Sbornik_Mezhdunarodnogo_mezhdistsiplinarnogo_nauchno-prakticheskogo_kongressa_AKTUAL_NYE_PROBLEMY_MEZhDUNARODNOGO_ChASTNOGO_PRAVA_P

Актуальные проблемы международного права

слиянию и поглощению если этот инструмент не будет использоваться. Так можно сделать вывод, что заверения и гарантии являются обязательными для сделки.

Всилу сложности и масштабности трансграничных сделок почти невозможно отследить недобросовестное поведение кого-либо из сторон. Поэтому, например, приобретатель, покупая какие-либо активы компании, должен всегда предусмотреть гарантии для себя, как в пункте договора, так и на законодательном уровне. Заключая договор купли-продажи акций (долей), фактически покупатель приобретает саму компанию с ее всеми активами, которые являются как весьма прибыльными, например, промышленная собственность, так и с рядом судебных споров компании, обременений или других негативных активов, которые всегда несут риски, и могут принести приобретателю убытки.

Квалификация заверений и гарантий как обязательства в договоре, позволяет пострадавшей стороне в случае их нарушения, требовать возмещение убытков. Благодаря этому явлению можно минимизировать или даже иногда исключить риск недобросовестного поведение контрагента и избежать неблагоприятного исхода в виде убытков. В деле DCV Holdings, Inc. (истец) против ConAgra, Inc1 (ответчик) после заключения договора купли-продажи сторона узнала, что приобретенные компании замешаны в международном скандале и в результате этого компания начала терять прибыль. Истец подал иск, где указал, что при заключении договора ответчик предоставил ему заведомом ложные заверения относительно компании. Истец потребовал возмещение убытков и аннулирование договора.

При заключении трансграничной сделки, в силу lex voluntatis, автономии воли сторон, уставленной статьей 1210 ГК РФ2 стороны свободно выбирают право применимое ко всей сделке или к определенным ее этапам. Но сторонам важно применять то право, которое позволило бы максимально обеспечить правовую охрану сторон и минимизировать возникшие в будущем риске. Поэтому что бы иметь возможность использовать различные правовые инструменты, формально установить определенный баланс рисков для сторон, и закрепить ответственность, стороны применяют к заключаемому договору право Англии или США (чаще английское право), которое как родоначальник данного явления обеспечил их разнообразие

иэффективность. В праве РФ существует сходные институт, который появился не так давно, имеет свои недостатки и сложно сосчитается с трансграничными сделками слияния и поглощения.

Вроссийском законодательстве появился институт, сходный с зарубежными заверениями и гарантами. В 2015 г. в Гражданский кодекс РФ была введена статья 431.23, которая предусматривает возмещения убытков потерпевшей стороне или выплаты

1См.: DCV Holdings, Inc. v ConAgra, Inc. (del 2005) 889 A2d 954, 962.

2Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) от 26.11.2001 № 146-ФЗ (ред. от 18.03.2019) // Парламентская газета. № 224. 28.11.2001.

3Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ // СЗ РФ. 05.12.1994. № 32. Ст. 3301.

100

Секция3.Правовыеиэкономическиеосновыреализации трансграничныхкоммерческихотношений...

неустойки, в случае передаче недостоверных заверений об обстоятельствах, которые имеют значение для договора. Также возможен отказ от договора, если это предусмотрено соглашением сторон или признание его недействительным в определенных случаях.

Подводя итоги можно сделать выводы, относительно международного института заверений и гарантий в трансграничных сделках:

1)сторона сделки обязана действовать добросовестно при предоставлении заверений и гарантий, она должна раскрыть действительную информацию относительно всей сделки, чтоб контрагент смогут оценить выгодность и разумность покупки активов приобретаемой компании;

2)заверения и гарантии, если они окажутся ложными и несоответствующими действительности, обеспечивают возможность возмещения убытков или прекращения трансграничного договора.

Коновалова С. А.,

студент Уральский государственный юридический университет имени В.Ф. Яковлева (УрГЮУ имени В.Ф. Яковлева) Екатеринбург

Тенденции в рассмотрении трансграничных споров с участием лиц, в отношении которых введены меры ограничительного характера

Введение

В условиях глобализации и ускорения политических и экономических процессов эффективное разрешение трансграничных споров определяется взаимодействием юрисдикций государств. Так, увеличение количества трансграничных споров актуализирует в том числе вопросы связанные с рисками исполнимости решений, действительности и применимости арбитражных оговорок и вообще возможности передачи спора определенному суду. Тренд на увеличение числа трансграничных споров прослеживается и в обзорах судебной статистики1.

1 URL: http://www.cdep.ru/userimages/OBZOR_STAT_arbitrazh_2020.pdf ; http://www.cdep.ru/ userimages/sudebnaya_statistika/2020/Obzor_sudebnoy_statistiki_o_deyatelnosti_federalnih_arbitragnih_sudov_v_2019_godu.pdf ; http://www.cdep.ru/userimages/sudebnaya_statistika/2019/ Obzor_sudebnoy_statistiki_arbitragnih_sudov_v_2018.pdf ; http://www.cdep.ru/userimages/sudebnaya_statistika/2017/Obzor_sudebnoy_statistiki_arbitragnih_sudov_v_2016_g.pdf ; http://www.cdep. ru/userimages/sudebnaya_statistika/2016/Obzor_sudebnoy_statistiki_arbitragnih_sudov_v_2015_g. pdf ; http://www.cdep.ru/userimages/sudebnaya_statistika/Obzor_sudebnoy_statistiki_arbitragnih_ sudov_v_2014_g_s_peresmotrom.pdf.

101

Автор предполагает, что статистика будет расти в последующие годы в связи с возрастающей ролью механизма редомициляции в Специальные административные районы РФ, которыми на данный момент являются остров Октябрьский (Калининградская область) и остров Русский (Приморский край)1, интенсивным ростом санкционного законодательства стран ЕС, подписания международных договором о сотрудничестве2.

В рамках тенденции роста трансграничных споров автор обозначает расширение использования концепции публичного порядка и влияние санкционного режима на исполнимость установленной в договоре арбитражной оговорки.

Проблема

Поправки в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, введенные Федеральным законом № 171-ФЗ3 могут сыграть важную роль в рассмотрении споров.

Законодатель считает, что меры ограничительного характера фактически препятствуют праву на судебную защиту, поэтому оставляет за участниками спора право на обращение в компетентный арбитражный суд РФ, вопреки имеющемуся между сторонами договора пророгационному соглашению. При этом по смыслу статей 248.1 и 248.2 АПК РФ не учитывается наличие у участников спора лицензии на юридические

1Статья 1 Федерального закона от 03.08.2018 № 291-ФЗ «О специальных административных районах на территориях Калининградской области и Приморского края».

2Соглашения о сотрудничестве (tpprf.ru).

3Федеральный закон «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации в целях защиты прав физических и юридических лиц в связи с мерами ограничительного характера, введенными иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза» от 08.06.2020

№171-ФЗ // СЗ РФ от 15.06.2020 № 24 ст. 3745.

102

Секция3.Правовыеиэкономическиеосновыреализации трансграничныхкоммерческихотношений...

услуги и расходы. Как например Licenses for Legal Fees and Costs1, которая предоставляются подразделением в структуре Министерства финансов США — Управлением по контролю за иностранными активами (Office of Foreign Assets Control, OFAC).

Судами фактически создан механизм обращения трансграничного спора в Арбитражный суд Российской Федерации, вопреки имеющейся между сторонами арбитражной оговорке, что расценивается иностранными контрагентами, как высокий риск не только неисполнения обязательств, но и невозможность последующей компенсации.

Основная часть

В судебной практике Верховный Суд РФ окончательно высказался только 21.09.2021. На формирование решения повлияло 2 ключевых дела.

Первое дело А40-155367/20-12-10292 НАО «Царьград медиа» против Google Ireland Limited, Google LLC, ООО «ГУГЛ»

28.07.2020 канал НАО «Царьград медиа» на YouTube был заблокирован. Как было указано в уведомлении, причина блокирования — внесение в санкционные списки Константина Малофеева, который является владельцем канала. Между сторонами было заключено пророгационное соглашение, согласно которому в отношении сторон применяется английское право, а подсудность определяется следующим образом: место по нахождению ответчика — английский суд для Google Ireland Limited (Ирландия) и суд штата Калифорния США для Google LLC (США). Однако сначала Арбитражный суд Москвы, а затем и Девятый арбитражный апелляционный суд отказали Google в удовлетворении ходатайства, признав, что по статье 248.1 АПК РФ иск попадает под исключительную компетенцию арбитражных судов РФ.

Второе дело № А60-62910/20183 между АО «Уралтрансмаш» и «РТС ПЕСА» по первым двум инстанциям развивалось иначе.

Между российской компанией АО «Уралтрансмаш» и польской компанией «РТС ПЕСА» 22.05.2013 был заключен договор на поставку трамвайных вагонов. Также в договоре содержалась арбитражная оговорка, в соответствии с которой споры должны рассматриваться в Арбитражном институте Торговой палаты Стокгольма. Согласно этой оговорке и поступила компания «РТС ПЕСА» с иском к АО «Уралтрансмаш» с исковыми требованиями в сумме 55 227 750,64 евро, Ответчик, в свою очередь, обратился в арбитражный суд РФ с требованиями о запрете рассматривать спор в соответствии с арбитражной оговоркой на основании статей 248.1 и 248.2 АПК РФ. Суд первой инстанции руководствовался ч. 4 статьи 248.1, п. 4 ч. 2 статьи 248.2 АПК РФ и опирался на непредставление заявителем доказательств, свидетельствующих о невозможности исполнения арбитражной оговорки, Ответчик участвует в рассмотрении спора в международном коммерческом арбитраже, у ответчика имеется доступ к квалифицированной юридической помощи российских и

1URL: https://home.treasury.gov/system/files/126/legal_fee_guide.pdf (дата обращения: 21.03.2022).

2URL: https://kad.arbitr.ru/Card/29ad7bf5-7c56-4145-aff0-1f30d2856832 (дата обращения: 21.03.2022).

3URL: https://kad.arbitr.ru/Card/58340e4f-48a9-4feb-a4b5-ba0a810acb78 (дата обращения: 21.03.2022).

103

Актуальные проблемы международного права

польских консультантов, санкции не накладывают ограничений на исполнение контракта, рассмотрение международным коммерческим арбитражем спора из контракта, оказание юридических услуг или проведение платежей в связи с контрактом, однако ВС РФ определением Судебной коллегии по экономическим спорам от 21.09.2021 № 309-ЭС21- 6955 признал несоответствующем подобное толкование норм. Меры ограничительного характера в отношении лиц РФ обусловлены политическими мотивами, что создает сомнения в соблюдении гарантий справедливого судебного разбирательства, в том числе беспристрастности суда, что составляет один из элементов доступности правосудия. В последующем аналогичная логика прослеживалась и в иных делах1

Решение

1.Включение в арбитражные оговорки суды, имеющие статус ПДАУ (например, МКАС при ТПП, Арбитражный центр РСПП, HKIAC, SIAC)

2.Использование каскадных арбитражных оговорок (waterfall clauses), то есть предусмотреть основной вариант рассмотрения спора в определенном суде, при этим, если в нем рассмотрение спора невозможно — предусмотреть иной суд, чтобы снизить риск рассмотрения в государственном суде.

3.Включать в договор соглашение о возмещении потерь (indemnity) или включение в соглашение о неиспользовании антисанкционной поправки (undertaking)

4.Проведение периодического санкционного комплаенса контрагентов.

Заключение

Вектор развития законодательства и судебной практики, несмотря на стремительное развитие внутригосударственного законодательства, приобретает единую позицию по делам с подсанкционными лицами. Причем как суд, так и законодатель стоит на безусловном соблюдении прав лиц, в отношении которых введены меры ограничительного характера.

Курбач К. С.,

студент Университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)

Москва

Акты публичной власти как форс-мажор по Венской конвенции 1980 г.

Акты органов публичной власти, отдельные запреты, законодательные требования, экспортные и импортные ограничения непосредственно затрагивают вопросы испол-

1Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2021 По делу

№А56-57238/2020 ; определение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.10.2021 ; определение СКЭС ВС РФ от 25.02.2020 по делу № А40-46243/2019.

104

Секция3.Правовыеиэкономическиеосновыреализации трансграничныхкоммерческихотношений...

нения договоров международной купли-продажи товаров. Актуальной представляется проблема рассмотрения актов публичной власти как форс-мажорных обстоятельств и препятствия вне контроля по смыслу ст. 79(1) Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. (далее — Венская конвенция 1980 г.), в том числе в связи с пандемией COVID-19 и глобальной политической обстановкой.

Перед современным правоприменителем и участниками трансграничных коммерческих отношений стоят проблемы соотношения глобальных событий, заявлений государств и конкретных актов с форс-мажором по договору; применения критериев ст. 79(1) Венской конвенции 1980 г. к актам публичной власти, а также и некоторых его особенностей в отдельных эпидемиологических, социальных и политических обстоятельствах.

Так, эпидемии и пандемии антропонозных и зоонозных инфекций часто становятся причиной ограничительных мер, затрудняющих международную торговлю. Как правило, эпидемия сама по себе не является форс-мажором, в отличие от ее социальных, экономических и правовых последствий. Из последних наибольшее влияние на коммерческие отношения оказывают акты публичной власти, направленные на сдерживание распространения инфекции1.

Ограничения, введенные в условиях пандемии COVID-19, включают в себя такие меры, как: закрытие границ, приостановку транспортных перевозок, продление выходных дней, локдаун и др. В ряде государств включая Китай, Францию, Ирак заявили, что данные беспрецедентные меры являются форс-мажорным событием и должны признаваться таковым в договорах, исполнение которых стало невозможным в связи

сдействием ограничительных мер2.

ВРоссийской Федерации отдельные субъекты признали ограничения форс-ма- жорным обстоятельством. Так, в соответствии с п. 20.1 Указа Мэра Москвы от 05.03.2020 № 12-УМ введение режима повышенной готовности является обстоятельством непреодолимой силы3. При этом Верховный Суд РФ разъяснил, что установление форс-ма- жора в условиях пандемии COVID-19 должно производиться с учетом обстоятельств конкретного дела4.

1См.: Berger K. P., Behn D. Force Majeure and Hardship in the Age of Corona: A Historical and Comparative Study // McGill Journal of Dispute Resolution. 2019–2020. № 6. С. 91.

2См.: CCPIT Guides Enterprises to Leverage Force Majeure Certificates, which Help to Maintain Nearly 60 % Contracts // Официальный сайт CCPIT. URL: https://en.ccpit.org/infoById/40288117 668b3d9b017163990e5a082a/2 (дата обращения: 28.02.2022) ; Déclaration de M. Bruno Le Maire, ministre de l’économie et des finances, sur l’impact économique de l’épidémie de COViD-19, à Paris le 28 février 2020 // Vie Publique. URL: https://www.vie-publique.fr/discours/273763-bruno-le-maire- 28022020-coronavirus (дата обращения: 28.02.2022).

3Указ Мэра Москвы от 05.03.2020 № 12-УМ «О введении режима повышенной готовности» // mos.ru.

4Обзор судебной практики № 1 (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21 апреля 2020 г.) // СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 28.02.2022).

105

Актуальные проблемы международного права

Необходимо, отметить, что несмотря на заявления органов публичной власти, наступление форс-мажора по договору, урегулированному Венской конвенцией 1980 г., должно устанавливаться в каждом конкретном случае в соответствии с условиями форс-мажорной оговорки и, при ее отсутствии, согласно правилам о препятствии вне контроля ст. 79(1) или 79(2) Конвенции1.

По ст. 79(1) Венской конвенции 1980 г. сторона не несет ответственности за неисполнение любого из своих обязательств, если докажет, что оно было вызвано препятствием вне ее контроля и что от нее нельзя было разумно ожидать принятия этого препятствия в расчет при заключении договора либо избежания или преодоления этого препятствия или его последствий.

Судебная практика обоснованно идет по пути признания актов публичной власти, повлекших невозможность исполнения договора, препятствием вне контроля по ст. 79(1) Венской конвенции 1980 г., если они удовлетворяют иным конвенционным критериям2. Исключение составляют случаи, когда поведение стороны стало причиной принятия соответствующего акта3.

Пандемия и, как следствие, ограничительные меры очевидно неподконтрольны стороне. Вопрос о непредвиденности и непреодолимости, напротив, подлежит разрешению в каждом конкретном деле.

Так, в деле L-lysine в освобождении от ответственности в соответствии со ст. 79(1) Венской конвенции 1980 г. решением Китайской международной экономической и торговой арбитражной комиссии было отказано, т.к., договор заключен сторонами спустя два месяца после начала эпидемии SARS4. Ограничительные меры также должны признаваться предвиденными в случае, если об их введении было объявлено на момент заключения договора5.

По вопросу соблюдения критериев в случае пандемии COVID-19 можно обратиться к практике применения национальных норм о форс-мажоре6. Представляется, что на общемировом уровне любое ограничение в связи с пандемией, в том числе принятое впоследствии, должно считаться предвиденным по крайней мере с момен-

1См.: Brunner C. Force Majeure and Hardship Under General Contract Principles: Exemption for Non-Performance in International Arbitration. Alphen aan den Rij n. 2009. P. 92, 269.

2См.: решение МКАС при ТПП РФ по делу № 155/1996 от 22.01.1997 // UNILEX (дата обращения: 01.03.2022) ; Rechtbank’s-Hertogenbosch rolnr. 9981/HA ZA 95-229 от 02.10.1998 // UNILEX (дата обращения: 01.03.2022).

3См.: Brunner. C. Op. cit. P. 290.

4China International Economic and Trade Arbitration Commission (CIETAC), Arbitral award in L-Lysine case от 05.03.2005 // CISG-online 5007 (дата обращения: 01.03.2022).

5IIC Court of Arbitration Arbitral Award 7197/1992 // UNILEX (дата обращения: 01.03.2022).

6См.: Tribunal de Commerce de Paris, SA Total Direct Energie v. SA Electricité de France and SA RTE Reseau de Transport d’ Electricité, RG 2020016407. от 20.05.2020 // URL: https://www. vogel-vogel.com/PDF/ARTICLES/TOTAL%20DIRECT%20ENERGIE%20EDF.pdf (дата обращения: 01.03.2022).

106

Секция3.Правовыеиэкономическиеосновыреализации трансграничныхкоммерческихотношений...

та объявления ВОЗ о начале пандемии COVID-19 от 11.03.2020. В отдельных странах, например, в Китае может быть установлен более ранний срок.

Также в контексте иных критериев препятствия вне контроля интересным представляется решение Американской ассоциации арбитров в деле Macromex Srl. v. Globex International Inc (2007)1. Арбитражем установлено, что запрет на импорт замороженных цыплят в Румынию с связи с эпидемией птичьего гриппа, не являлся форс-ма- жором, т.к. продавец мог преодолеть препятствие, поставив товар в альтернативный порт, предложенный покупателем.

Наконец, в недавнем деле UAB Ivabalté v. Nederlandse Schapenen Gei-tenfokkersor- ganisatie (2020) невозможность исполнения вызвана запретом на ввоз партии овец на территорию Беларуси по причине обнаружения орф-вируса у ряда особей. Суд установил, что условия договора предполагали, что сторона взяла на себя риск возникновения соответствующей зоонозной инфекции2.

Таким образом, сторона, заявляющая о форс-мажоре в связи с актом публичной власти по-прежнему в полной мере несет бремя доказывания в отношении иных критериев ст. 79(1) Венской конвенции 1980 г.

В сложившихся обстоятельствах также представляется немаловажным рассмотреть влияние на отношения сторон ограничительных актов, вводимых государством по иным причинам. Так, санитарные ограничения существенным образом отличаются от т.н. санкционных ограничений в связи с политической обстановкой. Последние реже ставят перед судом проблему признания форс-мажора и применения последствий ст. 79(1) Венской конвенции 1980 г.

Сложившаяся практика свидетельствует о том, что стороны в своих позициях часто изначально исходят из автоматического признания препятствия форс-мажором,

счем суд или арбитраж склонен согласиться. Большинство споров, в свою очередь, касаются соблюдения сроков уведомления о форс-мажоре, возврата авансовых платежей и расчетов по ним3.

Так, в решении МКАС при ТПП РФ от 14.05.2018 № 246/2016 украинский продавец должен был производить поставки в рамках перечней, установленных в соответствии

сСоглашением между Правительством РФ и Правительством Украины от 18.11.1993 «О производственной и научно-технической кооперации предприятий оборонных отраслей промышленности». Поставка на территорию России стала невозможной в силу выхода Украины из соглашения, отсутствия перечня, а также невозможности получения разрешения на поставку, т.к. покупатель не предоставил гарантии относительно использования товаров военного назначения исключительно третьими стра-

1American Arbitration Association, Macromex Srl. v. Globex International Inc, № 50181T 0036406 от 12.12.2007 // UNILEX (дата обращения: 01.03.2022).

2Court of Appeal Arnhem-Leeuwarden № 200.230.164 от 01.12.2020 // CISG-online 5514.

3См.: решение МКАС при ТПП РФ от 19.01.2018 № 216/2016 // URL: https://gkrfkod.ru/pract/ (дата обращения: 02.03.2022) ; решение МКАС при ТПП РФ от 10.10.2017 № 251/2016 // URL: https:// gkrfkod.ru/pract/ (дата обращения: 02.03.2022).

107

Актуальные проблемы международного права

нами в соответствии с Указом Президента Украины № 691. В частности, МКАС указал, что неисполнение обязательств продавцом является следствием действия чрезвычайных и непредотвратимых форс-мажорных обстоятельств в соответствии со ст. 79 Венской конвенции 1980 г. и п. 3 ст. 401 ГК РФ, в связи с чем не могут быть применены меры договорной ответственности; требование о возврате авансовых платежей, однако, к таковым не относится1.

Таким образом, акты публичной власти, затрагивающие договорные отношения сторон, обоснованно признаются обстоятельством, которое может являться препятствием по ст. 79(1) Венской конвенции 1980 г. и влечет освобождение от ответственности, в отличие от общих событий, заявлений.

Форс-мажор, вызванный актами публичной власти, необходимо рассматривать в соответствии с критериями ст. 79(1) Венской конвенцией 1980 г. По общему правилу акты публичной власти находятся вне контроля стороны. Вопрос о непредвиденности, а также об избежании или преодолении соответствующих ограничительных мер или их последствий всегда решается индивидуально в каждом конкретном деле.

Поскольку отдельные акты публичной власти могут являться следствием как природных явлений, например, эпидемий, так и результатом иных, в том числе политических причин, целесообразно говорить об отдельных особенностях применения ст. 79(1) Венской конвенции 1980 г. в отношении разного рода ограничительных мер. Так, санкционные ограничения в отличие от санитарных чаще признаются форс-ма- жором как сторонами, так и судом.

Нерсесян А. А.,

студент Университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)

Москва

Феномен вторичных санкций

XX век был полон войн, гуманитарных кризисов, влияющих так или иначе на мировое сообщество. Это не осталось бесследным, в связи с чем стала развиваться система взаимодействия государств. Одним из результатов этого стало появление Организации Объединенных Наций в 1945 г., учредительным документом которой является Устав ООН2, регулирующий многие положения: принципах и целях ООН, о деятельности главных органов, входящих в ООН и т.д. Тем не менее, учитывая одни из главнейших целей организации, упомянутой в ст. 1: «поддерживать международный

1Решение МКАС при ТПП РФ от 14.05.2018 № 246/2016 // URL: https://gkrfkod.ru/pract/ (дата обращения: 02.03.2022).

2Устав Организации Объединенных Наций (принят в г. Сан-Франциско 26 июня 1945 г.) // Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XII. М., 1956. С. 14–47.

108

Секция3.Правовыеиэкономическиеосновыреализации трансграничныхкоммерческихотношений...

мир и безопасность и с этой целью принимать эффективные коллективные меры для предотвращения и устранения угрозы миру и подавления актов агрессии или других нарушений мира и проводить мирными средствами, в согласии с принципами справедливости и международного права, улаживание или разрешение международных споров или ситуаций, которые могут привести к нарушению мира» и возможность в соответствии ст. 41 Советом Безопасности ООН применять меры, не связанные с использованием вооруженных сил: полный или частичный перерыв экономических отношений. Данная мера включает в себя множество форм реализации: эмбарго, бойкот, экономическую блокаду, замораживание финансовых ресурсов, включая средства, получаемые или извлекаемые благодаря имуществу, находящемуся во владении или под прямым или косвенным контролем объекта санкций, запрет капиталовложений в экономику объекта санкций, а также предоставление ему финансовой, материальной, технической и другой помощи1. Таким образом, СБ ООН уполномочен применять экономические санкции, применение которых возможности исключительно в отношении государства (части его территории или конкретных лиц), которое отказывается выполнять обязанности, вытекающие из международных правоотношений2. За период с 1966 г. Совет Безопасности ввел 30 режимов санкций в отношении следующих стран: Южная Африка, бывшая Югославия, Гаити, Ирак, Судан, Ливан, Корейская Народно-Демократическая Республика, Иран, Ливия, Центральноафриканская Республика, Йемен и т.д.3 Эти санкции как раз является многосторонними первичными, непосредственно направленными на данные государства. К тому же применение санкций возможно и в одностороннем порядке одним государством в отношении другого. Наряду с ними существует вторичные санкции, которые не получили своего правового закрепления в международных договорах, но применяемые на практике отдельными государствами. Например, в 2000 г. в США был принят Закон о нераспространении ядерного оружия Ирана, дополненный в 2005 Сирийской Арабской Республикой и в 2006 Корейская Народно-Демократическая Республика соответственно. В рамках исполнения данного закона было немало случаев применения вторичных санкций, как в случае с российской компанией «Сухой» в 2006 г., причинивший в том числе ущерб французским и английским поставщикам комплектующих для самолета Super Jet 1004. По своей природе вторичные санкции экстерриториальные, то есть применимы в отношении не только физических и юридических лиц государства, принимающего такие экономические меры, носят неограниченных характер.

1Кешнер М. В. Экономические санкции ООН: тенденции развития форм осуществления // Международное право и международные организации. 2015. № 2. С. 139–146.

2См.: Лукашук И. И. Международное право. Особенная часть : учебник для студентов юридических вузов и факультетов. 3-е изд. М., 2005. С. 407.

3Санкции Совета Безопасности ООН // URL: https://www.un.org/securitycouncil/ru/sanctions/ information.

4Американские санкции ударили по французам // URL: https://expert.ru/expert/2006/37/ amerikanskie_sankcii_udarili_po_francuzam/.

109