Избранное. 1903-1915 гг.

1908 1913

Другого гения, другого Певца с божественной душой,– Он не сказал проклятья слова Пред злом кончины роковой.

А ты, злодей, убийца, ты, преступник, Сразивший гения бесчестною рукой, Ты заклеймен, богоотступник, Проклятьем мысли мировой.

Гнуснее ты Дантеса – тот хоть пришлый, В нем не течет земель славянских кровь;

А ты, змея, на битву с братом вышла,– И Каин возродился вновь!..

Не лейте слез, завистники, фальшиво Над прахом гения, не оскорбляйте прах, Вы стадо жалкое, ничтожно и трусливо, И ваш пастух – позорный страх.

Вас оценят века и заклеймят, поверьте, Сравнивши облик каждого с змеей… И вы, живые, – мертвые без смерти,

А он и мертвый, – да живой!

1908

111

“Златолира”

САМОГИМН

Меня отронит Марсельезия, Как президентного царя! Моя блестящая поэзия Сверкнет, как вешняя заря! Париж и даже Полинезия Вздрожат, мне славу воззаря!

Мой стих серебряно брильянтовый Живителен, как кислород.

"О гениальный! О талантливый!" –

Мне возгремит хвалу народ.

И станет пить ликер гранатовый За мой ликующий восход.

Пусть на турнирах словоборчества Стиха титаны и кроты

Берлинства, Лондонства, Нью Йорчества

Меня сразить раскроют рты:

Я – я! Значенье эготворчества – Плод искушенной Красоты!

1912

112

1908 1913

СОЛНЦЕ ВСЕГДА ВДОХНОВЕННО

Солнце всегда вдохновенно! Солнце всегда горячо!

Друг мой! сольемся мгновенно: Наше желанье – ничье.

Жизнь безнадежна и тленна, Мигом трепещет плечо… Солнце, как мы, вдохновенно! Солнце, как мы, горячо!

1909

ЭХО

Ради шутки, ради смеха Я хотел бы жить всегда! Но ответило мне эхо:

"Да!"

Повтори… еще… сначала… Кто бессмертен, как мечты?

Снова эхо отвечало: "Ты!"

1909, мыза Ивановка

113

“Златолира”

ПОЭЗА О ФОФАНОВЕ

Возьмите "Фофанова" в руки И с ним идите в вешний сад. Томленье ваше, скуку, муки Его напевы исцелят.

Себя самих не понимая, Вы вдруг заискритесь, как Мумм.

Под "Майский шум" поэта мая И под зеленый майский шум.

Пропев неряшливые строки, Где упоителен шаблон, Поймете сумерек намеки И всё, чем так чарует он.

Не будьте ж к мигу близоруки,– Весна и солнце отблестят! Берите "Фофанова" в руки И с ним бегите в вешний сад!

1913, начало июня, Веймарн

114

1908 1913

ЭЛЕГИЯ

Вы мать ребенка школьнических лет, И через год муж будет генералом… Но отчего на личике усталом – Глухой тоски неизгладимый след? Необходим для сердца перелом:

Догнать…

Вернуть… Сказать кому то слово…

И жутко Вам, что всё уже в былом, А в будущем не видно и былого…

1911

115

“Златолира”

НЕВОД ГРЕЗ

У меня, как в хате рыболова, Сеть в избе, – попробуй, рыб поймай! В гамаке, растянутом в столовой, Я лежу, смотря в окно на май.

На окошке солнится лиловый

Creme des Violettes*. Я – мальчик пай. И она, любимая, в два слова Напевает нежно: "баю бай"…

Зеленеет, золотеет зелень, И поет – чирикает листва…

Чей капот так мягок, так фланелев? Kто глазами заменил слова?

*Cre`me de Violette букв.: фиалковый ликер, сорт ликера (фр.)

116

1908 1913

Для тебя все цели обесцелив, Я едва дышу, я жив едва. Телом, что в моем тонуло теле,

Обескровить вены мне – права.

А теперь, пока листвеют клены, Ласкова, улыбна и мягка, Посиди безмолвно и влюбленно Около меня, у гамака.

Май шалит златисто и зелено, Дай ему ликеру два глотка, – И фиалковой волшбой спеленат, Падая, даст липе тумака!

1913, Веймарн

117

“Златолира”

МАЙСКАЯ ПЕСЕНКА

Раскачни мой гамак, подкачни!– Мы с тобою вдвоем, мы одни.

И какое нам дело, что там, Где то там не сочувствуют нам?!. Май любезно смеется в окно… Нам любовно с тобой и смешно: (Ты меня целиком понимай!) Пред поэтом заискивал май. Понимает, должно быть, что я, Беспредельную силу тая,

Захочу– и оперлю его, Ну а нет – про него ничего!

В этот год мне отрадна весна И пришедшая слава ясна,– Будет славно воспет мною май! Подкачай же гамак! раскачай!

1908, Веймарн

118

1908 1913

ОБЕ ВЫ МНЕ ЖЕНЫ…

Обе вы мне жены, и у каждой дети – Девочка и мальчик – оба от меня. Девочкина мама с папой в кабинете, А другой не знаю тысячу три дня.

Девочкина мама – тяжко ль ей, легко ли –

У меня, со мною, целиком во мне. А другая мама где то там на воле, Может быть, на море, –

может быть, на дне.

Но ее ребенок, маленький мой мальчик, Матерью пристроен за три пятьдесят. Кто же поцелует рта его коральчик? Что же: я невинен или виноват?

Ах, я взял бы, взял бы крошку дорогого, Миленького детку в тесный кабинет. Девочкина мама! слово, только слово! – Это так жестоко: ты ни "да", ни "нет"!

1908

119

“Златолира”

ПОЭЗА БЕЗ НАЗВАНИЯ

Князь взял тебя из дворницкой. В шелка Одел дитя, удобное для "жмурок"… Он для тебя – не вышел из полка, А поиграл и бросил, как окурок.

Он роскошью тебя очаровал

Иодурманил слабый ум ликером.

Ивозвратилась ты в родной подвал, Не осудив любовника укором.

Пришел поэт. Он стал тебе внимать

Ивзял к себе в убогую мансарду, Но у него была старуха мать, Язвившая за прежнюю кокарду.

Иты ушла вторично в свой вертеп,

А нищий скальд "сошел с тоски в могилу". Ты не могла трудом добыть свой хлеб, Но жить в подвале стало не под силу.

Иты пошла на улицу, склонясь Пред "роком злым",

сраскрытым прейскурантом.

Иу тебя в мечте остался – князь

С душой того, кто грел тебя талантом.

1908

120