Россия в XVII веке. Учебное пособие

логия. Алексей Михайлович был настолько увлечен звездным небом, что в начале 1670-х годов он, через руководившего Посольским приказом А. С. Матвеева, попросил датского резидента достать ему телескоп. В последние годы жизни царь увлекся европейской музыкой.

Алексей Михайлович был дважды женат. От первой жены, Марии Ильиничны Милославской, умершей в 1669 году, он имел 13 детей, от второй жены, Натальи Кирилловны Нарышкиной – трех детей, но мно-

гие из них были болезненными и рано умерли.

Федор Алексеевич (III) (1676–1682) – сын царя Алексея Михайловича и царицы Марии Ильиничны, урожденной Милославской, старшийбратцарейИванаV (полнородный) иПетраI (единокровныйпо отцу). Федор Алексеевич Романов родился в Москве 30 мая 1661 года. После смерти отца, 15-летним, был венчан на царство в Успенском соборе Кремля 18 июня 1676 года. В детстве и юности он получил хорошее образование, его воспитателем, духовным наставником и учителем был знаменитый богослов, ученый, писатель и поэт Симеон Полоцкий. Федор Алексеевичхорошо знал латынь и свободно говорил по-польски, обладал богатой личной библиотекой, увлекался музыкой, разбирался

вживописи и, по словам В.Н. Татищева, «великое искусство в поезии имеливесьмаизрядныевиршискладывал». Сдетствацарьоченьлюбил лошадей, езду верхом, увлекался также стрельбой из лука.

Строительство было еще одной страстью Федора Алексеевича. Записиоеголичныхраспоряженияхтолькосапреля1681 годапоапрель 1682 года (т.е. по кончину) содержат указы о строительстве 55 объектов в Москве. Кремлевский дворец, включая хоромы членов царской семьи и дворцовые церкви, мастерские палаты (начиная с Оружейной), комплекс зданий приказов, – все было перестроено и возведено вновь

вцарствование Федора Алексеевича, соединено галереями, переходами и крыльцами, богато и по-новому изукрашено. К сожалению, Федор Алексеевич не отличался хорошим здоровьем, с детства был слабым и болезненным, но несмотря на это обладал очень энергичным характером, вникал во все детали управления.

Частная жизнь царя была несчастливой. Первый брак с Агафьей Грушецкой (1680 г.) закончился через один год: царица Агафья умерла

вродах вместе с новорожденным сыном Федора – Ильей. 14 февраля 1682 года Федор женился на Марфе Апраксиной, сестре будущего сподвижника Петра I, адмирала Федора Матвеевича Апраксина. Но через

61

два месяца после свадьбы, 27 апреля 1682 года, царь внезапно скончался в Москве на 21-м году жизни, не оставив наследника. Федора АлексеевичапохорониливАрхангельскомсобореМосковскогоКремля. Вопрос о престолонаследии вызвал волнения, разрешившиеся решением о венчании на царство одновременно двух царей – его младших братьев – малолетних Ивана V и Петра I при регентстве их старшей сестры Софьи Алексеевны.

СофьяАлексеевна(1682–1689) – правительница-регентша. Онародилась 17 (27) сентября 1657 года в семье Алексея Михайловича и его первой жены – Марии Ильиничны Милославской; старшая сестра царя Федора Алексеевича. С 1682 по 1689 год была регентом при младших братьях Петре и Иване. Софья получила хорошее для того времени образование, училась у просветителей Симеона Полоцкого, Сильвестра Медведева, КарионаИстомина, зналапольскийязык, латыньидажесочиняла стихи. Современники отмечают ум, честолюбие, энергию царевны. После смерти царя Федора разгорелась борьба между придворными группировками. Во главе одной из них стояла умная царевна Софья, которая опиралась на родственников своей матери, первой жены Алексея Михайловича – Милославских. Другую группировку возглавляла царица Наталья Кирилловна, урожденная Нарышкина, вторая жена Алексея Михайловича, мать Петра I.

В связи со смертью бездетного Федора встал вопрос о преемнике. Юридические права были на стороне старшего годами Ивана Алексеевича, но он был болезненным и неспособным к правлению. Поэтомувыборпална10-летнегоПетра.ВступлениенапрестолПетравы- звало возмущение Милославских. Они воспользовались недовольством стрельцов и подняли их против Нарышкиных. Во время бунта 15 мая 1682 года стрельцы уничтожили видных сторонников Нарышкиных и через несколько дней потребовали, чтобы царствовали оба брата – Иван и Петр, а управляла, ввиду их молодости, царевна Софья.

Софья и ее правительство во главе с князем Голицыным продолжали политику предшественников. В августе 1689 года правительство Софьи пало. К власти пришел Петр I, бывшая правительница России была заключена в Новодевичий монастырь. В 1698 году в России произошло еще одно стрелецкое восстание. Стрельцы, в случае своего успеха, прочилинатронСофью. Новосстаниебылоразгромлено, аСофьюпостригливмонахиниподименемСусанна. Занейбылустановленстрогийнадзор. Умерла она в заключении в монастыре в 1704 году.

62

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1.Богданов А.П. Федор Алексеевич // Вопросы истории. – 1994. – № 7.

2.Богданов А. П. В тени Великого Петра. – М.: Армада, 1998.

3.Богданов А.П. Несостоявшийся император Федор Алексеевич. – М.:

Вече, 2009.

4.Вернадский Г.В. История России. Московское царство. В 2-х ч. – Ч. 2. – Тверь–Москва: Леан; Аграф, 1997.

5.Граля И. Код Речи Посполитой // Родина. – 2005. – № 11.

6.Зеньковский В.В. История русской философии в 2-х т. – Т.1. – Кн.1. –

М., 1997.

7.История России с древнейших времен до наших дней. / Под ред. А.Н. Сахарова. – М., 2012.

8. История России с древнейших времен до 1861 года / Под ред. Н. Павленко. – М., 2000.

9.КлючевскийВ.О. Русскаяистория: полныйкурслекцийв3-хкн. – Кн. 2. –

М., 1993.

10.Кобрин В.Б. Смутное время – утраченные возможности // История отечества: люди, решения, идеи. ОчеркиисторииРоссииIX – началаXX в. – М., 1991.

11.Кобрин В. Лжедмитрий I // Родина. – 2005. – № 11.

12.Козляков В.Н. Самодержавие и «вся земля» в XVII веке // История России. Народ и власть. – СПб., 1997.

13.Нефедов С.А. Первые шаги по пути модернизации России: реформы середины XVII века // Вопросы истории. – 2004. – № 4.

14.Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории. – Ростов-на-

Дону, 2000.

15.СкрынниковР. Г. СмутавРоссиивначалеXVII века. ИванБолотников/ Отв. ред. А. Г. Маньков. – Л.: Наука, Ленингр. отд-ние, 1988.

16.Смута в России. XVII в.: спец. выпуск // Родина. – 2005. – № 11.

17.Флоря Б.Н. Русско-польские отношения и политическое развитие Восточной Европы во второй половине XVI – начале XVII в. – М.: Наука, 1978.

18.Флоря Б.Н. Польско-литовская интервенция в Россию и русское общество. – М.: Индрик, 2005.

19.Флоря Б. Бунт окраин против центра // Родина. – 2005. – № 11.

63

ПРИЛОЖЕНИЯ

КРЕСТОЦЕЛОВАЛЬНАЯ ЗАПИСЬ ЦАРЯ ВАСИЛИЯ ШУЙСКОГО (1606 г.)

Божиею милостью мы, великий государь царь и великий князь Василий Иванович всея Русии, щедротами и человеколюбием славимаго бога и за молением всего освященного собора, и по челобитью и прошению всего православного христианства, учинилися есьмя во отчине прародителей наших, на Российском государстве царем и великим князем, его же дарова бог прародителю нашему Рюрику, иже бе от Римскаго кесаря, и потом многими леты и до прародителя нашего Александра Ярославича Невского на сем Российском государстве быша прародители мои, и посем на суздалской удел разделишась, не отнятием и не от неволи, но по родству, якоже обыкли болшая братия на болшиеместаседати. Инынемы, великийгосударь, будучинапрестоле Российского царствия, хотим того, чтобы православное християнство было нашим царским доброопасным правительством и в тишине, и в покое и во благоденствии.

Ипозволил есми яз, царь и великий князь Василий Иванович всея Русии, целовати крест на том, что мне, великому государю, всякого человека, не осудя истинным судом з бояры своими, смерти не предати, и вотчин, и дворов, и животов у братии их, и у жен и у детей не отъимати, будеткоторыеснимивмыслинебыли, такжеиугостей, иуторговых, и

учерных людей, хотя которой по суду и по сыску доидет и до смертные вина, и после их у жен и у детей дворов и лавок, и животов не отъимати, будут они с ними в той вине неповинны; да и доводов ложных мне, великому государю не слушати, а сыскивати всякими сыски накрепко и ставити с очей на очи, чтоб в том православное христианство без вины не гибли; а кто на кого солжет, и, сыскав, того казнити, смотря по вине того: что был взвел неподелно, тем сам осудится.

Ина том на всем, что в сей что в сей записи написано, яз царь и великий князь Василий Иванович всея Русии, целую крест всем право-

64

славным християнам, что мне их жалуя, судити истинным праведным судом и без вины ни на кого опалы своея не класти, и недругам никому в неправде не подавати, и от всякого насильства оберегати.

Печатается по: http://his95.narod.ru/vas_8.htm

ИЗЛОЖЕНИЕ РЕЧИ ПОЛЬСКОГО ПОСЛА ПАНА МАЛОГОЩСКОГО ПО ПОВОДУ ОБВИНЕНИЯ РЕЧИ ПОСПОЛИТОЙ В ПОМОЩИ ЛЖЕДМИТРИЮ I

(из дневника Марины Мнишек)

Июнь 1606 год

Дня 23. Паны послы были у панов думных. Там, когда всю вину как за нарушение общего спокойствия в государствах своих, так и за пролитиекровимосковскогонародаподНовгородком, возложилинакороля его милость Речи Посполитой и на пана воеводу сандомирского, на все эти речи панов думных его милость пан Малогощский дал такой ответ:

«Было такое известие и в государствах короля его милости, государя нашего, что по великом государе вашем Иване Васильевиче остался сын Дмитрий в детских летах, и удел ему был дан в Угличе. Был и такой потом слух, что его Борис хотел сжить с этого света, о чем люди и народ наш христианский в те времена печалились. Потом тот человек, которого вы зовете ложным Дмитрием, объявившись в Польше, привел много правдоподобных доводов и знаки на теле показывал, что он есть настоящий Дмитрий Иванович. А Господь Бог его чудесно от тиранства Бориса сохранил, Борис же с помощью уловок и ухищрений был причиной смерти великого государя своего Федора Ивановича и ребенка его, которого имел с женою своею – с сестрой того же Бориса. Он много родов ваших знатных людей притеснял, так что они оставались вполне беспомощны. Вот почему о делах и ухищрениях Борисовых мы никаких сомнений не имели, ибо не только от того человека, но и от других из народа вашего мы многое о том знали. И из вас недавно некоторые, privatim [частным образом] с нами говоря, то же свидетельствовали и об этом же высказаться не преминули в разговорах своих – об ухищрениях и злости Борисовых, что на жизнь прирожденного государя своего покусился. Однако рассказу того человека не только король его милость, государьнаш, но и прочие людине верилиимногоевремянанегопочти не обращали внимания.

65

Потом люди из народа вашего московского, из разных крепостей, до нескольких десятков человек к нему собрались, и все, как один, утверждали, что это и есть настоящий Дмитрий Иванович, владетельный царевич. Когда с ним к королю его милости приехали, король его милость не утверждал, что это истинный Дмитрий царевич. Но, с другой стороны, он припомнил подобные предивные Божьи чудеса и многие примеры из истории, как на жизнь детей королевских и царских для достижения государства злые люди с разными уловками посягали. Но Господь Бог их чудесно охранял и возвращал им государство. Знал король о злости этоготиранаиимелзнакинедоброжелательностиего– взадержанииив строгом содержании послов своих в течение немалого времени. Раньше тотжеБориснарушилподтвержденныйприсягойдоговор, послалвземлю королевскую войско свое, крепость князей Вишневецких Прилуки приказалразрушитьисжечь, алюдеймирных, неожидавшихнападения и к бою не готовых, мужского и женского пола, и детей малых, всех до 300 человек приказал убить. А к границе велижской, во время работы комиссии, учрежденной по договорам, своих комиссаров не выслав, отправил войско свое на восемь миль за границу королевскую в волость Велижскую. И всею волостью до самого замка хотел завладеть. Такимобразомкровьлюдскаядолжнабылалитьсясобеихсторонпоего вине. Такжеиподругимместамоколограницылюдимосковские, поего умыслу, обиды и озорство великие чинили, так что король его милость от жалоб и плача своих людей часто и непрерывно покоя не имел. На эту тему паны сенаторы короля его милости с вами, боярами думными, обменивались письмами.

Тогда, из-за столь неприязненного отношения к нему со стороны Бориса, соблаговолил король его милость решить, что из-за Бориса, человеканеискреннегоинесчитающегосясрасположениемкороляегомилости и всей Речи Посполитой нашей, не должен он того Дмитрия сдерживать, ни в тюрьму заключать, ни приказывать его отослать к Борису, что могло быть проявлением доброй и искренней дружбы. Учитывал король также договоры между государями и государствами, утвержденные присягами, которые король его милость как христианский благочестивый монарх с каждым своим соседом привык соблюдать, так что не следовало из-за Дмитрия войны с вами начинать. Пустил он все это на самуволюБожью, считая, чтоеслионнастоящийцаревичиГосподьБог его чудесно от смерти сохранил, то он легко в столицу своих предков с помощью самого Бога может вступить.

Ни гетманов своих коронных и Великого княжества Литовского, великих и польных, через которых есть обычай у короля его милости,

66

пана нашего, и у Речи Посполитой с неприятелем войны вести, ни войск своих с ним король не посылал. И так этот человек не царевичем, но, скорее, нищим в народе нашем считался. И некоторые ради Бога снабдили его милостыней, как люди христианской веры, что и вы, будучи христианами, привыкли делать по отношению к убогим людям. Другие, например, пан воевода, человек добродетельный и чистосердечный, поверили, будто этот человек истинный царевич. Он дал себя уговорить ему и “москве”, при нем находящейся, и верному небольшому числу людей позволил идти с ним к границам московским. А он и та “москва” уверяли, что московские люди за границей с хлебом и солью его поджидают и сами с крепостями ему как прирожденному государю будут сдаваться. И если бы этого не случилось (как он уверял), пан воевода сандомирский с теми людьми должен был бы возвратиться от границы, чтобы не нарушались установленные договоры.

Когда пришли к московской границе, московские люди еще перед границей в земли короля его милости поспешили к Дмитрию (как он уверял) схлебомисолью. СдалисьемуМоравск, Черниговдобровольно, чем еще более подтвердили веру у людей, что он настоящий Дмитрий. Поэтому, хотяибылиграмотыотименибоярдумных, кпанамсенаторам литовским и от имени духовенства здешнего к духовенству коронному, “москва”, которая при том человеке была, приняв его за своего царевича, сделала вид, что те письма посланы от самого Бориса, утаившегося от вас, боярдумных, и духовенствавашего. Поэтому король его милость

ипаны сенаторы, одному против другого не помогая, также и не препятствуя, издалека за всем наблюдали, дожидаясь, что по справедливости Божьей разрешится дело между ними.

Когда в Новгородке Северском часть “москвы” оказала сопротивление, а Борис прислал к королю его милости Постника Огарева, называя этого человека, как вы его теперь зовете, Отрепьевым, а не Дмитрием

ивспоминая о договорах, тогда король его милость, пан наш, мира утвержденного не нарушил и, по требованию Бориса, суровые универсалы свои к пану воеводе сандомирскому и к другим людям, которые под Новгородком были, приказал послать, чтобы прекратили поддерживать того человека и сейчас же выехали от московских границ. По этой причине пан воевода и находившиеся с ним польские люди сразу оттуда уехали. Он один с казаками вашими донскими, отчасти с запорожскими

ис другими людьми из народа вашего московского, которые его за государя приняли, там остался.

По отъезде пана воеводы сандомирского много замков, изменив Борису, приняло его как настоящего государя. Потом, по смерти

67

Борисовой, когда уже вы вольными и без государя остались, король его милость в то время полагал, что, будучи уже вольными, ни от Бориса, ни от Дмитрия не испытывая давления, вы должны дать королю его милости достаточные и правдивые сведения об этом деле. Однако, вместо тогочтобыдатьэтисведения, войсковашемосковское, всесамоелучшее, что под Кромами стояло, князья, воеводы, люди знатные и рыцарство, добровольно приехав, поклонились тому человеку, и, государем и дедичемсвоимпризнав, встолицупроводили. ИхотяещеДмитрийдалекоот столицы был, вы, бояре думные, жену Борисову и сына его под стражу в тюрьму посадили, а самые лучшие из вас, как князь Мстиславский, князь Шуйский и другие, в Тулу к нему, в 30 милях от Москвы, добровольно приехав, за государя своего признали, дали ему присягу и, в столицу препроводив, короновали. А затем вы сами, как те, которые там у насв посольствебывали, таки здесь, после приезда нашего, делаливид, что невозможно, чтобы народ наш государя вам в столице вашей посадил, но что вы его сами себе добровольно взяли. И так он стал вашим государем.[...]

Севший на московский трон просил при этом, чтобы король его милость позволил его милости пану воеводе сандомирскому дочь свою дать ему в супруги. Его королевская милость, будучи христианским благочестивым паном и желая, чтобы его государства с государствами московскими соединились, вместе против неприятелей святого Креста встали, сомнений о нем уже никаких не имел (разве может он быть ненастоящим после таких великих подтверждений от вас самих?) и с радостью разрешил это.[…]

Затем пан воевода проводил сюда свою дочь, а король его милость послал сюда нас, своих послов, на свадьбу и для установления добрых отношений, ведущих к вечной дружбе между вами и нами. И сенаторы московские знатные князь Василий Мосальский и Михаил Нагой с немалым полком московским пана воеводу и дочь его на границе встретили и к самой столице проводили.[…]

А теперь, вопреки прежнему свидетельству и присяге вашей, убив его, сами против себя говорите, короля его милость, пана нашего и Речи Посполитой нашей, несправедливо вините, а это вина ваша собственная. Мы о его убийстве никаких разговоров не ведем, ибо нам его не за что жалеть. Сами же видели, как тогда, когда в первый раз староста велижский был послом у него от короля его милости, и как теперь с нами обоими он вызывающе держал себя, домогался необычных титулов цесарских, короля его милость, пана нашего королем называть и листов короля его милости принимать не велел, в гордости и напыщенности

68

великой возносился. Однако вызывает у нас великое удивление, что вы, бояре думные, будучи людьми (как мы думаем) рассудительными, осмеливаетесь в этих делах сами против себя говорить, короля его милость, пана нашего, несправедливо обвинять. А того увидеть и понять сами не хотите, что человек, который назывался настоящим Дмитрием и которого вы называете ложным, из вашего народа был – москвитин. И те, кто его поддерживал, не наши, но ваши – “москва” у границы с хлебом и сольювстречала, “москва” крепостиидругиеволостисдавала, “москва” в столицу провожала, в подданстве ему присягала и в столице как государя короновала. Потом сами и убили. То-то, коротко говоря, “москва” начала, “москва” изакончила. Поэтомувынеможетенинакогосетовать и жаловаться. Если же на вас свалились непомерные несчастья, должны вы их отнести за счет своих грехов и Божьего гнева.

Свеликимизумлениемижалостьюмывидим, чтотакмногознатных людей из народа нашего, которые ни одного разговора с вами о том человеке не вели, на войне, которую вы здесь вспоминали, с ним не были, также в охране его здесь не были, потому что он вам самим – “москве” доверял жизнь свою, за него с вами не сражались – этих людей убили, замучали, кровь великую пролили, скарб великий разграбили. Еще вы сами нас вините в том, что с нашей стороны нарушено перемирие. Вместо того, чтобы утолить нашу печаль, вы ее еще усиливаете. […] Поэтому и вина за то пролитие невинной крови братьев наших не на народе, на который вы ее перекладываете, но на сегодняшнем государе вашем, на вас самих, боярах думных, находится и оставаться должна. После этого, наверное, ничегодоброгомеждународамивашим и нашим быть не может. А Господь Бог видит, что после этого с обеих сторон между нами, христианами, установилось зло, будь то по вашей или по нашей вине. И вы за это должны будете дать отчет Господу Богу по суровому счету».

Печатается по: http://www.hrono.ru/dokum/1600dok/1606posol.html

ДОГОВОР МЕЖДУ «СЕМИБОЯРЩИНОЙ»

ИГЕТМАНОМ С. ЖЕЛТКОВСКИМ 17 АВГУСТА 1610 года

ОПРИЗНАНИИ ПОЛЬСКОГО КОРОЛЕВИЧА ВЛАДИСЛАВА

РУССКИМ ЦАРЕМ

По благословению и по совету святейшего Ермогена, патриарха Московского и всея Руссии, и митрополитов, и архиепископов, и епископов, и архимандритов, и игуменов, и всего, освященного собора и

69

по приговору бояр и дворян и дьяков думных, и стольников, и торговых людей, и стрельцов, и казаков, и пушкарей, и всех чинов служилых людей великого Московского государства мы бояре князь Федор Иванович Мстиславский, да князь Василий Васильевич Голицын, да Федор ИвановичШереметев, даокольничийкнязьДанилоИвановичМезетской, да думные дьяки Василий Телепнев, да Томило Луговской, съезжалися великого государя Жигимонта короля Польского и великого князя ЛитовскогосСтаниславомЖелтковскимсЖолкви, своеводою, гетманом короны польской и говорили о обираньи государевом на Владимирское и Московское и на все великие государства Российского царствия и приговорили на том: <...> что послати бита челом к великому государю к Жигимонту королю Польскому и великому князю Литовскому, и к сыну его к королевичу ко Владиславу Жигимонтовичу, чтоб великий государь Жигимонт король пожаловал, дал на Владимирское и Московское и на все великие государства Российского царства сына своего Владислава королевича; о чем святейший Ермоген патриарх Московский и всея Руссии, и весь освященный собор Бога молят, и Владислава королевича на Российское государство хотят с радостию. <...> А мы все бояре и дворяне, идьякидумные, иприказныелюди, иторговыелюди, истрельцы, и казаки, и всех чинов служилые люди Московского государства великому государю королевичу Владиславу Жигимонтовичу и детям его целовали святой животворящий крест Господень на том, что нам ему вовеки служи-ти, как прежним прирожденным государям. <...> А на которой мере государю королевичу Владиславу Жигимонговичу бытина Российском государстве, и о том мы бояре <...> дали гетману письмо по статьям, и на те статьи дал нам боярам гетман запись и утвердил своею рукою и печатью, и на той записи целовали крест гетман и все полковники за великого государя Жигимонта короля; <...> а мы бояре дали гетману сее запись <...> о тех же статьях: королевичу Владиславу Жигимонтовичу, колико придет в царствующий град Москву, венчать на государство царским венцом по прежнему чину. А будучи королевичу Владиславу Жигимонговичу на Российском государстве, церкви Божий по всем городам и селам чтити, и от разоренья оберегати и святым Божиим иконам и чудотворным мощам поклонятися и почитати; костелов и иных вер молебных храмов в Московском государстве нигде неставити; ачтоговорилгетман, чтобвМосквехотябодинкостелбыти мог для людей польских и литовских, которые при государе королевиче мешкати будут, о том государю королевичу с патриархов и со всем духовным чином и с- боярами и со всеми думными людьми говорит; а христианские наши православные веры греческого закона ничем не

70