Современные проблемы российской государственности. Учебное пособие

параметры, обосновать составляющие этих явлений и провести их сравнительный анализ. С этой целью можно создать условную модель, которая будет играть роль эталона (идеальную, конституционную), и модель допустимую, то есть имеющую некоторые отклонения, но не меняющую сущностных аспектов. Чтобы данные рассуждения не остались абстракцией, а приобрели конкретные объективные параметры, можно создать математические модели данных явлений. Для этого необходимо будет оцифровать параметры (составляющие), показатели конституционной модели (как эталона, как идеальной модели). Что это за показатели? К их числу можно отнести такие социально-правовые явления как:

– права и свободы человека;

– соответствие федерального законодательства и законодательства субъектов РФ действующей Конституции;

– демократия;

– избирательная система;

– народовластие;

– реальность разделения властей;

– надлежащая организация правосудия;

– свобода средств массовой информации;

– уровень правонарушений и преступлений.

Перечень обозначенных показателей не является исчерпывающим и может быть дополнен, но он позволяет понять сущностную характеристику соответствия государственно-правовой реальности конституционным требованиям. Некоторые из этих показателей уже оцифрованы и применяются в правовой сфере, например, уровень преступности. Другие показатели активно используются в исследованиях юристов, но в основном на уровне характеристики отдельных явлений. Думается, что для оценки соответствия показателей реальности конституционным показателям целесообразно активнее привлекать данные различных рейтингов, результаты социологических исследований, которые отражают реальное состояние дел в сфере правоприменения и правопорядка. О целесообразности использования юристами цифровых показателей и индикаторов, которыми оперируют со-

41

циологи, политологи, экономисты для оценки различных явлений, уже говорилось в юридической литературе1. Речь идет о данных различных агентств и организаций как международных, так и государственных, в том числе и неправительственных, по анализу социальных, экономических, финансовых процессов, происходящих в отдельных государствах. Например, всемирно известное информационное агентство «Блумберг» (Bloomberg), его оценки учитываются правительствами и международным сообществом в целом. Специализированные агентства ООН также публикуют оценки экономических и социальных изменений по отдельным государствам. Нужно подчеркнуть, что результаты оценок этих организаций, как правило, не оспариваются, а принимаются к сведению и теми, кого они касаются, и мировым сообществом в целом.

Результаты конкретных социологических исследований о важ­ нейших сторонах юридической практики также являются необходимыми для оценки правопорядка. Использование статистического метода позволяет исследовать количественные показатели государственно-правовых явлений. Нельзя не отметить, что процесс универсализации коснулся и этой сферы.

Для изучения правопорядка перспективным является кибернетический метод. Способ оперирования количественными характеристиками — один из формализованных приемов изучения государственно-правовых явлений. Что касается кибернетическогометода,тоегосущностьнетольковтехническихвозможностях кибернетики. Здесь важно использование возможностей прямой и обратной связи, оптимальности; определение сбоев в отдельных звеньях системы и др. Кибернетика разрабатывает алгоритмы и методы, позволяющие управлять системой, подсистемами, чтобы они функционировали в рамках определенных параметров заранее заданным образом. Использование всех этих методов вкупе даст возможность соотнести задуманные параметры,

1 Северухин В.А. Проблемы оценки правовых явлений // Сб. материалов международной научно-практической конференции «Глобализация, права человека и право» (Москва, 27 апреля 2006 г.) / Под ред. В.А. Северухина. – М.:

МГПУ, 2007. – С 59.

42

то есть конституционную модель правопорядка, с результатами реального правопорядка и уяснить вектор, уровни отклонений и их причины, а также определить, в каких подсистемах и что необходимо изменить для приближения к заданным параметрам. Думается, что такие явления как правопорядок и законность могут быть исследованы путем создания следующих моделей:

– конституционная — как идеальная, должная, предполагаемая;

– конституционно-правовая — как оценка правопорядка

спозиции норм действующей Конституции и совокупности законов и иных нормативно-правовых актов;

– социально-правовая — реальный правопорядок, это сфера правоприменения, его результаты.

О методе моделирования как возможности более глубокого понимания сущности государственно-правовых явлений, напри-

мер таких, как государственность в исследуемый период времени, автор данного пособия уже обозначил свои позиции1. Речь идет о периодах времени, охватывающих не столетия или эпохи,

аотносительно короткие промежутки времени в 2–10 лет.

Выше обозначены три уровня создания моделей. Однако следует отметить, что, кроме приведенных 3-х уровней, есть еще один уровень, который фактически им предшествует. Условно его можно обозначить как нулевой. Необходимо пояснить, что, как правило, сама конституционная модель любого государства является проекцией определенного типа государства. Эта модель в меньшей степени зависит от формы правления, формы нацио- нально-государственного устройства, а в большей мере определяется государственно-правовым режимом. Так, в основу Конституции Российской Федерации заложен набор идей, ценностей и принципов, присущих демократическому государству, а точнее, либерально-демократической государственности. Таким образом, к нулевому уровню, применительно к логике наших рассуж-

1 Северухин В.А. Проблемы оценки правовых явлений // Сб. материалов международной научно-практической конференции «Глобализация, права человека и право» (Москва, 27 апреля 2006 г.) / Под ред. В.А. Северухина. – М.:

МГПУ, 2007. – С 61.

43

дений, следует отнести параметры либерально-демократической государственности. Этот вид государственности соответствует основным принципам Совета Европы и предоставляет возможности обеспечивать демократию, а также осуществление гарантий

вобласти прав человека на уровне законодательной, исполнительной и судебной власти.

Конституция Российской Федерации 1993 г. закрепляет права человека и отражает положения, содержащиеся в международных документах, связанных с правами человека. Конституция также закрепляет в п. 4 ст. 15, что правила и принципы международного права (включая международные договоры) являются частью российского правового порядка. Поэтому права человека, которые гарантированы в соответствии с Конституцией и международными конвенциями, имеющими для России обязывающий характер, должны были стать прочной основой для защиты прав человека в России. Однако российская Конституция оказалась не

всостоянии обеспечивать права человека в повседневной государственной практике. Это подтверждается и ежегодными докладами Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, лидерством нашей страны по количеству заявлений

вЕвропейский Суд по правам человека, а также по количеству решений, удовлетворенных судом в пользу заявителей. Практически по всему спектру прав человека имеются нарушения, которые носят системный характер.

Результатом неоднократных нарушений Россией прав граждан в связи с систематическим неисполнением или длительными задержками исполнения решения национальных судов явилось первое в ее адрес пилотное Постановление Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ). Постановление ЕСПЧ было принято от 15.01. 2009 г. «Дело Бурдов против Российской Федерации» (№ 2) (жалоба № 33509/04 ) (URL: http: //www.consultant.ru/cons_doc_ ARB_97098/)

Процедура пилотных постановлений была введена ЕCПЧ как реакция на большое количество жалоб, которые поступают из некоторых стран в результате с и с т е м н ы х или с т р у к т у р н ы х

44

внутригосударственных проблем. Эта процедура призвана побудить государство-ответчик к принятию мер не только индивидуального, но и общего характера для исполнения постановлений Европейского Суда на внутригосударственном уровне. Около 200 постановлений Европейского Суда в той или иной мере выявили структурные проблемы Российской Федерации по различным аспектам. Эти проблемы касаются не только прав жертв Чернобыля (как в отношении дела Бурдова), а также ряда и других дел, ущемляющих права российских граждан (выплата пенсий, детских пособий, предоставления квартир др.). Следует отметить, что Россия отреагировала на эти постановления ЕСПЧ. Был принят Федеральный закон «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» от 30 апреля 2010 г. № 68-ФЗ. Практика применения этого закона показала его недостаточную эффективность. 17 апреля 2012 г. ЕСПЧ огласил Постановление поделам«ИлюшкинидругиепротивРоссии»(жалобы№5734/08

идр.), и «Калинкин и другие против России» (жалобы № 5734/08

идр.), где было признано, что этот закон не оправдал возложенных на него ожиданий1.

Верховенства принципа права в Российской Федерации, к сожалению, не удалось добиться. Причины такого явления неоднократно отмечались в выступлениях высших руководителей нашего государства, в исследованиях политико-правового характера,

атакже в оценках,которыедаются различнымимеждународными организациями.

Так, признается, что закон применяется избирательно, в отдельных случаях он бездействует. Юридические механизмы, устанавливаемые действующим законодательством, порой сводят на нет нормы Конституции Российской Федерации, отсутствует независимое правосудие, коррупция носит системный характер.

Плюралистическая демократия в России также пока не состоялась. Для ее становления и развития необходимо формирование гражданского общества, а это наталкивается на целый ряд не-

1 См. подробнее: Приложение на стр. 81.

45

разрешенных проблем в политической системе. Нельзя не согласиться с позицией С.С. Митрохина — председателя Российской объединенной демократической партии «Яблоко», изложенной на заседании Государственного совета по вопросам политического развития в России. Главной проблемой нашей политической системы является монополия в органах власти и в обеих палатах парламента одной политической партии, представляющей в основном интересы чиновников и связанного с ними крупного бизнеса1. Сложившаяся ситуация является результатом нарушения конституционного принципа разделения властей. Как отмечают ученые-юристы, политологи, исполнительная власть доминирует над судебной и законодательной ветвями. Кроме того, это обусловлено диктатом чиновников, а их уже начали рассматривать как общественный класс2. Действующая политическая система, по мнению С.С. Митрохина, в общих чертах воспроизводит советскую систему, главным недостатком которой был как раз монополизм одной политической партии со всеми вытекающими из этого последствиями.

Нельзя не признать, что при сравнительном анализе последней Конституции РСФСР и ныне действующей Конституции РФ наблюдается преемственность и наличие общих черт. Так, М.Н. Марченко отмечает, что «многочисленные права и свободы, а вместе с ними и гарантии, в гораздо большей степени декларируются, провозглашаются, чем реализуются»3.

Декларативный характер носит и конституционная норма, закрепляющая положение о том, что «носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ» (ч. 1 ст. 3). Профессор

1 Стенографический отчет о заседании Государственного совета по вопросам развития политической системы в России // Президент России. [Официальный сайт]. URL: http// www.kremlin.ru/transcripts/6693 (дата обращения: 28.02.2011).

2 Там же.

3 Марченко М.Н. Методологические аспекты познания Российских Конституций 1978 и 1993 гг.: сравнительный анализ / М.Н. Марченко // Государство и право. – 2008. – № 12. – С. 15−23.

46

С.А. Авакьян подчеркивал: «Неужели не очевидно, что как разто народ пока отчужден, реально отодвинут от власти в нашей стране? Хорошо хоть есть суверенитет государства…»1. В политологической и юридической литературе достаточно критических материалов по поводу демократичности нашего государства (ст. 1), его правового характера, федеральной природы, светскости (ст. 14), признания идеологического многообразия (ст. 13) и др.

Требование необходимости модернизации нашей страны, выдвинутое Президентом России, поддерживается различными слоями общества. Однако отмечается, что нынешняя политическая система несовместима с модернизацией2.

Явное несоответствие государственно-правовой действительности нормам и принципам Конституции свидетельствует о том, что реальный правопорядок весьма далек от конституционного правопорядка. Нарушаются основные принципы Совета Европы: права человека, верховенство права, плюралистическая демократия.

Атеперь вернемся к возможности исследования законности

иправопорядка путем создания моделей. Цель: попытаться понять, на каком уровне, в силу каких причин происходят отклонения от конституционного правопорядка.

Нулеваямодель,какотмечалосьвыше,—этонаборидейиприн- ципов западного конституционализма и либерализма, который был положен в основу Конституции Российской Федерации 1993 г.

Первая модель — это конституционная, то есть в ней закреплены принципы и нормы. Она предполагает правопорядок, который фактически основан на вышеназванных принципах Совета Европы. Нами отмечалось, что в целом действующая Российская Конституция соответствует этим требованиям. Некоторую настороженность вызывают нормы, закрепляющие огромные полномочия Президента, нечеткость распределения полномочий между субъектамиифедерацией,отсутствиечеткихкритериевформиро-

1 Авакьян С. Точка отсчета − народ // Российская газ. − 2006. − 28 октября. 2 Стенографический отчет о заседании Государственного совета по вопросам развития политической системы в России // Президент России [Офи-

циальный сайт]. URL: http// www.kremlin.ru/transcripts/6693 (дата обращения: 28.02.2011).

47

вания высших органов государственной власти. Для реализации предусмотренных Конституциейправисвободгражданвполитической и других сферах предполагалось принятие федеральных законов, создающих юридические механизмы.

Вторая модель — конституционно-правовая модель. Это, как уже было сказано, оценка правопорядка с позиции норм действующей Конституции и совокупности законов и иных нор- мативно-правовых актов. Анализ показателей этой модели уже свидетельствует о сущностных отклонениях от норм, принципов действующей Конституции. Как это происходит? С одной стороны, нормы Конституции предусматривают права Федерального Собрания и Президента по установлению юридических механизмов. Но в тоже время, с другой стороны, эти права не отменяют основополагающих конституционных принципов, которым должны были бы соответствовать Федеральные Законы, указы Президента Российской Федерации, законы субъектов федерации. Речь идет о законодательстве: о выборах в представительные органы государственной власти, о политических партиях, о реализации прав граждан (ст. 19, 21, 22, 23, 24, 28, 29, 30, 31 и др.). Порядок формирования Совета Федерации Федерального Собрания РФ, порядок назначения глав субъектов федерации, высших должностных лиц государства, в том числе членов Конституционного Суда, руководителей силовых министерств свидетельствует о желании исполнительной власти закрепить свое доминирование.

Третья модель — социально-правовая, реальный правопорядок. Фактически это правоприменение и его результаты как в административной, так и в судебной сферах. Население страны оценивает государственную власть именно с позиций реального правопорядка. С этих же позиций правопорядок в Российской Федерации оценивается Советом Европы, международным сообществом. Неблагополучие в этой сфере в настоящее время стало настолько явным, что понимание необходимости реформы политической системы стало очевидной как для руководителей государства, политических партий, так и для граждан.

48

Что касается разработки показателей моделей государства. Представляется, что это должна быть комплексная разработка политологов, социологов, юристов и программистов. Для экономической и финансовой отраслей государства такие разработки уже имеются. Думается, что создание аналогичных программ в сферах государственности в целом, правопорядка и других — дело ближайшего будущего. Цель таких разработок — не только фиксация благополучия или неблагополучия в государственно-право- вой сфере; основная цель — своевременное выявление уровней и звеньев, где происходят отклонения, понимание причин этих отклонений и того, что необходимо сделать для устранения недостатков. Это должен быть своеобразный барометр государствен- но-правовой жизни, причем его показатели должны носить пуб­ личный характер.

49

Глава 6 Государственно-правовые явления и их оценка

Возможности познания правовых явлений в России в постсоветскийпериодсущественнорасширились,чтообусловленорядом факторов. Прежде всего, сняты идеологические рамки, которые довлели над всеми отраслями знаний в советский период, в том числе и в сфере права, что повлекло за собой плюрализм методов познания правовых явлений, а также позволило делать выводы при оценке социально-правовых явлений, которые не всегда совпадали с оценкой государственных структур. Отсутствие идеологических ограничений ускорило включение России в процессы глобализации, что объективно воздействует и на правовую систему государства, и на методологию изучения правовых явлений.

Процесс глобализации предполагает достижение согласия об общих фундаментальных ценностях в человеческом сообществе. Сутьпроблемывтом,какиеценностиизтех,которыеимеютсяуразличных цивилизаций, могут претендовать настатусуниверсальных.

В.С. Нерсесянц подчеркивал, что универсализация в сфере права и государства — один из важных аспектов общей глобализации в современном мире1. Он считал, что в праве не применяются всеобщие ценности философско-этического порядка, а наоборот, создаются собственные ценности, которые затем признаются и применяются в разных областях жизни2. Представляется, что юридические и моральные ценности –корреспондирующие явления. Эта взаимосвязь имеет исторический и, в определенной мере, преходящий характер.

О.В. Мартышин отмечал, что набор ценностей, имеющих отношениекгосударствуиправу,претерпеваетисторическуюэволюцию3.

1 Нерсесянц В.С. Процессы универсализации права и государства в глобализующемся мире // Государство и право. – 2005. – № 5. – С. 38.

2 Нерсесянц В.С. Философия права. Учебник для вузов. – М.: ИНФРА, 1998. – С.28.

3 Мартышин О.В. Проблема ценностей в теории государства и права // Государство и право. – 2004. – № 10. – С. 7.

50