Глава 8. Защита города (Dark Reality)

Я очнулся уже на улицах города. На носилках. Меня мутило. Хотелось блевать. Все красное, будто по глазам разлита кровь. Слышались переговоры спецназовцев, но еле-еле, будто через звуковую завесу. Слышалось чье-то глухое прерывистое дыхание. Мое? В небе закручивался вихрь, красный, как глаз бешеной собаки. Плясали молнии. Шел дождь. Грохот взрывов не прекращался ни на минуту. Война? Вдруг вспышка совсем рядом. Крики. Грохот. Зрение опять потухло. Опять я в ауте…

Темнота. Слышится голос Пророка: «Тебе еще рано уходить. Твоя цель еще не достигнута. Келимберн Лориэн! Твой час пробил» И удаляющиеся тяжелые шаги.

Толчок в грудь. Еще один. Электрические заряды бьют в сердце. Мои глаза открываются.

…он не дышит. Передайте мне еще один зажим. Быстрее. Хорошо…

…Господи, он истечет кровью! Заряд! …

…Что происходит. Его пульс! Он жив! Он все еще жив. Но он ведь уже умер! …

… Пульс есть. Стабильный! Мы его спасли. Спасибо всем за помощь…

…доктор Тон, пройдемте за мной, у нас еще один раненый, с ожогами…

…Останьтесь с ним, Эллис…

Боль поглотила меня. Я провалился во тьму. Я не знал, где нахожусь. Кажется, что я умер. Вдруг свет. Прямо в глаза. Прямо в лицо. Боль. Нестерпимая боль. Мой оглушительный крик.

Не знаю, сколько прошло времени, пока я лежал на койке без движения, но через некоторое время после операции я все-таки пришел в сознание. Я проснулся на больничной койке Центрального госпиталя. За окном все еще идет дождь. И слышен гром. Зеленые молнии пронзают округу. Уже ночь. Рядом сидит спящая медсестра. И она не проснулась от моего крика? Или я не кричал? Я не понимал, что делаю, но отцепил от себя капельницу и отключил приборы. Посмотрел в зеркало, висевшее на стене рядом. Господи боже, что это? Это я? Все тело выглядит нормально, кроме пары синяков в районе легких, пары небольших ожогов и порезов, но голова вся перебинтована. Перевязь вся в крови. И кровь продолжает капать. В меня попали. В голову. То ли осколком, то ли пулей, то ли еще чем…

Я слез с больничной койки. Взял с полки военную форму какого-то солдата по фамилии Ракит, видимо, не пережившего операцию и умершего, надел на себя, забрал свой паспорт из моей разорванной старой одежды, и тихо вышел в шумный коридор, стараясь не разбудить медсестру. Кажется, ее зовут Эллис. Я оказался в шумной толчее. Здесь всюду шныряли доктора, хирурги, психологи. Всюду были раненые. Некоторые умирали. У одного из находившихся на носилках человека отсутствовала нижняя часть тела, как будто ее отгрызли. Он явно уже умер, и о нем все забыли. Я направился к выходу. Никто в этой суете не обращал на меня внимания. Мне же лучше выйду отсюда и найду Гвина и Джейка. Тупая мысль – как я найду их в этом огромном городе, если даже не знаю, где они. Я вышел из здания больницы и направился на выход с ее территории. Там дежурил взвод солдат. На эмблеме на плече было написано: «Войска Быстрого Реагирования». Быстро же они среагировали. Город наводнен монстрами, а они здесь стоят и расслабляются. То, что они расположились здесь не просто так, дошло до меня почти сразу. В луч прожектора, установленного на крыше, попала огромная тень. Вмиг на территорию, перемахнув через ограду, перемахнуло что-то, похожее на гигантскую стрекозу. Солдаты открыли по ней огонь. Через мгновение «стрекоз» прилетело еще штук шесть. Да уж. Монстры загнали людей в госпитали и дома, которые охраняются. Иначе таинственный Альянс пришел бы уже на готовенькое – пустой город. Добро пожаловать, мать их…

Я подошел к солдатам. Спросил, что творится в городе. И не услышал ничего утешительного – уличные бои развернулись почти повсеместно в городе. В других городах творится то же самое, что и здесь, но в меньших масштабах. А сельская местность вообще превратилась в неконтролируемый ад. Сейчас солдат со всего округа стягивают в столицу. Как и переселяют сюда местных жителей из ближайших городов. А из них формируют городское ополчение. Самый эпицентр активности пришельцев – это бывшая территория ГФХУ. Самые жаркие бои развернулись на Центральной улице, площади Свободы, проспекте Победы и к северу от парка Единства. Такая вот получилась из Альтермегана Преисподняя.

- Эй, сержант Ракит! – крикнул один из солдат, когда заметил, что я, отблагодарив их, ухожу с территории. Я сразу не понял, что он обращается ко мне. Но потом я все же вспомнил, чью форму надел.

- Чего? – спросил я.

- Серж! Вы действительно собираетесь с голыми руками и разбитой головой прогуляться по ночным улицам Альтермегана? – удивленно, но с некоторым нахальством, окликнул меня солдат, - Может это возьмете? – и кинул мне в руки пистолет. Я еле его поймал, - Если хотите еще немного на этом свете пожить! Доберитесь до Центра Защиты Населения и передайте, что нам нужны патроны. А то их почти не осталось. Там опасно, серж. Но я уверен, вы до туда доберетесь. И возьмите это! А то стрелять нечем будет, – солдат кинул мне три обоймы от пистолета. Я взял их, крикнул ему пару слов благодарности в ответ, повернулся к солдатам спиной, открыл подъездные ворота госпиталя и вышел, мой силуэт растворился в темноте погасшего обесточенного города, освещаемого пролетающим мимо вертолетом, пожарищами и вспышками зеленых молний, от которых остовы высоток и административных зданий выглядели еще более зловещими, чем просто в ночной темноте.

Вдалеке виднелась бьющая в бурую быстро крутящуюся воронку колонна темно-синей энергии. Эту Энергию в последствии не зря назвали Темной. Я поспешил побыстрее добраться отсюда до центра города – именно там и находится Центр Защиты Населения (ЦЗН). До туда от Центрального Госпиталя около получаса езды на трамвае, но теперь, в разрушенном и опасном ночном городе, путешествие может затянуться. Гром пугал. Нервы были напряжены до предела. Я зарядил пистолет. Это обычный пистолетик калибра 9мм, двенадцать патронов в магазине. Не очень мощный. И в воде не стреляет. На него даже бесполезный в моем положении глушитель нельзя навинтить. Но на это оружие можно положиться. Хм, странно, откуда я так много знаю про оружие? Ведь я его не так уж часто в руке держу…

Передернул затвор, патрон надежно встал на свое место. Теперь я вооружен. Порыскав в кармане куртки бывшего хозяина, я обнаружил там складной нож с длиной лезвия 15 сантиметров, двадцать единых (если кто-то забыл, то это валюта в Республике Сириуса) и паспорт вояки – сержанта Джэйева Ракита. Не повезло бедняге – такая внешность и такой конец. Я решил побыстрее добраться до ЦЗН, пока меня не съели агрессивные зверюшки из параллельного мира. Выбежал на улицу-Стрелку, и уже там меня заметила первая тварь – существо было небольшим, размером с крокодила, похожее на пятнистое зеленое земноводное с толстыми щупальцами на пасти. Его передние конечности были слабо развиты, так что твари приходилось при беге и ходьбе опираться только на задние лапы. Тварь сначала тупо уставилась на меня своими маленькими глазками-бусинками, потом забавно подпрыгнула. Громко пискнула и плюнула в меня зеленой жидкостью. Я успел отскочить за угол, и не напрасно – жидкость конечно же была кислотой. Кел великолепный, то есть, вы понимаете, о ком я говорю, сразу смекнул, что это существо (Кислотный Плевальщик? Я думаю, некоторые уже догадались, о ком речь… но все по порядку) вряд ли любезно разрешит ему пройти мимо, потому и, выглянув из-за стены, высадил в тварь пять пуль. Из ран Плевальщика потекла зеленая кровь, но явно тварь еще была жива, и незамедлительно ответила метким плевком. Угол дома, куда попала слюна, немного оплавился. Я выглянул еще раз, и высадил в тварь все оставшиеся в обойме патроны. Неэкономно. Переборщил. Явно достаточно было всего двух, но что же сделаешь, борьба за жизнь. Я перезарядил пистолет. В другую руку взял нож. И не зря. Из темного переулка на меня выскочила та же тварь, что и убила доктора Фриза – мозгосос хэдкраб. Вмиг хэдкраб превратился в шашлык – «хедкебаб». Я вытер нож об штанину. Хорошо хоть кровь у них не кислота. Я вышел на улицу и осмотрелся – вроде никого. Но в сумраке хаоса плохо видно. Ладно, будь что будет. Я вышел из укрытия и перебежками от одного разбитого автомобиля к другому начал передвигаться к перекрестку, где улица Стрелка пересекает проспект с трамвайными путями. Там я надеялся на более короткую дорогу к центру, чем путь по прямой. Вдруг там дом обвалился, открыв проход на другую улицу, или еще что-нибудь такое. Почти добравшись до перекрестка, я столкнулся с большим муравьем, точнее помесью муравья и еще какого-то существа. Тот отдирал дверь от автомобиля, пытаясь добраться до лакомого кусочка – умершего пассажира. Я решил ему помочь встретиться с потенциальной жертвой – отправил урода на тот свет шестью выстрелами. Перезарядил обойму. Лучше полная, чем половина. Дошел до светофора. На козырьке крыши неподалеку висела тварь-присоска. Парой метких выстрелов я сшиб и ее. Дозарядил обойму до полной оставшимися патронами. Осталось всего пятнадцать выстрелов. Главное – использовать их с максимальной пользой. На проспекте я встретился с еще одним представителем неместной фауны – уже знакомым мне по подземным комплексам ГФХУ пауком. Пристрелил и его. Осталось мало зарядов для пистолета. Всего то одна обойма. Все хуже и хуже. Неудивительно, что у солдат так быстро закончились патроны. С такой заселенностью тварями на квадратный метр нужен танк, а не автомат. И вдруг я увидел то, от чего у меня засеребрились глаза. В пятидесяти метрах от меня стояла совершенно новая спортивная машина белого цвета. Без единой царапинки. Вот это тачка. Дорогущая, сволочь… Вот это да… И как такая оказалась на улицах города без присмотра, да еще и не сломанная. Хозяин наверное с ума сошел. Я подбежал к автомобилю. Дверь открыта. Везуха. Я заглянул в салон. На кресле лежал мужик, хозяин автомобиля, с хэдкрабом вместо лица. Его одежда порвалась, салон немного забрызгало кровью. Грудная клетка бедняги обнажила ребра и внутренности, кости рук превратились в когти. Прям зомби какой-то. Я выкинул владельца дорогой машины на улицу. Тот упал, потом застонал. Я подумал, а не жив ли он. Верно! Жив. Только жизнью это уже не назовешь. Он тяжело поднялся с асфальта и ринулся на меня. Прогремело пять выстрелов. Тварь рухнула на пол, забрызгав дорогу адской смесью крови зеленой и алой. Мерзость. Три пули попали в живот скотине, еще две – в голову. Хедкраб глухо отлетел на асфальт, обнажая изуродованное лицо того, кто раньше был человеком…

Я вернулся в автомобиль. Ключи в зажигании. Вот это везуха – теперь налегке доберусь до ЦЗН. С ветерком прокачусь. Я закрыл дверь, повернул ключ. Раздалась слабая вибрация под капотом автомобиля. Мотор работает. Я нажал на педаль газа. Машину я водить умел еще на первом курсе – катались с лихими сокурсниками. Поэтому я не думал, что вождение станет для меня проблемой. Проблемой стали улицы, по которым я вел позаимствованный транспорт. Чудеса на виражах. Все улицы были завалены мусором, обломками домов, трупами людей и монстров, разбитыми автомобилями. Пару пауков и муравьиных львов пришлось раздавить. Еще сбил одного зомби, бесцельно бродившего по дороге. Наконец я вырулил из зоны повышенного риска на территорию, находящуюся под контролем вооруженных сил. Меня удивило не наличие поста на дороге, но наличие там стоящего на обочине танка. Я подрулил к КПП. Там меня улыбкой и фонариком встретил солдат-пулеметчик. «Рады вас видеть, сержант. С приездом на людскую территорию!» - он с любопытством рассматривал капот автомобиля, забрызганный кровью, который осветило лучом прожектора, - «Счастливого вам дня!» Я поехал к зданию ратуши – нетрудно было догадаться, какое строение выберут власти для размещения ЦЗН. Я аккуратно припарковал автомобиль между танком и военным грузовиком. Вылез из салона, захлопнул дверь. Включил сигнализацию. Машина пару раз пискнула – мол, буду ждать.

Куда мне надо идти… Конечно же записаться в городское ополчение. Может, я там найду своих друзей – Гвина и Джейка, может, кого-то из знакомых – по университету, или по школе, или еще кого. Перед зданием дежурили солдаты. Среди них и моряки-десантники, и спецназ, и подразделения быстрого реагирования. Я вошел в здание. Тут работал свет, и это уже радует. Значит где-то электричество все же есть. Холл кишмя кишел людьми, солдатами, учеными, детьми – в общем всяким людом и сбродом. Пришлось долго искать в переоборудованном здании справочное бюро, потом очередь отстоять, потом информацию получить, потом еще канцелярию найти, потом там очередь, там документы, справки, потом в приемную комиссию, потом на распределение. За пять часов я отмотал все места, куда надо было зайти, чтобы стать одним из солдат, сформированных в специальные отряды – в ополчение я не попал из-за военной формы. Ну я и наплел тогда, что я был уволен в запас, а сейчас готов служить своему городу опять. И вот как раз в этом специальном отряде войск я и встретился с Гвином и Джейком, чью часть расформировали, так как от нее осталось четыре человека в живых, двое до сих пор в больнице.

- Давно не виделись, дружище. Когда огромная скотина выстрелила в нас из своей дылды, уж думали, что пиши пропало. Троих то насмерть на месте. А тварь убежала. Ну мы тебя схватили, повалили опять на носилки – еле доволокли. Думали, кровью истечешь. А после этой твари Гвин в себя пришел. Мы тебе записку оставили в одежде, но, я вижу, ты обновку надел, - сказал Джейк, и добавил, - Все равно рады тебя видеть, дружище!

- Я беспокоился. Но рад, что ты снова с нами! – сказал Гвин, глядя мне прямо в глаза.

- Ну, я жив, мы живы, и это главное, - ответил я.

Мы вышли из здания и направились к другому строению на конце улицы. Там расположен оружейный склад. И там нам надо будет получать оружие. Я понял так, что Гвин до сих пор не знает, что за силы он приобрел.

Пока мы шли, я рассказал им, как сюда добрался, заодно показал машину. Гвин заметил насчет тачки: «Клевая монстродавилка, я так посмотрю. Колесам не хватает только металлических шипов!» Я оставил реплику вечно улыбающегося синеволосого субъекта без внимания. Единственное, что я им не рассказал, это про Пророка. Но считал это пока слишком своевременным.

Потом они рассказали, как добрались до ЦЗН от ГФХУ. Ничего интересного. Гвин пробыл в отключке половину времени. Потом двое солдат отнесли меня в больницу. А остальную половину пути сюда он был почти без сознания. Тупо шел вперед с солдатами, ничего не слыша и не видя. Пару раз солдаты открывали огонь по монстрам. Джейк их поддерживал огнем. Так они до ратуши и дошли.

Мы встали в очередь за военной амуницией – одеждой, броней, рацией и оружием. В свое время получили и то, и другое, и третье. Я полностью промок под непрекращающимся дождем. До ниточки. Голова намокла и жутко болела. Опять потекла кровь. Вся повязка уже пропиталась этой теплой жидкостью. На улице в небольшом переулке я переоделся в новую форму. Надел бронежилет и защиту для ног. Зарядил пистолет, похожий на тот, что у меня уже был, и автомат Свит Тэг. Засунул нож в ножны, а патроны в рюкзак, выданный каждому. Небольшая совсем сумка – ровно для того, чтобы там умещалось самое нужное – фонарь, документы, патроны. Все. Теперь мы были вооружены и готовы к несению службы.

Я проверил фонарик. Работает. Надел на голову рацию. Она тоже работает. Проверил исправность оружия, из которого никогда сам не стрелял, но почему-то я знал, как оно устроено, как работает… И стрелять научился вполне неплохо. Странно…

В рации затрещал женский голос девушки-диспетчера: «Внимание! Всем отрядам Защиты Населения, кто находится поблизости от улицы Роз, приготовиться отражать крупную атаку противника. В точке шесть требуется подкрепление. Кто свободен, немедленно сообщите и перейдите в нужный район обороны!» Прием. Гвин ответил: «Прием. Как слышите? Группа солдат, в составе которой сержант Лориэн (при регистрации мне оставили звание того человека, который был ранее владельцем униформы, если вы помните, сержанта Ракиты), сержант Диорит и лейтенант Эрвин, направляются к точке шесть. Прием. Сержант Лориэн, сержант Диорит и лейтенант Эрвин, направляются к точке шесть. Готовность один» В динамиках на миг воцарилось молчание. И вот ответ: «Разрешение дано. Направление – Точка Шесть. Миссия – ликвидировать противника на улице Роз. К выполнению приступить немедленно»

Мы были не прочь немного пострелять. Сейчас самое время – хоть немного успокоит нервы. Ведь я с друзьями, а не один. Мы добрались до точки шесть очень даже быстро – взяли «мой новый» автомобиль. Только за рулем был лейтенант – больше шансов, что я не разобью машину о ближайший столб. Точка шесть – небольшая старая улица жилого квартала Центра города. Уже изрядно потрепанная взрывами и атаками крупных монстров. Ну и портальные бури тоже поработали. Мы припарковали автомобиль у обочины. Улица казалась пустынной и безжизненной. Все, даже солдаты, давно покинули ее. Но нет, из окна высунулась чья-то голова. «Эй! Сюда!» - крикнул нам мужик, и скрылся в оконном проеме. Мы побежали в этот дом. Вход в здание с внешней стороны был замурован – пришлось идти во внутренний двор. У подъезда там нас встретили трое – солдат, мужик с двустволкой и девушка с топором. Жители не сдавались. А из окон дома выглядывали местные. Я запомнил их лица – лица тех, кого мы защищаем. Старых и молодых. Мужчин и женщин. Сильных и слабых. Теперь уже не было разницы, ни в возрасте, ни в поле, ни в материальном состоянии, ни в месте проживания. Теперь все равны – все сражаются за жизнь плечо к плечу. Их лица. Они устали. Они хотят жить. Ну, что ж, мы им поможем.

В домах на улице расположен один взвод солдат. Половина из них – почти зеленые – новобранцы, которые и оружия то в руках почти не держали. И человек сто жителей. И крайне немного патронов.

- Ну ничего себе, прислали подкрепление! – возмутился мужик с двустволкой.

- Что есть, то есть! – сказал солдат (видимо, он тут самый главный), потом повернулся к нам, - Итак, доложите обстановку.

- Возможно, сюда подтянутся еще солдаты. А жителей надо эвакуировать в центр, - ответил Джейк.

- Мы уже переправили часть в ЦЗН. Сейчас туда отправится последняя партия мирных жителей. Займите место у окна в одном из зданий и готовьтесь к обороне. Разведка сообщила, что сюда двигаются крупные силы пришельцев, - сказал капитан Эрроу. Звали его именно так. Он представился. Мы тоже, - готовьтесь к атаке пришельцев, - как странно, люди, многие из которых не верили в жизнь на других планетах, теперь быстро привыкли к этому слову – пришельцы.

Ушли еще две трети жителей. Их отправились сопровождать пять солдат. Да и в усиленном конвое не было смысла – жители хорошо вооружились.

Мы же поспешили на шестой этаж дома, в одну из пустых, покинутых квартир, чтобы обустроить себе место и удобную огневую точку. Разгребли мусор на полу, сделали из мебели подобие укреплений. Выбили стекло в окне. Получилось некое подобие дота. На полу во время уборки газет и битой посуды я нашел небольшую фотокарточку. На ней была изображена счастливая семья – отец, мать и дочь. Где они теперь? Что с ними? Живы ли? Если живы, то все?

На столике в комнате стоял телевизор. Он работал. На экране долго «висели» цветные полосы – телевещание приостановили. Вдруг на экране появилась диктор – милая женщина лет тридцати. Она произнесла:

«Итак. Всем горожанам, кто смотрит телевизор в данный момент. Эта передача записана на носитель и будет передаваться постоянно до девяти часов вечера. Запись. Итак. Вчерашние события стали началом ужасной катастрофы, которую мы не в силах остановить. В городе повсеместно появились инопланетные создания, угрожающие безопасности населения. Над городом образовалась воронка неизвестного происхождения, в эпицентре которой накапливается огромное количество энергии. Последствия «открытия» этой воронки и высвобождения энергии могут быть очень разрушительными. К сожалению, никто не знает, что послужило причиной всего этого кошмара. Но на улицах стало небезопасно. Монстры оккупировали город. Мы отрезаны от остального мира. Радиосигнал глушится неизвестным источником. Итак, собираетесь ли вы остаться дома, или пойдете в центр города – ни за что не ходите в одиночку. Улицы города превратились в Ад. Не верите – выгляните в окно. В связи с происшествиями в городе введено военное положение. Эта запись будет транслироваться столько долго, сколько потребуется и на сколько хватит заряда генератора телебашни, покинутой работниками телецентра. Спасибо за внимание. И приятного вам дня. Итак. Всем горожанам, кто смотрит…»

Через час после нашего прибытия на дальнем конце улицы появилась пара-тройка Кислотных Плевальщиков. За ними плелись четверо зомби. В рации поступил приказ: «Не стрелять. Подпустить их на максимально близкое расстояние» Мы ждали. За зомбями потянулись муравьиные львы. За ними три «осьминога», три хэдкраба, два «носорога», десятка два пауков. Это у них такой авангард. Если б мы знали, что представляют собой их «основные силы» и «арьергард», то… в общем, всему свое время.

Мы подпустили их почти вплотную к стенам дома, и по команде «пли!» открыли шквальный перекрестный огонь. Я потратил обойму от автомата и одну обойму от пистолета. Мы их просто тупо перестреляли. А вот потом началось самое интересное. Улицу наводнила сотня пауков, за ними пять десятков муравьиных львов, еще три «осьминога» и «носорог» Сверху раздались крики чего-то, отдаленно напоминающего птиц – с огромными крыльями, как у орла, с зубастой челюстью и металлическими когтями на лапах. К ним сразу прилепилось прозвище «Воробушки». Только вот на маленьких птичек они смахивали мало. «Ни фига себе!» - только прошептал Джейк, и взяв на мушку «осьминога», открыл стрельбу. Я тоже стал стрелять по тварям. Какой-то молодчик взорвал огромного «носорога» из гранатомета. Веером разлетелись куски мяса и брони рептилии. Вот небольших пауков и муравьиных львов мы недооценили. Львы умели летать, а пауки – лазать по стенам. И через минуту мы оказались втянуты в бой в здании. К нам в окно залетел муравьиный лев. Я всадил ему с десяток патронов автомата и ногой спихнул вниз – на улицу. Потом завалили еще десяток пауков. А тем временем агрессивные пришельцы уже заняли противоположный дом. Кто-то кинул в окно дома гранату. Послышался приглушенный взрыв. Раздался писк, и из окна вылетели куски муравьиных львов. Мы же со своего места продолжали стрелять по тварям. Сзади треснула дверь и в комнату протиснулся зомби. Гвин с разворота воткнул нож в голову чудища, которое таким образом отправилось в ад.

Потом на улице появилось три огромных трехногих твари, которых мы быстро окрестили «Треногами». («Треноги» эти были еще дикими и не порабощенными Альянсом, поэтому пулемета и пространственной пушки у них еще не было – пользовались лапами и жалом. Только потом они стали называться Страйдерами, прим.) Опасные твари. Уже и не помню, как мы их одолели. Кто-то выпускал по ним кучу патронов. Кто-то стрелял подствольной гранатой, если была такая граната и автомат «Кент». Штурмовой автомат. Тот же молодчик сшиб одного с гранатомета. Ай, молодчина.

И вот на том конце улицы, в сопровождении двух десятков пауков появилось огромное существо, похожее на огромного рогатого скарабея с металлической броней. И эта тварь стреляла. Причем в прямом смысле стреляла – изо рта выстреливалось что-то шаровидное, что при столкновении с препятствием либо загоралось и воспламеняло его, либо взрывалось. На наших глазах эта махина пришибла шестерых солдат. Нам в рацию поступил приказ – найти гранатомет и убить скотину. Легко сказать. Гранатомет то неизвестно где, а еще и «скарабея» убить надо… Да и как такой танк убить? Куда стрелять? Наверное, в морду, она, вроде, не бронированная. Видимо, нашего друга-подрывника кто-то убил. А стрелял он последний раз из дома на противоположной стороне улицы. Придется перебегать туда. Мы вышли из квартиры. Я ножом прикончил поджидавшего нас за дверью хедкраба. Вышли на лестничную площадку. Там Джейк застрелил трех пауков-мародеров. Спустились вниз. То тут то там на лестнице лежали трупы солдат, горожан, муравьиных львов. Кровь. Всюду кровь. Мозги. Органы. Куски одежды. Отвратительно. Даже лестница стала скользкой от такого количества крови. Вот мы и внизу. Открыли дверь и отошли. Тут же в проход с внутреннего двора хлынули муравьиные львы и пауки. Сплошным огнем мы на месте прикончили с три десятка – вот, что значит работать в команде. Вот только Джейку пробило левую руку когтем, а наша с Гвином броня пришла в негодность. Жаль, она была нам очень нужна. Вышли из дома.

Во внутреннем дворе продолжили окружной отстрел монстров. Дошли до арки. Отсюда уже виден нужный нам дом. Кинули на улицу старую банку из-под пива. Выстрел – и банки нет. Плохо дело – «скарабей» меткий, скотина! Будем перебежками. Первый пошел! Ну… То есть я. Надо было преодолеть пятьдесят метров. Так я себя еще ни на одном забеге не чувствовал – под конец пробежки, когда тварь чуть было два раза не размазала меня по стенам, легкие горели огнем, горло пересохло. Опять потекла кровь из головы. На улице было уже светлее – скоро утро. Потом прибежал Гвин – он бегал лучше меня. С ним вместе постреляли по муравьиным львам. Джейку перебежка далась тяжелее всего – его ранило в ногу осколком асфальта. Вот мы и в доме. Тут треск в рации голоса капитана Эрроу: «Отступаем. Приказ Центра!» Я же посмотрел на Гвина – его глаза смотрели на меня смело и решительно – мол, прикончим тварь, тогда и уйдем. «Мы задержим «скарабея», капитан. Отступайте» - ответил я. Голос капитана Эрроу сказал: «Хорошо! Спасибо вам, ребята. Мы уходим. Задержите их здесь. И… удачи. Обязательно возвращайтесь! Мы не можем вас просто так бросить. Встретимся в ЦЗН»

Мы побежали наверх, в комнату, где был мужик с гранатометом. Вот и мужик (кровавая каша из органов, запекшейся крови и мяса), и гранатомет (блестящая труба с ракетой с одной стороны и с соплом с другой. Посередине – пусковой крючок и прицел) Я подобрал его. Рядом лежал еще один заряд – у меня только две попытки. Я подбежал к окну. «Скарабей» все еще был внизу и «зачищал» нижние этажи дома. За ним неслась целая лавина инопланетных тварей. Я прицелился в ту часть громадины, где должна быть голова. Выстрел. Отдачей меня бросило на пол. Крик Джейка – «Бежим. Меняем позицию!» Я побежал за Джейком. Понял – черт – что не попал. Перебежали в другую квартиру. Я выглянул в окно. И действительно – взорвалась ракета прямо перед тварью. И даже не задела. Черт. А «скарабей» пыхтел и плевался зажигательными и взрывными шариками в окна этого дома. Я понял, почему у него «патроны» разные. В его ротовой полости были две трубки – хоботки. Каждый выплевывает свою жижу. Одна жидкость воспламеняется, другая взрывается. А «скарабей просто высовывает изо рта то одну, то другую трубку. Смотря какая нужнее. Эта тварь умнее, чем я думал – даже умеет цель и способ ликвидации выбирать. Ну, теперь я не могу промахнуться – иначе конец. Теперь взял немного выше. Выстрел. Звук полета ракеты. Взрыв. Сначала глухой. И слабый. И еще один – мощнее раз в пять – попал. Прямо в морду. Куски железной брони, куски мяса. Разрушился до основания один из домов – сложился, как карточный домик. Теперь твари станут во много раз агрессивнее – я только что убил их танк. Ха!

Бегом мы спускались вниз. Джейк отставал и прихрамывал, но бежал, преодолевая боль. У него не было выбора – либо бежать, либо погибнуть тут. Не помню, как мы добрались до автомобиля. Залезли. Я на водительское сиденье. Повернул ключ в зажигании. Газанул. С разворота помчался подальше от улицы. По рации связались с капитаном Эрроу – он уже почти добрался до ЦЗН. Почему Центр отозвал защиту города обратно? Почему? Из-за монстров? Из-за дефицита патронов? Из-за нехватки сил на другом фронте?

Был дан приказ – отступать. Не из-за нехватки патронов. Не из-за монстров… Из-за воронки.

Мы уезжали. А за нашей спиной улицы, одну за другой, покинутые войсками и жителями, захватывали твари из параллельного мира. Мы поняли – город уже не спасти. Наш мир, наверное, точно так же обречен, как и весь Альтермеган. Если бы можно было уничтожить всех тварей сразу. Бомбой там или еще как… Но это не возможно. Теперь уже слишком поздно. И если мы даже сможем отбиться от этих монстров, то нас добьет следующая атака, следующая волна инопланетян или наступление таинственного Альянса. А над городом, подобно гигантской грозовой туче, разрасталась бурая воронка Темной Энергии. Ее контуры расплывались по краям, но намечающийся, со всех сил тянущийся к земле хоботок становился все четче и четче. Молнии сверкали, не переставая. Внутрь воронки затягивало облака и тучи. Все шел дождь. Который порядком надоел. Бесконечно долгий ливень… Из головы опять потекла кровь. Лишь бы не потерять сознание за рулем. Лишь бы дотянуть. Я смотрел на ту часть города, над которой закручивался эпицентр гигантского шторма, остающуюся позади. И думал, что вижу этот кусок города в последний раз.

В салоне автомобиля царило молчание. Все думали о чем-то своем. О чем думал Гвин? О чем думал Джейк Эрвин? В магнитоле автомобиля звучала песня. Хорошая песня. И в тему. До боли мне знакомая. А я задумался о песне. О маме… Где она, что с ней? И об Исиде… Где она? Жива ли? Спаслась ли? Увижу ли я ее еще хоть когда-нибудь?!

Хороший вопрос: что ждет нас дальше? Упорная, бесконечная война? Конец света? Не знаю…

«…Ангелам песнь уже не петь,

Меня Гласу Тьмы не одолеть,

День погибших – ночь без сна,

Утопшим в море не всплыть со дна

*

Песню свою бы мне допеть,

Дожить до старости и не болеть,

В город Мертвых мне не попасть –

Мне суждено на поле пасть.

*

Я спасаю жизнь свою,

Чужую тоже, как могу,

Свобода зовет меня на бой!

Весь мир идет на меня войной! … »