Методы социологического исследования. Учебное пособие

цизм. Данную систему императивов иногда приводят в виде акронима CUDOS: C — Communalism — Communism (всеобщность научного знания); U — Universalism (универсализм); D — Disinterestedness (бескорыстность/незаинтересованность); OS — Organized Skepticism (организованный скептицизм).

Первый императив организует взаимоотношения человека науки

иобщества: универсальное знание не имеет национальности; т. е. наука имеет «интернациональный, безличный, фактически анонимный характер» (Мертон Р. Наука и демократическая социальная структура // Социальная теория и социальная структура. М.: АСТ: АСТ МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ, 2006. С. 773); общество должно создать условия для того, чтобы любой одаренный человек, не зависимо от его материальных возможностей и социального положения, мог заниматься наукой.

Второй императив — «коммунизм» — призван организовывать деятельность внутри научного сообщества. В соответствие с этим принципом, ученый должен максимально быстро передавать результаты своих научных изысканий коллегам, тем самым давая им возможность развивать и приумножать знание.

Третий принцип — бескорыстность или незаинтересованность — выявляет основной мотив деятельности ученого — поиск истины. Этот принцип, по мнению Р. Мертона, работает тогда, когда выстроена структура контроля со стороны квалифицированных коллег ученого, в противном же случае, «вступают в игру злоупотребление экспертной властью и создание псевдонаук» (Мертон Р. Наука

идемократическая социальная структура // Социальная теория

исоциальная структура. М.: АСТ: АСТ МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ, 2006. С. 779).

И, наконец, четвертый принцип — организованный скептицизм. Данный императив связан с предыдущими тремя, он говорит о том, что ученый не признает никакого авторитета (власти, былых заслуг, статуса и т. п.), кроме авторитета логического доказательства. Научное сообщество должно тщательно подвергать проверке каждое новое знание, прежде чем введет его в научный оборот. В противном случае вся система знания человечества может рассыпаться.

Конкретизация этических императивов Р. Мертона применительно к деятельности социолога нашла свое отражение в Профессиональном кодексе социолога:

111

I. Общие положения:

Профессиональный кодекс социолога был принят VI Всесоюзной конференцией Советской социологической ассоциации в марте 1987 года.

Российское общество социологов (РОС), созданное в 1991 году, подтвердило следование этому Кодексу, исключив 1-й раздел «Общие положения» как неадекватный современным общественным условиям.

II. Исследовательская деятельность:

1.Социолог проявляет профессиональную компетентность, науч­ ную честность и корректность на всех этапах социологического исследования.

2.Руководствуясь идеалом достижения истины, социолог уделяет особое внимание стремлению к максимальной достоверности

инадежности социологической информации и выводов, которые делаются на основе анализа этой информации.

3.Как представитель наук об обществе, социолог не допускает того, чтобы при анализе социальных проблем и процессов его личные интересы и другие посторонние влияния препятствовали установлению научной истины.

4.Социолог несет личную ответственность за результаты, полученные им на базе программ и методик других исследователей, а также за использование чужих идей и результатов в собственном научном труде.

5.Плагиат и присвоение в любых формах чужих идей недопустимы и несовместимы с профессиональной деятельностью.

6.Социолог считает своим долгом опираться не только на идеи

ирезультаты прямых предшественников в своей науке, но и на знания, полученные в сопредельных сферах научных исследований.

7.Социолог обязан строить свою исследовательскую деятельность так, чтобы она не выходила за рамки ограничений, связанных с объемом имеющихся ресурсов, познавательными возможностями методов и техники исследования.

8.В отношениях с заказчиками социолог обеспечивает профессиональное решение проблем, строго соблюдает условия, предусмотренные договорными отношениями или обязательствами, принятыми на себя в любой иной форме.

112

9. Социолог вправе опираться на поддержку и помощь Социологической ассоциации, ее органов и отделений на местах в создании условий для своей исследовательской деятельности, защите своего профессионального достоинства и чести.

III. Научные дискуссии и полемика:

1.Социолог отстаивает свои взгляды, идеи и концепции, невзирая на конъюнктуру и авторитеты. Защита своей точки зрения, проявление научной честности и принципиальности требуют от него нравственной твердости и гражданского мужества, способности вступать

вспор с общепринятыми взглядами на то или иное явление общественной жизни, с авторитетами в науке. Предпосылками занятия такой позиции являются прочность личного мировоззрения, наличие четкой нравственной позиции.

2.Отношение социолога к другим идеям и людям — авторам или сторонникам этих идей — отличается терпимостью и уважением. Науч­ ная критика и полемика как естественные для науки формы ее развития несовместимы с навешиванием идеологических ярлыков и тем более с любыми попытками сведения счетов, расправы с оппонентами.

3.Повседневную деятельность социолога, его контакты и связи с коллегами характеризуют взаимная поддержка в борьбе за истину, высокая культура чувств, тактичность, общительность и умение вести себя, не роняя достоинства ученого-обществоведа.

IV. Научные публикации:

1.Несмотря на объективную потребность как можно скорее предать гласности полученные новые знания, социолог воздержится от поспешных публикаций, когда их выводы и рекомендации недостаточно проверены и обоснованы.

2.Социологические публикации, особенно если они опираются на эмпирическую базу, помимо соответствия общенаучным требованиям должны содержать информацию, позволяющую профессионально оценить корректность постановки исследовательских задач

идостигнутую степень достоверности полученных данных. Социолог проявит заботу о том, чтобы материалы печати, радио

ителевидения, прямо или косвенно использующие результаты прове­

денного им исследования, также удовлетворяли бы этим требованиям.

113

3. Уважение труда своих коллег и предшественников, обязательность упоминания доли их участия и связи с публикуемым научным трудом (отчетом об исследовании), благодарность за любую помощь, не дающую право на соавторство, являются непреложными нормами научного общения социолога.

V. Респонденты и обследуемые:

1.Во взаимоотношениях с респондентами социолог будет строго соблюдать гарантии конфиденциальности, неразглашения сообщенных респондентами сведений. Исключение составляют случаи, когда это не предусматривается программой сбора данных, о чем респонденты (обследуемые) должны быть заблаговременно поставлены

визвестность.

2.Закон социологической деятельности — не допускать использования методов, техники, процедур, ущемляющих достоинство личности респондентов (обследуемых), их интересы.

VI. Ответственность за нарушение профессионального кодекса социолога:

1. Вступление в РОС является одновременно актом принятия на себя ответственности и обязательств, вытекающих из положений и требований профессионального кодекса социолога.

Социолог обязуется охранять честь своего профессионального сообщества, он не станет использовать членство в РОС таким образом, чтобы это могло нанести ущерб общественной репутации РОС.

2.Член РОС, нарушивший профессиональный кодекс, а тем более умышленно уклоняющийся от соблюдения его положений и требований, подлежит моральному порицанию и критике со стороны своих коллег и в особых случаях подвергается наказанию в соответствии с Уставом РОС.

3.Случаи нарушения профессионального кодекса социолога предаются гласности на общих собраниях (конференциях) членов РОС

ив соответствующих изданиях РОС.

Обратимся и к зарубежному опыту. Американская социологическая ассоциация разработала Кодекс чести, положения которого являются

114

обязательными для профессионального сообщества социологов в США, так как несоблюдение принципов может повлечь за собой исключение из Ассоциации, что скажется на оценке профессиональных возможностей социолога, т. е., в конечном счете, на его востребованности.

1.Объективность в исследовании.

2.Целостность исследования. Социолог должен осознавать свои

способности и, если требуется, обращаться за помощью к другим специалистам; не браться за работы вне его компетенции.

3.Уважение личности исследуемого.

4.Защита обследуемых от личных посягательств.

5.Гарантия конфиденциальности исследовательских данных.

Конфиденциальные данные, полученные от опрашиваемого, считаются собственностью социолога. Но социолог не обязан скрывать информацию о нарушении обязательств как со стороны отдельных информаторов, так и организаций. Если информатор или другое лицо, дававшее информацию, пожелает, он может официально освободить исследователя от обязательств конфиденциальности.

6.Изложение результатов исследования: честно и без искажений. Не следует опускать те данные, которые могут способствовать появлению принципиально иной интерпретации результатов.

7.Правильное понимание роли исследователя — информация

только для профессиональных целей.

8.Сотрудничество и помощь в ходе исследования. Социолог должен информировать о любой дополнительной помощи и сотрудничестве с другими специалистами в ходе исследования.

9.Сведения об источниках финансовой поддержки. Социолог

должен полностью отчитываться обо всех источниках финансовой поддержки в публикации исследовательских материалов и обо всех отношениях со спонсором, которые могут повлиять на интерпретацию результатов.

10. Давление со стороны спонсора на итоговый характер исследования. Социолог обязан публично заявить обо всех случаях давления спонсора или других финансирующих проект лиц на конечные результаты исследовательского проекта.

11. К вопросу об этике научных контактов. Социолог не должен принимать пожертвований, воздерживаться от контактов и условий,

115

которые, по его мнению, не соответствуют вышеизложенным принципам, и обязан открыто заявить о прекращении работ или отказаться участвовать в проекте, если он обнаружит подобные посягательства и не найдет возможностей к их устранению.

Источник: Мангейм Дж. Б., Рич Р. К. Политология. Методы исследования. М.: Издательство «Весь Мир», 1997. С. 523–525.

Если сравнить 2 приведенных выше кодекса, то можно сделать следующие выводы.

1.Российский кодекс более строгий, предъявляет более высокие требования к морально-этическим качествам исследователя.

2.Американский кодекс более функционален: в нем не столько перечисляются качества исследователя, сколько объясняется, как действовать в конкретных ситуациях.

3.Американский кодекс, по сравнению с российским, уделяет внимание взаимоотношениям ученого и заказчика/спонсора исследования.

4.Оба кодекса недостаточно внимания уделяют этике работы с обследуемыми (респондентами).

При работе с респондентами, социолог (анкетер, интервьюер) должен помнить, что:

1.Участие в опросе является добровольным: каждый респондент имеет право отказаться от участия в опросе. Это право должно быть разъяснено ему социологом (анкетером, интервьюером) до начала анкетирования или интервьюирования.

2.Если используется диктофон или любое другое записывающее оборудование, респондент должен быть обязательно предупрежден об этом до начала интервью.

3.Если в опросе участвуют дети, во избежание конфликтных ситуаций, социолог (анкетер, интервьюер) должен заручиться согласием (лучше письменным) родителей.

4.Информация, полученная от респондента, не должна передаваться третьим лицам, ответственность за соблюдение принципа конфиденциальности несет социолог.

116

Распространение социологических исследований в сети Интернет ставит на повестку дня и вопрос специфики этических принципов работы социолога в этой информационно-коммуникационной среде. В интернете уже сформировался свой свод правил поведения — нетикет, но он касается норм общения в интернете, не учитывая специфику работы социолога.

Одна из главных проблем — это определение границ приватности в интернет-коммуникации: с одной стороны, человек сам раскрывает информацию о себе, т. е. эти данные становятся публично доступными, но он коммуницирует на определенных площадках, подразумевая, что эта информация останется лишь на этих площадках, а не будет куда-нибудь перенесена, распространена и использована с целями, не соответствующими тематике ресурса. Обычно данный вопрос решается самим сообществом данного ресурса:

●через техническое ограничение доступа к информации пользователей;

●через принятие кодекса (правил), которые должны быть подписаны пользователем при вхождении в сообщество;

●через информирование потенциальных участников сообщества в форме FAQ («часто задаваемые вопросы») о правилах поведения на ресурсе и санкциях за их нарушение;

●через публичное обсуждение прецедентов нарушения правил поведения в сообществе.

Вопрос о сохранении анонимности участников исследования является ключевым, ведь иногда участники онлайнового исследования даже не догадываются о том, что стали объектом наблюдения социолога. В таком случае социолог должен скрыть настоящие имена информантов; не указывать электронные адреса и/или другую контактную информацию; конкретные факты должны быть представлены в обобщенном виде, чтобы респондент и люди, знающие его, не смогли идентифицировать информацию с конкретным человеком (респондентом). Эта задача усложняется при исследовании не отдельных респондентов, а целых сообществ, где идентифицировать отдельных участников коммуникации проще.

Резюмируя все сказанное выше об этике работы социолога, можно сделать следующий вывод: основной принцип работы социолога такой же, как и у врача: «Не навреди».

117

Рассмотрев содержание этических принципов работы социолога, следует вернуться к вопросу о действенности этических кодексов. Здесь существует множество проблем. Главная — как заставить социолога быть этичным. Как уже отмечалось, в американской практике угроза исключения социолога из профессиональной ассоциации довольно серьезный инструмент воздействия на его профессиональное поведение, так как от членства в таких ассоциациях зависит профессиональная карьера (гранты, приглашения в качестве консультантов, экспертов и т. п.). В российской действительности успешность профессиональной карьеры не зависит от участия социолога в профессиональных союзах, а угроза исключения из них не является аргументом в пользу этичного профессионального поведения. Отечественный социолог Дмитрий Шалин, опираясь на мертоновскую систему императивов (см. выше), сформулировал нормы советской социологии, которые действуют и сейчас:

1)«Научный изоляционизм, научный национализм»; (privatism);

2)«Классовый империализм, монополия одного класса» (imperialism);

3)«Партийность» (partisanship) — поддержка учеными интересов той или иной партии, группы людей;

4)«Организованная травля, коллективное осуждение» (organized ostracism), коллективный остракизм, направленный против тех,

кто позволил себе неправильную точку зрения (цит. по: Демина Н. Этос науки в перспективе В. Голофаста // Телескоп: журнал социологических и маркетинговых исследований. 2008. № 4. С. 46).

Приведенные выше нормы являются негативом норм Р. Мертона. Можно конечно возразить, что советская идеология и соответству­ ющие ей нормы научного этоса ушли в прошлое, но, к сожалению, не все так просто. Дело в том, что так быстро изменения в коллективном сознании ученых произойти не могут. Как отмечал Валерий Голофаст, «этические нормы редактируются идеологией, что в свою очередь ведет к формированию определенного конформного поведения большинства представителей научного сообщества, таким образом, “вымывается” общемировой научный этос, ему на смену приходят “местные”, локальные нормы, поддерживающие рутинную деятельность ученого прежде всего внутри локального социологического сообщества. Они становятся для него более значимыми ориентирами, чем высокие, но и более абстрактные этические императивы. Уходят

118

отдельные нормы советской социологии, им на смену приходят такие же конъюнктурные нормы сегодняшнего дня». Валерий Голофаст очень точно ставит диагноз сегодняшней российской социологии, презревшей профессиональный этос: «Если поле зрения социолога искривляется в угоду индивидуалистическому порыву, а тем более, если социолог помещает себя в позицию обслуживания его страстей, весь исторический багаж социальной мысли обесценивается, спускается по цене, предлагаемой “здесь и теперь”» (цит. по: Демина Н. Этос науки в перспективе В. Голофаста // Телескоп: журнал социологических и маркетинговых исследований. 2008. № 4. С. 47). Справедливости ради следует отметить, что подобным искривлениям этического поля подвержены практические все национальные школы социологии, вопрос лишь в степени этой подверженности и готовности профессионального сообщества противостоять этому негативному явлению.

На мой взгляд, следует сформулировать минимальный набор воп­ росов, которые должны стать предметом обсуждения профессионального сообщества социологов.

1.Насколько инструментален профессиональный кодекс социолога, принятый РОС? Здесь было бы целесообразно сравнить отечественный кодекс с аналогичными документами других национальных профессиональных сообществ социологов с последующей корректировкой отечественного кодекса.

2.Какие существуют механизмы контроля за соблюдением профессионального кодекса? Насколько они действенны?

3.Способствует ли соблюдение этического кодекса профессиональному успеху, в том числе карьерному росту?

Итак, что касается первого вопроса, как уже отмечалось ранее, кодекс российского социолога содержит в себе правильные, корректные нормы, но носит декларативный характер. Исключение из российской социологической ассоциации практически никак не сказывается на профессиональной деятельности: потенциальные заказчики (как государственные структуры, так и коммерческие) не обращают внимание на профессиональное сообщество социологов. Более того, в глазах многих заказчиков (прежде всего, в политической сфере и сфере государственного управления) хорошая репутация социологической организации ассоциируется со способностью последней дать нужный заказчику результат.

119

Если вновь обратиться к зарубежному опыту, то здесь используется метод, который можно охарактеризовать как «этика + прагматичность». Суть подхода очень проста: быть этичными выгодно в долгосрочной перспективе. Эта мысль закладывается в головы будущих специалистов еще на этапе их подготовки. Данной теме обязательно уделяется время на занятиях, подробно разбираются соответствующие кейсы.

Еще один интересный сюжет, появившийся в работе российских социологов относительно недавно, связан с практикой введения «коэф­ фициента фальсификации» для прогнозов результатов выборов. Суть проблемы в следующем: чтобы правильно предсказать результаты выборов социологи вынуждены учитывать российскую специфику — фальсификацию на выборах (вбросы, переписывание протоколов и т. д.), изменяя соответствующим образом полученные в ходе предвыборных исследований и экзит-поллов данные. То есть фактически для получения методически верного результата, социологи вынуждены корректировать результаты своих исследований с учетом неизбежных фальсификаций (иначе — прогноз будет сильно расходиться с официальными результатами выборов), тем самым легитимируя практику фальсификаций. Д. Орешкин, подробно разобрав данную методику, резюмирует: «По-своему очень интересно (хотя горько) наблюдать, как искривляющаяся реальность вынуждает добросовестного эксперта понемногу прощаться с надежными, хорошо отработанными методами и приемами. Чтобы не врать впрямую, приходится все чаще умалчивать. Отказываться от профессиональных стандартов» (Орешкин Д. Искривленная реальность. Ч. 1–3 // Новая газета, 25.09. 2013, 28.09.2013, 02.10.2013). Таким образом, соблюдение этических принципов работы социолога вступает в противоречие со стремлением как к методической честности, так и профессиональному успеху (в форме общественного признания и профессиональной востребованности).

К сожалению, при подготовке российских социологов, вопросы профессиональной этики либо вообще не включаются в программу учебных дисциплин, либо рассматриваются весьма кратко. Тем не менее нельзя не отметить, что несоблюдение российскими социологами этических принципов работы, в конечном счете, ведет к потере доверия к ним со стороны общества в целом и потенциальных заказчиков в частности, т. е. в ситуации не сформировавшегося спроса

120