Готовность к безопасному поведению в условиях риска. Диагностика и коррекция. Учебно-методическое пособие
.pdfщий субъекта к какой-либо деятельности, поведенческому акту. Однако не всякая ситуация становится отправной точкой для реализации поведения. Чтобы она стала таковой, необходимым (но не обязательно достаточным) условием является согласованность ее отражаемого информационного поля актуальной («здесь и сейчас») потребностно-мотивационной инстанции личности.
Характер этой связи –– соответствие или противоречие –– указывает на какое-либо отношение субъекта и ситуации. Несогласованность с объективной ситуацией означает ее нивелирование (незначимость) или, в крайнем случае, латентное отражение и сохранение ее информационного поля. Механизм запуска не подчинен простой формуле «ситуация-поведение (действие)», как это выглядело у бихевиористов; он значительно сложнее уже постольку, поскольку содержит специфичный «психологический агент», заключающийся в ее апперцепции, конструировании, оценке и прочих процессах. Неслучайно В. Н. Ворониным и В. Н. Князевым в самом определении ситуации основное значение отводится «…когнитивному конструкту личности, отражающему часть объективной реальности, ограниченной в пространстве и времени, и имеющему определенное социальное содержание …» [8].
В конечном итоге поиски устойчивых детерминант поведения в различных ситуациях практически не увенчались успехом. Это объясняется тем, что исследователи чаще обращались к какому-либо одному аспекту, выделяя «главную» детерминанту, в то время как объективная сложность ситуации и тем более диалектика различных отношений личности применительно к ее взаимодействию с ситуацией, практически не допускает однозначности. На это указывает сложная система интерпретаций, зависящих от многих факторов, таких как: детский и последующий опыты социализации, факторы идентичности, различные предписания, навязывающие субъекту определенные формы поведения (роли) и транслируемые институциональные установки, фильтры внутренних инстанций, которые обозначаются множеством дихотомий. Кроме того, поведенческие акты, как показывают исследования, могут не совпадать в аналогичных, даже с точки зрения самого субъекта, ситуациях или же напротив, быть хотя бы внешне похожими в функционально различных ситуациях.
Совокупность детерминант «ситуативного» социального поведения, играет существенную роль в формировании субъективного благополучия личности. Речь идет не о прямом влиянии ситуации на формирование поведения, это влияние реализуется посредством личностного отражения. Структура личности с ее иерархическим строением и динамичностью является основным ядром, определяющим качественные характеристики поведения в ситуации. Роль ситуации не в самой ситуации (здесь и сейчас), а в ее целостной репрезентации: предшествовавших ситуаций (событий), сравнимых с актуальной ситуацией, другими ситуациями, ожиданием си-
21
туации и в очень большой степени –– ее последующей (или опережающей, выражающейся в антиципации) рефлексии [15].
Р. С. Шамионов, проведя анализ различных теоретических источников (в том числе и собственных изысканий), выделил наиболее целостную систему детерминант социального поведения личности:
––уровни социально-психологического и личностного развития (интересы, самооценка, идентичность, характер, способности, социальный интеллект, саморегуляция, интернальность, активность, система отношений к окружающим явлениям, характеристики самоопределения (личностного, социального и т. д.), жизненные планы, мотивация, направленность и система ценностных ориентаций);
––социально-психологические феномены: символы, традиции, предрассудки, мода, вкусы, коммуникация, слухи, реклама, стереотипы;
––психофизиологические характеристики (темперамент, свойства нервной системы, эмоциональные состояния, состояние здоровья);
––когнитивные характеристики (информированность о мире вообще и социальных взаимоотношениях, личный опыт и эрудиция и др.);
––ситуативные факторы (динамика актуальной ситуации, предшествующие события, предполагаемые ситуации, поведенческий опыт разрешения ситуаций, социальное время и т. п.);
––характеристики субъективных отношений личности к объектам окружающего мира, к себе, собственному поведению, другим и их поведенческим паттернам и т. п.;
––социальные характеристики, находящиеся в определенных отношениях и соотношениях по степени «близости» (региональные, историкорегиональные, демографические факторы; социальное окружение: референтная группа, средства информации; домашние условия: социальноэкономические, социально-психологические, сценарии воспитания, традиции и т. д.);
––факторы культуры (субкультуры), включая характеристики культуры, сложившейся в данной местности, данного народа и т. д. [51].
Все эти факторы действуют не обособленно, но в определенных отношениях; соотношение внешних и внутренних факторов весьма сложно и при анализе поведения необходимо иметь в виду полифакторность поведенческого акта, его обусловленность многими причинами, порой весьма отдаленными от непосредственных условий реализации поведения.
По мнению С. Л. Комаровой, для личности все факторы могут быть объединены в значения «смысл» поступков (социального поведения) и «обстоятельства» (объективная окружающая действительность во всех ее формах и проявлениях) [14].
Таким образом, детерминанты социального поведения представлены в виде весьма различных характеристик. Они могут меняться в зависимости от временных, пространственных и онтогенетических изменений, тем самым, определяя характер [1].
22
Для нас проведенный экскурс в анализ детерминации социального поведения важен с точки зрения поиска причин, лежащих в основе готовности к безопасному поведению.
Л. А. Сорокина в диссертационной работе, посвященной формированию готовности к безопасному поведению в качестве интегративного показателя готовности к безопасному поведению использует индекс «компетентность самосохраняющего поведения», характеризующий способность и готовность человека к обеспечению личной безопасности, оказанию посильной помощи другим людям в опасных ситуациях, возникающих в повседневной жизни. «Компетентность самосохраняющего поведения» строится на основе сформированных ценностей и мотивов, знаний, умений, приобретенного индивидуального опыта [47].
В свою очередь В. Н. Мошкин выделяет следующие детерминанты готовности к безопасному поведению в повседневной жизни:
––ценностное отношение к безопасности, здоровью и жизни, стремление и потребности в обеспечении личной и общественной безопасности;
––внутренняя мотивация к подготовке и самоподготовке в области безопасности;
––когнитивная основа безопасного поведения в повседневной жизни (система знаний о возможных опасностях окружающей среды, их физических свойствах, причинах возникновения опасности, о правилах и способах безопасного поведения в повседневной жизни);
— умение предвидеть опасные ситуации, прогнозировать возможные последствия взаимодействия с ними, находить оптимальные способы безопасного поведения в соответствии со степенью опасности путем анализа конкретной ситуации, словесно-образного моделирования опасной ситуации;
— опыт взаимодействия с ситуациями дозированного риска;
— умение осуществлять саморегуляцию своего поведения, контролировать свои действия, осуществлять анализ и оценку своего поведения в опасной ситуации и его результатов [30].
Таким образом, подводя итог данному параграфу, следует отметить, что под психологическими детерминантами готовности к безопасному поведению мы понимаем совокупность условий, факторов, предпосылок, свойств, определяющих средства формирования этой готовности и ее последующей реализации. Детерминанты находятся между собой в определенных отношениях и составляют в совокупности иерархическую структуру, где выделяются биологическая подструктура, индивидно-личностная, подструктура социального опыта и т. д. По своему влиянию детерминанты могут быть внешними и внутренними. Внутренние имеют не только биологическое основание, но и те элементы социального опыта, который стал внутренней «частью» личности. Внешнюю детерминанту составляет социальная информация в виде эталонов ценностей, свойств личности и т. д., транслируемая институтами социализации, которая субъективно отражает-
23
ся личностью и имеет определенное значение для нее. Особое место в понимании детерминации готовности к безопасному поведению занимает страх, который оказывает влияние на готовность и выбор стратегии поведения. Кроме того, следует выделить роль социальной ситуации или ситуативных факторов, которые имеют психологическое содержание и поэтому по-разному активизируют субъекта к какой-либо деятельности, поведенческому акту.
1.4. СТРАТЕГИЯ ПОВЕДЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА В УСЛОВИЯХ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ И РИСКА
Жизнь человека в современном обществе предполагает его существование и развитие в условиях крайней неопределенности и часто требует рисковых действий.
Нестабильность экономических, политических и социальных условий приводит к проблемам ориентировки человека в окружающей его социальной действительности, а также невозможности осуществления точного прогноза своего будущего. В связи с этим особую актуальность приобретают вопросы, связанные с функционированием, адаптацией и выработкой личностью эффективных стратегий преодоления ситуаций, связанных с опасностью и риском.
На сегодняшний день в сфере психологии проведено много исследований относительно реакции человека на различные трудные ситуации. Так, получили широкое распространение труды Г. Селье, Р. Лазаруса, Дж. Эверилл и др., в которых освещались проблемы стресса, реакции и поведения человека в стрессовой ситуации [50].
Конфликтная ситуация, экстремальная, ситуация риска давно заняли свою нишу в мире психологических исследований. Тем не менее, существует еще много не изученных процессов человеческой деятельности. Кроме того, актуальным становится рассмотрение процесса преодоления трудных жизненных событий, который обозначается в психологии как ко- пинг-поведение, или совладающее, адаптационное (от анг. от англ. –– преодолевать, справляться).
Остановимся на анализе последних двух понятий более подробно.
Как отмечает Е. Г. Луковицкая, ситуацию неопределенности можно рассматривать двояко: с одной стороны, в контексте состояния человека, его внутренних переживаний; с другой стороны –– в русле особенностей реагирования и поведения в условиях неопределенности [24].
Ситуация (состояние) неопределенности включена в динамику развития любого «активного» процесса человеческой деятельности. Конфликтная, экстремальная ситуация, ситуация риска или прочие, менее значащие, повседневные обстоятельства носят в себе долю неопределенности. «Состояние неопределенности возникает и длительно переживается в период
24
перехода от одного целостного представления в организации поведения к другому целостному представлению», подчеркивает А. Л. Галин [9].
Состояние неопределенности активизирует работу психических механизмов человека. В работах М. Эптера, Дж. Кагана, З. Баумана, Е. Г. Луковицкой и др. акцент делается на когнитивном компоненте неопределенности [18].
С точки зрения проявления эмоций человеком психологи когнитивного направления писали о том, что неопределенность вызывает различные отрицательные эмоции –– отвращение, страх, ненависть, тревогу. А. Л. Галин подчеркивал, что при некоторых обстоятельствах неопределенность может доставлять удовольствие, что живые системы стремятся к риску, чтобы пережить позитивные эмоции. Кроме того, широко распространенным является использование неопределенности в искусстве –– литературе, музыке, архитектуре, где она играет центральную роль в эстетическом переживании и является неотъемлемой составляющей творческого процесса [9].
C точки зрения волевых параметров неопределенность ситуации связана с субъективным контролем события со стороны человека. Чем более неоднозначна ситуация, тем менее она воспринимается как подконтрольная субъекту.
На адекватный выбор стратегии преодоления в ситуации неопределенности, как указывает Л. И. Анцыферова, влияет способность к оценке ситуации [3]. Характер оценки во многом зависит от уверенности человека в собственном контроле ситуации и возможности ее изменения.
В. А. Бодров отмечает, что отсутствие возможности и способности предсказывать развитие событий в условиях неопределенности и риска ведут к невозможности осуществления эффективного преодоления ситуации
[7].
Л. И. Анцыферова вводит термин «когнитивное оценивание», определяя его как некую активность личности, а именно «…процесс распознавания особенностей ситуации, выявление негативных и позитивных ее сторон, определение смысла и значения происходящего» [4]. От того, как у человека работает механизм когнитивного оценивания, по мнению Л. И. Анцыферовой, зависят стратегии, которые будет использовать человек при разрешении ситуации неопределенности.
Ориентируясь на исследования Л. И. Анцыферовой, можно говорить о четырех обобщенных типах личности, которые различаются поведением и особенностями эмоционального реагирования в условиях риска.
«А» –– личность первого типа ориентируется на достижения, на изменение окружающего мира, на использование шансов и апробирование собственных возможностей. Она стремится расширить свои знания о ситуации неопределенности и перевести ее в ситуацию риска, в ее вербализации доминируют темы борьбы за свое существование, стремление сохранить прежние интересы. Ощущает себя способной изменить ситуацию.
25
«В» –– второй тип личности ориентирован в основном на внутренние изменения своего «Я» и частично –– поведения.
«С» –– третий тип личности характеризуется покорностью судьбе, когнитивная, деятельностная сторона выражена весьма слабо.
«D» –– четвертый тип личности определяется чувством тревоги, разочарования или апатии. Такие личности более всего нуждаются в психологической поддержке и помощи для выработки более адекватных техник жизни [4].
Впроведенном Е. Г. Луковицкой пилотажном исследовании, было выявлено, что:
–– для 60% характерно конструктивное реагирование на условия риска
(тип «А»); –– 30% испытуемых в ситуации неопределенности проявляют некон-
структивный вариант реагирования в виде пассивности и покорности судьбе (тип «С»);
–– незначительная часть опрошенных (5%) пытается изменить себя или свое поведение, что адаптивно лишь случае невозможности изменения ситуации, для данных испытуемых свойственен средний уровень конструктивности поведения в условиях неопределенности (тип «С»);
–– оставшаяся часть респондентов продекларировала неконструктивное проведение, проявляющееся апатией, тревогой, разочарованием (тип «Д»). Комбинацию двух типов (близкие значения с разрывом в один балл), то есть смешанный тип реагирования, показали 15% испытуемых [24].
Взаключение важно отметить, что ситуация риска для человека может являться следствием как объективно заданных параметров ситуации (ее изменчивость и высокая динамика), так и его субъективной интерпретации, которая связана с личностными особенностями человека, отсутствием опыта или навыков в решении данного типа жизненных событий.
1.5.ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ГОТОВНОСТЬ К СИТУАЦИЯМ РИСКА КАК МЕХАНИЗМ БЕЗОПАСНОГО ПОВЕДЕНИЯ
Безопасное поведение связано с готовностью личности к неожиданным ситуациям, обеспечивающейся совокупностью личностных характеристик, таких как способность к предвидению опасностей, осознанием возможностей уклониться от опасностей; наличием навыка преодоления опасности, принятием решений в ситуациях риска и пр. Многие авторы отмечают, что уровень готовности к неожиданным ситуациям выступает в качестве фактора, определяющего уровень развития его психологической безопасности
[55].
Личностная готовность как субъективный образ будущего действия, сформированный в сознании, в результате правильной логической (или интуитивной) цепочки решений превращается в реальный результат. В неожиданной ситуации (опасность-безопасность) цепочка решений являет-
26
ся проводником личностной готовности, как идеального продукта, в реальный результат –– принятие решения.
Готовность –– интегральная характеристика личности, определяющая ее возможности эффективного реагирования в ситуации опасности с благоприятными последствиями для себя.
Готовность личности может быть определена как способность к успешной адаптации и развитию конкурентоспособности в условиях угрозы со стороны обстоятельств; своевременное использование психологических ресурсов, необходимых для оценивания, интерпретации и последующего ответа на стрессоры [49].
Готовность личности является системным качеством личности, которое отражает определенные особенности взаимодействия личности с окружающей средой [27].
Термин (готовность) описывает тот факт, что организмы лучше приспособлены к ассоциированию определенных сочетаний стимулов и реакций [41]. Анализируя термин, можно разъяснить то, что сочетание стимулов и реакций могут предвещать опасность. Разберем это на примере запаха газа в квартире. В процессе социализации мы ассоциируем запах газа с опасностью. Итак, газ будет стимулом, а последствиями являются реакции. Имея дело с газом, в процессе жизни мы приспосабливаемся к определенным ситуациям, проецируя их в сознании, для того чтобы подготовить себя к определенным действиям [27].
Этот пример указывает нам о наличии закона готовности. В зарубежной литературе он существует в комплексе законов научения Торндайка (Thorndike's laws of learning). Торндайк демонстрировал в исследовании те важнейшие операции в научении, которые описаны как постепенное усиление некоторых стимульно-реактивных связей, завязывавшихся поначалу чисто случайным образом, и в итоге обнаруживающихся успешными.
В отечественной психологии термин используется преимущественно для обозначения осознанных готовностей личности к оценкам неожиданных ситуаций и поведению, обусловленных ее предшествующим опытом. Готовность –– это диспозиция (предиспозиция), предрасположенность субъекта к поведенческому акту, действию, поступку или их последовательности [48].
Предложенная В. А. Ядовым диспозиционная концепция заключается в характеристике социального поведения личности, в зависимости от состояний ее готовности к определенному способу действий. Концепция объединяет готовность личности с поведением в данной социальной ситуации и условиями предшествующей деятельности, в которых формируется стабильная склонность к осуществлению обусловленных потребностей субъекта в соответственных условиях [58].
Другим понятием, трактующим готовность, является установка раскрытая немецким психологом Л. Ланге в 1888 г. Впоследствии она была развита в экспериментальных исследованиях Д. Н. Узнадзе и названа об-
27
щепсихологической теорией установки. Установка объясняет психологическое состояние предрасположенности субъекта к определенной активности в определенной ситуации.
Понятие «установка» следует рассматривать не как отношение, позицию к какому-либо предмету, явлению, человеку, а как диспозицию –– готовность к определенному поведению в конкретной ситуации. Это понятие выражает конкретную связь между внутренним и внешним [33].
М. И. Дьяченко, Л. А. Кандыбович в своих исследованиях характеризуют готовность как психологический настрой на исполнение деятельности. Теория же строится на основании модифицирования поведения личности при внутреннем настрое, который будет содействовать ее активности, целенаправленности. Анализируя готовность с такого подхода, можно выделить несколько компонентов, показывающих сложное психическое образование. Первым и первичным, как оно и есть, будет познавательный процесс, который отражает основные края деятельности. Следующий компонент –– эмоциональные свойства, которые неоднозначно влияют на человека, активируя его психологическую и физическую активность. Третьим будет волевой компонент, который оказывает содействие совершению затруднительных действий в процессе достижения цели [11].
Готовность к действию раскрывается в отечественной психологии как установка, направленная на выполнение некого действия. А установку, как было указано выше, следует рассматривать не как отношение, позицию к какому-либо предмету, явлению, человеку, а как диспозицию, то есть готовность к определенному поведению в конкретной ситуации. А диспозицию –– как готовность, предрасположенность субъекта к поведенческому акту, действию, поступку или их последовательности.
В научной литературе конца 50-х-начала 60-х годов понятие «готовность» рассматривается и как состояния, и как качества личности. Н. Д. Левитов, М. И. Дьяченко выделяют психологическое состояние как готовность к действию. Е. А. Лебедев и другие представители космической психологии подчеркивают зависимость готовности от специальной и психологической подготовки, приобретенного опыта.
В. А. Марищук, Б. Л. Покровский, специалисты в авиационной психологии рассматривают готовность как активное состояние, необходимое для качественного выполнения своих обязанностей.
По-разному именовали психологическую готовность А. А. Ухтомский, М. И. Виноградов, Б. Ф. Ломов, В. Н. Пушкин. Обобщенные ее характеристики они обозначали близкими, но не идентичными понятиями: «бдительность», «боеготовность», «мобилизационная готовность», «настроенность» и т. д.
Готовность к деятельности А. А. Ухтомский назвал «оперативным покоем», механизм которого опирается на подвижность «нервных приборов», обеспечивающих переход от «оперативного покоя» к срочному действию.
28
Б. Г. Ананьев определяет понятие «готовности» к высокопродуктивной деятельности в определенной области труда, общественной жизни как «проявление способностей».
В. А. Крутецкий рассматривает готовность к деятельности в виде «ансамбля», синтеза свойств личности, как значительно более широкое понятие, чем способности.
В соответствии с выдвинутой К. К. Платоновым концепцией о подструктурах личности, в структуре готовности представлены три взаимосвязанных стороны: моральная готовность, психологическая и профессиональная готовность. Автор относит качества, определяющие моральную готовность, к социально-обусловленной стороне личности; психологическую –– к стороне, объединяющей индивидуальные особенности психических процессов; профессиональную –– к опыту личности.
Различия в конкретном толковании понятия готовности подчеркивают предположение, что это особое психическое состояние. Вместе с тем, существует определение готовности как устойчивой характеристики личности. Ее называют по-разному: подготовленностью, длительной или устойчивой готовностью. Она действует постоянно, ее не надо каждый раз формировать в связи с поставленной задачей. Будучи заблаговременно сформированной, эта готовность –– существенная предпосылка успешности деятельности.
П. А. Рудик рассматривает готовность как состояние, представляющее сложное психическое образование, подчеркивая важность личностного подхода в его изучении. Он выделяет в ней роль психических познавательных процессов, отражающих важнейшие стороны выполняемой деятельности, эмоциональных компонентов, которые могут как усиливать, так и ослаблять активность человека, волевых компонентов, способствующих совершению эффективных действий по достижению цели, а также мотивов поведения. Чем важнее мотив и чем лучше он представлен, тем скорее создаются более благоприятные условия для формирования готовности.
В понятие «готовность» кроме устойчивых качеств индивида М. А. Котик включает и ситуативные факторы трудовой задачи, по отношению к которым складывается такая готовность. В его исследованиях отмечается, что с возрастом степень готовности к риску снижается. Объясняет он это тем, что у более опытных рабочих она ниже, чем у менее опытных. Для сравнения, у женщин готовность к риску реализуется при более определенных ожиданиях, нежели у мужчин. Влияет на готовность к риску и характер трудовой деятельности: у военнослужащих она выше, чем у студентов гражданских вузов.
Существенное влияние на готовность к неожиданным ситуациям оказывают социальные факторы. Их влияние в условиях группы сильнее влияния на отдельную личность. Например, готовность к риску, по данным М. А. Котика, является показателем, включающим в себя наряду с индиви-
29
дуальными качествами различные ситуативные факторы, вытекающие из реальных условий деятельности.
В. В. Сохранов и Н. А. Лупанова, исследуя готовность к компетентному профессиональному действию, выделяют следующие определения готовности:
––согласие сделать что-нибудь, желание содействовать чему-нибудь;
––подготовленность к чему-нибудь, сделав все необходимое [44]. Вышеперечисленное позволяет сформулировать вывод, что любая го-
товность –– это лишь непременное потенциальное условие продуктивности какой-либо деятельности, но вовсе не полная ее гарантия. Состояние готовности преимущественно обусловливается устойчивыми особенностями, свойственными данному человеку. Но, при изменении условий жизнедеятельности, он не всегда переносит личностные качества и состояния в новую ситуацию, на ее актуализацию могут оказывать влияние конкретные условия, в которых осуществляется жизнедеятельность.
Если обобщить столь разные подходы, то можно выделить, что готовность всегда объединяется с конкретным поведением или деятельностью и, несмотря на разнообразие подходов к понятию готовности, можно отметить, что готовность всегда связывается с определенной деятельностью или поведением и является первоначальным психологическим условием их полезности. Психологическая готовность предоставляется или как система качеств личности (способности, психологические образования или механизмы), умения, или как полное психическое состояние, то есть активность, обязательная для предоставления будущей деятельности, или как установка, эффективно связывающая личность с определенной ситуацией деятельности. Нам близок подход О. С. Дейнека, так как в данной работе речь пойдет не только о самой «готовности», но также и о качествах личности, имеющих связь с готовностью к действию человека в экстремальной ситуации.
Так же как имеются различные трактовки самого понятия «психологической готовности», так же существуют различные виды, самой психологической готовности. Одним из наиболее существенных определений существующих видов готовности к деятельности является сама деятельность, как таковая. Психологическая готовность по виду деятельности обозначается и изучается, как: готовность как бдительность оператора; психолого-экономическая готовность; предстартовая готовность в спорте; готовность к педагогической деятельности; общая готовность личности к трудовой деятельности; летная готовность; готовность к выполнению боевой задачи; психолого-экономическая готовность; военноинженерная готовность. По психологической структуре деятельности может определяться готовность по компонентам. К примеру, понимание предстоящей задачи, разработка плана совершаемых действий, использование средств и методов деятельности, контролирование
30