Эссе №5

Когда я решила стать журналистом, все мои знакомые пришли в ужас. «Только не в журналистику, - твердили все вокруг, - журналистика умирает!»

Отчасти они были правы. Монополия прессы на информацию потеряна – прошли те времена, когда о том, что происходит в мире, люди узнавали только из СМИ. В наши дни журналист живет в каждом – и если раньше первые снимки с терактов, аварий, значимых событий первыми появлялись в СМИ, то теперь самым быстрым источником информации становятся обычные люди-очевидцы, вооруженные камерой телефона. Обо всем, что происходит, можно узнать мгновенно, не дожидаясь официального объявления в новостях и поддерживая связь со всем миром. Это именно та тенденция, о которой писал Артем Чернов в статье «Homo Photographicus» для «Русского репортера»: «профессиональный инстинкт фотожурналиста – «снять, чтоб сохранить от забвения» – на глазах становится общечеловеческим». И это относится не только к фотожурналистике.

Получается, что Интернет и информационные технологии, которые всем остальным людям дали огромные возможности, профессию журналиста медленно убивают?

Да, донести информацию быстрее всех журналистика уже зачастую не в состоянии. Сегодня у человека предостаточно способов узнать, что происходит, но куда более важно понять, как это происходит и почему. Помощь в этом и становится новой функцией сегодняшней журналистики.

Так могут ли короткие посты в «Твиттере» или случайные новости от очевидцев дать нам то, что на сегодняшний момент нам все более нужно - способность ориентироваться в огромном мире с невероятным количеством сведений? Сегодня о том, что происходит в твоей или соседней стране, что говорят политики и люди шоу-бизнеса, может узнать каждый, у кого есть доступ в Интернет. Но не потеряться в таком количестве сведений, вычислять из них по-настоящему важные, различать объективные факты от пропаганды становится невероятно трудно, и в итоге сегодняшний человек знает о причинах происходящего по-прежнему не больше, чем его предок пару веков назад. И помочь разобраться в этом могут именно журналисты – люди, работа которых и состоит в том, чтобы жить и ориентироваться в мире информации.

К тому же, журналистика – это не только новости. В наше время появляется множество узко направленных изданий, которые специализируются на чем-то одном и работают для конкретной аудитории. Например, интернет-издание «Мел» пишет об образовании – «человеческим языком», как уточняется в описании СМИ, «Такие дела» - на социальные темы, а Arzamas предлагает лекции и материалы о культуре и искусстве.

Если не будет журналистов-репортеров, откуда мы узнаем, как строится Богучарская ГЭС или как живут современные язычники на берегах Волги?

Истории – это важно. Именно через истории мы познаем мир, и пока есть люди, которые нам их рассказывают, мы будем чувствовать себя его частью.

Конечно, рассказывать истории умеют и могут не только журналисты – как и фотографировать или снимать. В «тотальной журналистике» сегодняшнего дня много плюсов, но ее молниеносность зачастую означает поверхностность. В 2013 году «Эхо Москвы» публиковало подборку «Фотографии, которые потрясли мир»: человек, выпрыгнувший из окна во время теракта 11 сентября 2001 года, газовая камера Аушвица, солдаты перед Курской битвой… Но такой силой фотография за редким исключением обладает только в руках профессионала-фотокорреспондента, а не случайного прохожего. Хобби редко может сравниться со знанием человека, всю жизнь оттачивающего свое мастерство – в данном случае, журналиста.

Если не будет журналистов, кто возьмет на себя смелость открыто заявить о пропаганде, о несправедливости, о том, что кто-то неправ? Даже если шансы на то, что эти слова помогут решить проблему, равны нулю, они не пропадут зря – ведь теперь о проблеме знают люди. А люди, знающие правду – это уже очень много.

И даже если вдруг пропадут зря – это не значит, что ты должен сдаться.

Кто, напротив, расскажет о том, что кто-то молодец, чья-то работа выполнена хорошо, что чья-то история окончилась счастливо? Не просто расскажет, но и докажет – иначе журналист ничем не будет отличаться от простого очевидца.

И информационный 21 век не может убить журналистику точно так же, как море не может убить рыбу. Если для всех людей Интернет открывает новые возможности, то для журналиста – тем более! Журналистика растет и меняется вместе с веком, постепенно оставляя позади печатные издания (теперь они переходят, скорее, в разряд статусных вещей), но создавая интернет-газеты, лонгриды, новые форматы.

И журналист в 21 веке нужен.

Он нужен мне, когда вечером я беру в руки телефон, чтобы посмотреть, что происходило сегодня в мире.

Он нужен моему знакомому, которому интересно, как живут люди на Дальнем Востоке или кто такие полиамуры.

Он нужен моему папе, когда он читает «Коммерсанта» и хочет быть в курсе политики.

Он нужен моей подруге, которая хочет разбираться в искусстве и читает рецензию на очередной фильм.

Он нужен пострадавшим, когда журналист проводит расследование об их деле. Даже если результата не будет – их хотя бы не оставили одних. Их заметили, о них написали.

И, несмотря на советы родственников, я все-таки решила стать журналистом. Я не знаю, что со мной будет через несколько лет – может, мне захочется писать о литературе и музыке, потому что я их очень люблю, о политике или даже стать военкором? Я не могу знать.

Но пока я хочу писать на социальные темы и хоть как-то помогать людям – или пытаться это делать. Или быть репортером и рассказывать истории. В этом я и вижу свое предназначение как журналиста: показывать людям, в каком сложном и разнообразном мире они живут и пытаться решить хоть маленькую часть из его проблем.

Надеюсь, у меня получится.

Эссе №6

Садоводство как способ управления миром

Мне всегда было очень тяжело рассматривать сложнейшие явления в их собственном индивидуальном контексте. Использование научных терминов, ретроспектива в исторические события и философские примеры своей непомерной семантической глубиной и односторонностью ставят меня в тупик. Журналистика, а, в особенности, будущее журналистики – тема, несомненно, очень трудная, так что я бы хотела рассмотреть её немного с другого ракурса, точнее через непривычную для нас призму. 

Давайте немного пофантазируем: представим наш мир в метафоричной реальности, где деятельность каждого журналиста является садом. Чей-то пока ещё совсем маленький, а у кого-то он распространяется на сотни гектар. Где-то мы встречаем естественные природные оазисы, а в другом месте – кронированный педантичный палисадник. Вариантов много, так же, как и опыта. Всё-таки журналистская профессия берёт своё начало в глубокой древности и продолжает развиваться и меняться по сей день. Но что насчёт будущего? Будет ли так необходим человек в этой профессии через двадцать, тридцать, сто лет? Или технологии способны полностью нас заменить? Моё мнении – нет. Журналистика – это работа философского, эмпатичного, эстетического и этического характера. Я могу представить присутствие роботов в информационных жанрах. Это действительно возможно и, на мой взгляд, благоприятно для развития СМИ. Теоретически, если машина научится воспринимать происходящие события и моментально преобразовывать их в простейшие предложения, как бы ведя некие репортажи в онлайн-режиме, то смертей в нашей профессии было бы меньше. Такие роботы летали или даже перемещались бы на место определённого происшествия, в горячие точки и эпицентры катастроф, тем самым не подвергая риску жизни корреспондентов. Если это когда-нибудь станет реальностью, то в мире будет меньше горя.  Но во многом журналистов всё равно не заменить. Неужели реально представить себе СМИ без аналитика, скепсиса и плюрализма? Где же будут рецензии, очерки, фельетоны, эссе, памфлеты, журналистские расследования? Информация – это растение, которое требует для роста и жизни правильного ухода. Знание, на какой почве семя прорастёт, талант, чтобы правильно полить и удобрить, предчувствие, когда начнётся гроза и надо защитить зерно, труд, чтобы найти теплоту и свет, и тогда растение прорастает, даёт плоды и открывает миру свой бутон – вот , что такое журналистика. Это не место для бесчувственных машин. Только человек, обладающий чутьём, смекалкой и жаждой справедливости, способен стать полноправным членом этого бесконечного созидания.

Теперь мы знаем, что прекрасные сады будут окружать нас всегда, нам не стоит бояться того, что мы когда-нибудь окажемся в чахлой пустыне, в незнании и дезориентации. Но возникает новый вопрос. Если сегодня журналисты с гостеприимством открывают для нас калитки, прокладывают дорожки и создают наиболее приятную обстановку, то будет ли так завтра? Ту же ли роль гостеприимных хозяев будут они выполнять в будущем? По моему мнению, да, но стоит сказать, как я вообще вижу людей этой профессии. Я формально делю журналистов на два типа: на тех, кто думает о себе, и тех, кто думает о других. Граница между ними очень расплывчатая, нередко случается, когда человек из одной группы переходит в другую и обратно. Но, как мне кажется, с каждым годом линия разделения будет становиться всё чётче. Мир движется с невероятной скоростью, которая не позволяет людям долго размышлять или угадывать. Если выбрал одно, то перейти на другую сторону будет практически невозможно, не хватит ни времени, ни сил. Как мы понимаем, роли журналистов этой классификации различны. Для думающих о себе на первый план выходят собственная безопасность и уверенность в завтрашнем дне. Они сажают те растения, которые им говорят посадить, подстригают деревья так, как это нужно другим, прокладывают дорожки не по собственным соображениям, а по чужим. Не всегда такие сады заполнены ложью, подстрекательством, дезинформацией и опасностью для гостей, хозяева садовников тоже бывают хорошими и благородными людьми, но в подобных местах мы всё равно не сможем найти искусства, самобытности, самовыражения и индивидуального мировоззрения. Это скучные и предсказуемые участки, к тому же часто очень коварные. 

Журналисты, выполняющие свою работа для блага других людей, руководствуются иными принципами. Они засаживают свои земли информацией не только с точки зрения её правдивости и важности, но и с точки зрения её полезности человеку, её влияния на него. Здесь подстригают деревья не для красоты, а для того, чтобы ветви не путались в волосах и не царапали лицо. В таких местах выращивают только сорта и виды, способные принести посетителям хоть какую-нибудь пользу, а щебень засыпают для того, чтобы гость во время путешествия по всему многообразию не заблудился. На первый взгляд сады могут не отличаться: везде красиво, ухожено и занимательно. Но есть огромная разница между тем, где выращивают фиалки и бруснику, и тем, где прорастают колючие розы и волчьи ягоды.

Журналисты различаются в плодах своей работы, в своём видении мира и средствах, которые используют, но цель у них одна – это человек. Спасти его или же погубить, помочь или воспользоваться – конечным результатом любого влияния является всегда человек, такая мишень заложена в деятельность любого журналиста. СМИ буквально захватили планету, без них невозможно представить современный мир. Практически все люди специально или случайно каждый день оказываются на том или ином участке. Они видят новые сорта растений, удивляются росту и изменению уже знакомых видов, вдыхают сотни запахов, смешенных между собой, и покидают территорию немного другими.

Сегодня вся земля – это огромные сады информации, которые стремятся перекроить своего гостя.  Я смотрю на свой пока что совсем маленький палисадник и понимаю, что он не станет исключением из правил. Все цветы, деревья, кустарники и плодоносные растения я буду создавать для человека, для влияния на него. Влияния с какой стороны? Политической, экономической, социальной, экологической, религиозной? Я не могу ответить. Вопрос собственного предназначения для меня невероятно сложен, потому что ответ на него, зарытый где-то глубоко внутри, покрыт слоями фантазии и мечты. Я - выдумщица. В моём воображении я открываю новые виды растений, проектирую прекрасные места отдыха, даже в самую ужасную погоду создаю из воды и луча света радугу и в любое время года, будь то холодная зима или засушливом лето, превращаю свой участок в место, способное защитить и спасти людей. Я мечтаю о такой реальности, но истинное моё предназначение мне не известно. Так давайте тогда немного подождём. Посмотрите, вокруг столько чудесных и полезных садов. Посетите любой, каждый откроет для вас что-то новое. А у меня ещё очень много дел: поставить калитку, проложить дорожку, посадить семена. Это всё требует времени, из-за чего сейчас нам придётся расстаться. А пока вы может прогуляться по миру и узнать много интересного, но будьте осторожны: далеко не все журналисты, приглашая вас, руководствуются благими намерениями, а моя мечта о саде-цитадели всё-таки ещё не стала реальностью.