2. Молдавская и Валашская средневекоая литература

Исторические условия Молдавии (Молдовы) и Валахии (Цара Ромыняскэ), находившихся под турецким гнетом, стимулировали развитие в молдавской и валашской культуре и литературе идей национального освобождения. Этот процесс протекал с неодинаковой интенсивностью и имел свои локальные особенности.

Многообразные связи с Россией, Польшей, Украиной, с южнославянской и новогреческой литературой оказывали большое воздействие на развитие и характер культуры и литературы в Молдавии и Валахии.

В силу историко-генетического родства и большой языковой близости молдаван и валахов, а также сходства социально-исторических условий развития процессы и явления культуры и литературы в значительной мере становились общими для Дунайских княжеств.

Благоприятные предпосылки для развития просвещения создавались в высших школах Молдавии и Валахии, где преподавание велось на церковнославянском, латинском и греческом языках. Большую роль в организации этих школ сыграла Киевско-Могилянская коллегия. Она была основана в 1632 г. бывшим молдавским господарем, впоследствии киевским митрополитом Петром Могилой, получившим образование в университетах Западной Европы. Имена студентов из Молдавии и Валахии можно встретить в списках такого центра гуманизма, как Падуанский университет, и Константинопольской академии, преподаватели которой почти все учились в Падуе. Большинство молдавских историографов XVII в. получили образование в Польше.

Важным проявлением развития новых начал культуры было обращение к родному языку, зарождение книгопечатания и первые попытки создания литературного языка. В первой половине XVII в. началась борьба за введение национального языка в церковный обиход, и широкое распространение получила переводческая деятельность. Переводы Библии и других церковных книг содействовали развитию литературного языка и стихосложения. В этом отношении показательно «Учительное евангелие» молдавского митрополита Варлаама (Василе Моцок, ок. 1590—1657) — первая в Молдавии печатная книга, выпущенная в 1643 г. в типографии, оснащение которой было получено из Киева. В этой книге, содержащей более тысячи страниц, давались проповеди и жития святых, включая Иоанна Сучавского и Параскеву Ясскую. Сочинение Варлаама замечательный образец повествовательной прозы. Речь автора по-народному образна и выразительна, он использует фольклорные элементы, замечательно владеет слогом. Многие сентенции актуализированы: славятся братство и взаимная помощь людей, осуждаются своекорыстие и жадность, утверждается красота природы и человека. Варлаам использовал (через славянские переводы) сочинения новогреческих авторов гуманистического направления XVI в., например «Книгу, названную Сокровищем» Дамаскина Студита из Салоник, проявились в труде Варлаама и русские, украинские, польские литературные влияния.

Зачинателем молдавской и валашской письменной поэзии считается митрополит Молдавии Досифей (Димитрие Барила, 1624—1693). В 1673 г. он издал книгу «Псалтирь в стихах» (150 псалмов). Образцом Досифею послужила «Псалтирь» польского поэта Я. Кохановского, оказавшего воздействие и на украинскую, русскую, венгерскую литературы. Использовал автор и местный переводческий опыт. Псалмам Досифея присуще многообразие прозаических форм и повествовательных интонаций, автор искусен в иносказаниях и метафорических уподоблениях. В псалмах улавливаются отзвуки реальной исторической жизни (см. проклятия, адресуемые «неверным»), в них используются богатство народной речи и фольклорная ритмика. Псалмы Досифея в списках широко бытовали в Молдавии, Валахии и Трансильвании, некоторые из них стали народными песнями-колядами. Литературными достоинствами обладало и «Житие и бытие святых» Досифея (т. 1—4, 1682—1686), содержавшее легендарно-агиографические повествования.

Досифея привлекали не только религиозные темы. «Псалтири в стихах» и последующим своим книгам он предпосылает патриотические «Стихи, посвященные светлому гербу Молдавской страны». В поэме о господарях Молдавии перечень деятелей прошлого сопровождается горестными словами о бедах, которые принесли его родине «измаильтяне» (имеются в виду вторжения войск Оттоманской Порты):

Ограблена, разрушена и сожжена, Куда ни глянешь — жалость наполняет обожженное сердце.

В стихах, посвященных России (1683), поэт выражает благодарность за помощь, оказанную развитию молдавского книгопечатания. Крылатым

стало выражение Досифея: «Свет к нам идет из Москвы».

Доживая последние годы на Украине, Досифей в 1690 г. переложил с новогреческого на молдавский язык пролог к трагедии «Эрофили» (1637) критского драматурга Г. Хортациса, в которой сочетались элементы средневековой поэтики с ренессансными мотивами.

В XVII — начале XVIII в. на молдавском языке создается цикл продолжающих одна другую «Летописей Молдавии», авторы которых не летописцы в старом значении слова, а историографы, оригинальные мыслители, публицисты и в то же время незаурядные художники слова. Это было новое направление в сочинениях исторического содержания, характерное и для других стран Европы. В отличие от господарского новое летописание принято называть боярским, в нем критически оцениваются господари, события трактуются в свете феодальной исторической концепции. Авторов объединяет чувство патриотизма и стремление к освобождению многострадальной родины.

Первым молдавским историографом был Григоре Уреке (1590—1647). Он получил образование в школах Польши и Украины. Летопись Уреке вышла за пределы придворных хроник. Она представляет собой историческое обобщение судеб Молдавии, основанное на разнообразных источниках. Произведение проникнуто более широким взглядом на народную жизнь, отражает развитие Молдавии со времени ее образования в 1359 г. до 1594 г. Злободневными были многие мысли автора, и в первую очередь его убежденность, что необходимо избавиться от оттоманского произвола в стране. Уреке сравнивал Порту с бездонной бочкой, в которую, как говорил он, сколько воды ни лей, все равно ее никогда не наполнишь. Живое повествование в народном стиле, яркие характеристики таких национальных героев Молдавии, как Стефан Великий и Ион Лютый, мрачный образ господаря Александру Лэпушняну, мастерски воссозданные картины эпохи — все это придало летописи Уреке черты ценного литературного памятника, послужившего источником для писателей XIX и XX вв. при создании ими исторических поэм, повестей и романов. Летопись Уреке легла в основу таких классических произведений литературы XIX в., как повесть К. Негруци «Александру Лэпушняну» и драма В. Александри «Деспот Водэ»; в XX в. на нее опирается М. Садовяну в романах «Братья Ждерь» и «Никоарэ Подкова». Блестящим продолжателем «Летописи» Уреке был крупный политический деятель Молдавии, писатель и поэт Мирон Костин (1633—1691). Мирон Костин был тесно связан с видными представителями польской и украинской культуры и являлся участником многих исторических событий в Польше и Молдавии, отраженных в его летописи. «Летопись Молдавии» Костина, охватывающая одну из самых бурных эпох в истории его страны (1595—1661), опирается не только на письменные местные источники и иностранную литературу, но и на устные народные и семейные предания, на свидетельства современников и собственный опыт. Мастерски обрисовывая характеры исторических лиц, ярко отображая многие социальные сдвиги и потрясения, Мирон Костин стремился на основе исторического прошлого сделать полезные выводы для настоящего и будущего. Автор с сарказмом говорит о «слепой ненасытности господарей». К сочинению Костина также обращались писатели Нового времени, например, Садовяну.

Кроме «Летописи Молдавии», Мирон Костин создал труд о этногенезе молдаван — «О племени молдаван, из какой страны вышли их предки». Костину принадлежат и сочинения на польском языке: «Хроника Молдавской и Мунтянской земель» (1677) и «История Молдавии и Мунтении польскими стихами», посвященная польскому королю Яну Собескому.

Мирон Костин надеялся на помощь Польши в избавлении Молдавии от турецкого ига.

Работа над циклом летописей Молдавии нашла продолжение в творчестве Н. Костина и И. Некулче (см. раздел «Литература Молдавии и Валахии» в V т. наст. изд.)

Одна из самых примечательных личностей XVII в. — писатель, дипломат и ученый Николай Милеску (1636—1708), известный также под именем Спафария (от слова «спатарь» — мечник). Он родился в Молдавии, учился в Константинополе, затем находился при валашском и молдавском дворах, ряд лет провел в разных странах Западной Европы и умер в России, куда приехал в 1671 г. Начав свою литературную деятельность с молдавской повести о чудотворной иконе Нямецкого монастыря и с перевода Библии, Милеску выступил в Париже с трактатом о православии, написанным на латинском языке и озаглавленным «Звезда Востока» (1669). В 70-е годы он создает в Москве на русском языке ряд эстетических трактатов («Книга избраная вкратце о девяти мусах и седмих свободных художествах», 1672; «Книга о севиллах...», 1672—1673 и др.), принадлежащих литературному барокко.

По поручению царя Алексея Михайловича Спафарий возглавлял русское посольство в Китае. Его описания «Книга, а в ней писано путешествие царства Сибирского...» (1675), «Описание первыя части вселенныя, именуемой Азии, в ней же состоит Китайское государство с прочими его городами и провинции» (1677) представляли собой большую историческую и географическую ценность.

В 1620 г. в Валахии Михаил Мокса на основе болгарского перевода греческого сочинения Константина Манассеса (XII в.) и некоторых других источников создает один из первых хронографов на валашском языке. Помимо традиционного для этого жанра сочетания библейских сюжетов и древних историй («Александр Македонский», «Троянская война» и др.), хронограф Моксы вобрал в себя повествование о вторжении Оттоманской Порты в юго-восточную Европу и борьбе с турками.

Хронографы долго были одним из самых популярных жанров в Дунайских княжествах и Трансильвании.

Культурная жизнь Валахии первой половины XVII в. нашла отражение в деятельности Удриште (Ореста) Нэстурела (ок. 1596—1658), родственника и советника валашского господаря Матея Басараба. Нэстурел был известен как ученый, владеющий языками латинским, греческим, церковнославянским, русским, и как деятельный участник догматических диспутов, защищавших православие от католицизма и ересей. Тесно связанный с украинским просвещением (он получил образование в Киеве и в Остроге), Удриште Нэстурел внес свою лепту в развитие славянской культуры переводом с латинского на церковнославянский язык (1647) популярного произведения «О подражании Христу», приписываемого Фоме Кемпийскому (XV в.). Этот перевод получил распространение не только на Украине, но и в России. В предисловии к книге Нэстурел упоминает некоторые факты своей биографии, говорит об увлечении латинским языком, попутно отмечая родство валашского языка с латинским. В книге помещены также стихи на церковнославянском языке, сложенные автором в честь Елены, жены Матея Басараба. Наряду с Библией Нэстурел цитирует классиков античности. На родной язык Удриште Нэстурел перевел с церковнославянского «Повесть о Варлааме и Иоасафе» (1649), создав одну из лучших версий этого распространенного средневекового сюжета.

Своеобразный свод сочинений, относящихся к прошлому Валахии, содержит так называемая Контакузинская летопись. В ней отразились утраченные анналы на старославянском языке, в композицию непосредственно включены хроники «Жизнь патриарха Нифона» и «История Михая воеводы», а также переводы двух местных стихотворных произведений на греческом языке — поэмы Ставриноса «Подвиги многопобедного и прехраброго Михая воеводы» и «Истории событий в Цара Ромыняскэ» Матея ал Мирелор. Существует около 50 списков Контакузинского свода, варьирующих эпические картины истории; по воздействию на читателей они сопоставляются с рукописями старофранцузских текстов. В своей последней части, доведенной до 1688 г., летопись славит господарский род Контакузинов (отсюда — ее именование). Полемическим ответом на нее с позиций противостоящей боярской группы была «Хроника Бэленов», она, в частности, осуждает тиранию Шербана Контакузино.

Разносторонним деятелем валашской культуры был Константин Контакузино Стольник (1640—1716). Он получил образование в Universitas Artistorum в Падуе, где, в частности, изучал Аристотеля, Гомера, Лукиана, Вергилия и других античных авторов. Контакузино способствовал развитию образования, переводу и печатанию книг («Бухарестская Библия», «Жемчужины» Иоанна Хрисостома, «Православная исповедь» киевского митрополита П. Могилы и др.). Недавно обнаружена и исследована его библиотека — собрание сочинений античных писателей, а также новых трудов по философии, истории, поэтике, астрологии, космографии, медицине и другим отраслям знаний;

это одна из крупнейших в Юго-Восточной Европе библиотек возрожденческого типа.

Контакузино оставил разноязычное эпистолярное наследие политического и культурного содержания. Новые черты присущи его неоконченной «Истории Румынской страны». Автор стремится «прояснить историю» Валахии на основе критического анализа древних и средневековых источников. История предстает у него как моральная ценность, важная для «устройства жизни», и как патриотический довод в борьбе за восстановление независимости родины (этому служит рассмотрение автором генезиса валахов в прямолинейной преемственной связи с романско-дакийским прошлым).

К. Контакузино содействовал изданию полного перевода Библии (Бухарест, 1688), который сыграл большую роль в формировании румынского литературного языка.

Георге Бранкович (1645—1711) создает «Хронику славян» на валашском и сербском (расширенный вариант) языках. В ней рассказывается о битвах с турками и содержится призыв к общему выступлению народов против османского владычества (автор ратовал за это и в Москве, куда ездил в 1668 г. вместе со своим братом, трансильванским митрополитом). Бранкович привлекает не только письменные источники, но и народные предания. Описания бытового, сатирического, комического характера сочетаются с высоким, патетическим слогом. Среди трансильванских валахов, вошедших в орбиту венгерского Возрождения, первые признаки ренессансной образованности дают о себе знать уже в XVI в. Известный венгерский гуманист Николай Олах, друг Эразма Роттердамского, был по происхождению валах.

Одним из первых валашских поэтов в Трансильвании был Михаил Галич (ум. ок. 1712). Сохранилась его «Ода», посвященная ученому другу Франчиску Папаю (1674). Ряд переводов и поучительных книг религиозной тематики публикует Ион Зоба.

В XVII в. народное творчество Молдавии и Валахии обогащается новым эпическим циклом: героико-эпическими песнями о народных мстителях — гайдуках, борцах против иноземного и феодального гнета (Михул, Корбя, Бадуил и др.). Народная эпика отражала социальные противоречия эпохи и сплачивала народ в его борьбе. Народные предания и песни начинают упоминаться в летописях — историографы придавали им значение исторических источников. В Трансильвании осуществляются первые записи валашских песен (Михаил Галич-старший, ок. 1660) и танцевальных мелодий (Иоан Кайони «De natione Valachus», 1652).

Об изобличительном характере народной сатиры говорят соответствующие статьи законов середины XVII в., которые предусматривали суровые кары авторам и распространителям памфлетов, высмеивающих злоупотребления власть имущих.

В развитии стихосложения размер народных песен играл решающую роль. На основе фольклорных размеров складывалось силлабо-тоническое стихосложение.

В XVII в. в Молдавии и Валахии переводятся средневековые романы, такие, как «Александрия», «Варлаам и Иоасаф» и др. Предназначенные для распространения в народных массах, они пользуются огромной популярностью, обогащая новыми темами восточнороманский фольклор и оказывая впоследствии воздействие на развитие повествовательных жанров в литературе

Tema 15 Культура XVII века. ( 2 часа)

1. Механистическая картина мира

2. Научная революция

3. Промышленный переворот

4. Контрреформации на движение Реформации.

1. Механистическая картина мира

Результатом Реформации стало ограничение всевластия католической церкви и формирование нового типа личности, основанного на протестантской этике. Вместо сложной иерархии института церкви, системы культов и обрядов протестантизм утвердил необходимость одной только личной веры, непосредственно связывающей человека с Богом, и личного усилия, активизирующего божественный промысел в мирских делах. Таким образом, религиозное освобождение, реализованное в отказе от посредников между богом и людьми в лице церкви, узурпирующей право непосредственного общения с богом, подготовило личностное социальное освобождение при полном божественном соучастии индивидуума в божественной благодати.

Усердно выполненная обычная мирская работа, составляющая одно из множества дел и служений устроенного Богом миропорядка как слаженно и гармонично работающего механизма, и есть «ритуал» и «культ» всеобщего священства мирян. Эти ценностные установки были созвучны духу капитализма и способствовали появлению человека буржуазного общества, самостоятельного, но ответственного в своих поступках; пред лицом универсального социального механизма понимающего, что он - автономная его часть, но настолько важная, что Универсум вне его добросовестного участия не сможет согласованно работать. Инструментом такого Универсума становятся различные социальные институты, ставшие залогом современной западной цивилизации, - рыночной экономики, гражданского общества, правового государства, цивилизованного образа жизни.