Часть 2. Социальная стратификация и социальная мобильность

изменения. Они выступают как потенциальный фактор изме­нений, хотя и с совершенно непредсказуемым характером дей­ствий. Так считает, например, Ульрих Бек [Бек, 2000].

Увы, несмотря на сильное влияние на профессиональную среду и несомненный и оправданный имидж блистательных интеллектуалов, по мнению специалистов по проблемам соци­ального неравенства, ни один из постмодернистов не предло­жил и не в состоянии был предложить сколь-либо «грандиоз­ную теорию», способную заменить «дискредитировавший себя марксизм» или веберианство. Концепции высоких теорети­ков постмодернизма в весьма слабой степени подтверждались жизненными фактами даже по отношению к самым развитым странам мира. Тем более, они никак не отражали реалий за пределами «золотого миллиарда».

По-видимому, гораздо ближе к жизненным реалиям, чем концепции постмодернистов, теоретические конструкты блис­тательного знатока современного мира, к тому же проведшего грандиозные эмпирические исследования в десятках стран —' от США и Франции до России и Китая, М. Кастельса. Ниже приведены в реферативной форме некоторые его суждения.

М. Кастельс выявил, что в современной глобальной эко­номике усиливается фрагментация работников на информа-циональную и численно доминирующую родовую рабочую силу, происходит размывание среднего класса. Показателем, сигнализирующим о новых тенденциях развития глобальных социально-экономических отношений, является процесс воз­растания социального статуса и доли в национальных богат­ствах соответствующих стран чрезвычайно узкого, можно ска­зать, элитарного слоя высокоэффективных работников. Это люди, занятые в сферах soft-tech и high-tech, в сфере производ­ственных услуг (банковских, финансовых, страховых и т.д.), в сфере СМИ. Поскольку инновация есть основной источник производительности, знания и информация суть главные ма­териалы нового производственного процесса, а образование есть ключевое качество труда, то новые производители в ин-формациональном капитализме суть те создатели знания и об­работчики информации, чей вклад наиболее ценен для фирмы, региона и национальной экономики. Эта категория информа-

120

Глава 4. Типы стратификации в истории человечества

циональных производителей включает очень большую группу менеджеров, профессионалов и техников, которые образуют в итоге «коллективного работника». Для них характерен высо­чайший уровень жизни, высокий престиж и т.д. По предполо­жению Кастельса, в странах OECD они смогут составить око­ло трети всего занятого населения. Эти новые группы нового среднего класса обладают специфическими функциями в со­временном обществе и экономике. Кастельс оправданно име­нует их информациональными производителями.

Большинство других работников могут принадлежать к категории родовой рабочей силы, потенциально заменимой машинами или другими членами родовой рабочей силы. Они нуждаются в информациональных производителях для защиты своих позиций при заключении контрактов. Но последние не нуждаются в них: это фундаментальный раскол в информацио-нальном капитализме, ведущий к постепенному растворению остатков классовой солидарности индустриального общества.

Для новых поколений эры, наступившей после конца го­сударства всеобщего благосостояния, те люди, которые не мо­гут следовать требованиям времени и постоянно модернизиро­вать свою квалификацию, выпадают из конкурентной борьбы, цепляются за свои позиции в ожидании следующего раунда «уменьшения размера» того самого сжимающегося среднего слоя, который был опорой развитых капиталистических об­ществ в течение индустриальной эры. Их ценность как работ­ников и потребителей исчерпана, а их значимость как людей игнорируется. Таким образом, процесс социального исклю­чения не только влияет на «действительно обездоленных», но и на людей и на социальные категории, что строили свою жизнь в постоянной борьбе за возможность избежать падения вниз на стигматизированное дно, в мир люмпенизированной рабочей силы и социально недееспособных людей.

На смену прежнему социальному разделению в составе на­емных работников между новым средним классом и рабочим классом приходит социальный разлом между информациональ-ной современной рабочей силой, воплощенной в элитной части нового среднего класса, и основной массой национальных отря­дов рабочей силы — родовой рабочей силы. Эти новые процессы пока еще практически не отражены в исследованиях.

121