Тредиаковский

В 1730—1740-е годы, после возвращения из Европы, Тредиаковский пытался сблизить принятый за литературную норму церковнославянский язык с живым разговорным русским языком.

В основе лежало сближение разговорной и литературной нормы, что и было декларировано в предисловии к «Езде в остров Любви».

После 1740-х годов он изменил свои представления и стал считать, что литературный язык должен отличаться от разговорного. В этот период за основу литературного языка Тредиаковский взял церковнославянскую норму, поскольку, по его представлениям, именно церковнославянский язык являлся наследником древнегреческого и латинского и позволял в полной мере использовать метрическое и лексическое разнообразие классических языков. Взгляды Тредиаковского не были восприняты современниками, хотя он последовательно реализовывал их в собственном творчестве.

Придерживался пуризма, но при этом придумал 2 программы.

1. 30-40е – ориентировался на языковую ситуацию во Франции (язык должен строится по принципу «пишу, как говорю» (устаревшая форма)

Славянский – жестокий, а русский нежный

- призывает как можно больше переводить с французского

- против старославянизмов (живое употребление, а значит и формирование правил)

- за фонетический принцип правописания, как принцип русской орфографии (для русского языка не подходит)

-идеальная речь – речь светского общества (но в России нет элиты)

-он пытался создать русскую салонную культуру

1646 год – переломный момент, когда его взгляды меняются

1648 год – «Разговор о правописании» - новые идеи. Говорит о единстве русского и старославянского языков.

2. Ориентир на славянский язык.

- славянский – образец стилистической чистоты и мерило семантической правильности

-западноевропейское влияние вредно

-нужна дистанция между литературным языком и разговорным (двуязычие)

Истрия литры движется на глазах

Автор становится личностью

Система жанров

Регламентация жанровой системы русской литературы, осуществленная в 1748 г. Александром Петровичем Сумароковым в «Наставление хотящим быти писателем» (две отдельные брошюры «Две эпистолы…»)

Более всего ориентация Сумарокова на национальные тенденции литературного развития заметна в составе жанров, которым он дает ха рактеристики в своих эпистолах. Так,например, самому высокому жанру европейского классицизма — эпической поэме — он практически не уделил места, бегло упомянув о самом факте существования лите ратурного эпоса. Исключительно подробно и полно охарактеризованы те жанры, которые в русской литературе приняли в себя заряд сатирического обличения и дидактики — сатира как таковая, ирои-комиче ская поэма (шюодия эпоса), басня и комедия, причем сама характери стика комедии тоже весьма оригинальна (русская комедия – комедия характера)

Представь бездушного подьячего в приказе,

Судью, что не поймет, что писано в указе,

Представь мне щеголя, кто тем вздымает нос,

Что целый мыслит век о красоте волос <...>

Представь латынщика на диспуте его,

Который не соврет без «ерго» ничего.

Представь мне гордого, раздута, как лягушку,

Скупого, что готов в удавку за полушку.

Самым главным доказательством ориентации Сумарокова именно на национальные эстетические проблемы является лейтмотив необходимости особого поэтического языка, внутренне организующий всю проблематику «Двух эпистол...». Расположив жанры по иерархической лестнице высокого и низкого, Сумароков вплотную подошел к осознанию необходимого эстетического соотношения жанр — стиль:

Нет тайны никакой безумственно писать

Искусство — чтоб свой слог исправно предлагать,

Чтоб мнение творца воображалось ясно

И речи бы текли свободно и согласно