активности «внутри» субъекта, либо «вне» его. Они закономерно породили сомнение в самом существовании феномена активности. Между тем искомое решение состоит, разумеется, не в том, чтобы выбрать, какой путь лучше.

Оба хуже! Принцип решения столь остро стоящей проблемы содержался в

20