Матрица спортивной уверенности психология успешной игры

Моей маме, которая всегда давала свободу выбирать свой путь и безоговорочно верила в твою силу

«Каждому дается только такая задача, с которой он может справиться» © Ксения Червинская (16.11.2011)

Предисловие от автора – о чем эта книга

Книга, которую вы решили открыть, посвящена ментальной подготовке в спорте. Но вряд ли найдется что-то схожее в отечественной литературе по спортивной психологии. По правде сказать, я специально поставил перед собой амбициозную задачу – написать нечто совершенно иное. Желание было одно: сделать книгу максимально практичной, без унылых и строгих теоретических рассуждений. Принцип прост – бери и применяй. И я знаю точно, что это работает.

Вторая моя цель – легкость чтения. Так что не удивляйтесь стилю, в котором она написана. Вместо канцелярита и научных сложносочиненных фраз в этой книге я обращаюсь к читателю на «ты», словно пишу письмо старому другу. Эта особенность пронизывает все главы и в том числе предисловие, поэтому сразу предлагаю на это самое «ты» перейти. И я убежден (о чем еще расскажу позднее), что даже в процессе чтения с тобой, с читателем, будет происходить та самая ментальная подготовка и подкрепление уверенности, о которой так кричит заголовок на обложке.

Автор, а кто ты такой, чтобы писать об обретении уверенности в спорте? Вполне закономерный вопрос, надо же объяснить, как и почему у меня в голове создавались ментальные стратегии, которые описаны в этой книге.

3

Давай начну издалека. Как я уже написал в эпиграфе, я посвящаю эту книгу своей маме. Моя мать – Ксения Червинская стала доктором психологических наук за полтора года до того, как скоропостижно ушла из жизни в результате инсульта, что накрыл ее прямо на работе – во время лекции со студентами психологического факультета. В своей практике психолога мама помогала людям, которые оказывались в непростой жизненной ситуации, консультации шли прямо у нас дома, поэтому невольно я впитывал в себя множество ее разноплановых идей.

По иронии судьбы, когда мама ушла из жизни (2011 год), я уже принял решение не заниматься психологией, хотя и окончил психфак СПбГУ. В момент, когда моя жизнь разделилась на до и после, я уже связывал свое будущее со спортивной журналистикой. Завершил обучение в магистратуре на журфаке и начал строить карьеру в СМИ, где проработал в итоге более 10 лет, прежде чем окончательно вернуться к психологическому ремеслу.

Если бы не мама, я бы, конечно, и не думал идти в сторону психологии. Я и не знаю, кем бы я стал. Когда я был ребенком и подростком, моим любимым занятием было играть в футбол. Я чувствовал, что это получается у меня чуть лучше других, хотя я и провел считанные дни в футбольных школах. В футбол я играю всю жизнь и продолжаю играть – на высоком, но все же любительском уровне. А тогда, в 2005 году, у меня и выбора не было стать профессиональным футболистом. В 11-м классе я не знал, чем мне заниматься, но со спортом мне казалось, что я опоздал. По направлению своей мамы я пошел учиться на психолога и овладел этой профессией, хотя признаюсь, чтение спортивных газет тогда меня занимало гораздо больше, чем изучение психологической литературы.

Но это было тогда – мне не было еще и 20. И все, что меня интересовало, это как будет играть «Зенит» со «Спартаком» или кого нужно вызывать в сборную России. Ну понятно: несостоявшийся футболист грезил работой

4

в спорте. И я ее получил. Я стал журналистом и получил этот опыт – посещения спортивных соревнований, написание заметок и интервью. Я не думаю, что моя карьера спортивного журналиста вышла успешной (если мерить успешность журналиста такими параметрами, как «известность» и «карьерный рост»), но я получил на тот момент главное: возможность соприкасаться со спортом. Возможность делать то, что нравится. Большое количество свободного времени. Моя работа стала моим хобби.

Еще будучи спортивным журналистом, я накопил немало нареканий к этой профессии, где негатив преобладает над позитивом, а скорость и факты важнее обертки и смыслов.

С этой действительностью я совладал не вполне. Мне хотелось влиять на спорт, но не через негатив, а через позитив. С психологическим образованием, воспитанный мамой в духе – «любая ситуация решается внутри», скоро я начну задумываться, чтобы перестать заниматься журналистикой.

Уже тогда я прекрасно понимал, что результат в спорте больше зависит от твоего внутреннего состояния, чем от исполнительского класса. Что необходим определенный уровень отрешенности (в хорошем смысле этого слова), и если тебе нужно, чтобы что-то случилось, надо перестать за это цепляться и отпустить, при этом, как бы это не звучало противоречиво, – стараться изо всех сил.

Мое возвращение к профессии психолога шло постепенно. Толчком к этому стало интервью, которое я взял для несуществующей нынче газеты «Невское время» у спортивного психолога и профессора психологического факультета СПбГУ Владимира Сафонова в апреле 2015-го. Когда-то он был моим научным руководителем во время учебы на психфаке. А после этого интервью мы ловко сошлись, это была ситуация win-win: я помогал Сафонову войти в интернет-пространство и помогал с материалами для блога на Sports.ru и соцсетей, а сам получал

5

новые познания в спортивной психологии. У Владимира Константиновича много глубоких теоретических идей, часть из которых я впитал. Спортивный психолог работает над созданием уверенности спортсмена. Одна из важных задач для этого – формулирование им цели и критерии ее достижения. А уверенность спортсмена растет, когда тот ставит перед собой цель и ее достигает, потому что получает положительную обратную связь в виде удовольствия и удовлетворения.

Примерно в то же время мне попалась в руки книжка Тимати Гэллуэя – «Психология игры в теннис». Я решил с ней подробно ознакомиться после того, как узнал, что ее прочитал известный футболист на тот момент дортмундской «Боруссии» Генрих Мхитарян, и тем самым вывел свою игру на новый уровень. Основная идея книги состоит в следующем: внутри спортсмена есть символическое разделение на две составляющие, на два «Я».

Первое «Я» представляет собой критическую, аналитическую часть нашего сознания, которая постоянно анализирует, оценивает и критикует наши действия и решения. Данный аспект нашего «Я» сосредоточен на логическом анализе и стремится контролировать каждый аспект игры через сознательное усилие и внимание. Но есть еще и второе «Я» – интуитивная, подсознательная часть, которая отвечает за наши естественные реакции, инстинкты и способность к непосредственному, интуитивному действию без осознанного контроля. Гэллуэй утверждает, что истинное мастерство и успех в теннисе (и не только) достигается в тот момент, когда мы учимся доверять «второму «Я», минимизируя вмешательство и критику со стороны первого «Я».

Из этой теоретической идеи я нашел аналогии с другими концепциями. Например, символическая система «Дизайн человека», которая, несмотря на определенную спорность ее научных предпосылок, обращает внимание на динамичное и постоянное взаимодействие между созна-

6

тельными и бессознательными аспектами нашей психики. В этой системе сознательное представлено черной линией в так называемом «бодиграфе», символизируя те аспекты нашего «Я», которые мы ясно осознаем и контролируем. В то же время, бессознательное изображается красной линией, отражая глубинные, инстинктивные и часто непостижимые силы, которые формируют нашу подсознательную мотивацию и поведение. Это взаимодействие между осознанным и неосознанным уровнями, по мнению сторонников «Human Design»», играет ключевую роль в определении нашего поведения, решений и, в конечном итоге, жизненного пути.

Другая аналогия возникла у меня от мамы. Ее докторская была посвящена психологии извлечения экспертных знаний. Одной из центральных теоретических представлений экспертных знаний является понятие об эксплицитных и имплицитных знаниях. Если выражаться проще, ведь я обещал обходиться без сложных понятий, – это «явные», то есть, проявленные и «неявные» (непроявленные) знания.

Так вот, первое «Я» символизирует эксплицитные (явные) знания. Оно оперирует информацией, которая может быть оформлена, описана и передана. Это включает в себя логические рассуждения, стратегическое планирование, анализ прошлых игр и ошибок, олицетворяя разумный подход, основанный на явных данных и фактах, доступных для изучения, обсуждения и применения. Это своеобразный владелец мышления: именно данный аспект нашего «Я» оценивает, критикует, тревожится о будущем и досадует о прошлом. И, конечно, – «лучше знает как» (на самом деле нет).

Второе «Я», напротив, представляет имплицитные (неявные) знания – те, которые основаны на опыте, интуиции и навыках, не всегда поддающихся формализации. Это инстинктивные реакции и автоматизмы, развиваемые через практику, проявляющиеся в критические моменты.

7

Второе «Я» знает, как реагировать мгновенно, без осознанного размышления, что крайне важно в динамичных и высоконапряженных ситуациях спортивных соревнований. Этот аспект нашего «Я» действует на интуиции, на подсознательном уровне. Это те навыки, что приходят с опытом, как умение ездить на велосипеде или печатать текст на клавиатуре. «Второе Я» не задумывается о сложностях жизни, а просто живет их.

Но вот проблема – когда первое «Я» начинает командовать парадом, критикуя и сомневаясь в каждом шаге второго, начинается внутренний конфликт. Важно найти баланс между ними двумя, чтобы на поле (и в жизни) было гармония. Спортсменам важно учиться доверять своим имплицитным знаниям в моменты, когда нет времени для размышлений, позволяя инстинктам и навыкам вести их к успеху.

Конечно, надо не забывать развивать и явные знания. Ведь стратегии, техники и методы тренировок – это тоже путь к успеху. Когда первое и второе «Я» работают вместе, как два старых друга, которые знают и дополняют друг друга, можно добиться высот не только на спортивном поле, но и в жизни.

Осознание и взаимодействие между этими двумя типами знаний может привести к синергии, где первое «Я» обеспечивает стратегическую основу, а второе «Я» – инстинктивное мастерство, вместе способствуя достижению спортивных высот.

Вот так, примерно, мама с ее докторской и эти два вечно спорящих «Я» внутри заставили меня задуматься о том, как мы устроены. Получается, что жизнь – это не что иное, как бесконечный матч между явным и неявным, между порядком и хаосом, между разумом и интуицией. И ключ к успеху, похоже, лежит в умении этих двух «Я» играть в команде.

Как я отмечал в самом начале, одним лишь чтением этой книги ты уже будешь осуществлять ментальную под-

8

готовку. Это процесс накопления тех самых имплицитных, то есть неявных знаний, которые усваиваются на подсознательном уровне. В то же время, активная практика, понимание глубинного смысла и осознанное применение ментальных стратегий будут способствовать формированию эксплицитных знаний, которые ты осознаешь и можешь явно использовать для собственной ментальной подготовки.

Когда я стал спортивным психологом или, как я люблю себя называть, «тренером по ментальной подготовке», то помимо того, что я все свои консультации начинал с этой метафоры про два «Я», я также продолжал искать знания о том, как можно сгармонизировать два этих аспекта. Практический опыт, теоретические представления отечественных и зарубежных авторов психологии спорта и, собственно, моя фантазия привели к тому, чтобы создать ту самую матрицу спортивной уверенности.

Работа спортивного психолога, если углубляться в суть, напоминает складывание головоломки. Вот у вас есть куча мелких деталей – теории, методики, личный опыт. И задача не просто собрать все это воедино, но и вывести на свет что-то цельное, работающее. Из этого хаоса я и вывел эту матрицу. И это не абстракция, а вполне конкретный набор ментальных стратегий, переходящих в навыки.

Итак, жизнь в спорте – это вечный выбор между двумя путями. Первый – это дорога мыслей, вечное странствие по прошлому и будущему. Второй – дорога восприятия и реакции, нахождение в настоящем, в самом сердце спортивного процесса.

Какой путь выбрать для спорта? В соревнованиях не время для раздумий, пора действовать. Мысли – это дело ума, сознательной части нашего «Я». А действия и реакции – это территория тела, подсознания, инстинктов. Это другое «Я», действующее на автопилоте – свободно и интуитивно.

9

В идеальной спортивной ситуации ум должен лишь наблюдать и контролировать, а все исполнение и принятие решений – это дело тела, его спортивных инстинктов.

Но ум, знаете ли, всегда вроде как знает лучше. Критикует, оценивает, ждет и не доверяет. Подсознательный исполнитель, знающий истину, не терпит такого. Он как ранимый гений. Его нельзя подавлять, в него надо верить.

Задача матрицы ментальных навыков – сбалансировать эти две части нашего «Я». Соединить их в единую команду. Моя задача – научить спортсмена гармонично сочетать эти две стороны, обеспечивая плавное взаимодействие между сознательным и подсознательным.

Таким образом, моя матрица, где каждый элемент взаимосвязан с другим, – это попытка систематизировать процесс ментальной подготовки, сделать его понятным и доступным для спортсмена, предоставляя ему инструменты для достижения максимальной производительности.

Итак, из чего состоит эта книга и ее главы?

Каждая глава книги – это потенциальный ментальный навык. Это то, что нужно внедрить в общий процесс подготовки спортсмена, в дополнение к физическому, техническому и тактическому развитию.

Эти ментальные навыки важны для связывания и гармонизации двух аспектов личности, которые мы обсуждали: аналитического первого «Я» и интуитивного второго «Я». Каждый из навыков может способствовать этому процессу, но наилучшую ментальную подготовку мы получаем в рамках матрицы – как совокупности и взаимодействия всех ее элементов.

Как только мы наработаем эти навыки, перед нами предстает спортсмен, которого можно назвать ментально устойчивым. Такой спортсмен будет справляться с психологическим давлением, обретет уверенность в себе и автоматически станет более успешным, а это значит, что он будет реализовывать все то, что заложено исходя из его

10