Глава 14. Средние слои: на пути к информациональному среднему классу?

класс обладает собственностью на средства производства, то новый средний класс — человеческим и культурным капита­лами, властными полномочиями. Последние делают его носи­телей сравнительно независимыми, активными участниками гражданских отношений.

Говорить о современном среднем классе обычно принято применительно ко второму типу «средних». Поэтому рассужде­ние некоторых российских социологов и идеологов относи­тельно того, что у нас в стране возник особый средний класс, который выделяется, скажем, по показателям уровня жизни, стилю жизни, представляется неоправданным, поскольку это есть оправдание отсталости и пути в никуда.

Итак, чтобы правильно осмыслить проблему среднего класса, необходим функциональный подход, т.е. выяснение его функций в обществе, а не дескриптивный — с оценивани­ем по уровню, качеству, стилю жизни и т.д., т.е. по позициям в сфере потребления. Новый средний класс несет креативно-продуктивные функции, его ядро образуют креаторы, инно-ваторы. Старый средний класс также выполняет общественно полезные функции в сервисном блоке экономики, без которых общество также не может существовать. Таким образом, функ­ционально это два разных средних класса.

Когда рассматривают функции и место в обществе старо­го среднего класса, то обычно и оправданно обращают вни­мание на его значение как потребителя, а также на его роль как стабилизатора социально-политических отношений. Но здесь недвусмысленно возникает вопрос об устойчивости это­го социального образования. Малейшие колебания рыночной конъюнктуры, снижение цен на продукцию сырьевых отрас­лей приводят к сжатию численности этих старых средних, к их маргинализации.

Что же касается нового среднего класса, то он также не лишен здорового консерватизма, не склонен к общественным потрясениям и выполняет не только роль стабилизатора, но и роль (функцию) укрепления в обществе интегративных про­цессов и ведущего актора в деле становления и развития соци­ального партнерства. Кроме того, он обычно принимает и за­дает образцы (модели) потребительского поведения. В основе

459

Часть 3. Тип общества и характер неравенства в России

его относительной устойчивости — институт профессий, через который воспроизводятся человеческий, культурный и соци­альный капиталы и профессионалов, и менеджеров.

Однако ключевая социально-экономическая проблема состоит в том, что для общества, основанного на сырьевой эко­номике, не нужен средний класс, образующий большинство населения страны и занятый инновационно ориентированной деятельностью. Сторонники оптимистической оценки прове­денных в России реформ вопрос о «качестве» нашего средне­го класса не обходят. Они просто вносят своеобразную струю в оценку, говоря о том, что у нас есть свой специфический средний класс, не такой, как на Западе. Определяющими они считают такие показатели, как доходы, накопленное имуще­ство, характер досуговой и рекреационной деятельности и т.д. Вправе наши коллеги так рассуждать? Конечно, почему бы и нет. Это их точка зрения.

Обратим внимание на те процессы в жизни нашей стра­ны, которые все чаще именуются некоторыми обществове­дами, особенно политологами, как процессы «саудовизации» России. Указанные процессы существенно преобразили состав средних слоев. Это ведь не только и не столько старый средний класс (в другой терминологии — мелкая буржуазия). Старый средний класс характеризуется как наличием частной соб­ственности, так и продуктивной деятельностью в добывающих и трансформационных отраслях экономики, в бытовых, рас­пределительных и социальных услугах. Но это и не традицион­ный (в «западном стиле») новый средний класс.

Учитывая реальное состояние нашей экономики, где основным формирующим ВВП компонентом выступают сы­рьевые отрасли, мы получаем весьма специфический средний класс. Наблюдения, интервью и приводимые в прессе не всегда надежные, но тем не менее близкие к истине данные показыва­ют опережающий рост в составе срединных групп (если брать уровень жизни, включая как доходы, так и наличие движимо­го и недвижимого имущества) работников частной охраны, прислуги, работников сервиса, специализирующихся на бо­гатой клиентуре, и т.д. Так, профессор Б. Ключников оцени­вал в 2005 г. численность частных охранников в 1 млн человек

460