Проблемы государственно-правового развития России. Материалы межвузовской научно-практической конференции (21 ноября 2014 г.)

(в 2013 г. к исправительным работам было приговорено10,4%от всехосужденных, а к обязательным работам — 10,0%). Более того, оправданно занимая в системе наказаний место более мягкого наказания, чем исправительные работы, обязательные работы гораздо охотнее применяются судами к осужденным за средней тяжести и тяжкие преступления (сравните: из всех лиц, приговоренных к исправительным работам в 2013 г., 87,2% осуждены за совершение преступлений небольшой тяжести, 12,2% — за преступления средней тяжести и 0,5% — за тяжкие преступления, а из всех осужденных к обязательным работам эти показатели составляют соответственно 70,1%, 29,2%, и 0,6%). Устранение этой диспропорции возможно, на мой взгляд, толькона пути объединенияуказанных наказанийв один вид наказания с исторически сложившимся в России названием. В этом случае следовало бы установить, что обновленные исправительные работы могут отбываться как по месту основной работы, так и в местах, определенных органомместногосамоуправленияпосогласованию суголовно-исполнительными инспекциями в районе места жительства осужденного, т. е. вернуться к порядку, сходному с закрепленным в УК РСФСР 1960 г. Отличие состояло бы в том, что данное наказание при отсутствии основного места работы отбывалось с учетом квалификации осужденного в муниципальных учреждениях, а также во введении более жестких условий отбывания исправительных работ, чтобы их можно было рассматривать в качестве реальной альтернативылишениюсвободыиограничениюсвободызатяжкиепреступленияивключить в санкции соответствующих статей УК РФ отчисление в доход государства от 5 до50% заработной платы и срок от двух месяцев до пяти лет.

3. Постепенное приданиештрафу, в соответствии сост. 44 УК РФ, считающемуся самым мягким среди видов наказания, статуса альтернативы лишению свободы для применения к определенным категориям осужденных, совершивших тяжкие преступления, т. е. распространение его на ту сферуправоприменения, для которой по своим карательным свойствам оно изначально не предназначалось. Происходит это путем увеличения размеров штрафа, способов его исчисления, включения в санкции соответствующих статей УК РФ. Даже если рассматривать в целом долю применения штрафа в качестве основного наказания за тяжкие и особо тяжкие преступления среди иных мер уголовной ответственности, за последниедвенадцать лет налицотревожная тенденция (от 0,8% от всех осужденных за указанные категориипреступлений в2001 г. до3,8% в2013 г.).Чтокасаетсяотдельных групп преступлений, например тех, которые вызывают наибольший резонанс в обществе, ситуация выглядит удручающей. Если суммировать назначение штрафа за такие тяжкие и особо тяжкие преступления, как получение коммерческогоподкупа и взятки при отягчающих обстоятельствах, то выяснится, что от полного неприменения в 2001 г. в настоящее время он превра-

61

тилсяв наиболееприменяемыйвиднаказания (2013 г. —47,4%от всехосужденных). При этом резкосократилось применениенетолькоусловногоосуждения за указанные преступления (с 55,0% до 19,6% соответственно), но и лишения свободы (с 43,5% до 33,0%). Исправить такие перекосы несложно. Достаточно в отдельной части ст. 46 УК РФ установить, что штраф в качестве основного вида наказания может применяться только за совершение преступлений небольшой и средней тяжести.

4. Исключение конфискации имущества из системы наказаний (Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ) и введение спустя два с половинойгода стем женазванием, ноизмененным содержанием, иной меры уголовно-правового характера (Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 153-ФЗ6).

Вопреки внедренному в общественное сознание мнению практика этого дополнительного вида наказания хотя существенно сократилась по сравнению с советским периодом, но все же сохраняется (сравним: 1990 г. — 61 636 осужденных (11,5%); 2003 г. — 16 663 осужденных (2,2%)) и продолжала оказывать значимый удерживающий эффект от совершения ряда тяжких и особо тяжких преступлений с корыстной мотивацией. В новом же статусеконфискацияимуществасталаприменятьсякрайнередко(в2013 г. — к921 осужденному(0, 13%))и фактически утратила свое устрашающеевоздействие на преступников, распространяясь главным образом на ту незначительную часть имущества, добытого преступным путем, на которую суд успел наложить арест. Очевидно, что данную меруследует возвратить в системунаказаний и широкоприменять прежде всегов борьбе с преступлениями в сфереэкономики ипротив интересов государственнойслужбы ислужбы в органах местного самоуправления. В этом случае отпадет потребность

вширокомиспользовании штрафа как дополнительногонаказания, который

внастоящее время весьма плохо (если судить по его исполнению) справляется с ролью заменителя конфискации имущества.

5.До настоящего времени законодатель не решился исключить из системы наказаний ещеоднуальтернативулишению свободы на определенный срок — арест. Однако вопрос о судьбе этого наказания в силу все тех же экономических причин остается открытым и оптимизма не вызывает. Поскольку федеральным законом срок введения этого наказания пролонгирован не был, тоарест считается вступившим в действиес 2007 г. Фактически дажев единичныхслучаяхарестначал применятьсялишьс2010 г.(2010 г. — 7 осужденных, 2011 г. — 8, 2012 г. — 7, 2013 г. — 2). Понятно, что такая символическая практика назначения этогонаказания никак невлияет на оптимизацию системы наказаний.

6 Там же. 2006. 29 июля.

62

6. Иначе как юридическим трюком невозможно охарактеризовать введениев системунаказаний принудительных работ, как уже говорилось, во многом повторяющих по содержанию ограничение свободы и поэтому являющихся не менее дорогостоящим проектом. Не случайно законодатель, наметиввведениеэтогонаказания вдействиес1 января 2013 г., т. е. через год послепринятиясоответствующегозакона(Федеральныйзаконот7 декабря2011 г. № 420-ФЗ), в преддверии этого срока отодвинул его до 1 января 2014 г. (Федеральныйзакон от30 декабря2012 г. № 307-ФЗ7),аещечерезгод —до1 января 2017 г. (Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 431-ФЗ8). Можно с уверенностью прогнозировать, что непреодолимое противоречие между намерениями по оптимизации практики назначения и исполнения наказаний и отсутствием у государства желания потратить на это значительные бюджетныесредстванепозволитначатьприменениеданногонаказанияни вотдаленные сроки, ни в какой-либо приемлемой перспективе.

Представляется, что деградационные процессы в системе наказаний России стали не столько последствием непродуманного политического решения в части ускоренного принятия нового Уголовного кодекса, сколько закономерным результатом несбалансированного существования в уголовном законодательстве двух форм уголовно-правового принуждения: наказания и испытания. Практика их совместного применения показывает, что испытаниеввидеусловногоосуждения, понимаемоекак исправительноесредство, не только вытесняет наказание, делая его исключением из правила, но и упрощает этот институт, сводя к нескольким работающим элементам, среди которых нет наказания, которое могло бы широко применяться в качестве реальной альтернативы лишению свободы за совершение тяжких преступлений. Имеющиеся положительные изменения в расширении спектра наказаний, применяемых в качестве основных, носят половинчатый, противоречивый характер и вряд ли смогут в перспективе кардинально изменить ситуацию, еслина теоретическом уровненесостоится переосмыслениероли испытания в системе уголовно-правового принуждения.

С учетом сказанного предлагаемую ниже теоретическую модель системы наказаний следует предварить небольшим комментарием. Непредрешая конкретного содержания каждого наказания, целесообразно было бы отказаться от общего перечня наказаний, который дан в ст. 44 УК РФ, так как основные и дополнительные наказания имеют разное предназначение. Поскольку, навзгляд автора,военнослужащие, осужденныеза совершениепреступления, должны быть уволены с воинской службы и нести уголовную ответственность на общих основаниях, постольку в предлагаемую подсистему основных наказаний не включены такие крайне редко применяемые

7Там же. 2013. 11 янв.

8Там же. 30 дек.

63

специальные виды наказаний, как содержание в дисциплинарной воинской части и ограничение по военной службе (в 2013 г. суммарно эти два наказанияназначены415 осужденным, чтосоставляет0,06%отобщегочислаосужденных). Нет перспективы остаться в системе наказаний и у такого, почти не назначаемого в качестве основного, наказания, как лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью (соответственно — 245 осужденных, или 0,03% от всех осужденных). Тот жеэффект закрытиядлялица, совершившегопреступление, надолгоили навсегда определенных сфер трудовой деятельности достигается наличием судимости, а после ее погашения или снятия — мерами уголовной безопасности, рассредоточенными по многим федеральным законам.

Изложенное позволяет предложить для нового УК РФ следующую редакцию статьи, посвященную системе видов наказания:

«Статья… Видынаказаний

1.В качестве основных к осужденным применяются следующие виды наказаний:

а) штраф; б) исправительные работы;

в) ограничение свободы; г) лишение свободы на определенный срок;

д) пожизненное лишение свободы; ж)смертная казнь.

2.В качестве дополнительных к осужденным применяются следующие видынаказаний:

а) штраф; б) лишение специального, воинского или почетного звания, классного

чина и государственных наград; в)конфискация имущества.

3.Наказания, применяемые в качестве как основных, так и дополнительных, расположены в настоящей статье по степени нарастания их строгости».

И. Ю. Рыбникова,

кандидат философских наук, доцент

(Сибирская государственнаяавтомобильно-дорожная академия, г. Омск)

ПРАЗДНИКИПОЛИТИКА: ОСНОВНЫЕ ВЕКТОРЫ

ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

Праздник и политика как важнейшие характеристики человеческого бытиясвязанымеждусобойтеснымиузами.Примечательно,чтообразпраздникачастоиспользуется висследовательскойлитературекакметафораприме-

64

нительно к ряду социально-политических явлений. Например, пляски опричников в личинах времен Ивана Грозного именуют карнавальными «машкерадами». С маскарадом сравнивает революционные события в России начала ХХ в. Ф. А. Степун1. Праздничнаястихия, отмечаетЯ. Ярин, нашла свое отражение и в атрибутикереволюции (трибуна как сцена), и в словаре (готовящийся переворот именовался у подпольщиков сменой декораций, а события революции 1905 г. Ленин называл генеральной репетицией)2. Анализируя студенческие выступления 1968 г. воФранции, Г. Маркузе также подчеркивает их праздничную сторону: «Ненависть молодежи прорывалась в смехе и песнях, стирая грани междубаррикадой и танцплощадкой,любовнойигрой игероизмом»3. Переченьпримеров можнопродолжить, однако даже приведенных здесь достаточно, чтобы убедиться: использование метафоры праздника поотношению к явлениям политического характера отнюдь не случайно.

О связи политического и праздничного начал человеческой жизни, их взаимном влиянии свидетельствует сам факт наличия в обществе политических празднеств. В научных и публицистических исследованиях за такими праздниками привычно закрепился статус института политической социализации или политического института, регулирующего взаимоотношения власти и общества. Исследуя праздничную культуру России, О. Л. Орлов выделяет ряд тенденций в развитии праздника, три из которых связывает с деятельностью государства. Первая тенденция, или «стержень праздничной культуры», — праздники, утверждающиероссийскую государственность как единый социокультурный организм. Не вдаваясь в дискуссии, укажем, что нам эта тенденция представляется весьма сомнительной4. Вторая тенденция проявляется в получении религиозными праздниками статуса общегосударственных. Наконец, третья — дни, имеющие значительную моральную и идеологическую ценность, отмечаются на государственном уровне5. Обозначенные тенденции, на наш взгляд, в целом свидетельствуют

овзаимовлиянии государства, политики и праздника.

1Степун Ф. А. Религиозный смысл русской революции // Современные записки. Париж, 1929. № 11. С. 443–453.

2Ярин Я. По ту сторону Великого Октября // Вопросы литературы. 1990. № 8. С. 242.

3Цит. по:Баталов Э. Я. Воображение и революция // Вопросы философии. 1972. № 1. С. 72.

4Рыбникова И. Ю. Праздничная культура современной России // Архитектура. Строительство. Транспорт. Технологии. Инновации : в 2 кн. : мат-лы. междунар. конгресса. Омск, 2013. Кн. 2. С. 120–126.

5Орлов О. Л. Праздничная культура России. СПб., 2001. 160 с.

65

Политическая интерпретация праздника предполагает постановку как минимум двух вопросов. Почему государство обращается к празднику? Почему, несмотря на смену политических режимов, в условиях несхожих политических стратегий рождаются праздники-близнецы6?В наиболееобщем виде ответы на поставленные вопросы мы обнаруживаем в монографическом исследовании М. Озуф, историка, политолога, ведущего научного сотрудника Института политических исследований имени Р. Арона в Париже. Автор пишет: «Конечно, законы народу дает законодатель, но людей, живущих по этим законам, творит праздник»7. Творит — значит воссоздает ослабевшие или вовсе прерванные социальные связи, делает социальные узы несомненными, вечными, нерушимыми. Праздникпридает миругармонию. Ж. Мишле в эссе «Наши сыновья» поясняет: «Думать, что мир гармоничен, и чувствовать себя сообразным ему, значит пребывать в мире духовном; это внутренний праздник»8.

Праздник объединяет, делая празднующих единым символическим целым. Достижению этой цели подчинены все законы праздничной жизни. Особенность праздника как средства объединения людей мы усматриваем в его онтологической связи с ценностями. Как известно, в усвоении ценностей большую роль играет психологический момент. Фундаментом ценностногоотношения, указываетМ. С. Каган, всегдаявляется эмоциональноевлечение, чувство9. Это значит, что ценности только в том случае органично воспринимаются и усваиваются индивидом, если они пережиты им, приняты эмоционально. Праздник не просто актуализирует и транслирует ценности, что очевидно. Посредством праздника общество возводит различные объекты, идеи, вещи, события в ранг ценностей, придает им статус священных вещей. Вещи получают священный статус, отмечает Э. Дюркгейм, ибо они возводятся в ранг таковых общественным мнением в ситуации праздничной экзальтации. В силу самой природы священного эти вещи приобретают над индивидом моральную власть. Значение праздника, по Э. Дюркгейму, состоит в порождении и укреплении высших ценностей, образующих то, что сам исследователь назвал «коллективным сознанием». Говоря метафорически, только пройдя «крещение» праздником, вещь обретает ста-

6Например, якобинцы, отменившие религиозные праздники, сразу же после Великой французской революции стали создавать новый «культ разума», с весьма сложной ритуально-праздничной системой, которая по сути повторила предшествующую в использовании символики, обрядов и народных шествий.

7Озуф М. Революционный праздник: 1789–1799 / пер. с фр. Е. Э. Ляминой. М., 2003. С. 17.

8Там же. С. 30.

9Каган М. С. Философия культуры. СПб., 1996. С. 236.

66

тус общезначимой социальной ценности (святыни)10. Таким образом, главное,чтоскрывается закаждымконкретнымпраздником, естьобретение(или обновление) празднующимисвоегосимволическогоединства наосноверазделяемых общих ценностей.

Применительно к политическому празднику можно утверждать, что в его рамках совершается перенос сакральности на политические ценности. ПонятияРодины, Отечества,нации, свободы, права и т. д. приобретаютсвященную ценность именно благодаря праздничномуэнтузиазмународа. Следует отметить, чтосвязь праздника со сферой сакрального, предельноеприближениекэтой сферепразднующих, делаетэтоткультурныйфеноменобъектом манипуляций, в том числе и политических.

Укажем на еще один важный момент. На празднике обретается духовное единство людей на основе общих ценностей. Отечество есть надежнейшее выражение национального единства, поэтому главными в любом государстве становятся праздники, освящающие основные этапы государственной истории. Посредством праздника происходит сакрализация бытия — расстановка вех, помогающих обществу жить. Осуществляя сакрализацию бытия, праздник через присущую емуповторяемость во времени возвращает человека в исходную точкуотсчета, к абсолютномуначалу, первоистокам бытия. Возвращение к сакральномуначалуна архетипическом уровне ассоциируется с призывом благой силы, гарантирующей, что все будет хорошо, и это «хорошо» продлится до следующего праздника, который вновь «разыграет» миф о первоначальности, материализуя идею рождения. Вот почемутакиепраздники, как Рождество, Новый год немогут исчезнуть: они есть извечная тяга человека к изначальности.

Политические праздники тоже претендуют на собственное измерение бытия, на конструирование новой картины реальности, однако они задают и собственные точки отсчета. Такими точками становятся кульминационные события в политической истории государства. Эти события используются политическими лидерами для формирования нового праздничного календаря. В СССР, например, главным политическим праздником был День Великой Октябрьской социалистической революции. Сам праздник выступал в роли нового «творца» истории, указывая, «откуда все началось».

Освящая актуальные для современности ценности, система политических праздников предлагает человеку свои специфические, соотнесенные с духом времени ответы на предельные вопросы бытия: кто он, откуда и что для него важно. В этом смысле политический праздник «работает» на организацию души народа, его внутренней творческой энергии ничуть не меньше любого другого праздничного действа. Показательно, что многие фило-

10 Обэтом см.: АронР. Этапы развития социологическоймысли. М., 1992. С. 352.

67

софырассматривали проблемупраздника водном рядус проблемамисамой священной серьезности — государства и права. Сошлемся лишь на два примера.Платон именнов «Законах» — произведении,посвященном вопросам исключительно политическим, писал о воспитательной функции праздника: «…Верно направленные удовольствия и страдания составляют воспитание; однако в жизни людской они во многом ослабляются и извращаются. Поэтому боги, из сострадания к человеческому роду, установили празднества, даровали Муз и Аполлона, их предводителя, и Диониса, как участников этих празднеств, чтобы можно было исправлять недостатки воспитания на празднествах»11. Участиев праздничных хороводах, поПлатону,развивает у людей чувство гармонии и ритма, сопряженное с удовольствием, наслаждением. Последнее служит правильным мерилом праздника, ибо он осуществляется исключительно ради физического и нравственного совершенствования. Не значит ли это, что у государства и праздника одна важная цель — сделать человека лучше? Французский утопист Морелли, раскрывая содержание трех «основных и священных» законов, с издания которых начнетсяпереустройствообществаналучшихначалах, такжеприбегает ккатегории праздника как важного инструмента государственного управления12.

Праздник не только утверждает и транслирует уже существующие политическиеценности,он еще обладает реальнойвозможностью воздействовать на политическую действительность, изменять ее. Так, Л. Ладюри, исследуя крестьянские и городские движения периода Реформации и религиозных войн во Франции, указывает на «карнавал в Романе»13. В событиях в г. Романе, разыгравшихсяв начале1580 г., на короткоевремя переплелись и слились воедино социальная борьба и народное празднество: начавшись в видеторжества проводов зимы, карнавал перерос в кровавую бойню, в ходе которойгородской патрициатпостаралсяизбавитьсяотсвоихпротивников — плебейской оппозиции. Ожесточенный конфликт, в основе которого лежали глубокие социальные, религиозные, экономические и политические противоречия, облекся в наряды народного карнавала.

Связь между народным празднеством и социальной борьбой — не исключительное явление в истории Франции. Подобные явления имели место неоднократно. Но Л. Ладюри удалось продемонстрировать эту связь с особенной наглядностью14. По его мнению, в разыгравшихся в Романе событиях выявились фольклорные традиции, с присущей им символикой. В част-

11Платон. Законы. Соч. : в 3 т. М., 1972. Т. 3, ч. 2. С. 117.

12Морелли. Кодекс природы, или Истинный дух ее законов. М., 1947. С. 189.

13Le Roy Ladurie E. Le Carnaval de Romans. De la Clandeleur au mercredi des Cendres 1579–1580. Paris, 1979.

14Гуревич А. Я. Исторический синтез и Школа «Анналов». М., 1993. С. 182.

68

ности, он обращает внимание на то, что борющиеся между собой стороны выступали под различными «тотемами» — овца, заяц, медведь и осел — у ремесленников, петух, орел и куропатка — у знатных. Празднующие воспользовались карнавалом как инструментомутверждения новыхполитических реалий. Рассмотренный исторический сюжет, с нашей точки зрения, позволяет видеть в празднике действенный механизм преобразования всех сфер бытия, политической — в том числе.

О политических праздниках современной России нельзя говорить как о сформировавшейся целостной системе. Смена общественно-политического строя, формирование новых идеологических приоритетов в первую очередь отразились на советских государственных праздниках. Философия государственных праздников выражается в том,чтоони есть специфическиемаркеры, с помощью которых народ интерпретирует собственную историю, выбирая в ней знаковые, достойные почитания события. Установлением нового праздничного календаря, институализацией официальных праздников и праздничных дней молодое Российское государство представило свою версию значимых для страны событий, которые должны были стать основой для формирования гражданской и национальной идентичности. В настоящее время государственными праздниками в России являются: Новый год, РождествоХристово, Деньзащитника Отечества, Международный женский день, Праздник Весны и Труда, День Победы, День России, День народного единства.

Весьма симптоматично, что новая версия официальных праздников получиланеоднозначныеобщественные,научныеи публицистическиеоценки. Особенно острые споры возникли вокруг даты и сути нового для России праздника — Дня народного единства. Необходимо понимать, что между официальным статусом праздника и отношением к нему людей на повседневном уровне существует некая разница. Так, День народного единства и День России оказались не принятыми общественным сознанием как настоящиеобщенародные праздники ивоспринимаются чащевсего как дополнительные выходные дни. В данном случае отсутствие интереса к празднику свидетельствует о том, что ценности и транслируемые праздником идеи не получили общественного признания, что общество не считает значимыми те события, по поводу которых заявлен праздник. Инициатива государства как института властив постулированиипраздника толькотогда можетиметь позитивный результат, когда будет опираться на духовную инициативу самого общества15.

15 Примером является включение Рождества Христова в перечень государственных праздников Российской Федерации.

69

А. В. Серов

(Омская академия МВД России)

ОВЕДОМСТВЕННОМНОРМОТВОРЧЕСТВЕ В СФЕРЕ

ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙДЕЯТЕЛЬНОСТИ

В ходе реформирования МВД России было принято значительное количество ведомственных нормативных правовых актов, регулирующих опе- ративно-розыскную деятельность. Этот процесс сопровождался не всегда обоснованной заменой нормативных правовых актов, ранее регламентировавших деятельность милиции по целым направлениям. Многиеположения вновь принятых документов вызвали непонимание и критику со стороны практических работников и специалистов в области ОРД. Эти обстоятельства побуждают обратиться к вопросам обеспечения качества ведомственного нормотворчества в данной сфере.

Сама процедура подготовки ведомственных нормативных правовых актов является многоступенчатой и содержит различные механизмы, препятствующие появлению неэффективных, ошибочных норм.

Так, согласно Правилам подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации1 в процессе работы над проектом нормативного правового акта должны быть изучены не только относящееся к теме проекта законодательство Российской Федерации, но и практика применения соответствующих нормативных правовых актов, научная литература и материалы периодической печати по рассматриваемому вопросу (п. 5). Кроме того, нормативный правовойакт подвергается правовойэкспертизекак настадииразработки, таки при его государственной регистрации (п. 11). При этом основным назначением правовой экспертизы является именно выявление неясностей и ошибок, допущенных при конструировании проекта нормативного правового акта2.

Ведомственные Правила подготовки нормативных правовых актов в центральном аппарате МВД России3 также содержат средства, призванные

1 Об утверждении Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации [Электронный ресурс] : постановление Правительства Российской Федерации от 13 августа 1997 г. № 1009. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

2Москалькова Т. Н., Черников В. В. Нормотворчество : науч.-практ. пособие. М., 2011. С. 314.

3Об утверждении Правил подготовки нормативных правовых актов в центральном аппарате МВД России [Электронный ресурс] : приказ МВД России от 27 июня 2003 г. № 484. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

70