Глава 14. Средние слои: на пути к информационалъному среднему классу?

напряженно в провинции. «С милицией лучше не работать, когда силовые органы говорят: "Окажите нам услугу, мы же вас защищаем" — это неправильно»; «Сегодня милицейская кры­ша, крыша силовых структур более страшная, чем бандитская крыша, так как там более ненасытные люди и играют совсем по другим правилам. Безопасней всего не сталкиваться ни с теми, ни с другими»; «Быть в безопасности — значит не сталкиваться с государственными органами». В результате обычной стала прак­тика силового захвата предприятий у их законных владельцев. В современной России происходит институционализация по­лулегальных поведенческих практик по отъему собственности у конкурентов среди средних и крупных собственников. Прежние примитивные практики силового предпринимательства отнюдь не упраздняются, а, наоборот, приобретают более изощренные, более сложные формы, такие как рейдерство, когда силовые ме­тоды борьбы заменяются привлечением высокопрофессиональ­ных специалистов (юристы, консультанты, чиновники и т.д.) [Волков, 2005; Анисимов, 2007; Киреев, 2007].

Особенно остро стоит вопрос о действии в России институ­та несостоятельности. Основное его назначение — обеспечение предсказуемого распределения рисков для инвесторов. Хотя с конца 1992 г. был последовательно принят ряд федеральных за­конов о несостоятельности (банкротстве), последствия их дей­ствия не сняли проблемы захвата благополучных предприятий у эффективных собственников. Поэтому значительная часть банкротств будет по-прежнему отрицательно влиять на эконо­мическое развитие страны. (Этот вопрос специально исследо­ван рядом авторов, см., в частности: [Анисимов, 2007].)

В этих условиях сохраняются и реализуются возможности проводить коррупционные сделки, поскольку административ­ные барьеры для осуществления законопослушного предпри­нимательства практически непреодолимы для малого и средне­го бизнеса, особенно в секторах новой, прежде всего информа­ционной, экономики, где высок удельный вес нуждающегося в поддержке венчурного бизнеса. Отсюда не случаен незначи­тельный удельный вес малого и среднего предпринимательства в экономике России, а главное — отсутствие какого-либо роста его доли и роли. Защищены, но не законодательством, а не-

467

Часть 3. Тип общества и характер неравенства в России

формальной практикой, прямой связью с правительством и ад­министрацией президента только крупнейшие собственники, федеральные и межрегиональные олигархи.

В этих условиях значительная часть бизнеса не выходит из тени. Данные из интервью, проведенных нами, подтверждают вынужденность пребывания бизнеса в тени: «Нам (предпри­нимателям) не выгодно работать в тени, так как без финансо­вой прозрачности трудно найти дополнительные источники инвестиций»; «Уход предпринимателей в тень — это следствие ошибок в экономической политике государства»; «Я делаю все, чтобы не показать, сколько у меня на самом деле денег. Из тени не выходим. А нахождение в тени ставит всех предпри­нимателей в положение угрозы постоянной, что что-то такое может произойти, что ты что-то не так платишь и так далее»; «Что касается государственной политики, то надо убрать чи­новничий рэкет, потому что я не могу ничего сделать, не при­платив чиновнику».

Правда, по данным «Опоры России», наметилась тенден­ция к легализации малого бизнеса: так, в период 2003-2007 гг., т.е. за четыре года, доля находящихся в тени предприятий снизилась с более чем 50% до примерно 30%. Больше малых предприятий стало обращаться за кредитами в банки. Почти вдвое сократилось число лицензируемых видов деятельности. Но в целом положение предпринимателей остается сложным и неблагоприятным. По сведениям из того же источника, за последние годы, несмотря на просьбы бизнес-организаций внести в законодательство положение об ответственности на­логовиков за злоупотребления при осуществлении функций финансового контроля, права этих органов расширены, а про­извол и коррупция со стороны должностных лиц, «налоговый терроризм» усилились. По-прежнему нет четких и прозрачных правил игры, сохраняется усложненный учет и отчетность. В случае конфликта с представителями власти шансы малого предпринимателя защитить себя в суде ничтожны. По данным совместного исследования «Опоры России» и ВЦИОМ, не­производственные издержки предпринимателей составили в 2005 г. 8,5%, в 2006 г. — 9,6%. Взятки чиновникам, по опросу Российского делового портала в 2007 г., давали неоднократно 30%, «приходилось» — 46%. Неудивительна итоговая оценка

468