Становление государственно-политических институтов

Идеал государственного устройства в исламе — теократия, т. е. государство, основанное на религиозном праве (шариат) и объединяющее политическую и духов­ную власть в руках религиозных вождей.

Коран не содержит точных указаний о принципах строительства исламского госу­дарства. Согласно ему, высшая власть принадлежит Богу, посланник которого Му­хаммад был призван служить проводником воли Всевышнего на земле. В основу по­ложен стих (айат) Корана: «Верующие! Повинуйтесь Аллаху, повинуйтесь Послан­нику сему и обладателям власти среди вас» (Коран, IV, 62). Категория «обладателей власти» включала единого лидера — имама-халифа, а также законоведов-факихов, судей-кади и военачальников, вождей борьбы за веру — джихада.

Проблема управления уммой впервые нашла отражение в «мединских сурах» Ко­рана, составивших основу так называемой Мединской конституции, которая регла­ментировала отношения как внутри, так и за пределами ранней мусульманской общи­ны.

Идея халифата и халифа как заместителя Мухаммада возникла лишь с вопросом о наследовании власти. Основанный на родовом праве принцип избрания халифа предусматривал реализацию права общины-улшы избрать вождя на собрании совета {маджлис аш-шура). Этот традиционный подход был применен при избрании первых преемников Мухаммада, вошедших в историю как «праведные халифы».

Наиболее авторитетным источником по государственному праву в суннизме, объединившем большинство мусульман, стало сочинение аль-Маварди (974-1058) по теории духовной и светской власти в исламе. Согласно аль-Маварди, халифат был установлен Богом, а халиф призван объединить в своем лице власть духовную — имамат, и политическую — эмират. Халиф должен иметь безупречную нравствен­ную репутацию, необходимые знания в области богословия и права, быть здоровым телом и духом, иметь благоразумие, обязательное для управления государством. Важ­ное условие избрания халифа — его курайшитское происхождение, т. е. родство с Пророком. Халиф должен избираться советом (аш-шура) с согласия общины (умма), либо же по назначению самим халифом своего преемника (истихлаф).

История исламской государственности продемонстрировала неуклонное расшире­ние пропасти между теократическими идеалами и политическими реалиями. Уже в эпоху Омейядов (660-750 гг.) халифат становится во многом светским государством; при Аббасидах (750-1258 гг.) теоретически выборная власть халифа также становится фактически наследственной. Занявшие Багдад иранские эмиры Бунды (945 г.), а затем тюркские султаны Сельджукиды (с 1055 г.), признавая духовное лидерство Аббасид- ского халифа — «повелителя правоверных» (амир ал-муминин), «освобождают» его от забот светской власти.

Очередная попытка объединения духовной и светской власти — полномочий ха­лифа и султана — была предпринята на мусульманском Ближнем Востоке в рамках Османской империи (XV - начало XX в.). Несмотря на то, что право Османов на ха­лифат не раз подвергалось критике в мире ислама, их халифат был окончательно упразднен лишь с низложением последнего султана Абд ал-Маджида II в 1924 г.

Раскол между нормами шариатской теократии и политикой углублялся на протя­жении всей истории ислама. На преодоление его в разные эпохи были направлены вы­ступления мусульманских фундаменталистов, в т. ч. их крайних группировок, напри­мер, ваххабитов, преследовавших цель возврата к истокам первоначального ислама и к практике классической мусульманской государственности.

Становление независимых государств на Ближнем и Среднем Востоке определило место шариата в институтах власти в XX в. В странах, сохраняющих приверженность теократии, шариат остается фундаментом государственной правовой системы (Ислам­ская Республика Иран, Королевство Саудовская Аравия, ряд других стран Аравийско­го полуострова). Между тем в большинстве мусульманских стран нормы шариата сегодня соседствуют с заимствованными на западе элементами британского законода­тельства или, например, Гражданского кодекса Наполеона.