27. Экономическое развитие Франции в XVIII веке.

Франция в XVIII веке оставалась аграрной страной. Основную массу населения составляли крестьяне. Лично свободные, они являлись не собственниками, а лишь наследственными держателями своих земельных наделов, за которые платили сеньору денежную ренту – чинш, посевной оброк – шампар в размере до четверти урожая, и выполняли барщину. Чаще всего барщина также выплачивалась в деньгах, барская запашка была невелика, 80 процентов пахотной земли находилось в пользовании крестьян. Разорительными были единовременные платежи сеньорам при наследовании или продаже крестьянского надела.

Со времен средневековья сохранились обязанности крестьян пользоваться мельницей, виноградным прессом, кузницей сеньора, печью для выпечки хлеба за дополнительную плату и другие его баналитетные права. Немалый ущерб причиняли деревне исключительные права сеньоров на охоту, голубятни и другие их привилегии. Крестьяне платили огромные налоги государству и десятину в пользу церкви. Кроме прямого налога на имущество – талья, крестьяне платили еще и косвенные налоги, из которых особенно тяжелым был налог на соль. В дореволюционной Франции косвенные налоги, ввозные и вывозные пошлины на границах провинций и городов собирались не королевскими чиновниками, а отдавались на откуп компаниям финансистов, которые вносили в казну определенную сумму и получали право на сбор податей. Их деятельность сопровождалась произволом по отношению к крестьянам. Многочисленные повинности, налоги и поборы разоряли крестьянские хозяйства. В то же время дворянство и духовенство были свободны от всяких налогов. В 80-х гг. XVIII века, когда уменьшились доходы сеньоров из-за истощения крестьянских хозяйств, они стали восстанавливать давно забытые повинности и добивались выделения в свою пользу трети общинных земель. Это обостряло их отношения с крестьянами.

С течением времени усиливается многоукладность сельского хозяйства. Земельные владения стали чаще переходить из рук в руки. Торговцы, буржуа арендовали и даже скупали помещичьи земли. Растет имущественное расслоение среди крестьян, выделяется более зажиточная прослойка, арендовавшая земли сверх своего надела. На севере страны и вблизи крупных городов все более развивается капиталистическое фермерство с применением труда поденщиков. Все это свидетельствует о том, что аграрный строй Франции к концу XVIII века находился в стадии перехода от феодальных отношений к капиталистическим формам хозяйствования.

Многие современные французские историки отрицают наличие феодализма во Франции в XVIII веке на том основании, что к этому времени исчезла система вассалитета и положение прежде зависимых крестьян-чиншевиков приближалось к положению частных собственников своих земельных наделов. А. З. Манфред и ряд других советских историков отстаивали точку зрения о господстве феодальных отношений во Франции накануне революции конца XVIII века, основной целью которой, как они полагали, и было их устранение. Несколько иное мнение высказывал крупнейший советский специалист по аграрным отношениям во Франции А. В. Адо. В результате своей работы во французских архивах он определил, что доля доходов от феодальных повинностей с крестьян накануне революции составляла лишь 30 процентов всех доходов в стране. Тем не менее, феодальная собственность на землю, правило «нет земли без сеньора», привилегии дворянства, разорение крестьян повинностями и непосильными налогами задерживали развитие сельского хозяйства.

Во второй половине XVIII века на территориях, свободных от цеховых ограничений в пригородах и в деревнях распространяется капиталистическая мануфактура. В городах наряду с ремесленными мастерскими стали появляться предприятия, не подчиненные цеховой регламентации. В металлургическом производстве, добыче каменного угля, производстве стекла, фарфора возникают крупные централизованные мануфактуры. Централизованными были королевские мануфактуры по производству гобеленов, зеркал и т.п. Значительное число предприятий производило различные предметы роскоши и модной одежды, имевшие большой спрос у знати, богатых людей Франции и других стран Европы. В Лионе было развито шелкоткацкое производство, в Эльзасе, Лотарингии и в Арденнах преобладала металлургическая промышленность. Почти повсеместно были распространены суконные мануфактуры. Быстрее других отраслей развивалось хлопчатобумажное производство, сосредоточенное главным образом на северо-западе страны. Крупным торгово-промышленным центром был Париж, столица Франции с 800-тысячным населением.

В промышленности, хотя и медленно, но все же стали появляться машины. Привезенная из Англии прялка «Дженни» получила довольно широкое применение в текстильной промышленности Нормандии, Пикардии, в районе Лиона. Применялись и английские хлопкопрядильные машины Аркрайта. В небольших количествах использовались паровые машины. Промышленность занимала все более важное место в экономике страны. Из французского экспорта в 1785 г., оцениваемого в 300 миллионов ливров, на долю предметов промышленного производства приходилось 150 миллионов ливров, т. е. половина.

Франция вела торговлю со всеми европейскими государствами, с Америкой, со странами Востока. Большое место во внешнеторговом обороте занимала колониальная торговля. Из своих колоний в Вест-Индии Франция вывозила сахар, пряности и другие колониальные товары. Распространенной и очень доходной была торговля неграми-рабами. Бордо, Марсель, Гавр, Нант стали крупнейшими морскими торговыми портами, здесь же развивалось и судостроение.

В XVIII веке ускорился рост внутренней торговли, крепли экономические связи между различными областями страны. Однако монополии привилегированных торговых компаний, прежде всего Французской Ост-индской компании, внутренние таможенные сборы, различия в мерах веса, длины и объема в разных провинциях, узость внутреннего рынка вследствие крайней бедности крестьянства сдерживали рост торговли. Развитие промышленности также сковывалось цеховыми ограничениями, сохранением феодальных порядков и абсолютистской государственной системой, регламентацией производства чиновниками, разобщенностью провинций.

Помехой для быстрого экономического подъема Франции являлось политическое неравенство сословий, на которые еще со времен средневековья делилось население страны. В первое сословие входило духовенство, во второе – дворянство, всё остальное население входило в третье сословие. Старая формула гласила: «Духовенство служит королю молитвами, дворянство – шпагой, третье сословие – имуществом». Это определение раскрывало неравноправное положение третьего сословия. Служить имуществом, т. е. оплачивать все расходы монархии, было конечно более тягостно, чем служить молитвой и шпагой.

В руках привилегированных сословий были высшие государственные и церковные посты, все командные должности в армии. Из представителей этих сословий состояли придворный штат и ближайшее окружение короля. Духовенство и дворянство не были однородными по своему составу. Приходские священники обладали скромным достатком и по своему образу жизни были близки к своим прихожанам из среды крестьян и жителей городских предместий. Совсем иным было положение высших слоев духовенства, они владели крупными поместьями, в их руках находилась одна четвертая часть земельного фонда страны.

Дворянство формально состояло из двух слоев: потомственного «дворянства шпаги» и «дворянства мантии», т. е. судейских чиновников, выходцев из третьего сословия. Фактические различия были между придворной аристократией с её огромными имениями, роскошными дворцами, высокооплачиваемыми должностями при королевском дворе и провинциальным дворянством, чьи доходы постоянно сокращались в связи с упадком крестьянского хозяйства. Небольшая часть дворян пыталась перестроить ведение своего хозяйства на капиталистический лад, принимала участие в промышленном производстве, вкладывала свои капиталы в заморские колониальные предприятия. Но все же такой широкий слой «нового дворянства», как в Англии, во Франции не сложился.

Третье сословие составляло большинство населения страны. В него входили буржуа, крестьяне, ремесленники, городские низы. Все они были устранены от управления государством и находились в подчиненном положении у привилегированных сословий. Крупные буржуа своим богатством и роскошью могли затмить представителей аристократии. Но они также наталкивались в своей деятельности на различные ограничения, вмешательство в их дела правительственных чиновников. Недовольство буржуазии усугубило заключение в 1786 г. торгового договора с Англией, снижавшего пошлины на ввоз английских промышленных товаров, что наносило серьезный удар по французским мануфактурам и было выгодно главным образом дворянам, покупавшим более дешевые и качественные английские товары. Многие торговцы и промышленники были сторонниками коренного преобразования общественного и политического строя Франции.

Крестьяне стремились избавиться от бесчисленных платежей и повинностей в пользу сеньоров, церкви, от гнета прямых и косвенных налогов, от произвола представителей власти. Большинство ремесленных, мануфактурных и портовых рабочих даже в лучшие годы, когда не было безработицы и неурожая, не выбивались из тяжелой нужды. Все представители третьего сословия были недовольны существующим строем. Недовольство королевской властью усугублялось ещё и тем, что внешняя политика Людовика XV была неудачной. Франция при нем потерпела ряд крупных поражений от Англии во время войны за австрийское наследство (1740-48) и в Семилетней войне (1756-63). Давний спор за колониальное и морское первенство решился в пользу Англии. Франция потеряла Канаду и ряд своих факторий в Индии.