Часть 2. Социальная стратификация и социальная мобильность

Глава 5. Основные вехи становления теории социального неравенства

ция в обществе с рыночными отношениями, но существующая вне капиталистических средств производства.

Однако, следуя аргументам упоминавшегося выше Голд-торпа, применение схемы Райта для анализа современных ка­питалистических обществ в таком прямом виде вполне логич­но приведет к тому, что чрезвычайно большая группа занятого населения будет отнесена к массовой группе эксплуатируемых. Таким образом, возникает проблема размещения средних сло­ев — людей, которые не обладают собственностью на средства производства и потому вынуждены продавать свою способ­ность к труду, но при этом не являются частью рабочего класса как такового, а также всех тех индивидов, чьи трудовые усилия не оплачиваются капиталистами.

Идейное расширение взглядов К. Маркса, предложенное Э.О. Райтом и позволяющее более точно описать характер диф­ференциации в современном обществе, заключается в том, что эксплуатация обусловлена не только неравенством во владении средствами производства, но и различиями в степени владения организационными и квалификационными активами, а также степенью автономности труда.

Первый из предложенных им дополнительных критериев классовой позиции — участие в управлении (англ, relation to authority) — включает контроль чужого труда, а также контроль над денежным и материальным капиталом. Сочетание макси­мумов этих видов контроля в совокупности с собственностью на средства производства исчерпывающе характеризует клас­совую ситуацию буржуазии.

В то же время критерий участия в управлении позволяет Райту объяснить классовую позицию менеджеров и управля­ющих разного уровня, суть которой заключается в осущест­влении управления, делегированного им капиталистами для контроля за производственным процессом. Из этого следует противоречивость их положения в системе классовых отно­шений, т.е. они одновременно могут быть рассмотрены в ка­честве представителей как класса капиталистов, так и класса рабочих. В первом случае их близость обоснована осуществле­нием функции господства над рабочими (контроля чужого тру­да), во втором случае они так же являются контролируемыми

188

и эксплуатируемыми капиталистами в процессе производства. Таким образом, чем более высокое положение управляющий занимает во властной иерархии, тем ближе его интересы к ин­тересам собственников, и наоборот.

Еще одним измерением классовой позиции работников яв­ляется уровень квалификации (англ, credentials) как интеграль­ная характеристика, отражающая обладание специальными уме­ниями и знаниями и определяющая специфический вид власти. Этот критерий позволяет выделить классовую позицию профес­сионалов (экспертов, специалистов). Умения, по Райту, явля­ются «неотчуждаемым» ресурсом по сравнению с «отчуждаемой собственностью (средствами производства)». Такие очевидные различия в ресурсах способны формировать две альтернативные системы эксплуатации: одна основана на «капитале», другая — на «квалификации». Райт отмечает, что местоположение про­фессионалов, обладающих знаниями и дипломами, также как и управленцев, является двойственным, близким одновременно как собственникам, так и рабочему классу.

В общем виде концептуализация классовых ситуаций, пред­ложенная Райтом, представлена в рис. 5.1 [Wright, 1997, р. 25].

Введение дополнительных критериев эксплуатации позво­лило Райту, в частности, «вписать» в свою схему так называемые средние классы, которые занимают промежуточные позиции между традиционными классами капиталистов и рабочих. Так, на основании неравенства в степени автономности труда в схеме нашлось место традиционному среднему классу, т.е. мелкобур­жуазным собственникам, которые, с одной стороны, выступают либо как наниматели, либо как работники, занятые индивиду­альной трудовой деятельностью, а с другой — не относятся к числу крупнокапиталистических собственников, чьи решения зачастую имеют далеко идущие последствия, если вовсе не идут вразрез с интересами мелкой собственности. Схожая логика имеет место при объяснении противоречивости классовой пози­ции профессионалов и менеджеров, или представителей нового среднего класса. Неравенство во владении специальными навы­ками, с одной стороны, определяет относительное сходство их интересов с интересами собственников, а с другой — ставит их в положение все тех же наемных работников.

189

Рис. 5.1. Классовая схема по Э.О. Райту

Резюмируя сказанное, можно утверждать, что различия в подходах Дж. Голдторпа и Э.О. Райта сводятся к различиям в акцентах, которые каждый из этих исследователей расставляет над ключевыми критериями, определяющими классовую ситу­ацию. Так, следуя традиции рассуждений, идущей от М. Вебера, Голдторп в центр внимания выносит рынок как главный меха­низм, регулирующий социально-экономические отношения и размещение индивидов в системе социально-экономических позиций. Собственность (отношение к средствам производ­ства) рассматривается им как важный, но не решающий крите­рий позиции на рынке труда. С другой стороны, Э.О. Райт, раз­вивающий марксистскую идею противоположности интересов в обществе как основы социальных отношений, утверждает, что именно критерий обладания собственностью или, более точно, критерий сравнительной отдаленности/близости людей к классу собственников (по степени их участия в управлении или степени обладания специфическими знаниями и навыка­ми), является главным детерминирующим фактором их соци­ального и экономического положения.

Тем не менее, несмотря на концептуальные различия в схемах Э.О. Райта и Дж. Голдторпа, есть основания полагать, что в запад­ном научном сообществе происходит определенное сближение позиций по части раскрытия реальных социальных неравенств и отображающих их иерархических конструкций, поскольку так или иначе обе эти конструкции отражают принципы социально­го членения в соответствии с логикой воспроизводства современ­ных капиталистических обществ, конститутивными элементами которых являются рынок и институт частной собственности.

Предложенные этими социологами конструкции впол­не справедливо могут считаться флагманами каждой из пе­речисленных традиций. Тем не менее справедливости ради стоит отметить, что наибольшей популярностью в практике эмпирических исследований сегодня пользуется интерпрета­ция классов на основе схемы Голдторпа. Это подтверждается тем, что его концептуальные разработки, помимо оригиналь­ной и повсеместно применяемой классификации Эриксона— Голдторпа— Портокареро (EGP), не только были использова­ны при создании социально-экономической классификации Британского бюро национальной статистики — NS-SeC [Rose, Pevalin, 2005]), но и легли в основу при разработке Европейской

191