Журналистское расследование (политико-идеологический аспект). Учебное пособие

Научная формализация журналистской практической деятельности всегда порождает вопросы и критику (чем автор и занимался в этой главе). Но, надеюсь, представленное определение достаточно аргументировано и имеет право на существование. Расследование — это в значительной мере деятельность журналиста, один из видов профессиональной специализации, который прямо отражается на его поведении, а затем и на печатном материале. Итак, журна-

листское расследование — это комплексный подход к сбору и обработке информации, ставящий цель влиять на общественно-политические процессы через публикацию в СМИ в разной форме неизвестных и сознательно скрываемых от общества фактов.

Рассмотренные в этой главе проблемы очень интересно преломляются в американской журналистике даже с позиции терминов. В США достаточно четко разделяют «инвестигейторов» (от слова investigation — расследование) и «макрейкеров» (разгребатели грязи). Инвестигейторы исходят из того, что не надо доверять полученной информации. Ее необходимо проверять по меньшей мере «в двух не связанных друг с другом источниках», чтобы максимально приблизиться к правде. Как видим, в американской журналистике под расследованием (investigation) подразумевается не что иное, как добросовестное выполнение журналистом своих обязанностей, то есть тип журналистского поведения, обязательный для сотрудников качественной прессы. Кстати, investigation имеет еще одно значение — исследовать. Таким образом, оно больше подходит для понимания сути деятельности представителей этого направления в американской журналистике.

Макрейкеры же имели совершенно конкретный предмет своего профессионального интереса — политическую коррупцию. Они создали новую форму подачи материала, «соединив детектив, репортаж и морализаторскую пьесу»2. Получается, что макрейкеры являются одним из элементов инвестигейторства.

Журналистское расследование как термин можно сравнить с матрешкой. Первое значение расследования — обобщенное — это тип профессионального поведения. Он характеризуется сознательным поиском (целевая установка) скрываемого от общества социально опасного негатива (предмет поисков). Внутри матрешки второе значение — специфические методы, которые применяет журналист при сборе информации. Еще «глубже» третье значение — фор-

2 Steinfels Peter. The Neoconservatnes. The men Who are children America’s politick. — New York, 1979. P. 70.

11

ма репрезентации материала. Здесь стоит учесть, что индивидуальность жанрообразующих признаков у расследования выражена настолько слабо (о чем говорилось выше), что вряд ли имеет смысл вычленять его в качестве отдельного жанра журналистики. Автор предлагает рассматривать журналистское расследование как подвид такого популярного аналитического жанра, как статья. Из предложенной формулы следует: разные варианты толкования расследования не опровергают друг друга, а соотносятся как общее к частному.

12

ГЛАВА 2. ЦЕЛЬ — ПРЕЗИДЕНТ

ЖУРНАЛИСТСКОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ В США

Пресса современной наукой рассматривается как часть политики. Ее цель — открытая публичная передача различных сведений любым лицам. Поэтому политический процесс в государстве на журналистику оказывает гораздо больше влияния, чем литературный. Рассматривая в первой главе расследование как явление в журналистике, автор уже выдвинул тезис о том, что этот тип журналистского произведения может появиться только в том обществе и государстве, где реализованы основные идеи либеральной мировоззренческой доктрины. Таким образом, расследование является чуть ли не единственным журналистским произведением, появление и существование которого напрямую зависит от политической системы государства. Расследование является показателем развитости гражданского общества и осознания властью своей ответственности. Граждане желают знать правду о негативных явлениях в государстве (и имеют на это право), власти не устанавливают административные барьеры на пути движения информации к аудитории. Поэтому при изучении журналистского расследования актуально сосредоточиться на изучении политических и мировоззренческих предпосылок появления журналистского расследования. Во время исторического экскурса автор будет обращать особое внимание на взаимосвязи политических реалий с журналистской практикой.

РАССЛЕДОВАНИЕ – ЭТО ТОВАР,

КОТОРЫЙ ХОРОШО ПРОДАЕТСЯ

Большинство исследователей считают, что расследование впервые появилось в журналистике США, с чем нельзя не согласиться. Разбор причинноследственных связей появления расследования в журналистике этой страны показывает, какие обязательные социально-политические условия должны быть в обществе. Последняя треть XIX века вошла в американскую историю как «позолоченный век». Классический либерализм стал главной формой общественного сознания. За этот период объем промышленного производства в стране вырос в семь раз, а национальное богатство — более чем в четыре раза. Увели-

13

чение числа крупных городов и их населения вызвали бум в газетной индустрии. Процесс бурного роста количества газет и их тиражей привел к возрастанию роли и места прессы в общественно-политической жизни страны.

Заключительные десятилетия XIX века вошли в историю и как годы, когда «раковая опухоль» коррупции разрасталась, поражая практически все звенья государственного аппарата. Активная борьба американских рабочих и фермеров перед прессой США (а вернее перед ее владельцами) ставила вопрос: какой должна стать ее роль в условиях постоянных политических конфликтов? Одним из вариантов ответа явилось рождение американской массовой (или «желтой») прессы. В этой разновидности СМИ воцарился особый дух, как бы олицетворявший собой основные либеральные принципы: свободу предпринимательства, свободу слова, демократизм. Впрочем, суррогатность и некачественность этого продукта проявилась довольно скоро.

В своем стремлении стать активными участниками политического процесса представители крупного капитала США, в том числе и те, кто занялся га- зетно-издательским делом, ни при каких обстоятельствах не упускали из виду и необходимость обеспечения продаваемости их товара — газет и журналов — или, иначе говоря, рентабельности предприятия, в которое вкладывались их финансовые средства. Один из крупнейших газетно-издательских магнатов США конца XIX века Артур Окс Сульцбергер на вопрос об основной миссии принадлежащей ему газеты «The New York Times» сказал: «Прежде всего, быть прибыльной. Это звучит ужасно — не правда ли? Но если мы не будем иметь прибыли, мы не сможем выполнять никакой другой миссии»3.

Скандальность и пикантные подробности жизни «сильных мира сего» стали средствами, обеспечивающими эту прибыльность. Американской широкой аудитории нравилось такое чтиво. По крайней мере, в пользу этого говорит постоянный рост тиражей массовой прессы. Эти материалы не только будоражили воображение малограмотной части населения, но и убеждали ее в том, что не столь уж велика разница между ним и элитой. В этом ей, вероятно, виделось высшее проявление демократизма.

При всех очевидных социально-политических минусах американская желтая пресса тем не менее одним из своих приоритетных направлений выбрала критику власти. В XIX веке эта критика еще не носила системного характе-

3 Цит. по: Иванян Э.А. От Джорджа Вашингтона до Джорджа Бушаю белый дом и пресса. — М., 1991, С. 62.

14

ра, а представляла собой нападки на конкретные личности. Примечательно, что уже в начале ХХ века один из «отцов» массовой прессы Джозеф Пулитцер, анализируя практическую деятельность своих изданий, стал говорить о социальной ответственности прессы. То есть провозглашал те принципы, на которые идейно опиралось движение «разгребателей грязи» (или макрейкеров).

В конце XIX века широкое распространение среди фермеров и в кругах мелкой и средней буржуазии в США получили идеи так называемых популистов, выступавших против централизации финансового капитала и создания крупных промышленных корпораций, поддерживавших идеи разумного баланса между частным и общественным интересом. Социальные и экономические противоречия в конце XIX века в США дали ход принципиально другой журналистике. Как следствие перед прессой США встала проблема качества критических публикаций и качества прессы в целом. Одним из проявлений качественной прессы в США стало движение «разгребателей грязи» (или макрейкеров). В исследованиях часто встречается точка зрения, что «отцом» данного термина являлся сам президент США Теодор Рузвельт. По одним версиям, он так называл журналистов, которые разоблачали его деятельность. По другим, Рузвельт, наоборот, с помощью этого образа восхитился гражданским подвижничеством тружеников пера, обличавших коррупционеров). Макрейкеры ставили перед собой задачу критиковать власть, руководствуясь при этом общественными интересами, а не соображениями продаваемости материалов.

Высшим злом общества они считали коррупцию, которую и сделали главным объектом своей охоты, выработав теорию и метод ее исследования. В основе их взглядов лежали следующие принципы:

демократические устои общества;

честные демократические выборы;

управлять государством должны честные люди.

По времени появление движения макрейкеров совпало с избранием на пост президента США Теодора Рузвельта. Вряд ли это можно считать простым совпадением, поскольку с его именем связывают новый курс во взаимоотношениях между федеральной властью и прессой. Он выражался в поощрении одних политических разоблачений, и негативной реакцией на другие. В «Автобиографии» Теодор Рузвельт назвал вашингтонских (столичных) корреспондентов «исключительно способной, достойной доверия и движимой общественными

15

интересами группой людей и наиболее полезной силой в борьбе за эффективное и добропорядочное правительство»4. Но многочисленные факты использования Рузвельтом широкого набора методов и средств, призванных запугать и заставить замолчать тех, кто в своей погоне за сенсацией переступал (с точки зрения президента) рамки дозволенного, свидетельствуют о расхождении его слов с реальностью. Рузвельт давал ясно понять газетчикам, что «люди с граблями для разгребания грязи необходимы для благополучия общества лишь в том случае, если они знают, когда следует прекращать разгребать грязь»5.

Имея проблемы с массовой прессой, Теодор Рузвельт покровительствовал «разгребателям грязи» во многом потому, что в качестве объектов своих расследований они выбирали органы муниципального управления, считая, что именно коррупция на уровне городской власти несет в себе наибольшую угрозу демократии. Таким образом, очевидна попытка президента США перенести огонь критики в отношении власти с федерального правительства на муниципальное управление. Опираясь на это, автор придерживается того мнения, что внутриполитические процессы напрямую повлияли на журналистику в целом и на расследование как тип журналистского произведения, в частности. Определим социально-политические условия, которые необходимы для появления такого вида журналистского произведения, как расследование:

ориентированный на либеральные ценности политический режим;

ориентированная на либеральные ценности система СМИ;

востребованность критических публикаций обществом и политической

элитой.

ГРАБЛИ ДЛЯ ГРЯЗИ

Обратимся к практической деятельности движения макрейкеров и к ее наиболее ценным результатам.

«Разгребатели грязи» публиковали свои материалы чаще всего в журналах, издававшихся в городах Восточного побережья США. Такая географическая привязка, конечно же, не случайна. Именно в старых городах Америки был наиболее высокий образовательный уровень и аудитории, и журналистов. Аме-

4Roosevelt Theodore. An Autobiography. — New York, 1913. P. 354.

5Цит. по: Иванян Э.А. От Джорджа Вашингтона до Джорджа Бушаю белый дом и пресса. — М., 1991.

16

риканские интеллектуалы в конце XIX века достаточно критически относились к результатам первого столетия существования своего государства, пытаясь указать политической элите на саморазрушительный характер социальноэкономических процессов: монополизация капитала приводила к разорению малого и среднего бизнеса, а эксплуатация — к социальным конфликтам. К этому стоит добавить, что на «новых» землях США (легендарный Дикий Запад) были большие проблемы с соблюдением элементарной законности.

Как видим, для «свободной» прессы был громадный выбор актуальных тем. Она не могла не замечать того букета социальных болезней, который подарил Америке XIX век. Здесь можно сделать предположение, что эту же тревогу о здоровье государства разделяла и высшая в стране власть — президентская. По крайней мере, это ее прямая обязанность — обеспечивать бесконфликтное развитие и рост благосостояния всего общества. Так что в лице президента США макрейкеры имели союзника (в отличие от журналистов желтой прессы, с завидным упорством атаковавших на страницах газет именно президентов). По крайней мере, есть свидетельства о том, что, например, Теодор Рузвельт поддерживал товарищеские отношения с некоторыми «разгребателями грязи».

Типичный портрет макрейкера той эпохи можно было писать с издателя Бенджамина Флауэра, блестяще образованного, критически относящегося к американским реалиям своего времени, с обостренным чувством гражданского долга. На свои деньги он издавал журнал «Арена», в котором главной темой сделал критику «раковых опухолей» американского государства: произвол монополий, коррупцию, нищету, нравственную деградацию. Как видим, концептуальная редакционная политика журнала в корне отличалась от практики желтой прессы. Флауэр отдавал приоритет не продаваемым, а актуальным темам, то есть следовал принципам качественной прессы. Примечательно, что в XX веке такой подход позволит качественным изданиям догнать своих «желтых» конкурентов по количеству аудитории.

Движение макрейкеров дало мировой литературе и журналистике не один десяток ярких авторов. Наиболее издаваемым и известным в нашей стране был Эптон Синклер, который прошел путь от репортера до классика американской литературы (романы «Джунгли», «Дельцы» и др.). При всех различиях в творчестве и мировоззрении у «разгребателей грязи» был ряд общих принципов:

17

демократия — лучшая форма организации политической жизни обще-

ства;

выборы должны быть честными, а на ключевые выборные должности общество должно выдвигать самых достойных;

главным злом общества и государства является коррупция, которая компрометирует демократию.

Макрейкеры считали себя следователями, которым общество вручило мандат на защиту своих интересов. Здесь они даже вступали в конфликт с традиционной либеральной концепцией прессы, одним из главных постулатов которой является следующий тезис: СМИ ничего не должны обществу, не претендуют на особое в нем положение, и, соответственно, общество не вправе требовать от прессы выполнения социальных функций. «Разгребатели грязи» здесь ушли на полвека вперед и стали предвестниками новой концепции «социальной ответственности прессы». Как отмечает американский исследователь Петер Стенфелс: «“Разгребатели грязи” выработали свой стиль, объединив детективную историю с морализаторской пьесой»6. Это дает некоторое представление о целевой установке при подготовке публикации. Материал должен увлекать аудиторию детективной фабулой, но не это является сверхзадачей. Главное — это авторские выводы о порочности субъектов расследовании, о социальной опасности их деятельности, о том, что возмездие обязательно наступит.

Теперь настало время поговорить о самой журналистской практике макрейкеров. В качестве предмета расследований они часто выбирали коррупцию на уровне крупных городов. Здесь наиболее интересное наследие оставил Линкольн Стеффенс, который не только подготовил ряд разоблачительных публикаций, но и объединил их в рамках одной книги «Позор городов». Мне так и не удалось установить, издавалась ли она на русском языке. Поэтому приходилось пользоваться оригинальным англоязычным вариантом7. (Кстати, к концу жизни радикализм в мировоззрении Стеффенса усилился настолько, что он даже вступил в коммунистическую партию США.) А вот не менее интересная его автобиография была издана в СССР8, поэтому я позволю себе взять из нее наиболее полезные для журналистов цитаты.

6Steinfels Peter. The Neoconservatnes. The men Who are children America’s politick. — New York, 1979. P. 70.

7Steffens L. The shame of the cities. — New York, copyright 1904.

8Стеффенс Л. Разгребатель грязи (Автобиография). — М., 1949.

18

Главный вопрос, который мучит начинающего журналистарасследователя, — с чего начать. Стеффенс выбирал те города, где уже обозначался конфликт. То есть там было организованное сопротивление мэру. Это определяло и первоисточник информации. Сам Стеффенс называл таких людей «реформаторами» (они пытались изменить городскую жизнь), нам же более понятно другое определение — «оппозиционер» (главное, что это лицо противостоит существующей власти). Реформатор и становился главным источником информации, поскольку был заинтересованным лицом в деле раскрытия негатива в отношении действующего мэра. Уверен, эта схема вполне жизнеспособна и сегодня, в наших российских реалиях. Разница в том, что у нас оппозиционер «законспирирован», и до начала предвыборной кампании свою оппозиционность скрывает. Но это не опровергает сам принцип: хочешь собрать компрометирующий материал — ищи политического оппонента существующей власти.

Стеффенс отдавал себе отчет в том, что далеко не весь компромат является правдой, поскольку в политической борьбе использовать журналиста, подсунув ему ложь, — старый прием. Так что принцип — «не быть заложником источника информации» — существовал уже тогда в практике макрейкеров. Сам метод проверки материала Стеффенс называл «хождением по следу». «Идя по следу», журналист вынужден общаться с людьми, вовлеченными в противоправную деятельность мэра. Здесь Стеффенс выработал два метода, которые он обозначал как «прием прокурора» и «иллюзия осведомленности». Вот показательная цитата из его автобиографии: «На всем протяжении моей разоблачительной деятельности меня постоянно принимали за какого-нибудь специалиста по вопросам взяточничества, политики и управления. Бывалые люди легко посвящали меня в свои секреты. Полагая, что я и так все знаю»9.

Чтобы создать иллюстрацию того, как реально применяются эти методы, я студентам приводил пример из кинофильма «Место встречи изменить нельзя». (Конечно, это не совсем «чистый» пример, но я исхожу из того, что принципы деятельности оперативных работников милиции и журналистоврасследователей во многом схожи.) Эпизод, когда Жеглов «раскалывает» уголовника «Кирпича», используя вещдок — браслет. Первый обвиняет, второй оправдывается, и в результате всплывают интересующие Жеглова гораздо

9 Стеффенс Л. Разгребатель грязи (Автобиография). — М., 1949. С. 64.

19

больше, чем «Кирпич», персонажи: Фокс и Верка-модистка. Как видим, «прием прокурора» основан на том, что обвиняемый пытается оправдаться, переложив вину на других. Потом Жеглов, не зная, кто такой вообще Фокс, задает вопрос о его воровской «масти», и тоже получает информацию, поскольку «Кирпич» уверен, что уж с Фоксом сыщик наверняка знаком. Так же он уверен, что Жеглов знает адрес Верки-модистки (ведь тот заглядывает в свой блокнот) и спокойно раскрывает просто важнейшую информацию о ее месте жительства. А блокнот Жеглов открыл на пустой странице!

Почему бы такими эффективными методами не пользоваться журналистам? Расследователь должен изменить традиционный имидж журналиста — энергичного болтливого субъекта, задающего много вопросов и упивающегося своим правом эти вопросы задавать. Расследователь должен, прежде всего, слушать, а не говорить. Не перебивать собеседника, если тот вдруг начинает говорить не совсем то, что журналисту нужно. Ведь ты не интервью готовишь, и неизвестно, в каком месте речи собеседника может всплыть самая ценная для тебя информация. Расследователь должен быть сдержан и строг. Желательно отказаться от предложенного кофе, не говоря уже про алкоголь. Мелочь, но это заставляет вашего не совсем «чистого» собеседника нервничать. Ведь ему не известно, что вы знаете, а подчеркнутая холодность может его убедить: вы знаете немало. Кроме того, журналист должен много записывать в блокнот. Это тоже способ давления на собеседника. Пусть он говорит ненужную чушь, но он-то не представляет, что вам нужно и что вы выудили из его речи. А писать можно хоть стихи Пушкина (кстати, этот прием тоже отражен в отечественном кинематографе).

Наконец, обязательным для себя правилом Стеффенс считал беседу с мэром, против которого он собирал материал. Причем он свои цели не скрывал. Это правило требует от журналиста большого личного мужества, поэтому вряд ли его можно настоятельно рекомендовать абсолютно всем.

Движение макрейкеров можно сравнить с кометой: просуществовав очень короткий исторический срок, «разгребатели грязи» оставили яркое наследие, которое порой даже мифологизируется. Право давать оценки, спорить, устраивать дискуссии оставим американским исследователям, поскольку это часть именно их журналистики. Мы же обратимся к объективным результатам профессиональной деятельности макрейкеров, чтобы обобщить полезный для всех журналистов опыт.

20