Институт гражданства в трансформирующемся мире социально-философский анализ. Монография

1.1. Зарождение института гражданства

подданные»1. В Средневековом Западе город неизменно предстает

ввиде «саморегулирующейся общины, наделенной относительно высо-

кой степенью автономности и обладающей особым правом и достаточно сложной структурой»2. Становление социального статуса индивида неотделимо от становления городской общины. Устойчивое ядро города к концу Средневековья составляла universitas. Термин «община» в данном случае нуждается в пояснении. В своей основе город всегда оставался universitas – общностью, корпорацией, в основе которой чаще всего лежала взаимная присяга формально равных между собой лиц –

жителей средневекового города, идентифицирующихся в качестве «своих» и противопоставляющих себя «чужим»3. Общий социальный статус гражданина предполагал набор институционализированных социальных ролей и соответствующих им свобод: лично свободного человека, собственника, коренного жителя города, члена церковного прихода (религиозного братства), налогоплательщика, члена городского ополчения, участника городского суда и городской ассамблеи, члена того или иного органа городского управления. Состав ролей выстраивался в иерархическую ролевую структуру, опосредованную определенным набором степеней свободы.

Государство, по мнению Августина, тождественно правовому сообществу, не может существовать без справедливости. Но истинной справедливости, как утверждал Августин, нет «в граде земном»; она

возможна лишь «в граде божьем». Только «церковное общение есть достойное гражданина общение и праведное перед Богом дело»4. Таким образом, имеет место дуализм, метафизический метод, который предполагает «изучение явлений изолированно друг от друга, а ис-

точником развития является столкновение внешних противоположных сил»5. Религиозные ценности, дававшие идеал добродетельного человека, сменились в секулярной ветви духовной культуры Запада

вэпоху Возрождения и последующих эпохах ценностью гуманизма,

1Человек и общество в античном мире. М.: Наука, 1998. С. 7.

2Город в Средневековой цивилизации Западной Европы / под ред. А. А. Сванидзе. Т. 3.

М.: Наука, 2000. С. 8.

3Город в Средневековой цивилизации Западной Европы / под ред. А. А. Сванидзе. Т. 3.

М.: Наука, 2000. С. 10.

4Августин Аврелий. О сердце и благодати. 12, 33. URL: https://azbyka.ru/otechnik/Avrelij_ Avgustin/o-blagodati-i-svobodnom-reshenii/5 (дата обращения 18.10.17).

5Мельникова Т. В. Древнегреческая философия как протофилософия права // Теория и история. 2011. № 2. С. 127.

11

Г л а в а 1. Философско-методологическиеаспектыисследованияинститутагражданстваиегоособенностей

который совпадал по своему значению с понятием человечности, человеколюбия. Лежащая в основе гуманизма идея признания человека в качестве высшей ценности была развита до идеи самоценности человека как свободного индивида – человека, счастливого в этой земной жизни, наслаждающегося жизнью, творческого существа, способного изменять мир и созидать самое себя. По определению Ф. Аквинского, «персона» означает «идеальнейшее во всей природе»1. Вегофилософских размышлениях о человеке явно прослеживается тема свободы человека и совершение им благих деяний под знаком божественной благодати. Этопониманиесоответствуетконсервативномуподходу.

Гуманист эпохи Возрождения Н. Кузанский, рассуждая о persona, имеет в виду Христа, т. е. когда он пишет об индивиде, то в его сознании витает «наиболее общая абстракция, человеческая личность же приобщена к божественному и основой существования максимальной человечности является божественная личность»2, что также согласуется с консервативным подходом. Термин persona обладает и религиозным, и социально-нравственным содержанием. Индивид становится персоной, приобщаясь к Богу, но представляет собой личность, так как «принадлежит к социуму и к обществу в целом»3. Человеку мыслитель отводит главенствующую роль в мире, при этом обращаясь к утверждению, что Бог во всем и все в Боге.

Принципиально новую наполняемость получило содержание понятий «гражданин» и «гражданство» в эпоху Просвещения. А. В. Мещеряков отмечает: «Понятия «гражданин», «гражданство» прочно утвердились в революционной Франции. Это обстоятельство обусловлено рядом причин. Так, идеи равенства, национального единства и ряд других демократических воззрений активно разрабатывались научной мыслью того времени. Работы французских ученых Ж.-Ж. Руссо, Ш. Л. Монтескье, А. Эсмена и других составляли основную теоретическую базу для института гражданства. Несмотря на некоторые различия в учениях этих мыслителей, их теории, «представлявшие естественно-правовую доктрину, оказали огромное влияние на содержание этого института»4.

1Thomae Aquin. Summa Theol. I., qu 29, art 3.

2Гуревич А. Индивид и социум на средневековом Западе. СПб.: Александрия, 2009.

С. 362.

3Там же. С. 382.

4Мещеряков А. В. Институт гражданства: возникновение, содержание, типы // Право и политика. 2003. № 4. С. 24–29.

12

1.1. Зарождение института гражданства

Появление понятия «гражданство» в этот период имело огромное морально-политическое значение, так как одним из основных лозунгов французской буржуазной революции был лозунг равенства и национального единства всех французов. Буржуазия стремилась к обязательному законодательному закреплению идей о гражданстве. Такое закрепление должно было служить гарантией от возврата к феодальному абсолютизму, ущемления прав и достоинства личности.

Дальнейшая разработка понятия «гражданство» в философскоправовом русле получила в немецкой классической философии. В частности, центральная идея философии И. Канта – это антитеза свободы и природы, прямое выражение постулируемой ею раздвоенности всего существующего на мир явлений, совокупность которых образует природу, и на его первооснову – мир «вещей в себе», пребывающий по ту сторону категориальных определений природы. Необходимость, каузальные отношения, так же как и пространство, и время, относятся лишь к миру явлений, мир «вещей в себе» свободен от этих определенностей и поэтому образует царство свободы – свободы от неумолимых законов природы. Для И. Канта проблемой является то, каким образом можно гарантировать наибольшую возможную свободу, чтобы свобода одного человека не мешала свободе другого. Именно на фоне этой проблемы он формулирует универсальный юридический принцип, который должен гарантировать и свободу, и сосуществование: «право – это совокупность условий, при которых произвол одного [лица] совместим с произволом другого с точки зрения всеобщего закона свободы»1. Другими словами, кантовский фундаментальный естественный или рационально-правовой принцип формулирует условия, при которых свободный выбор одного человека может быть согласован со свободным выбором другого человека в соответствии со всеобщим законом свободы, что соответствует консервативному подходу.

В западном обществе существенное значение придается формированию именно свободной личности: «…становление человеческих личностей есть порождение свободы. Никакая другая попытка достичь более высокой формы существования не будет иметь силы, если она не явится актом самодеятельности духа»2. Принцип свободы оп-

1Кант И. Сочинения: в 8 т. Т. 6 / под общ. ред. А. В. Гулыги. М.: Изд-во Чоро, 1994.

С. 253.

2Де Руджеро, Г. Что такое либреализм // О свободе: антология мировой либеральной мысли (первая половина ХХ века). М.: Прогресс-Традиция, 2000. С. 229.

13

Г л а в а 1. Философско-методологическиеаспектыисследованияинститутагражданстваиегоособенностей

ределяет характер воздействия личности на социальные условия и других людей. Таким образом, состояние свободы – это исключительное достижение личности, «постепенно переходящее в откровенный, торжествующий культ индивидуализма»1. Свободная личность как отвлеченная единичность находится во враждебном отношении

кобществу, к себе подобным, которые также стремятся расширить степень своего влияния и собственную свободу воли. Она «… преувеличивает свое значение как «отдельного»; отъединяется от других и це-

лого и стремится стать самоцелью… считает выражением целого свое «только единичное»2. Нормы права становятся самодовлеющей, абсолютной ценностью, гарантом безопасности существования личности западного общества.

Впределах «свободного пространства» каждая личность стремится достичь максимально возможного удовлетворения собственных потребностей, потеснив при этом конкурентов. Стремление к постоянно возрастающему объему личной свободы, свободы воли приводит

ктому, что «основу отношений между индивидами составляют соперничество, страх и антагонизм»3. Государство в этом случае воспринимается как неизбежное, но необходимое «зло», так как, с одной стороны, оно ущемляет, ограничивает интересы и волю личности, с другой – выполняет функцию арбитра в отношении граждан, преследующих свои личные цели.

Всвязи с этим представляется важным учесть концепцию, представленную в работе Дж. Сэндела «Либерализм и пределы справедливости». Автор указывает на то, что принципы концепции «трансцендентального субъекта» наилучшим образом соответствуют добровольной модели общества, они создаются «актом чистой воли или актом кон-

струирования, а не соответствуют априорно данному моральному порядку»4. Согласно точке зрения автора, в основе этой концепции «…лежит понятие субъекта, предшествующего своим целям и необходимого для нашего восприятия себя как способных к свободному выбору автономных существ. Общество наилучшим образом устроено, когдаоноподчиняетсяпринципам, несвязаннымни скакимконкретным представлением о благе, ибо любое другое социальное устройство

1Бенедиктов Н. А. Русские святыни. М.: Алгоритм, 2003. С. 184.

2Карсавин Л. П. Сочинения. М.: Раритет, 1993. С. 418.

3Фромм Э. Иметь или быть. М.: Аграф, 1986. С. 138.

4Сэндл Дж. М. Либерализм и пределы справедливости // Вестн. МГУ. Сер. Философия. 1991. № 6. С. 210.

14

1.1. Зарождение института гражданства

не обеспечивало бы уважения к человеку как к существу, способному к выбору, а относилось бы к людям как к объектам, а не субъектам, как к средствам, а не как к целям в себе»1. Отсюда – приоритет права способствует максимальному общественному благосостоянию. Приоритет права может означать только приоритет свободы личности.

Западное общество, таким образом, не должно опираться ни на какое конкретное понятие добродетельной жизни. Основные принципы общественного устройства относятся к тому, каким образом оно должно регулировать и примирять конкурирующие требования отдельных свободных личностей. Философскими учениями были восприняты

итрадиции русского общества. На Руси идеи соборного государства, идеи власти лучших людей формировались с IХ–ХIII веков, когда христианство принесло идеал совершенства, а русская культура его затем подхватила и искала путь человека к этому идеалу. В трудах русских святых отцов и богословов обнаружился подход к построению государства на основе представлений о красоте, гармонии человека и общественной жизни. В XVIII–XIX веках данная диалектическая исследовательская линия была продолжена. Так, А. С. Хомяков в статье «Об общественном воспитании в России» писал: «Внутренняя задача русской земли есть проявление общества христианского, православного, скрепленного в своей вершине законом живого единства

истоящего на твердых основах общины и земли»2. Он видел в истории единство совокупных действий свободы человеческой воли и воли всемирной, которую человек никогда не разгадает.

Втрадициях русской философии осмысление личности и общества принципиально отличается от концепции самодостаточной, свободной личности западного общества. Для русских мыслителей характерно видеть в личности своеобразное, уникальное выражение общего начала. Личность должна раскрыть себя в общении с другими личностями. Такое общение позволяет ей полностью выразиться в едином естестве и обогатиться тем, что принадлежит всем людям. Общение требует самоограничения и воздержания. В основе же взаимообщения лежит любовь, эмпирически выражаемая еще идеею служения другим

ицелому, онтологически тождественная взаимоотдаче. Российские

исследователи традиционно разрабатывали тематику, связанную

1Сэндл Дж. М. Либерализм и пределы справедливости // Вестн. МГУ. Сер. Философия. 1991. № 6. С. 210.

2Хомяков А. С. Полн. собр. соч. 4-е изд. Т. 1. М., 1911. С. 353.

15

Г л а в а 1. Философско-методологическиеаспектыисследованияинститутагражданстваиегоособенностей

спроблемами взаимоотношений личности (гражданина) и государства. Так, В. В. Ильин отмечает, что «представители русской философии неоднократно указывают на то, что общество должно выбирать такой состав своих соборных представителей, который с возможно большей полнотой и объективностью отображал бы общественное мнение по наиболее актуальным вопросам жизни не какой-то отдельной социальной группы или групп, а всего общества в целом»1. Соборная личность в своих проявлениях выступает как путь совершенствования личностного, государственного и общественного устройства, учитывающего естественность общественного развития. На этом основании можно заключить, что соборная личность раскрывается мерами совершенства: красотой, служением, добродетелью, обнаруживая свое совершенство в содержании более или менее гармоничных общественных отношений, а власть является существенным оформлением социальной жизни соборной личности-государства.

И сегодня созвучны современности слова историка В. О. Ключевского: «Государство понимали не как союз народный, управляемый верховной властью, а как государство-хозяйство… Поэтому народное благо – цель государства, подчиняясь династическому интересу хозяина земли и самый закон носил характер хозяйственного распоряжения, исходившего из москворецкой кремлевской усадьбы и устанавливающего порядок деятельности подчиненного, преимущественно областного управления, а всего чаще – порядок отбывания государственных повинностей обывателями»2.

Из краткого экскурса в историю зарождения института гражданства видно, что философское размышление на эту тему возможно из двух перспектив: солидарности и конфликта. В первой из этих перспектив гражданство понимается как участие (в политической общности); отсюда упор на такие категории, как принадлежность, права, а также обязательства, с этой принадлежностью связанные.

Во второй перспективе, которая в своей основе имеет марксистский подход, гражданство рассматривается как прежде всего способ минимизации социального протеста. Отсюда акцент на процедуры включения/исключения. Уменьшая количество исключенных, обладатели власти снижают градус межклассового конфликта, тем самым

1Ильин В. В. Политика и жизнь: предпосылки консенсуса // Вестн. МГУ. Сер. 12. Политические науки. 1995. № 6. С. 35.

2Ключевский В. О. Курс русской истории. М., 1958. Т. 3. С. 17.

16

1.1. Зарождение института гражданства

снижая политические риски. Вторая из отмеченных перспектив имеет перед первой то преимущество, что позволяет анализировать феномен гражданства вне нормативной плоскости. В частности, она дает возможность изучать эволюцию, которую институт гражданства претерпел в современную эпоху.

В продолжение обратимся к тому, что весь процесс социального бытия есть деятельность, «где символические структуры жизненного мира воспроизводятся посредством коммуникативного действования, обеспечивающего не только воспроизводство интерсубъективно значимого знания, но также стабилизацию групповой солидарности

ивоспроизводство компетентных акторов»1. Умение мыслить для человека современности выражается как способность интерпретировать

и«вписываться» в герменевтические поля микро-, макро- и мегасоциальных групп, классов, общностей. Если учесть размывание традиционных понятий, таких как государство, нация, демократия и так далее, то возникает проблема самоидентификации современного индивида, определения того, частью чего он себя видит. В обществе наблюдаются интеграционные процессы различных типов и уровней. В ряде случаев возможно параллельное развитие интеграционных процессов разного типа. Так, очень часто, особенно в ушедшие периоды истории, люди объединялись по сословным, классовым или религиозным признакам. Вместе с тем для индивида естественно стремиться к самоидентификации на уровне исторически значимых образований, что вынуждает его к реконструированию дефиниций нации и государства. Но эта самоидентификация осуществляется, скорее, на эмоциональном уровне, а потому и нация, и цивилизация воспринимаются индивидом как большие группы людей, с которыми у него есть нечто общее, что является важным лично для него и настолько же важно для этих людей в противовес всем другим.

Многообразные связи человека с государством, в которых реализуются его установленные законом права, комплекс обязанностей, защитасостороныгосударства, составляютсутьпонятия«гражданство». С понятием института гражданства связывается характер связей типа общество – личность, личность – общество, личность – государство (государственная власть), государство – личность. Сегодня понятие «гражданство» употребляется в нескольких смыслах и значениях. Как морально-политическая категория оно тождественно понятию «пат-

1 Фурс В. Н. Философия незавершенного модерна Ю. Хабермаса. М., 1999. С. 114.

17

Г л а в а 1. Философско-методологическиеаспектыисследованияинститутагражданстваиегоособенностей

риот». В качестве правовой категории оно используется как определение правоотношения между лицом и государством, а также как субъективное право лица или как правовой институт.

Однако на практике гражданство воплощается во множестве взаимодействий между индивидами, их ассоциациями и конкретными агентами, выступающими от имени государства. Эти взаимодействия протекают в определенной социальной и культурной среде, которая накладывает на них отпечаток. Поэтому гражданство имеет смысл рассматривать не только как правовой статус, но и как совокупность институционализированных социальных практик (как политикоюридических, так и культурно-символических), осваиваемых носителями гражданского статуса. Вместе с тем гражданство способно выступать и как особая идентичность, связанная с членством в политическом сообществе (или в случае множественного гражданства в нескольких сообществах), которая при определенных обстоятельствах может противопоставляться другим идентичностям (классовым, расовым, этническим, религиозным, гендерным, профессиональным и др.) или дополнять их.

В данной ситуации «каркасом» идентичности личности могла бы выступать, на наш взгляд, гражданская идентичность. Как вид социальной идентичности личности она тесно связана с потребностью

вустановлении связей с другими людьми и включает в себя не только осознание индивидом своей принадлежности к гражданской общности, но и восприятие значимости членства, представление о принципах и основах данного объединения, принятие поведенческой модели гражданина, осознание целей и мотивов деятельности, представление

о характере взаимоотношений граждан между собой, граждан и государства1. Основными факторами формирования гражданской идентичности являются: активное отношение человека к миру вообще,

втом числе политическая активность, связанная со способностью локализовать и защитить (институциональными способами) свои интересы; способность обозначить собственное отношение к явлениям социальной реальности, готовность принимать самостоятельные решения; перспективная ответственность на основе памяти о своих

поступках и осознания возможных их последствий; способность к различным формам совместной деятельности, к солидаризации вокруг

1 Семенова Ю. А. Кризис гражданской идентичности в условиях трансформации современного общества // Вестн. ОГУ. 2007. № 7. С. 87–91.

18

1.1. Зарождение института гражданства

общих целей и ценностей. При этом главным условием формирования гражданской идентичности выступает социальное доверие, связанное с соблюдением каждым гражданином рациональных и этически обоснованных правил, с верой в выполнимость и эффективность этих правил иожиданиемотдругихучастниковисполнениявзаимныхобязательств.

Таким образом, обладать гражданской идентичностью – это значит быть активным, инициативным, дать проявиться своим способностям и таланту, быть заинтересованным в связи с другими людьми, преодолев тем самым изолированность своего «Я». Гражданская идентичность предполагает ориентацию на социальные связи, на жизнь с сообществом, встроенность в социальную сетку, способность устанавливать подлинные связи с социальным миром и умение распорядиться своей автономностью (экономической, политической и духовной).

Гражданская идентичность имеет большую смысловую и практическую нагрузку, так как включает «не только лояльность государству, но и отождествление с гражданами страны, представления об этом сообществе, солидарность, ответственность за судьбу страны и чувства, переживаемые людьми (гордость, обиды, разочарования, пессимизм или энтузиазм)1. В. Тишков, имея в виду национальногражданскую идентичность, подчеркивает значительную степень проникновения последней в обыденное сознание: «Мы можем определить национальную идентичность как общеразделяемое представление граждан о своей стране, ее народе и как чувство принадлежности к ним»2. В этом смысле национально-гражданская идентичность предполагает серьезное влияние на повседневные практики, потому что она не только детерминирует политическое поведение, уровень активности, но и может влиять и на такие на первый взгляд далекие от политики вещи, как уровень поддержки национальных спортивных команд, гастрономические пристрастия, практики туризма и т. п. В свою очередь, эти практики могут «подпитывать» гражданскую идентичность и способствовать ее упрочению или, напротив, размыванию, если они приобретают более интернациональный характер.

В частности, на этот феномен обращал внимание А. Этциони, говоря о «взаимном обучении, строящемся на постепенном заимство-

1Крестинина Е. С. Борьба за идентичность и новые институты коммуникаций // Вестн. Пермского университета. 2010. Вып. 1(9). С. 42–47.

2Тишков В. Что есть Россия и российский народ // Pro et Contra. Т. 11. 2007. № 3. С. 28.

19

Г л а в а 1. Философско-методологическиеаспектыисследованияинститутагражданстваиегоособенностей

вании различных аспектов повседневной культуры»1. В данной связи важно подчеркнуть, что в государственной, и в гражданской, и в национальной идентичности присутствует компонент идентичности политической. Если под политической идентичностью понимать идентификацию граждан с политическими институтами, тогда до некоторой степени можно признать синонимичность понятий «государственная идентичность» и «политическая идентичность». Учитывая многомерность социальных и политических процессов в современном мире и факт частичного пересечения государственной, гражданской

иполитической идентичности, можно говорить о гражданском измерении политической идентичности.

Здесь, как нам кажется, важно затронуть и вопрос диаспоры в глобальном коммуникационном пространстве. В статье М. А. Мыльникова подчеркивается тот факт, что феномен современных диаспор

содержит в себе до сих пор слабо исследованное явление наложения друг на друга социальных, этнических и политических пространств2. Взаимодействие диаспоры с государством исхода является одним из важнейших ее функциональных признаков.

Активная позиция диаспоральных сообществ во взаимодействии с государством исхода проявляется в самых разнообразных сферах: экономической, культурной, политической и др. Многие современные диаспоры требуют со стороны исторической родины признания статуса равнодействующего по значимости субъекта, от влияния которого зависит положение государства в системе международных связей. Совокупность социальных, политических, информационных и иных взаимоотношений диаспоры и принимающего государства можно отнести к специфическому, коммуникационному субпространству, где образуются

исуществуют устойчивые и долговременные связи между этническими общностями науровне государства как национальной корпорации.

Участники диаспор постепенно переживают процесс трансформации идентичности, когда незначительная степень ассимиляции еще не позволяет растворить диаспору в принимающем обществе, однако

уже есть смысл рассматривать стратегии, выстраиваемые в отношении государства исхода и пребывания3.

1Этциони А. От империи к сообществу. М., 2004. С. 35–36.

2Мыльников М. А. Современные диаспоры в глобальном коммуникационном процессе // Вестн. МГУ. Сер. 18: Социология и политология 2007. № 2. С. 45.

3Там же. С. 51.

20