Вопрос 20. Споры в древней Церкви о возможности второго покаяния. Разряды кающихся и совершение таинства Покаяния в древней Церкви. Происхождение тайной исповеди.

Для первохристианской  Цер­кви  святость была мерой жизни каждого христианина, она была нормой церковности. Увеличение числа христиан приводит к некоторому упадку, к пониже­нию духовного уровня, к ухудшению нравственного состояния  Церкви . Лишь в середине II в. вводится второе покаяние – возможность возвращения в Церковь отлученного от нее грешника, вос­становление силы крещения, утерянной в отпадении. Следы этих споров о покаянии,  о   возможности , допустимости покаяния  после крещения находим уже в «Пастыре Ерма». Автор одного творения первой половины II века высказывается за так называемое «второе покаяние», т. е. покаяние после крещения. Однако многие христиане не выдерживают этого реализма  Церкви. Оно казалось им изменой. Именно в этом искушении сле­дует искать корни монтанизма. Монтанизм был основан во второй половине II в. фригийцем (Малая Азия) Монтаном с двумя «пророчицами» Прискиллой и Максимиллой. Монтан отвергал иерархическую структуру Церкви и утверждал, что руководство в ней долж­но принадлежать особым вдохновенным пророкам («харизматикам»). Ос­нователь секты проповедовал в состоянии экстаза, выдавая откровения, исходящие от «Параклита» (Утешителя). Сама форма пророчеств была не­привычна для многих христиан: Монтан проповедовал не в третьем лице, как библейские пророки, а в первом – как будто через него говорил Сам Святой Дух, используя уста пророка как инструмент. В наше время учение такого же толка – Богородичный центр. ^ Смысл монтанизма был таков: откровение продолжается, Второй За­вет с Сыном еще не полный и не окончательный, лишь в последнем Богоот­кровении – в пришествии Святого Духа – завершается спасение. Новое пророчество, новое откровение, Третий Завет посланы Богом через Монта­на и двух пророчиц. Монтан объявил себя воплощением Параклита. Любое противоречие Монтану, Прискилле или Максимилле объявлялось хулой на Святого Духа. Это лжеучение явилось своеобразным протестом против некоторого снижения духовного уровня христиан к концу II века. Монтанисты придерживались самых ригористических нравственных норм: от своих последователей они требовали строгого аскетизма, отказа от брака, от употребления мясного, и активного стремления к вольному мученичеству, ибо конец должен скоро наступить. Во время гонений монтанисты заповедовали всеми силами стремиться к получению мученических венцов: если же случалось кому отпасть от  Церкви , то таких они положительно запрещали принимать обратно в общение с Церковью. Все, впавшие в тяжкие грехи, напр., убийцы, прелюбодеи и т.п. грешники, по мнению монтанистов, также не должны приниматься в Церковь, если бы они даже и раскаялись. ^ Тертуллиан (155-220), увлеченный строгими правилами жизни монтанистов и сделавшийся сам монтанистом, облек даже монтанистическое учение в систему. Его уход из  Церкви  также был связан с распространением обычая  вто­рого   покаяния , против которого Тертуллиан стал в конце концов выступать, хотя ранее и допускал его.  Таинство  покаяния  в первенствующей  Церкви  совершалось так же, как и в настоящее время, через устное исповедание грехов перед иерархическими лицами, получившими власть вязать и решить. Во II и III вв. кроме частного  покаяния , употреблялось покаяние публичное при совершении одного из смертных грехов: отступничество от веры, убийство и блуд.  По поводу вопросов о принятии падших в церковное общение, в церквах Карфагенской и Римской в III в. образовалось два раскола. В карфагенском расколе Новата и Фелициссима выразилось противодействие строгости этой  церкви  по отношению к падшим, а в Римском расколе Новациана, наоборот, противодействие благосклонному отношению Римской  церкви  к падшим. ^ Новат, недовольный личность нового Карфагенского епископа Киприана, собрал вокруг себя партию. Затем без ведома и против воли Киприана поставил Фелициссима диаконом. Находясь вдали от паствы, Киприан смягчил свою позицию относительно прощения отпадших. Фелициссим, пользуясь отсутствием Киприана, вместе с исповедниками, которые весьма почитались народом, начали принимать падших в Церковь. Исповедники утверждали, что только они имеют на это право. Киприан воспротивился этому, утверждая, что лишь епископы имеют власть диктовать условия возвращения падших в Церковь. По возвращении Киприана в 251 г. Карфагенский Собор африканских епископов лишил Новата и Фелициссима церковного общения и по­становил «падших исцелять и врачевать средствами  покаяния ». Раскольники же решили избрать своего Карфагенского епископа и незаконным путем рукоположили Фортуната. Но т.к. как на стороне Киприана были почти все африканские епископы, и за него стояла и Римская церковь, то этот раскол не смог усилиться и в IV в. его уже не было. В ^ Римской  Церкви  почти одновременно с Карфагенской возник раскол Новациана, Причиной послужило избрание в 251 г. Римским епископом Корнелия, смотревшего на принятие в Церковь падших благосклонно. Новациан, приверженец монтанистических взглядов относительно падших, протесто­вал против того, чтобы воссоединять с Церковью не только падших, но и вообще всех тех, кто вновь согрешил после первого  покаяния  (крещения), ибо через общение с грешниками Церковь, полагал он, оскверняется и перестает быть святой. Раскол Новациана просуществовал до VII в. Римским Со­бором (251 г.) было единодушно принято опреде­ление Карфагенского Собора по поводу принятия падших. Так был восстановлен мир в  Церкви  и особо регламен­тировано публичное покаяние. Были образованы четыре разряда кающихся: 

……………………

Главнейшая часть таинства Покаяния – исповедь была известна христианам уже во времена апостолов, о чем свидетельствует книга Деяний апостольских (19, 18): «Многие же из уверовавших приходили, исповедуя и открывая дела свои». В древней. Церкви в зависимости от обстоятельств исповедание грехов бывало или тайное, или открытое, публичное. К публичному покаянию призывались те христиане, которые своими грехами производили – соблазн в Церкви.

В древности кающиеся разделялись на четыре разряда.

1. Плачущие, не смели входить в церковь и со слезами просили молитв у проходящих;

2. Слушающие, стояли в притворе и подходили под руку благословляющего епископа вместе с готовящимися ко Крещению и с ними удалялись из храма;

3. Припадающие стояли в самом храме, но в задней его части, и участвовали с верными в молитвах о кающихся, падши ниц. По окончании этих молитв они, преклонив колени, получали благословение епископа и удалялись из храма.

4. Купностоящие – стояли вместе с верными до конца литургии, но не приступали к Святым Дарам.

В продолжение всего времени, назначенного кающимся для исполнения наложенной на них епитимий, Церковь возносила за них молитвы в храме между Литургией оглашенных и Литургией верных. Эти молитвы и составляют в наше время основу чинопоследования Покаяния. Это таинство, которое называют вторым крещением, теперь, как правило, предшествует таинству Причащения Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа, очищая душу причастника.

…………………………………..

Публичное покаяние практиковалось в Церкви до конца IV века когда при Константинопольском патриархе Нектарии была отменена должность пресвитера-духовника. Вслед за этим постепенна упразднились степени покаяния и обряды, которыми сопровождалось принятие в число публично кающихся. К концу IX века публичная исповедь окончательно исчезает и заменяется тайной. Это произошло потому, что общественная исповедь, столь благотворная в древние времена, когда строгость нравов и ревность к благочестию были всеобщими, постепенно стала тягостной для христиан последующих веков. Многие стали избегать ее из-за стыда или скрывали свои грехи. Кроме того, грехи, открываемые всенародно, могли послужить соблазном для нестойких духом, и врачевство одних обратилось бы погибельным ядом для других. Во избежание этой опасности и была введена тайная исповедь, которая в основных своих формах существует и по сей день.

Однако с IV века эта исключительно экклезиоцентричная практика стала исчезать, чтобы со временем повсеместно возобладала «тайная исповедь», в связи с чем появился институт исповедующего духовенства. Нужно сказать, что это имело место и раньше, но было явлением редким и «неуставным», и только с этого времени (то есть с IV века) и позже приобрело официальный характер, хотя и не без противодействий. Публичная исповедь, по крайней мере на Востоке, заменилась тайной, но не по причине «произвола духовенства», как многими утверждается. Это случилось по некоторым другим, общего характера, причинам: а) политическая власть в ту эпоху была уже христианской и наказывала определенные согрешения (закон смертной казни по отношению к прелюбодеям и т. п.), которые, следовательно, не должны были становиться известными публично; б) с момента, когда христианство стало официальной религией и гонения прекратились, публичная исповедь стала невозможной по причине большого числа христиан и одновременно потеряла свою глубину, потому Церковь была вынуждена таким способом подчеркнуть значение внутреннего покаяния, которое предшествует по своей важности. Необходимо, однако, заметить, что и в этом случае таинство никогда не теряло своего экклезиологического характера, то есть оно продолжало представлять собой действие примирения верующего с Церковью, которую представляет исповедующий священник. Другими словами, верующему не просто прощались личные грехи, но он возвращался в Церковь, в которой только и возможно спасение.