Глава 32. Столица (Central City)

Мы долго мчались на «паровозе», хотя тот шел с такой скоростью, с какой, я всегда думал, паровозы не ходят. Наконец-то я нормально сходил в туалет. Тут было три туалета, судя по надписям: для мужчин, женщин и комбайнов. Под словом Комбайн подразумевались модифицированные гуманоиды. Хоть мои пищеварительная и выделительная системы организма не были удалены или повреждены, я предпочел воспользоваться кабиной для солдат, чтобы не тратить время на переодевание. Никаких отличий от тех устройств, которые можно было видеть в Цитадели и в ЦЗН, захваченном Альянсом. Три трубки, подключаемые к специальным клапанам в UIE. Не буду в подробностях описывать этот малость неприятный процесс, учитывая то, что человеку, к этому не привычному, станет тошно.

Руки мыть мне не пришлось – ибо не надо пользоваться туалетной бумагой. Да и перчатки с рук снимать больно долго. Наконец я вернулся в компанию. Хэлл и Кемп разговаривали о поэзии и живописи конца 23 века (ну у них там свое летоисчисление). Некоторое время я продолжал их слушать, но потом мне наскучило, и я достал оставшиеся фрукты. Оставив друзьям несколько, я съел штуки три. Есть расхотелось. Потом стал смотреть в окно. За окном мерно проплывали пустыри, руины городов, иногда мелькали огромные установки из черного металла и куски цитаделей, которые, видимо, и перебрасывали в нужное место через портал. Потом я видел несколько огромных зданий с высокими трубами – это были какие-то заводы.

Всюду там, где мы проезжали, было только одно и то же унылое зрелище – высохшие реки, увядшая трава, разрушенные дома, обуглившиеся деревья и пустыни – длинные полосы песчаной или серой пепельной земли, которые изредка пересекали пустыри – еще не совсем погибшие участки суши.

Нет, вряд ли Альянс стал бы намеренно губить свою планету или наблюдать, как она умирает в агонии. Здесь было что-то другое. Скорее всего, катастрофа в их мире произошла либо внезапно, либо очень долго в этом мире копилось что-то, что потом стало быстро увеличиваться и расти, а потом прорвало природную плотину, сломало натуральный баланс и уничтожила планету. Что же тут такое произошло? И связаны ли с этим желтые кристаллы Ксена, которые валяются везде в изобилии, учитывая то, что те же кристаллы установлены в этих вышках, именно эти кристаллы в мирах открывают дорогу Альянсу…

Интересно, как там Исида и Гвин? Живы ли они еще? И смогу ли я теперь вырваться обратно домой?

Это не мир, это могила для погребения заживо, где уже сгнило все, что тут обитало и теперь гниет чужая, инопланетная плоть.

Я думал и думал, постепенно переставая ощущать окружающий мир. Мне надо было хорошенько отдохнуть – день еще далек от завершения, ночь еще не наступила, но спать хочется. И неизвестно, когда мы прибудем в Центр. И что нас там ожидает… И я заснул. Мне снился сон, до боли знакомый, но в какой-то другой обработке – совершенно другой сюжет, хотя место и герои те же.

Под-глава: Сон Кела (Kel`s Dream)

Школьный двор. Двери школы отворяются, из дверей несется поток радостных школьников. У них большая перемена, когда дают сорок минут отдохнуть от учебы, развеяться и поиграть на улице. Во двор выходят четверо – Исида, парень по имени Хайнек, потом еще какая-то девчонка и смуглый худой паренек, его я не помню… Его вообще в моей школе не было. Эта компания обычно выходила с другим парнем – Гарролом, но вместо него – этот незнакомец. Странно…

Хайнек был высоким, сильным и крупным подростком. Эдаким бугаем – всегда тупым и всегда неповоротливым. Это была первый мой школьный страх – он тогда еще, когда мы учились в одном классе, обижал меня, обзывался и бил. Несколько раз вызывали его родителей, но это не помогало. Хайнек рос абсолютно неконтролируемым пареньком, который искренне верил, что сила есть, а ум – лишняя часть человека. Этот ум он, наверное, потерял еще при рождении. Мне его было даже немного жаль. Ну совсем чуть-чуть, учитывая то, что меня он не жалел и дружить со мной не собирался. Когда ему было что-то от меня нужно, он добивался этого угрозой или силой. Да я тогда и не мог ничего ему противопоставить. Я рос хоть и высоким, но хилым, плохо сложенным ребенком. Ничего поделать не мог, даже пробовал заниматься спортом: ходил качаться, на всякие единоборства, пытался закаляться, но ничего не выходило. Пока весь мой физический потенциал не начал развиваться сам, причем весьма резко и неравномерно. Но это было уже после того периода, о котором мне снилось. Правда одно несоответствие со своим кошмаром, когда мне было лет 13, я уже нашел. И, думаю, сон сильно изменился. Странно, мне он не снился уже много лет. Я о нем и забыл уже. Но кто-то вытащил его у меня из подсознания. Зачем?

Я стоял во дворе и смотрел на Исиду. Ну стоит ли ее описывать – она все так же прекрасна. А с Хайнеком она ходила только для того, чтобы Хайнек меня не бил. Спасибо ей большое – наверно с тех времен и вспыхнула наша взаимная симпатия.

После того дня, когда мне впервые стал сниться этот кошмар, Хайнек выбросился из окна на дорогу. Выжить у него шансов не было. Особенно после того, как по трупу проехался грузовик. Родные были в шоке. Дети – напуганы. Это был день, как мы в последний раз дрались. Он застыл у меня в памяти, как самый кошмарный день моей жизни. Потому что я каким-то непонятным образом заставил Хайнека умереть. Теперь я понимаю – Хайнека убил я…

Тот парень, которого я не знаю, свистнул мне и помахал рукой. Я сначала растерялся, но потом помахал в ответ. Этот смуглый чувак был очень истощенным, по нему была видна его усталость: мешки под глазами, скрывающимися за затемненными стеклами старых потертых очков, худые руки, бледные щеки. Парень перекинулся парой слов с девчонкой, которая раньше ходила с Гарролом, потом ухмыльнулся и сел на ступени. А надо мной нависла фигура Хайнека.

- Так, ты! Травинка! – заорал мне в ухо Хайнек, - Чо ты уставился на мою девчонку???

- Во-первых, это не твоя девчонка и не твоя собственность, а вполне независимая девушка. Во-вторых, ты тупой идиот! - начал я.

- Ты… ты… - Хайнек от моей наглости растерялся, - да я тебя на клочки порву!!! - он размахнулся и вмазал мне кулаком в лицо. Увернуться я не успел бы все равно, в результате он сломал мне нос. Кровь брызнула на асфальт.

- Ну, Хайнек, это ты точно зря… - прошипел я и вытер кровь…

- Что-то Келли разбушевался! Короче, ты тут на меня не наезжай, а то измордую так, что мать не узнает… - ухмыльнулся он.

- Ночью. На улице Розарий. В полночь… - прошипел я ему на ухо, сплюнув кровь. Он не знал… Я не знал… Но он разбудил зверя…

Ночь… Улица… Фонарь… безумный тусклый свет в глазах. Руки человека, оплетенные черными «водорослями». Радуга. Хайнека отбрасывает от тротуара о стену дома. Вихрь. Хайнек получает в лицо кулаком и теряет сознание. Я возвращаюсь домой. Валюсь спать. Вырубаюсь. А на утро узнаю, что его не стало. И с ужасом пытаюсь вспомнить, что произошло.

Я смотрю на одного единственного человека, кто в этой трагедии в тот день не участвовал. Хилый очкарик… Что-то настораживает меня в нем…Я подхожу к нему, хлопаю по плечу и говорю: «Кто ты, я тебя здесь никогда не видел!»

- Расслабься, Лориэн. Это лишь сон. Хотя мы с тобой прекрасно знаем, что его убил ты… - хиляк улыбнулся и поправил очки.

- Это неправда… - воскликнул было я, но он меня перебил, продолжив абсолютно обычным голосом.

- Ты убийца, Кел. Не ври хотя бы самому себе. Мы оба знаем, что ты убийца, прирожденный убийца.

- Нет… - с ужасом уставился на него я. Пророк?

- Нет, Лориэн. Он слишком далеко, чтобы восстановить с тобой связь… - он улыбнулся.

- Кто ты? – спросил его я, а он ответил, но совершенно на другой вопрос.

- Верь мне, я приведу тебя туда, куда надо. Ты почти у цели, Лориэн. Твой час пробил! – он улыбнулся и исчез. Мир вокруг меня подернулся сизой дымкой. И я проснулся. В купе. На койке. В холодном поту, который я чувствовал даже через костюм. А контролер ферментами пытался успокоить мои нервы. Не может быть… Они всюду… Это Покровители? Они заинтересовались мной всерьез? Пророк, выходит, такой не один…

Продолжение главы (Continuation)

Я очнулся на койке в купе поезда. Поезд не двигался. Видно, мы приехали. Я выглянул в окно и не поверил своим глазам – вокруг высились гигантские небоскребы, над головой – длинные мосты в несколько уровней. Все это блестело и переливалось, но что-то сразу выдало подвох. В городе было тихо. Ни шума оживленной толпы, ни детских голосов, ни криков продавцов, ни реклам, доносившихся со старых экранов, ни шума автомобилей. Город был заброшен.

- Хэлл! Ты уверен, что мы приехали туда, куда нужно? – с удивлением воскликнул я.

- Именно туда. Я так подозреваю, это единственное место на всей этой проклятой планете, куда еще не добрались мутанты – Дикари, - ответил он.

Я всмотрелся в небо и заметил мерцание силового поля. Город находился под колпаком защитного контура. Наверное, все энергоресурсы уходили на обеспечение такого щита – город был огромен – в десятки раз больше Альтермегана. Я надел маску, и вновь почувствовал себя не сириусидом, а еще одним винтиком машины Альянса, заброшенным в другую коробку винтов.

- Кемп, Хэлл! Выходим! Это действительно наш пункт назначения.

- Ок, братишка. Кемп подошел к дверям вагона, прислонил к пластинке руку – дверь открылась.

Мы вышли на платформу – это была площадка с монорельсовыми трассами с обеих сторон, висевшая в воздухе, словно облако. На платформе валялся какой-то мусор, газеты, упаковки из-под еды, пара бутылок и маска комбайна. Ну, значит, альянсовцы тут тоже были. Давно, но, видимо, были. Я пихнул ногой банку вниз – она, пролетев пару сотен метров, тихо шлепнулась где-то внизу – в бесконечном переплетении улиц, дорог и переулков. Внизу лежал серовато-синий туман, который скрывал по крайней мере этажей пять. Этот туман – наверно, промышленного происхождения. Судя по его концентрации внизу нижние уровни города давно заброшены.

Мы направились с платформы на ближайший тротуар, как бы прилепленный к стенам домов, словно обычный бордюр. Тротуар был широким, с ограждением с той стороны, где можно было свалиться. Я еще раз посмотрел вниз – у меня закружилась голова. Высотища…

- Кел! Перестань смотреть вниз и пошли дальше. Вдруг, мутанты все же добрались сюда и мы все у них как на ладони! – окликнул меня Хэлл.

Вдруг в конце «повисшей в воздухе улицы» я увидел какой-то сияющий контур с небольшой панелью, вделанной в стену рядом. Сияющий прямоугольник был порталом – было не трудно догадаться. Я подошел к панели. Тут была клавиатура и строка ввода. Я напечатал первое же пришедшее в голову слово: «Парк». Портал на мгновенье почернел, потом вспыхнул – и я увидел в прямоугольнике деревья, дорожки, какой-то вид на городские кварталы, лодочную станцию, реку и скамейки вдоль аллеи. Я махнул Кемпу и Хэллу рукой и первым шагнул в портал. Вспышка. Легкое головокружение – и вот я стою в парке. Старые высохшие деревья. Мусор под ногами, до колен сокрытый сизым туманом. Город вдалеке через реку покрыт той же сизой дымкой. Я пошуршал ногами – под ногами были сухие листья, так законсервированные химикатами, что даже не разлагались а превратились в подобие гибкого и прочного пластика. Ради эксперимента я опустил руку в туман – тут же одернул – к моей руке приклеилась переливающаяся вытянувшаяся длинная пиявка. Я отодрал это маленькое существо от перчатки. Повертел в руках (странно – следов мутагена не видно – это, получается, естественная среда обитания этой твари) и отпустил обратно в туман. Да уж. Местный «климат» действует на психику очень сильно. Это давящее, тянущее на дно чувство так въелось в моей душе, что когда я вспоминал о том времени – по моей коже бежали мурашки. Созерцать мир, превратившийся в пустыню – очень тяжелое испытание.

Я уставился на реку – та была мутного зелено-коричневого цвета. Прямо посередине реки высовывал из воды нос старый ржавый корабль – наверное, теплоход. А у берега мерно покачивалась старая, поросшая синеватым мхом деревянная лодка. Весел не было. Я сел на скамейку и продолжал всматриваться вдаль, не заметив, как сзади из сияющего окна вышли Кемп и Хэлл. Они тихо сели рядом и, не произнося ни слова, тоже всматривались вдаль. Интересно, о чем они думают? Я… я думал о Родине. О Сириусе. Мне не хотелось больше оставаться здесь. Этот погибший мир… Кто его погубил? И почему основатели Альянса – раса, которая с легкостью порабощала целые миры, не спаслись, не ушли, не смогли сохранить свой мир? Ведь для них это тоже была родина! И эта родина умерла. Они ли погубили ее, кто-то другой, или все произошло как-то само собой (а такого, конечно, не бывает), но планета погибла. И я не допущу, чтобы при мне так же погибла моя планета, моя родина, мой Сириус…

Вдалеке, там, в городе, что-то сверкало, иногда блестело. Мы встали, посмотрели друг на друга и все поняли и так. Я вошел в портал. Мы вернулись туда, откуда началось наше маленькое путешествие по городу – на платформу.

В окне одного из домов я заметил чье-то лицо. Опять лица… Они все следят за мной, они преследуют меня… Что нужно им тут? Что они хотят от нас…

Я твердым шагом, вскинув автомат, направился к двери в дом. С одного удара вышиб металлическую дверцу, благо, она ужу проржавела и еле держалась на старом магнитном замке, а то я бы сломал таким то делом ногу. Вошел внутрь. И тут же столкнулся с девушкой. На вид она была еще молода, ей около двадцати трех, но на ее лице отражалось то, что иногда не увидишь и у седой старухи. Ее взгляд выражал отчаяние и смерть. Она смотрела в глаза смерти. И уже устала ждать. Ее когда-то юное лицо покрывали неизгладимые морщины. На руках видны были следы шрамов. Город погубил ее еще до того, как она осознала это. И теперь она уже умирала. Пусть и медленно, но как…это было заметно… На ее лице появилась слеза – одна единственная. Она облокотилась на меня и всхлипнула. Я не стал отстраняться, но, признаюсь, мне было неприятно. Это была темноволосая девушка с красивыми, но уже мертвыми глазами, в старых одеждах, давно голодавшая. Она уходила, как и все живое. Она покидала этот мир.

- Лориэн! – прошептала она мне, - Лориэн! Я знала, что вы вернетесь…

- Чего? – недоуменно посмотрел на меня Хэлл.

- Я… не знаю… - так же удивленно ответил я.

- Наш предводитель сказал, чтобы я вас дождалась. Вот вы и пришли… Вы – последняя наша надежда… И я рада – что вы вернулись… - она говорила слабым, немного хриплым голосом, - я ждала вас здесь с самого своего рождения – и вы пришли… Я отведу вас… Отведу туда, где вас давно ждут… - она попыталась улыбнуться, но как же она исхудала и обессилела.

- Хорошо, мы пойдем к вашему руководителю… - ответил я, - но ты можешь ответить…

- Вам ответят на все ваши вопросы, когда придет время. Главное, задать нужный вопрос, чтобы получить на него правильный ответ. Но не всегда… ответы бывают такими, какими мы хотим их слышать… - прошептала она, - идите за мной. Я проведу вас к порталу в Башню.

Я, не задавая больше вопросов, взялся за протянутую женщиной руку и пошел за ней. Мы шли по улице, потом свернули в какие-то плотные кварталы города. Там иногда нам попадались люди – все в лохмотьях, обрывках, старье. И в их взгляде читались две вещи – сначала смерть, а потом, когда они замечали нас – надежда. Некоторые тянули ко мне руки. Передо мной даже выбежал какой-то ребенок, встал на колени и вцепился в мою ногу. Женщина отогнала его. Он встал, отбежал и заплакал.

По заброшенным улицам мы шли очень долго. Потом пошли квартирами – то есть переходили через дома по коридорам. Всюду было запустение, разруха и гибель. Я только сейчас заметил, что девушка шла босая! Ее ноги были исколоты битым стеклом, мусором, камнями, они поменяли цвет от тумана, где она, вероятно, тоже бывала. Нет, она не была мне симпатична. Она даже раздражала меня. Но мне было ее жаль – безропотную, тихую, бьющуюся в агонии душу. Одну из немногих, кто еще не потерял тут рассудок.

После полудня молчаливого брожения по заброшенным домам, мы, наконец, вышли к окну портала на какой-то площадке. Девушка нажала что-то, приложила ладошку к пластинке рядом с порталом. Окно вспыхнуло ярчайшим светом, потом почернело, потом там появился какой-то зал.

- Лориэн, прощай! Я привела тебя туда, где мой путь кончается. Я выполнила свою миссию и теперь хочу уйти домой… - она посмотрела на меня печально, потом отошла к краю площадки.

Высота. У меня опять закружилась голова. Совесть на мгновение собиралась что-то закричать, но вдруг умолкла. Я стоял и заворожено смотрел на девушку-проводницу. Она подошла к ограждению площадки и посмотрела вниз. Внизу в тумане завывал ветер. Даже столь сильный, он не мог развеять туман. Девушка забралась на ограждение, перекинулась на ту сторону… Ее путь окончился здесь, так пусть она уйдет свободной… Она раскинула руки, гордо посмотрела вперед и шагнула в бесконечность. Тот шаг ее будто повис в воздухе, и продолжался он очень долго. Вот она наклоняется вперед, и вот скрывается за краем площадки. Лишь звук трепавшегося платья на ветру. И вновь тишина, нарушаемая лишь завываниями ветра. Она ушла свободной птицей. Хэлл опустил автомат. Кемп дал в воздух одиночный выстрел. Тут дорога человека, который вел меня вперед, закончилась.

А наш путь еще далек от завершения. Я посмотрел в небо, где послышались раскаты грома. Полил дождь. Ливень шел сплошной стеной. Молнии сверкали высоко там, где кончался этот навечно уснувший город и начиналась свободная стихия – небо…

Я шагнул в портал. И этот шаг кардинально изменил мою судьбу и судьбу моих друзей. У нас нет выбора. Мы вечно в пути… И это не сможет изменить ни небо, ни гроза, ни Альянс. Ни Пророк. Это наш путь и мы пройдем его … до самого конца.